Я стал боксёрской грушей для королевской семьи (2)

Эпизод 2. Я стал боксёрской грушей для королевской семьи (2)

Меч Поражения.

Как и следовало из названия, это было искусство фехтования, созданное для поражения.

Однако, вопреки названию, техники, что в него входили, были настолько искусными, что перед ними пасовали даже самые прославленные стили фехтования на континенте.

И это было естественно.

Ведь этот стиль создали лучшие мечники королевства Леон, прославленного как страна рыцарей, собравшись вместе.

Им приходилось противостоять искусству фехтования воинственной королевской семьи, которая призывала своих отпрысков становиться в первую очередь рыцарями, а уже потом — королями, и из чьих рядов нередко выходили сильнейшие мечники королевства!

Поэтому изучать Меч Поражения было в несколько раз сложнее, чем фехтование моего рода.

«Действительно гений, рождающийся раз в тысячу лет!»

Но, в конечном счёте, Меч Поражения оставался Мечом Поражения.

Невероятно зрелищное и мощное искусство, но завершающееся поражением.

Поэтому талант к изучению Меча Поражения был совсем иным.

«Ты уже превзошёл меня».

Это были слова командира — одного из лучших мечников в королевстве Леон, известном как страна рыцарей, близкого друга нынешнего короля.

А также Мастера Меча, признанного на всём континенте, и главы королевских инструкторов-воспитателей.

Для мечника не было большей похвалы, но, к сожалению, это была похвала не моим навыкам мечника.

«Твоя игра настолько убедительна, что даже я не могу отличить, правда это или ложь...»

Именно так.

Завершённость Меча Поражения заключалась не в искусстве владения мечом, а в актёрском мастерстве.

Ведь искусство фехтования — вещь относительная.

Главное, чтобы уровень был достаточным для удовлетворения его высочества пятого принца, которому я должен был служить.

Поэтому мне пришлось учиться актёрской игре.

Создать видимость по-настоящему досадного поражения, обменяться ударами, в которые вложена вся душа, и, наконец, передать королевской особе свою решимость победить в следующий раз, несмотря на обиду, — вот истинное завершение Меча Поражения!

И я справился с этим.

Причём настолько безупречно, что это признал даже Мастер Меча, достигший вершины искусства!

«Другим инструкторам стоило бы поучиться у тебя».

Число королевских инструкторов в рыцарском ордене было равно числу членов королевской семьи.

Говорили, что иногда инструкторы лишались своей должности, если не соответствовали уровню королевской особы, но в таких случаях их место немедленно занимал заранее подготовленный резерв.

Таким образом, до меня уже были назначены инструкторы для всех, кто был старше пятого принца.

А это означало, что надо мной было как минимум семь старших коллег: четыре принца и три принцессы.

— Разве старшие коллеги не справляются со своими обязанностями превосходно?

— Я тоже так думал, но из-за тебя планка оценки постоянно поднимается.

Командир раскатисто рассмеялся и грубо взъерошил мне волосы, но тут же посерьёзнел.

— К слову об этом.

Хотя командир часто вёл себя простовато, что не соответствовало его статусу, он был одним из лучших мечников в королевстве рыцарей и главой инструкторов, отвечающих за королевское образование.

Поэтому, когда дело касалось служебных обязанностей, он иногда делал такое лицо.

И я примерно догадывался, что он собирался сказать.

— Пора начинать операцию?

— Мм? Операцию?

— Разве речь не о том, чтобы совершенно случайно, судьбоносно столкнуться с пятым принцем?

— Хо-хо.

Моя формулировка, казалось, удовлетворила командира, и он кивнул в ответ.

— Да, похоже, пора начинать операцию.

Через несколько недель мне сообщили, что подготовка к операции завершена.

— Сценарий довольно прост.

— Верно.

Королевство Леон гордилось своим званием страны рыцарей и оказывало им всяческое покровительство.

Поэтому уровень его рыцарей ничуть не уступал имперским, хотя Империя и считалась центром континента. И по этой же причине, несмотря на географическую удалённость от королевства Дейл, известного как королевство магов, и отсутствие поводов для трений, они всегда были на ножах.

Благодаря этой особенности страны, организовать мой контакт с пятым принцем было очень легко.

«Ты просто будешь размахивать мечом, а заранее внедрённый инструктор устроит тебе поединок с его высочеством пятым принцем. Это же идеальный сценарий!»

