Глава 42.0
— Поэтому препятствием для нас является совсем не закон природы, а наше собственное сердце. Вы сразу решили сдаться, поэтому вас не мог ждать другой конец.
— Ты...
— Да, сейчас я не вижу Мори, но я по-прежнему чувствую, что она рядом. Стоит мне только закрыть глаза, и я сразу встречаюсь с ней...
— Я не могу её видеть, я не могу к ней прикоснуться, но это совершенно не значит, что мы расстались. Пока в наших сердцах мы будем привязаны друг к другу — мы будем вместе, как те влюблённые из старинных приданий, разделённые тысячей вёрст.
— Ну и к чему ты это... — сказала Лаура.
— К тому, что я очень боюсь. Боюсь потерять Мори, если я решу сдаться. Если я упущу её, то вся моя жизнь пройдёт в вечном раскаянии, как у господина Вана...
— Чем так, уж лучше верить и ждать. К тому же, эта ваша встреча придала мне уверенности. Я знаю, что когда-нибудь обязательно увижу Мори вновь.
— Ты невыносим...
Она негромко вздохнула, её лицо приняло спокойное, но печальное выражение лица.
— Вы оба невыносимы...
— Не хотите прислушиваться к голосу разума.
— Раз уж вы так считаете, то отныне вы будете идти своей дорогой. — сказала Лаура.
Вместе со вздохом Лауры за её плечом стала появляться какая-то тень...
В знакомой одежде, со знакомой причёской... Точь-в-точь та Мори, которую я представлял себе, когда закрывал глаза...
— Мори?
Я уже смирился с тем, что придётся ждать десять и даже двадцать лет, и её появление прямо передо мной, такое же неожиданное, как и её исчезновение, совершенно застигло меня врасплох.
— Это ты?..
— Это и вправду ты?!
Я просто не мог поверить своим глазам...
— Ян?
— Ты можешь меня видеть?
Голос Мори достиг моих ушей, и сразу же её тело вновь приобрело плотность полностью...
Я в волнении стиснул кулаки так, что, казалось, с ладоней моих вот-вот потечёт пот, также как из моего сердца неудержимо лилась безумная радость. Но горло моё словно окаменело, и я не мог произнести ни звука...
Как ненормальный, я черта за чертой рисовал её перед моими глазами, страстно желая запечатлеть её образ в своём сердце.
Блеск её глаз был словно сияние полной луны в ту ночь, когда она исчезла. Её длинные ресницы слегка вздрагивали. Она вдруг моргнула, и по её щекам пробежали крупные бусины слёз.
— Мори...
Я потерял самообладание, где-то глубоко в душе появилось какое-то смутное невыразимое чувство, горькое и печальное.
— Дурачок! Ты же перестал меня видеть... — тихо сказала Мори.
Глаза её блестели сквозь слёзы.
— Ты должен был забыть меня... И не ждать меня... — тихо сказала Мори.
— Я бы не смог...
— У меня хорошая память.
— Я помню, как мы сцепляли пальцы, обещая не расставаться без прощания.
— Но... мы же их совсем не сцепили... Ты не должен был...
— Пока ты не скажешь «прощай», я буду ждать тебя.
— Даже если однажды ты исчезнешь опять — я всё равно буду тебя ждать.
— И даже если ты тайком уйдёшь — я всё также буду тебя ждать.
— Не надо ждать!
— Не надо! — воскликнула Мори.
— Я буду ждать.
— Ты...
— Ты... почему...
Слёзы в уголках её глаз вдруг превратились в ручьи, уши свесились, всё тело её сотрясалось от рыданий. Она в конце концов не смогла сдержаться...
— Уа-а-а-а-а! — воскликнула Мори.
— Мори?!
От её рыданий у меня защемило сердце, этот момент должен был быть радостным...
— Уа-а-а-а-а! — воскликнула Мори.
— Нет, нет... почему ты плачешь? Мы... мы радоваться должны...
Я хотел что-нибудь сказать, чтобы успокоить её, но она плакала всё сильнее и сильнее, в итоге я сам разрыдался.
— Разве... разве мы не преодолели... Мы преодолели... самую трудную часть...
— Уа-а-а-а-а! — воскликнула Мори.
— М-мы... Эй!
Слёзы её бежали неудержимо, словно поток, прорвавший плотину. Я пришёл в смятение и совершенно не знал, что сказать, только и мог, что бросить просительный взгляд на Лауру.
— Что? — спросила Лаура.
— Что... что мне делать?
Ян: В детстве она наверняка также плакала, что вы делали при этом?
— Уа-а-а-а-а... — тихо сказала Мори.
— Нет, я её до слёз не доводила.
— Твои проблемы, ты и решай. — сказала Лаура.