Весь мир несправедливо на меня ополчился (1)
Эпизод 46. Весь мир несправедливо на меня ополчился (1)
Отсутствие харизмы.
Такова была оценка председателя клуба флористики, Беллиана Эрика.
Нет, точнее, такова была оценка всех студентов так называемого «общего факультета».
Различные кафедры, объединённые в общий факультет, были местом, где в основном учились простолюдины и мелкопоместные дворяне, и большинство студентов готовились к имперским государственным экзаменам.
По сути, их правильнее было бы называть не студентами академии, а абитуриентами на госслужбу.
Беллиан Эрик, в хорошем и плохом смысле, был типичным представителем общего факультета.
Магия его ограничивалась несколькими бытовыми заклинаниями, которые и базовыми-то назвать было сложно.
А о фехтовании он и вовсе ничего не знал.
Поэтому, хоть он и не знал почему, хоть и не мог этого понять...
Даже когда имя профессора-куратора его кружка, который был вписан туда лишь для галочки, сменилось на имя того самого знаменитого Императора Меча...
Даже когда у него была возможность, о которой мечтает каждый мечник, — получить учение у самого Императора Меча, — Эрик лично отказался от этой мечты.
Для обычного студента академии, каким был Эрик, учение Императора Меча было слишком большой ношей, да и он считал, что ему никогда в жизни не придётся брать в руки меч.
Поэтому, хоть он и был председателем клуба флористики, оказавшегося в центре внимания первокурсников, его почти никто не беспокоил.
Ведь Эрик был студентом четвёртого курса, который скоро выпускался, и его окружение было таким же.
Они были заняты подготовкой к имперским государственным экзаменам, которые ждали их после выпуска.
Когда Имперская академия в этом году провела масштабные реформы и набор талантов, чтобы превзойти королевства Леон и Дейл, единственным местом, которое не претерпело изменений, был общий факультет.
Поэтому Беллиан думал, что и второй семестр пройдёт так же.
«Эй, Беллиан. Это правда, что у святой появился парень?»
«Я правда не знаю...»
Однако с первого же дня нового семестра ему пришлось признать, что его мысли были ошибочны.
«Который уже раз?»
Он предполагал ещё на каникулах, что сегодняшний день будет немного хлопотным.
Оставшись в академии один, он ухаживал за цветами в комнате кружка и из газет и слухов узнал о том, что произошло в Святом Королевстве.
Поэтому он ожидал, что его будут донимать, ну, день, максимум неделю.
«Но не до такой же степени!»
Беллиану хотелось плакать.
К событиям в Святом Королевстве у него хотя бы было время морально подготовиться.
Но новость о романе святой, разразившаяся в последние выходные, тут же сменилась началом семестра.
То есть, у него не было времени даже морально подготовиться.
«Начался же семестр, занялись бы учёбой!»
К тому же, по негласному правилу академии, первое занятие всегда проходит в лёгкой форме.
Профессор провёл перекличку, спросил, как все пережили каникулы, а затем, под предлогом самостоятельной работы, оставил студентов на произвол судьбы.
И эти студенты потихоньку начали собираться вокруг Беллиана и допрашивать его.
«Ха-а».
Так, после трёх занятий, измученный людьми, Беллиан, пошатываясь, открыл дверь комнаты кружка.
И это было его самой большой ошибкой.
«Что такое?»
В тот момент, когда он открыл дверь, он почувствовал, как у него перехватило дыхание.
Для Беллиана это было совершенно непонятно.
Комната клуба флористики была единственным местом в этой суровой Имперской академии, где он чувствовал себя спокойно.
«Но почему...»
Он поднял голову и перевёл взгляд с пола прямо перед собой.
«А».
Беллиан понял, почему у него перехватило дыхание.
«Н-надо бежать».
Если то, что было перед его глазами, — не ад, то что тогда?
В тот момент, когда он увидел разрушителей экосистемы академии, сидевших с серьёзными, как ни у кого другого, лицами, Беллиан решил сегодня самостоятельно устроить себе выходной в кружке.
«Председатель?»
Голос был всё таким же весёлым, как и при первой встрече, но оценка этого человека менялась каждый месяц.
При первой встрече она была дочерью мелкопоместного дворянина из захолустья Империи, из ещё более деревенской местности, чем он сам.
Сразу после этого она стала спасительницей, позволившей сохранить полный драгоценных воспоминаний клуб флористики.
