Пролог
══════⊹⊱≼≽⊰⊹═════
По мере того как занимается день, гомон лесных птах становится все сильнее.
Слышно, как по крыше время от времени прыгают птицы, будто сама мать-природа напоминает мне, что новый день уже наступил.
Все страхи, что одолевали меня под черным занавесом ночи, в лучах восходящего солнца развеялись словно дым.
К сожалению, независимо от того,, выспался я или нет, каждый день с приходом утра я всё равно должен вставать и идти работать.
А всё потому, что ночью я слышал какие-то неясные звуки, раздававшиеся за стенами моей хижины, будто некий дикий зверь то шевелился, то замирал, тревожа лесные кусты, а в окне то и дело мелькали тёмные причудливые тени, отчего я всю ночь провёл в беспокойном состоянии, то засыпая, то вновь пробуждаясь, и даже сам не заметил, когда же наконец смог заснуть...
— В жизни человека есть две вещи, которых ему не избежать: это смерть и работа...
Протирая глаза, чтобы побыстрей окончательно проснуться, и высказывая себе под нос своё неудовольствие, я начал собирать вещи для полевой работы.
И тут я заметил на письменном столе мокрый иллюстрированный зоологический справочник, который мне перед самым отъездом подарил мой научный руководитель — невероятно известный натуралист.
Намочил я его вчера из-за своей безрассудности, поэтому какое-то время этот справочник будет совершенно бесполезен.
Упаковав хорошенько необходимые вещи, я открыл деревянную скрипучую дверь своей маленькой хижины. Ослепительный солнечный свет ударил мне в глаза...
— Похоже, сегодня будет ещё один погожий денёк.
Раз уж сегодня такая отличная погода, то надо бы вынести намокший справочник на улицу, да просушить его хорошенько. На таком солнце он быстро высохнет, разве что разводы от воды останутся.
— Что ж, многое идёт не так, как мы того хотим.
Размышляя вслух о своих недавних неудачах, я начал свой сегодняшний поход по диким горам.
По правде говоря, у меня не было никакой необходимости сюда приезжать, как и не было необходимости наматывать в день по десять километров только лишь ради зарисовки каких-то практически идентичных растений, да записи в блокнот их свойств заумными терминами.
Однако когда руководитель спросил, кто может заменить старшекурсника, выпускающегося в этом году, на уединённой наблюдательной станции в глухих горах сроком на год, чтобы проводить полевые исследования за почёт и уважение, ну и за небольшой дополнительный заработок, я, недолго думая, согласился.
Потому что в тот момент в моих ушах звучала только одна фраза: «Заработок в 35 юаней в месяц», что совсем не мелочь для бедного студента. По моим понятиям этого вообще было достаточно для роскошной жизни.
— Как и следовало ожидать, жадность — всякому горю начало.
К сожалению, хотя у меня теперь и достаточно денег для красивой жизни, но вот компанию мне составляют только птицы, что иногда пролетают сквозь кроны деревьев.
Мой нынешний район работы — большая незаполненная область на карте, оставленной моим предшественником.
После каждого похода в горы я ставлю новые отметки, и область эта постепенно из неизведанной превращается в подробно описанную...
— Как мало мы знаем, и как много того, что нам ещё предстоит узнать.
Нам потребовались тысячи лет, чтобы изучить планету, на которой мы обитаем...
Тысячи лет, чтобы изучить границы материков и океанов...
И сколько понадобится лет теперь, чтобы изучить географию и видовое разнообразие каждого континента?
— Вернусь-ка я сегодня пораньше.
Захлопнув блокнот с зарисовками, я достал карманные часы взглянуть на время, и тут неожиданно вспомнил, что уже прошло шесть дней и завтра как раз тот день, когда я должен отослать руководителю рабочий журнал.
— А ведь ещё надо привести в порядок рукопись...
Когда я уже приготовился подняться с поляны, я заметил несколько лежащих поблизости семян растений. Эти несколько неудачников, что не успели прорасти, как раз подойдут для исследований...
— Э? Мой платок...
Я собирался по обыкновению достать платок из кармана и завернуть в него образцы семян, но в кармане оказалось пусто.
— Ох... Я совсем забыл...
Ничего больше не оставалось, кроме как выдернуть страницу из блокнота и завернуть в неё.
К тому времени, когда я вернулся на наблюдательную станцию, ориентируясь по знакам, что я оставлял на пути, солнце уже вовсю клонилось к западу и постепенно опускалось за кроны дальних деревьев.
Я не торопился идти в свою хижину, а направился к небольшой речке недалеко от неё, чтобы проверить рыбные садки, которые я установил ранее.
Если несколько садков поставить в ряд входом против течения, то рыбе, которая попадёт в садок, будет не так просто из него выбраться из-за направления потока. Поэтому поймать несколько рыбёшек и разнообразить диету труда не составит, так сказал мне мой предшественник.
— Эта рыба — самое вкусное, что ты сможешь найти в здешних горах, — говорил он. И добавил, что этому его также научил его предшественник...
Вероятно, причина, по которой наблюдательную станцию построили именно здесь, как раз в этой речке, где можно ловить рыбу.
— Странно, за два дня ни одной рыбы...
К моему удивлению, сегодня садки были пусты, но хуже было то, что один из них был разломан...
Мне ничего не оставалось, как забрать сломанный садок и вернуться. Следы на нём — явно знак недобрый, будто их грыз какой-то зверь.
— Неужели за мной и вправду кто-то следит?
Однако, передавая мне дела и рассказывая об особенностях жизни здесь, мой предшественник ничего не упоминал о диких зверях, которые могли бы водиться в этой местности.
Да и сам я сейчас не мог определить, какой зверь мог оставить такие отметины, поэтому я взял сломанный садок и пошёл к хижине.
— Кхе-кхе!
Отворив дверь, я намеренно повысил голос и несколько раз громко произнёс «кхе-кхе», и совсем не потому, что у меня першило в горле, а чтобы придать себе уверенности, да испугать возможно притаившегося внутри зверя...
Но вещи в комнате лежали так же, как я их оставил, и было не похоже, чтобы здесь были какие-то незваные гости. Я успокоился, снял рюкзак и поставил его вместе с садком на пол.
— Рыбы нет, так что сегодня у меня будет постный ужин.