Полночный пожар

Лео схватил куртку и вылетел из общественного центра.

Он поймал такси и на предельной скорости помчался к стройке в Саут-Сайде.

Еще издали он увидел зарево, окрасившее ночное небо Питтсбурга в кроваво-красный цвет.

Вой пожарных сирен разрезал тишину ночи.

Когда Лео прибыл на место, самый большой склад стройматериалов уже был полностью объят пламенем.

Огонь вырывался из окон и кровли, слизывая черноту неба.

Десятки пожарных отчаянно боролись с огнем.

К счастью, пожар случился в полночь, и на объекте, кроме одного охранника, никого не было. Обошлось без жертв.

Но партия экологичных стройматериалов стоимостью более ста тысяч долларов, судя по всему, погибла в огне.

Глядя на бушующее пламя, Лео почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод.

Не успело взойти солнце, как мэр Мартин Картрайт с необычайной прытью собрал экстренный брифинг.

Пресс-конференция в мэрии началась ровно в шесть утра.

Картрайт в строгом темном костюме с прискорбным видом встал перед микрофонами.

— Граждане, мое сердце обливается кровью, — произнес он на камеру скорбным тоном. — Несколько часов назад на одной из стройплощадок в южном районе вспыхнул страшный пожар.

— Прежде всего я хочу поблагодарить наших героических пожарных. Только их самоотверженность предотвратила большую катастрофу.

— Но мы обязаны задаться вопросом: почему это произошло?

Он резко сменил тон, направив жало удара прямо в Лео:

— По моим предварительным данным, этот проект курирует Комитет по возрождению города. Руководитель комитета, мистер Уоллес, в погоне за сроками и экономией массово нанимал безработных, не прошедших должного инструктажа по технике безопасности. Это создало критическую угрозу на объекте.

— Я не потерплю, чтобы проекты, прикрывающиеся лозунгом «служения народу», превращались в бомбы замедленного действия, угрожающие жизни и имуществу горожан!

Этими словами он мгновенно превратил пожар с неясными причинами в техногенную аварию, вызванную халатностью Лео.

А следом нанес заранее заготовленный сокрушительный удар:

— Настоящим я объявляю, что с этой минуты при мэрии создается специальная инспекционная группа под моим личным руководством. Мы проведем полную проверку причин возгорания и аудит всех объектов Комитета по возрождению.

— До завершения проверки я подписываю экстренный указ: все работы на объектах проекта «Возрождение Питтсбурга – Один» под руководством Лео Уоллеса прекращаются на неопределенный срок!

На неопределенный срок.

Эти слова, словно клинок, вонзились в самое уязвимое место Лео.

Комбинация была разыграна мастерски и молниеносно.

Сначала провокация, затем использование административного ресурса, чтобы раздуть рядовой инцидент до масштабов катастрофы и под предлогом «общественной безопасности» объявить деятельность Лео вне закона.

После брифинга главные СМИ города, и в первую очередь «Питтсбург Кроникл», начали неистово раскачивать лодку.

Передовица вышла с кричащим заголовком:

«Полночный набат: безопасность проекта возрождения под вопросом».

В статье журналисты цитировали неких «экспертов по строительной безопасности».

Те на камеру зловеще рассуждали о колоссальных рисках привлечения безработных к инфраструктурным работам.

Намекали, что пожар на складе – это лишь начало, и если не остановить Лео, завтра могут погибнуть люди.

За одну ночь общественное мнение Питтсбурга качнулось от восторга и поддержки к сомнениям и страху.

В кабинете мэра Картрайт яростно наседал на телефон, вызвав Дугласа Морганфилда.

— Дуглас, ты видел? Вот к чему приводят художества твоего любимчика! — Орал Картрайт в трубку. — Мне нужно, чтобы все твои СМИ немедленно подхватили тему. Размажьте этого Уоллеса! Сделайте из него лжеца, который играет жизнями рабочих!

Морганфилд на другом конце провода лишь невозмутимо уклонялся от прямого ответа.

— Мартин, не кипятись ты так, — проговорил он. — Пресса должна быть объективной, соблюдать баланс мнений. Мы не можем транслировать только твою точку зрения, понимаешь?

— Я предлагаю дождаться официальных выводов пожарной экспертизы. До тех пор любые догадки безответственны.

Картрайта затрясло от ярости.

