Глава 2.2

Ур и его сестра, принявшая змеиный облик, одновременно склонили головы набок. Лысого дворфа, Луголу, который забрал сестру Ура в залог за их долг, увели рыцари. Ур втайне надеялся, что вместе с этим исчезнет и сам долг.

— Нет, это невозможно.

Однако златовласая девушка с улыбкой покачала головой.

— Почему?

— Потому что право собственности на твою сестру принадлежит нам.

— Вам?

— [Золотому Фениксу]. Гильдии моего отца.

Стоило Уру решить, что главный виновник уже исчез, как появился кто-то ещё более высокопоставленный.

— Лугола своевольничал как хотел, но договор, который он заключил с твоим отцом, действителен. Теперь право собственности на неё принадлежит [Золотому Фениксу].

Она протянула ему лист бумаги. На вид он был невероятно старым, а по всей поверхности тянулись строки заклинаний.

— Что это?

— [Кровавый договор]. В нём указано, что твоя сестра выступает залогом за долг твоего отца.

Подобные магические инструменты срабатывают, когда обе стороны соглашаются с условиями договора, а если договор нарушается, на нарушителя обрушивается суровое наказание.

— Суровое наказание?

— В данном случае — жизнь заключившего договор. Иными словами, твоя.

— Братик умрёт?

— Я умру?

Ур совершенно не помнил, чтобы подписывал что-то подобное. В договоре стояло имя его отца. Златовласая девушка указала на один из пунктов.

— Если заключивший договор умирает, наказание не исчезает, а переходит на его родственников. В данном случае — на тебя.

— Понял. Чёрт бы побрал этого никчёмного папашу.

— Он уже мёртв. И долг вовремя не был выплачен. У тебя сейчас есть десять золотых монет? Если есть, тогда проблем нет.

— …У меня есть магический камень гигантского вепря и кое-какие трофеи… хотя их ещё надо делить с другой сообщницей.

— Магический камень такого размера стоит куда меньше десяти золотых. Самое большее — одна серебряная монета, ну или двадцать медных.

Иными словами, долг так и не был выплачен, и теперь Аканэ должны окончательно передать [Золотому Фениксу]. Иначе умрёт сам Ур. Ему оставалось только согласиться… Он не хотел умирать. Вопрос был лишь в том, что делать дальше.

— Тогда позвольте мне выкупить сестру.

— У меня нет причин на это соглашаться.

Девушка холодно отрезала.

— Возможно, ты не понимаешь, но даже для меня её ценность неизмерима. Обычно ей вообще нельзя было бы назначить цену. Раз уж она у нас в руках, отпускать её мы не собираемся.

— Это торговля людьми.

— К сожалению, у твоей сестры нет человеческих прав. Законы, установленные [Храмом], её не защищают. Сделка между нашей гильдией и твоим отцом по поводу права собственности была совершенно законной.

Как бы Уру ни хотелось назвать это бесчеловечным, жаловаться он особенно не мог — в конце концов, его отец первым отдал собственную дочь в залог. Что же ему теперь делать?..

— Но ведь Ур-сама получил отдельное обещание, не связанное с договором?

Пока он размышлял, раздался чистый, словно колокольчик, голос. Ур обернулся.

— Ты… Сидзуку.

— Да, это Сидзуку.

Среброволосая девушка стояла там с улыбкой.

— Кто ты?

— Я Сидзуку. Я помогала Ур-саме в лабиринте.

— А я Аканэ!

— Очень приятно познакомиться, Аканэ-сама.

Почему-то началось знакомство. Несмотря на странный облик Аканэ, Сидзуку ничуть не удивилась. Хорошо уже то, что она не стала поднимать шум, но зачем она вообще подошла?

— Прошу простить, что я подслушала ваш разговор.

Сидзуку повернулась к златовласой девушке и заговорила, сложив руки перед собой.

— Ур-сама отправился в лабиринт, чтобы выполнить условие для возвращения своей сестры.

— Условие?

— Ему пообещали, что если он покорит лабиринт, то сможет начать переговоры о возвращении Аканэ-самы.

В словах Сидзуку не было ошибки. Пока они возвращались, Ур вкратце рассказал, зачем вообще вошёл в лабиринт. Правда, о слиянии с духом он умолчал.

Однако то обещание было скорее угрозой, и ещё большой вопрос, собирались ли его выполнять после того, как условие будет исполнено. Сидзуку этого не знала и потому говорила с полной уверенностью, из-за чего Ур заметно нервничал.

— Хм…

К его удивлению, златовласая девушка и правда задумалась. Сидзуку продолжила:

— Да, это было устное обещание, данное без вашего ведома, но обещание есть обещание. Ур-сама очень старался ради него.

— Очень старался… говоришь?

— Да, очень старался!

Сидзуку особенно подчеркнула это. И хотя Ур действительно рисковал жизнью, слышать такое всё равно было неловко.

— Вернуть Аканэ-саму, возможно, будет трудно, но не могли бы вы всё же пойти на какие-то уступки?

— …Что же с вами делать.

Златовласая девушка замолчала, пристально глядя на них и о чём-то размышляя. Наконец, не сводя взгляда с Аканэ, она тихо произнесла:

— Тысяча золотых монет.