Но прошёл месяц, и она стала роковой женщиной, соблазнившей всех знаменитостей первого курса.
Прошёл ещё месяц, и она стала святой.
На каникулах она стала революционеркой, реформировавшей Святое Королевство.
А сейчас, в пространстве, полном влюблённых в неё людей, она собиралась войти, создав себе возлюбленного.
«Вы почему не заходите?»
«А, это...»
Она не могла не казаться дьяволом, превратившим его драгоценную комнату кружка в ад.
Холодно.
В грудь вот-вот вонзится кинжал... нет, скорее, огромный, блядь, меч.
«А-ах».
Конечно, по-настоящему меня не проткнут.
Но от одной лишь ауры я, казалось, уже несколько раз умер.
«Хорошо... уворачиваешься».
«Я ведь всегда был в этом хорош».
«Да. Ты же Адам».
После начала семестра моя жизнь превратилась в сплошное бегство.
В отличие от принца Эллена, который не понимал ни людских сердец, ни, тем более, искусства фехтования...
Я, в совершенстве овладевший Мечом Поражения, знал, как естественно проиграть даже самому слабому ученику факультета фехтования.
Это означало, что я мог проводить тренировки на уровне, немного превосходящем уровень противника.
И в результате активной рекламы этого не нашлось ни одного студента на факультете фехтования, который отказался бы от индивидуального спарринга со вторым по силе на факультете, победившим даже Малого Императора Меча.
То есть, я довольно популярен.
В основном среди парней, и, хоть иногда и были девушки, но, как и подобает факультету фехтования, они в основном были помешанными на мече фанатками, ухудшенными версиями принцессы Гестии!
Стоило мне появиться на тренировочной площадке, как ко мне тут же бросались студенты, ждущие своей очереди.
И студенты из клуба фехтования каждый день пытались меня переманить, чтобы я вступил в их клуб в следующем семестре.
Конечно, всё это было ради выполнения миссии.
В разговорах за стаканом воды после спарринга иногда проскальзывала неожиданная информация, которую не мог добыть разведывательный отдел.
И, к тому же, такая работа над имиджем в будущем принесёт свои плоды.
Однако в этот раз популярность обернулась против меня.
Все как один начали спрашивать о моём романе с Дейзи.
И каждый раз атмосфера вокруг принца Эллена и Малого Императора Меча становилась нехорошей.
Мне ничего не оставалось, кроме как убегать, чтобы избежать вопросов о Дейзи.
К счастью, первое занятие в академии, как и в университете в прошлой жизни, не проводилось.
Достаточно было просто отметиться на перекличке и тут же сбежать.
Но и в прошлой жизни, и здесь...
Существовал принципиальный профессор-старовер, который с лёгкостью игнорировал такие негласные правила.
«Тогда сразу начнём».
И звали этого профессора, как назло, Арен.
Тот самый знаменитый Император Меча, наш главный профессор факультета фехтования.
И, к тому же, его занятия проходили по правилам «один на один, с мечами, в стиле Яши», так что меня не мог не поймать принц Эллен, который только и ждал своего часа.
«Когда уже это занятие закончится».
Так, после долгого перерыва снова став боксёрской грушей для принца Эллена и вдоволь натерпевшись, я, лёжа на полу, вздохнул и пробормотал.
Хотя, если подумать, не так уж и долго.
В последний раз я получал от него в королевстве.
«Следующий — я».
«У тебя совести нет?»
«...Кто-то сказал, что важно не упускать свой шанс, когда он есть».
Звучало довольно правдоподобно, но, в общем, это означало, что раз уж я сейчас избит принцем Элленом, то и он со мной справится.
Этот ублюдок, в начале семестра, хоть и проигрывал мне и принцу Эллену, но старался сохранять достоинство Малого Императора Меча.
А стоило ему потерять голову от женщины, как он совсем съехал с катушек.
Кстати.
«...Это Виолетта тебе сказала?»
«А, как ты узнал?»
Мне показалось знакомым выражение, и я наугад ткнул пальцем в небо, а Аслан вздрогнул и растерялся.
«Так, почувствовал».
Обычно, когда человек начинает вести себя странно, поблизости оказывается Виолетта.
Особенность переселенцев, пытающихся сохранить оригинал, — они сами же весь оригинал и портят.
И это золотое правило она, к несчастью, очень хорошо соблюдала!