Как и подобает месту с прозвищем «королевство рыцарей», Леон активно поощрял подготовку рыцарей на государственном уровне.

Поэтому детей, подающих надежды, часто приглашали в королевский дворец для обучения фехтованию.

И мне нужно было всего лишь непринуждённо махать мечом среди таких же учеников, а затем скрестить клинки с членом королевской семьи, который прибудет на тренировочную площадку под предлогом инспекции!

«Хм...?»

Но что-то было не так.

«Принимай стойку».

Рыжие волосы, символ королевской семьи Леона, развевались на ветру.

Пока я растерянно смотрел на них, чёрные глаза, ещё один символ нашей королевской семьи, впились в меня взглядом.

Сблизиться с королевской особой через поединок. Ситуация идеально соответствовала цели, но...

Проблема была в том, что это был не пятый принц.

— Судья!

— Начинаем поединок между Её Высочеством принцессой Гестией и Адамом Смитом, — растерянно объявил рыцарь, назначенный судьёй, на приказ принцессы.

Мне оставалось лишь стиснуть зубы и метнуть яростный взгляд на командира.

Постойте, вы же говорили, что сценарий идеален!

Отмотаем время немного назад.

Королевство Леон очень гордилось своим званием страны рыцарей.

Поэтому изучение фехтования в королевской семье считалось само собой разумеющимся.

Настолько, что уникальной королевской традицией было дарить на пятилетие деревянный меч — не только мальчикам, но и девочкам, — а на десятилетие — настоящий.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что сильнейшие мечники королевства рождались в королевской семье. Нередко ими становились даже короли, которые при малейшей угрозе войны заявляли, что первыми встанут в авангарде, чем приводили в ужас своих подданных.

В такой стране королевская семья из поколения в поколение поддерживала тесные отношения с выдающимися мечниками.

Иначе говоря, это означало, что даже при высоком происхождении можно было столкнуться с предвзятым отношением, если твои навыки оставляли желать лучшего.

— Хах.

— В-ваше высочество принцесса...

И, к сожалению, вторая принцесса королевства Леон, Гестия, страдала от этого особенно сильно.

«И десяти ударов не выдержал».

Чёрные глаза Гестии стали глубокими, как бездна.

Как и подобает потомку королевского рода, заложившего принцип «живи и умри с мечом», её талант был несравним с талантами сверстников.

А её первобытное стремление к мечу было ещё сильнее этого таланта.

Поэтому она регулярно скрещивала клинки с юными дарованиями, которых называли будущим королевства, но ни разу не осталась довольна.

Это было прискорбно, но в то же время неизбежно.

Гестия и сама по себе обладала талантом, признанным в королевской семье, но к тому же, как и подобало её статусу, с самого раннего детства принимала всевозможные эликсиры и проходила процедуры, способствующие развитию магических каналов.

И это ещё не всё! Обычно, когда есть врождённый талант и высокое происхождение, не хватает усердия.

Но, к сожалению, она была прирождённым воином и, в отличие от сверстников, предпочитала махать мечом, а не играть. Она скорее пропустила бы приём пищи, чем тренировку.

Врождённый талант, происхождение и усердие, позволяющее развивать и то, и другое.

Не будет преувеличением сказать, что Гестия была рождена, чтобы стать мечником.

И требовать того же уровня от других сверстников было просто неразумно.

«Фух».

Победив кандидата в рыцари, который был на три года старше неё и признан государством как талантливый, Гестия всё равно не была удовлетворена.

«Слишком большая разница в силе».

Вот на что были способны те, кого приводили в качестве стажёров.

Сражаться же с настоящими рыцарями ей самой было ещё рано.

С новоиспечённым рыцарем она, возможно, и могла бы сразиться в полную силу, но, к сожалению, перед именем Гестии стоял титул «вторая принцесса».

«Уж лучше со стажёрами драться».

Для только что ставших рыцарями людей бой с принцессой был слишком тяжким бременем.

Победишь — проблема, проиграешь — тоже проблема, а если по неосторожности ранишь принцессу, неизвестно, что может случиться.

Конечно, ни Гестия, ни королевская семья не стали бы поднимать из-за этого шум.

«Прежде чем стать членом королевской семьи, стань рыцарем».

Могла ли семья, где передавались такие слова, преследовать рыцаря за рану, полученную во время поединка?

