Глава 2.0
Я достал дикие овощи, собранные на обратном пути, добавил к ним картошки, что хранилась в хижине, и кое-как приготовил вполне сытный ужин.
К тому времени, как я закончил ужин, на мир за стенами моей хижины постепенно опускалось покрывало ночи.
Я зажёг масляную лампу, и свет упал на небольшой участок вокруг письменного стола. Для меня это был единственный лучик света в бездонном мраке ночного леса.
При свете лампы я открыл рюкзак, выложил на стол свои записи за сегодняшний день и начал заполнять рабочий журнал...
Виды растений, виды животных, все новые живые организмы, что я увидел за этот день, один за одним укладывались в сухие записи отчёта, и вместе с бездушными цифрами атмосферного давления, температуры, влажности и высоты над уровнем моря формировали результат моей работы.
— Опять началось?..
Пока я сидел за бумагами, в тиши ночи вроде как послышались осторожные шорохи...
Я прекратил писать и прислушался. Звук был такой, будто кто-то скрёб острыми когтями по деревянной доске, но слышно это было еле-еле.
Я осторожно поднялся и подошёл к окну, чтобы посмотреть что это могло быть, опасаясь увидеть некоего ужасного пришельца, но за окном не было ничего необычного...
Я прошёлся по комнате, убедился, что засов на двери надёжно задвинут, а окна плотно закрыты. Главное, чтобы ко мне не начала ломиться какая-нибудь огромная зверюга, а в остальном я в относительной безопасности.
— Может быть, свет привлекает какого-то зверя?
Я снова сел за стол и продолжил работу...
— Уже рассвет?
Я с трудом открыл тяжёлые веки и увидел совершенно обыденную картину...
Похоже, все эти странные звуки, что я слышал за два последних вечера, — ложная тревога...
Тем не менее, из-за них я опять проворочался всю ночь и не мог спать спокойно.
— Нужно поскорее вставать.
Сегодня я должен пойти в небольшой городок у подножия здешних гор и отослать почтой журнал. Исходя из опыта подъёма сюда, на дорогу у меня уйдёт самое меньшее пять часов...
То есть я должен начать шевелиться прямо сейчас, иначе мне придётся возвращаться домой по темноте.
— Утром оставил Байди, что лежит средь цветных облаков. Тысячу ли до Цзянлина преодолею за день...
Подозреваю, что за неделю жизни в горах я сам превратился в дикаря. Наконец-то сегодня я иду в город, увижу живых людей. От радости я не могу перестать размахивать палкой, которая служит мне альпенштоком, да петь песни.
Мой голос пугает птиц на окрестных деревьях, отчего со всех сторон раздаётся беспрерывный галдёж и чириканье, словно своеобразный дуэт к моей песне.
Если не брать в расчёт моё полное здесь одиночество, холодный ночной воздух, да тревожащего меня неизвестного зверя, то в горах очень даже неплохо жить. Густые изумрудные леса, весёлые яркие птички, глупые, но очень милые белки...
Была бы тут ещё какая-нибудь младшекурсница, вообще было бы замечательно.
Прошагав по горам два с небольшим часа, я вышел к их подножию. Здесь пролегала дорога, ведущая в городок...
Первоначально эту дорогу проложили, чтобы возить почту. И мой рабочий журнал, что я сейчас несу на почту, тоже повезут этой дорогой в далёкую столицу, до которой более тысячи километров.
Правда, дорога эта далеко не в идеальном состоянии, поэтому кроме почтовых фургонов, которые появляются по расписанию каждый день, здесь бывают только конные экипажи, пытающиеся сократить путь...
А мне нужно пройти по ней ещё три часа, если, конечно, мне не встретится попутный транспорт.
К этому времени солнце уже поднялось высоко, а деревья вдоль дороги росли куда реже, чем в горных лесах, поэтому я начал чувствовать жажду, ноги стали словно ватные.
— Отдохну чуток.
Я нашёл место в тени дерева у дороги, поставил на землю рюкзак и сел сам. Достал флягу и промочил горло.
— Ну почему здесь нет транспорта?
— А?
Стоило мне начать жаловаться, как я услышал звук приближающегося экипажа...
— Эй! Эй!
Я немедленно вскочил, размахивая руками и громко крича, чтобы привлечь внимание кучера.
Видимо, сегодня мне решила улыбнуться удача.
Ба-бах!
Пока я радовался про себя, приближающийся экипаж несколько раз подпрыгнул на ухабах, я услышал резкий звук, и повозка вдруг завалилась на бок.
Гыр-гыр-гыр...
Что-то обляпанное грязью покатилось в мою сторону...
— Что это?
Я ещё не успел разглядеть что это, как замызганная штуковина, качнувшись несколько раз, словно набравшийся пьяница, с размаху плюхнулась передо мной.
— Колесо?
Экипаж остановился, из него вышло несколько человек, чтобы посмотреть что случилось.
— Это ваше колесо...
Я подкатил колесо к повозке и поприветствовал их.
— Ох, вот оно наше колесо.
Человек, который выглядел как кучер, забрал его у меня.
— Парень, а ты что тут делаешь? Идёшь куда-то?
Хорошо одетый человек средних лет, похожий на учёного, отделился от остальных. Было очевидно, что в этом экипаже он был самой авторитетной персоной.
— Угу, мне надо в город, но у вас... тут...
Сначала я хотел попросить, чтобы меня подбросили по пути, но взглянув на сломанный экипаж, запнулся.
— Не проблема, повозку можно починить, много времени это не займёт. Если ты не против, то подожди немного, и мы вместе доедем до города. — сказал мужчина.
— Ну... если так... Большое спасибо, господин.
— Не стоит благодарности. Меня зовут Ван Цзин. Могу я узнать твоё имя?
— Можно просто Ян.
— В здешних диких краях дым человеческих жилищ редок, откуда ты и почему один?
— Э... Я студент-натуралист, приехал сюда недавно, всего неделю назад, чтобы сменить другого студента на наблюдательной станции. Сегодня должен сходить в город и отправить почтой для научного руководителя рабочий журнал.
— Ах вот оно что. Поразительно, ты так молод, но занимаешься научными исследованиями в области естествознания. — сказал мужчина.
— Ох, вы мне льстите... Я всего лишь выбрал эту специальность...
— Когда я был молод, тоже думал заняться естествознанием, но, к сожалению, способности мои были скромны, а знания поверхностны. В конце концов мне пришлось отказаться от этой мысли.
— П-правда?
— Да, кстати, кто твой научный руководитель?