Монолог Героя после расставания с Говорящей Сумкой
Одинокий Герой, спасший мир. Так они теперь меня называют, но даже у меня был верный друг, с которым я делил и радости, и печали.
Несмотря на то, что я обладал силой Героя, я не мог сражаться так, как того ожидал от меня мир. Я не находил в себе сил ненавидеть зло и питал отвращение к лишению жизни.
Я верил: если у противника есть сердце; если до него можно достучаться словами; то когда-нибудь он обязательно прислушается. И я продолжал выбирать путь диалога.
Лишь благодаря моему бессмертию как Героя я мог следовать этому пути, но порой я ловил себя на мысли:
Я слишком сильно полагаюсь на силу Героя. Только благодаря ей я вообще имею возможность выбирать путь диалога. Насколько же беспомощным я был бы без этой силы?
Даже мои попытки убеждения, в которых я полагался на своё бессмертие, многие встречали со страхом и отвращением. В их глазах я был чем-то пугающим.
Ты не Герой. Ты монстр, лишенный человеческих чувств. Я буквально чувствовал, как эти слова выплевывают мне в лицо. Бывали ночи, когда я сидел в одиночестве перед костром, дрожа от страха и захлебываясь слезами.
Я - Герой. Я должен привести мир к миру. Я не имею права быть слабым. Этими мыслями я гнал себя вперед, но если бы я действительно был один, я бы точно сломался где-то на этом пути.
Он поддерживал моё сердце еще до того, как заговорил со мной. Когда я сбивался с пути, когда сталкивался с непреодолимой стеной, он просто указывал мне новую дорогу, будто это было самым естественным делом в мире: "Что ж, тогда давай пойдем другим путем."
Даже когда наступал момент, когда я "должен" был применить силу Героя, он вел себя так, будто хотел сказать: "Если не хочешь - не надо. Есть масса других способов достичь желаемого."
Он сделал выбранный мною путь легче. Он давал мне неведомые инструменты, такие как "Точки возрождения" и книги, полные техник, которые мог освоить любой, если бы просто захотел в них разобраться.
Быть непохожим на других - это нормально. Быть тем, кого боятся - тоже. Люди боятся того, что отличается от них самих, и я усвоил, что не стоит из-за этого горевать. Важно было не позволить всему закончиться лишь этим страхом.
С его помощью я обрел свое нынешнее "Я". Я обрел уверенность в своих методах и мужество, чтобы продолжать идти вперед. Наконец-то я почувствовал, что действительно встал на путь Героя.
Но возможность по-настоящему говорить с ним стала той искрой, что расширила мой мир еще сильнее.
"Самопожертвование - это, конечно, похвально, но тебе стоит поучиться больше полагаться на других. Вот, положи этот камень у своих ног в внутрь меня. Я могу сотворить хлеб, который на вкус куда лучше, чем окровавленное мясо."
Пока я стоял там, ожидая момента, чтобы стать приманкой для зверей— моим привычным способом добывать пищу для людей, — он заговорил со мной. В его голосе звучала такая непринужденность, будто он был рядом с самого начала.
Он поведал мне, что когда-то лишился жизни в другом мире и с тех пор перерождался в разных обличьях. В этот раз судьба уготовила ему стать сумкой, которой суждено следовать за мной - за Героем.
Я расспрашивал его о многом. Почему он молчал до сих пор? Зачем помогал мне своими таинственными силами?
"Твой образ жизни был настолько любопытным, что, наблюдая за тобой, я просто забыл, что умею говорить. Ты был странным Героем, и это было весело. Поэтому я решил, что хочу пройти твой путь вместе с тобой. Ну, 'пройти' - это громко сказано, я ведь всё-таки сумка."
Моя "странность" была для него пустяком. Он просто принял её как нечто "интересное" и "совсем не плохое", продолжая шагать — точнее, ехать у меня за спиной — так естественно, словно иначе и быть не могло.
Он научил меня многому. Он позволил мне понять: даже не применяя силу, приносящую боль, люди способны найти способ решить любую проблему. Что даже не полагаясь на силу Героя, любой человек может привести мир к согласию, используя методы, доступные каждому.
Однажды, когда я искал у него внутри одеяло, чтобы лечь спать, я наткнулся на рисунок. Это был яркий портрет девушки с бесстрастным лицом. Я спросил его, кто она.
"Человек, чью улыбку я хочу увидеть больше всего на свете."
Он рассказал мне, что проживает цикл за циклом, умирая и рождаясь вновь, лишь для того, чтобы продолжать рассказывать свои истории одной-единственной девушке. Его голос, когда он говорил о ней, был таким нежным и счастливым, что я даже немного приревновал. А одеяло я так и не нашел. Наверное, он переделал его в хлеб. В ту ночь я спал, надев его себе на голову. Он оказался довольно теплым.