Однако, вопреки воле высокопоставленных особ, у тех, кто был ниже, были свои проблемы.

Даже если король и принцесса скажут: «Ну, в драке на мечах можно и пораниться», — среди рыцарей ты мог стать государственным преступником, пролившим королевскую кровь.

Поэтому большинство новоиспечённых рыцарей старались проиграть настолько очевидно, что это бросалось в глаза.

Такой спектакль не приносил удовольствия ни ей, ни её противнику.

Уж лучше было в одиночку колотить чучело.

Думая так, Гестия всё равно не могла удержаться и набрасывалась на новичков в поисках равного себе.

— Хах, лучше бы я просто дождалась Люсию.

Вспомнив свою хрупкую подругу, с которой хотя бы можно было сражаться на равных, Гестия тихо вздохнула.

Всё в ней было хорошо, вот только из-за врождённой слабости ей приходилось часто уезжать на родину, чтобы восстановить силы.

Гестия решила, что нужно приготовить для неё какое-нибудь лекарство.

Это было нужно и для неё самой, и для королевства.

Ведь если такой мечник оставит свой клинок из-за слабого здоровья, это будет потеря для всей страны!

Не зная о том, что Люсия, якобы уехавшая на отдых домой, на самом деле рыдала в покоях королевских инструкторов, умоляя начальника принять её заявление об уходе, которое тот рвал на куски, Гестия, расправившись с третьей жертвой, уже собиралась уходить.

— С-сестра!

Однако при виде своего младшего брата, который прибыл в сопровождении свиты, она была вынуждена остановиться.

«Неужели уже пришло время?»

Один из традиционных королевских обрядов.

В пять лет получают деревянный меч, в десять — настоящий, а в двенадцать — человека.

Одного из талантливых сверстников, прибывших во дворец, отдавали в прямое подчинение члену королевской семьи.

Вечный друг и соперник, правая рука и самый верный вассал.

Это была давняя традиция королевского дома Леон, и от того, кого ты выберешь, могла зависеть вся твоя жизнь.

Разве сама Гестия два года назад не выбрала Люсию?

Не зная, что её вечный друг, соперник, правая рука и вассал сейчас рыдает, пока её двенадцатое заявление об уходе рвут у неё на глазах, она решила, что поможет своему милому брату найти такого же замечательного человека, как Люсия.

— Принцесса Гестия?

К сожалению, это её решение стало настоящей катастрофой для тех, кто всё подготовил и уже собирался привести план в действие.

— Что вы сейчас сказали?

— Я сказала, что сама его испытаю!

Её решительный тон ещё мог бы показаться милым, учитывая возраст, но содержание её слов милым не было совсем.

Более того, для командира и других причастных это был настоящий фильм ужасов.

— Но, согласно королевским правилам...

— Разве есть такое правило?

— ......

Попытка выкрутиться с помощью убедительно звучащих слов провалилась.

Потому что такого правила действительно не было.

«Откуда она знает?»

Даже чиновники, проводящие процедуры, не всегда знали все тонкости.

Поэтому, когда кто-то вышестоящий упоминал какое-нибудь правдоподобно звучащее правило, обычно все просто соглашались.

— Традиционно кандидат сам выбирает себе подходящего партнёра, но это, как ты и сказал, просто традиция. В истории ведь были случаи, когда другой член королевской семьи проводил испытание вместо него, так ведь?

«Она просто наугад сказала?» — подумал командир, но, услышав точное объяснение, он был вынужден замолчать.

— Так что, всё в порядке, да?

Поэтому ему ничего не оставалось, кроме как неохотно кивнуть на слова Гестии.

«Насколько же он хорош?»

Гестия вела себя так бесцеремонно не только из любви к брату.

Карикс, командир королевских рыцарей-инструкторов, был для неё почти как дядя, так как был инструктором её отца, короля.

И не только это. Он был прославленным мечником, признанным не только в королевстве, но и на всём континенте.

И вот такой человек расхваливал этого гения не скупясь на похвалы.

Настолько, что его уже заранее назначили партнёром её брата.

«Даже Люсия не получала таких оценок».

Не зная, что Люсия в этот самый момент, утирая слёзы, пишет своё четырнадцатое заявление об уходе, Гестия хотела проверить навыки того, кто, по слухам, был талантливее её подруги.

Ради брата, ради подруги.

И...

«Поднимай меч».

И ради удовлетворения собственных корыстных желаний!