Он понял: хваленая нейтральность Морганфилда – это скрытая поддержка Лео Уоллеса.

Без полной медийной мощи корпорации Морганфилда мэр не мог создать абсолютный вакуум вокруг Лео.

Старый лис вел игру на обе стороны.

Лео стоял перед обугленным скелетом склада, в воздухе всё еще висел едкий запах гари.

Десятки рабочих, которые только обрели надежду на будущее, толпились вокруг него. В глазах каждого читались тревога и растерянность.

— Лео, что теперь? Нас правда закрывают?

— Нам заплатят? Мне в следующем месяце за жилье отдавать нечем, если работы не будет.

Репортеры тоже нацелили на него свои объективы:

— Мистер Уоллес, как вы прокомментируете обвинения мэра?

— Вы всё еще считаете, что этот пожар был случайностью?

Лео оказался в тупике. Он чувствовал, как невидимая сеть затягивается всё туже, лишая его пространства для маневра.

Внутренний голос нашептывал ему жалобы на злой рок: почему всё рухнуло именно сейчас?

Голос Рузвельта прогремел в его сознании:

— В политике нет места случайностям, Лео. Даже если этот пожар был подарком судьбы для врага, сейчас он обязан обрести лицо конкретного противника.

— Иначе это пламя сожрет тебя и всех, кто за тобой пошел.

— У тебя сейчас только один враг.

— И это Мартин Картрайт.

Лео посмотрел на пепелище, на лица рабочих, на мигающие вспышки камер.

Он понял: пассивная оборона – это смерть.

Пора переходить в атаку.

Он набрал номер Сары.

— Сара, немедленно созывай прессу. Через полчаса я выступлю здесь, прямо на руинах.

Спустя тридцать минут Лео стоял перед грудой пепла.

Его лицо выражало спокойствие, которое озадачило журналистов.

— Прежде всего я хочу воспользоваться случаем и выразить глубочайшую признательность нашему мэру, господину Мартину Картрайту.

Первая же фраза Лео заставила толпу замолчать в изумлении.

— Благодарю господина мэра за столь пристальное внимание к вопросам безопасности нашего плана возрождения.

— Его указ об экстренной остановке работ стал для нас важным сигналом. Мы осознали, что в деле возрождения общин безопасность производства превыше всего.

Репортеры, ожидавшие скандала и гневных отповедей, переглядывались в недоумении.

— Идя навстречу инициативе мэра, я официально заявляю, — голос Лео окреп, — что время простоя мы превратим в Неделю обучения безопасности производства в рамках нашего плана возрождения.

— На этот период я от лица Комитета официально приглашаю инспекторов пожарного департамента, специалистов министерства труда и бюрократов из отдела лицензий на наши объекты. Мы ждем, что они проведут для наших рабочих лекции, самым строгим образом проверят каждый винтик и каждый регламент.

— Более того, — он обвел взглядом камеры, — мы приглашаем прессу вести прямые репортажи с этих занятий. Пусть весь Питтсбург увидит, как усердно мэрия помогает нам повышать стандарты безопасности на стройках.

Заявление Лео произвело эффект разорвавшейся бомбы.

Никто не ожидал, что он вывернет приказ мэра наизнанку.

Он поблагодарил врага за заботу и вытолкнул всех подосланных вредителей-бюрократов прямо под софиты прессы.

— Изящный ход, — одобрил Рузвельт. — Картрайт хотел придушить нас проверками в тишине кабинетов, а мы привязали его и всех его цепных псов к этой колеснице под прицелом камер.

— Теперь мяч на их стороне. Им придется либо честно проверять и учить, что докажет нашу чистоту, либо саботировать собственный приказ.

— И в том, и в другом случае они выставят себя на посмешище перед всем городом.

Лео нанес первый контрудар, перехватив инициативу в медиаполе.

Но этого было мало.

Шоу могло успокоить толпу, но оно не давало ответа на главный вопрос: кто поджег склад?

Лео понимал: своими силами правды не добиться.

Полиция и пожарные Питтсбурга были в кармане у Картрайта.

Официальный отчет предсказуемо спишет всё на «короткое замыкание» или «непогашенную сигарету рабочего».

Нужна была третья сила, неподвластная мэру.

— Мэр правит городом, но он не властен над штатом, — подсказал Рузвельт. — Помни, мальчик мой: американская система – это весы. Если городская чаша тянет вниз, ищи опору на уровне штата или федерации.