— …Простите, сколько?

Ур не смог сразу осознать названную сумму и переспросил.

— Тысяча золотых монет. Цена, за которую, как и было обещано, можно будет начать переговоры о возвращении твоей сестры.

— Я настолько дорогая?

Аканэ легкомысленно оценила саму себя, но Ур застыл.

Тысяча золотых монет?

Да сколько это вообще?..

— Сумма не чрезмерная. Если уж насильно назначать ей цену, получится именно столько.

По словам девушки, они и без того сделали огромную уступку. Ур не находил слов.

Тысяча золотых монет.

Такую сумму не соберёшь просто так. Более того, даже [Граждане] и [Жрецы] высшего ранга за всю свою жизнь не заработали бы столько.

— Просто для справки…

— Говори.

— Если моя сестра станет вашей… что с ней будет?

— Тебе лучше этого не знать.

— Что с ней будет?

Ур спросил снова, и девушка пожала плечами.

— Её будут исследовать и извлекать из неё её силу. Это редчайшая возможность заполучить таинственную мощь духа. В ход пойдут любые средства.

В её голосе ясно слышалось: пощады не будет.

— Угх…

Ур посмотрел на Аканэ, которая, тихо рыча, всё равно цеплялась за него. После смерти отца она осталась его единственной роднёй. Потерять её он не мог.

— Так что нам теперь делать?

Нет. На самом деле то, что ему нужно сделать, уже было решено.

— …Я выплачу эту сумму.

— И как ты собираешься это сделать?

Он не отступил. Ур глубоко вдохнул и окончательно собрался с духом.

— Стану авантюристом и заработаю тысячу золотых монет.

Авантюристы.

Одна из самых прославленных профессий в этом мире. С тех пор как шестьсот лет назад произошла беспрецедентная катастрофа под названием «Появление лабиринтов», авантюристы стали чудом человечества — они побеждали чудовищ и в основном зарабатывали на жизнь, покоряя их логова, лабиринты.

Но их работа не ограничивается одними только вылазками в лабиринты. Размер награды зависит от дела, однако тем, кого признаёт «Великий союз» и кому «Гильдия авантюристов» присваивает «Золотой ранг», открываются огромные вознаграждения и особые права.

Даже выполнив всего один заказ, можно получить больше золота, чем [Гражданин] или даже [Жрец] заработал бы за всю жизнь. Право посещать «производственные города», владеть [Священными реликвиями], дарованными [Духами], предстать перед величайшими воинами и вестниками великих богов — «Семи небес», и многое другое. Почти не существовало вещей, которые были бы им недоступны.

Каждый, кто мечтает стать авантюристом, стремится к высшей ступени — «Золотому рангу», вершине статуса авантюриста.

~ Отрывок из «Правдивые истории! Мир авантюристов»

Авантюристы.

— Если в книге написана правда, то, став авантюристом Золотого ранга, я смогу выкупить Аканэ.

— Хороший план. Если это вообще возможно.

Ур предложил это, опираясь на знания из книги, которую когда-то непонятно где раздобыл их отец. Ответ златовласой девушки прозвучал резко.

— Стать Золотым рангом. Обязательно заработать тысячу золотых монет. А до тех пор — не трогать мою сестру.

— Люди, обременённые долгами, слишком уж легко бросаются словами вроде «обязательно», но эти слова, знаешь ли, тоже недёшевы…

Не повышая голоса и не срываясь на насилие, как тот глупый директор, девушка говорила спокойно. Но каждое её слово тяжёлым грузом ложилось на плечи Ура.

— Ты всего лишь «Безымянный». У тебя нет ни особых навыков, ни таланта. Я не верю твоим словам о том, что ты станешь Золотым рангом.

— …

— Нужен залог. Твой отец обменял дочь на деньги. А что отдашь ты?

Она прекрасно знала, что Уру нечего предложить.

Бродячий «Безымянный», никчёмный «Безымянный», ребёнок без всякой силы. Ничего. Кроме этой жизни. И потому—

— …Я поставлю на кон свою жизнь.

— ────Эй! Подожди!! Стоп!!

Аканэ вскрикнула, но Ур её проигнорировал. Ему было жаль сестру, но на этот раз иначе было нельзя.

— ────А? На всякий случай предупреждаю: это не шутка.

— Я понимаю. У вас ведь наверняка есть кровавый договор. Используйте его.

Даже самому Уру было ясно, насколько безрассудно он сейчас звучит, но он всё равно продолжал:

— Дайте мне время под залог моей жизни. К тому моменту я стану Золотым рангом и выкуплю сестру.

— Фух… Хм-м…

Подойдя ближе, девушка заглянула ему в глаза снизу вверх. Ур почувствовал, как по спине стекает холодный пот, но не отвёл взгляда от её золотых глаз, будто пронзающих насквозь. В этих глазах таилась сила, совсем не подходящая девушке его возраста.

Прошли секунды, а может, минуты. И всё это время Ур ни разу не отвёл глаз.

А потом—

— ────Хорошо. Я хотя бы подумаю.

— Хотя бы?