«Н-неужели. После Дейзи, ещё и Виолетта?»
На этот невинный вопрос Малого Императора Меча я тут же вскочил.
«Хорошо, тебе крышка».
Есть вещи, которые можно говорить, а есть те, которые нельзя.
Даже если я был после избиения принцем Элленом и всё моё тело кричало от боли...
Услышав такое оскорбление, сражаться насмерть — вот что значит быть мужчиной!
«Так ты, значит, всерьёз с Дейзи...»
Похоже, он воспринял мою реакцию как гнев человека, у которого есть любимая, но его подозревают в измене.
Глаза Малого Императора Меча задрожали, и он начал смотреть на меня как на своего соперника.
«Да определись ты уже, пожалуйста».
Если уж они так себя ведут, когда я сказал, что это притворно...
Что бы было, если бы я действительно хранил это в тайне.
Я, вспомнив об исчезнувшей временной линии, не мог не содрогнуться.
Прошла неделя.
К этому времени обычно начинались приготовления к празднованию основания Империи.
Поскольку наша академия — Имперская государственная академия...
Во время имперского фестиваля, наряду с обменом с другими академиями, академия, которая обычно была довольно закрытой, начинала открываться для публики.
То есть, это было время, когда должны были начаться крупные инциденты из ро-фэна.
Поэтому я ожидал, что и слухи о моём романе со святой, с началом подготовки к фестивалю, постепенно утихнут.
«Но почему с каждым днём добавляются всё более странные слухи?»
Это определённо был чей-то заговор.
Я посмотрел на фактического хозяина склада, который всё больше становился похож на комнату кружка.
«Кхм».
И, как и ожидалось, это был заговор.
И, к тому же, заговор Империи.
«Прости».
«Вы каждый раз говорите одно и то же».
На мои слова и окружающие бессознательно кивнули.
С начала учёбы в академии дядя Эрин, который, казалось, помолодел лет до сорока пяти, часто начинал разговор со слов «прости», «я виноват».
«Ну почему вы со мной так?»
Мне было так обидно и несправедливо.
Хоть и была у меня своя цель, но я ведь помог предотвратить теракт в академии.
И местоположение тёмных магов заранее сообщил.
И даже после того, как они, несмотря на предупреждение, оставили проклятый меч, я и с этим разобрался.
«Это потому, что я ещё не сказал, что на праздновании основания тоже планируется теракт?»
«Это не так... постой, что? Какие ещё ублюдки?»
Дядя Эрин, который, казалось, уже не мог ничего сказать и, опустив голову, извинялся, вздрогнул и поднял голову.
«Это ведь шутка?»
«Мне бы и самому хотелось, чтобы это была шутка».
К сожалению, этой академии было суждено до самого выпуска главных героев ро-фэна быть втянутой во всевозможные теракты и инциденты.
«Нет, ну я всё понимаю! Даже если и будет теракт. Откуда ты это знаешь?!»
Разведывательный отдел Империи считался одним из лучших, даже по сравнению с другими великими державами.
И проигрывать в информации не другой стране, а у себя дома — это не могло не вызывать когнитивного диссонанса.
Например...
«Ты ведь и правда не готовишь теракт?»
«В последнее время хочется, конечно».
Особенно на ублюдков-героев ро-фэна. Очень хочется натравить террористов.
Но, поскольку и без меня всё это будет выполнено на бесплатном аутсорсе, я мог и потерпеть.
«Так скажите. За что вы со мной так?»
«Смотри, скажешь, что это из-за того, что принц Эйсид почувствовал себя оскорблённым...»
«Я в этот раз, столкнувшись с настоящими террористами, сдамся в заложники с поднятыми руками».
«Э-это... была просьба из Святого Королевства».
«Из Святого Королевства?»
«Да».
«Но ведь Империя не настолько слаба, чтобы считаться со Святым Королевством».
Какой бы ни была вера большинства граждан Империи в богиню, императорская семья не была настолько слаба, чтобы считаться со Святым Королевством.
За исключением одного человека.
«Говорят, это была просьба папы».
«...И что же это за просьба?»
«Если святая выйдет замуж в академии, то он лично проведёт церемонию...»
Блядь, а арки теракта еретиков в Святом Королевстве не было?
Если будет, то я бы и сам помог.
Это был день, когда я начал немного понимать, почему злодеи в ро-фэнах становятся такими.