Путешествовать с ним было весело. Каждый раз, когда перед нами возникала трудность, мы советовались друг с другом, решая, как её преодолеть.
Когда мы разбирались с Мечом Героя, который превратился в хлеб… меня спасли его непредсказуемые идеи. …Ну, из-за этого одна бедная душа оказалась игрушкой в руках силы, неподвластной её контролю, но в итоге мы и это уладили вместе с ним. Это был первый и последний раз, когда я запихивал еду человеку в рот силой. Весьма необычный опыт, и, честно говоря, мне это даже немного понравилось.
"Намошин, ты и вправду самоотверженный и преданный своему делу Герой."
Он смеялся и повторял мне это на протяжении всего нашего пути. Но, с моей точки зрения, не было никого более самоотверженного и преданного, чем он сам.
Даже после падения Короля Демонов мир не стал полностью безмятежным. Напротив, когда исчезло "Великое Зло", мелкое зло стало выделяться сильнее.
Я выбрал путь, по которому шел всегда. Если ты сталкиваешься с проблемой, обдумываешь её и находишь решение, ты можешь проложить дорогу, не прибегая к особым силам. Я путешествовал повсюду, проповедуя, что спасти кого-то под силу каждому. Даже если это невозможно в одиночку — взявшись за руки с кем-то другим, вы обязательно увидите путь.
Я хотел, чтобы как можно больше людей узнали то, чему я научился у него. Я верил, что это и есть мой долг как Героя.
И вот, когда я странствовал по миру, король одной страны, который недолюбливал меня, сказал: "Ты ни на что не годен без этой своей чудодейственной сумки."
Эти слова глубоко ранили моё сердце. Он и правда был чудодейственной сумкой. Но дело было не в его способности менять вещи. Его истинным чудом была способность поддерживать человеческое сердце. Без него я бы остановился. Я не смог бы продолжать свой путь в этом мире.
"Намошин, огонь."
Он произнес это голосом, который слышал только я. Дни, проведенные вместе, позволили мне в точности понять, что он пытался сказать. Когда я взял огонь в руку, моё лицо едва не исказилось от боли.
"Улыбнись, Намошин. Ты ведь решил вести людей за собой как Герой, не теряя улыбки, верно? Давай докажем им. Докажем, что ты сможешь идти, даже когда меня не будет рядом."
Его голос был таким нежным, таким теплым — точь-в-точь как тогда, когда он рассказывал о той девушке. И благодаря этому я смог улыбнуться. Я предал его огню и с гордостью обратился к людям.
"Вы совершенно правы. Если я буду полагаться на сумку, творящую чудеса, я не стану достойным примером для остальных. Поэтому я докажу вам, что могу вести людей за собой, будучи лишь человеком, у которого ничего нет."
Благодаря этому поступку и этим словам Король признал во мне Героя. Множество людей вдохновились этой историей, и она стала той искрой, что разнесла мою весть по всему свету.
Моё тело может воскресать столько раз, сколько потребуется, но у его тела была лишь одна жизнь. Вес принесенной в жертву жизни для нас был совершенно разным. И всё же он отдал её без тени сомнения. Как последнюю опору, чтобы я мог продолжать идти своим путем.
"Намошин, ты - Герой. И неважно, что думают другие. Я признаю тебя Героем. Это было весело. Спасибо."
Даже слыша его слова в пламени пожара, я не позволил своей улыбке дрогнуть. Я хотел, чтобы мой лучший друг - тот, кто признал меня Героем, несмотря на мой отказ применять силу и сражаться, вернулся туда, откуда пришел, гордясь мной.
Когда все ушли и я остался один, я собрал его пепел. Обливаясь слезами и захлебываясь рыданиями, я извинялся перед ним снова и снова.
Пока я собирал пепел, воспоминания о нем хлынули потоком. Его голос, его тепло - всё всплывало в памяти так живо. Там, где никого не было, я плакал не как Герой, а как обычный Намошин, его друг.
Я всё еще иду. В этом мире постоянно рождаются конфликты, и люди страдают. Вот почему я намерен вести их за собой до самого конца. Чтобы спасти как можно больше душ, дабы те, кого я спас, в свою очередь могли спасти других.
Многие признают во мне Героя и гордятся мной. Но сколько бы похвал я ни получал, они никогда не сравнятся с твоими словами.
Даже сейчас я помню истории, которые ты мне рассказывал. Все они были такими диковинными, но они давали мне мужество. Они стали теми якорями, что позволяют мне так ясно помнить дни, когда мы шли вместе.
"Я хочу увидеть тебя снова. Нет - мы обязательно встретимся. И в следующий раз, давай поведаем друг другу наши истории."
А пока я буду продолжать свой путь. Чтобы сплести свою собственную историю, которой я смогу гордиться, когда увижу его снова - точно так же, как он когда-то рассказывал свои истории мне.