Самая высокая гора в этом мире. (34)
34
— У-у... х-ха... пу... пусти... — она тщетно пыталась вырваться из-под руки, давящей на её затылок.
Голову разрывала пульсирующая боль. Тело, впервые столкнувшееся с такой неприкрытой агрессией, перестало ей подчиняться. Она была парализована. Перед лицом столь явного превосходства в силе она могла лишь мелко дрожать.
— Сука, тварь... — мужчина, тяжело дыша, ослабил хватку только тогда, когда она затихла. — Хотел же по-хорошему, бля... Фух. Замри. Будешь паинькой, больно не будет, скоро сама кайфанёшь. Поняла? Братец устроит тебе такой кайф... Оп-ля!
Длинный подол мантии, почти касавшийся пола, взметнулся вверх. Поняв, что возиться с пуговицами слишком долго, он решил просто задрать одежду. Пальцы Е Чжу то и дело соскальзывали с гладкой поверхности стеклянной стены.
Грязно. Страшно. Мерзко.
От прикосновения горячих ладоней к бёдрам её затошнило. Из последних сил удерживая обмякающее тело, она отчаянно закричала:
— Не надо! Прекрати, безумный ублюдок! Думаешь, вождь это так оставит?!
— Кх-кх, тупая баба. Скажу, что перепутал тебя с какой-нибудь девчонкой из племени глаз, и что он мне сделает? Он сам засунул свою хвалёную «Спасительницу» к таким, как я, — мужчина противно хихикнул.
Звук расстёгиваемого ремня неестественно громким эхом отозвался в пустом зале. Завывания рога и глухие удары юноши о стекло внезапно прекратились.
События той ночи нахлынули жутким дежавю. То же бряцанье пряжки, треск разрываемой одежды... Тогда она в ужасе рванулась вверх, пытаясь спасти другого. Но сейчас рядом не было никого, кто мог бы прийти на помощь ей. Ни Рама, ни Чорона, ни Юны. Ни даже Ё Чжуна.
Е Чжу до безумия возненавидела себя за свою беспомощность, за то, что у неё нет ни сил, ни способностей, чтобы выбраться из этой ситуации.
«Страшно. Мне так страшно. Мне страшно, Рам...»
Чужие грубые руки, шарящие по телу, вызывали невыносимую дрожь. Каждый раз, когда ладонь этого ублюдка касалась её бедра, перед глазами всё заливало багровым.
«Я убью тебя, прикончу! Прикончу! Не смей! Я убью тебя, сукин сын! Умри, умри!»
— Убери руки.
Неужели это галлюцинация? Может быть, она так отчаянно хотела вырваться из этого дерьма, что разум начал играть с ней в игры?
Но для видения всё было слишком реально: рука, впившаяся в её бедро, словно пиявка, мгновенно замерла, будто нажали на паузу.
— Брось нож и подними руки за голову.
Сложно было поверить, что этот деловой и жёсткий тон принадлежит такой молодой девушке. Благодаря этому вмешательству хватка мужчины ослабла, и Е Чжу смогла высвободиться.
— Ха, ну надо же. Теперь и ты? Блять, вы что, по очереди решили надо мной издеваться?!
— Считаю до трёх. Если руки не окажутся за головой, стреляю. Три. Два.
— Эй! Ладно! Понял я!
Послышалось, как мужчина быстро попятился назад. Е Чжу медленно открыла зажмуренные веки. Всё вокруг плыло, и ей потребовалось немало времени, чтобы сфокусировать взгляд. Она плакала? Сильно потерев мокрые глаза, она, наконец, смогла различить Юну, которая держала пистолет у самого виска мужчины.
— Повернись.
Она качнула дулом, её голос звучал чисто, без тени лишних эмоций.
— Проклятье, дай хоть штаны застегнуть, а? — проворчал «хорёк». Он поднял одну руку, но всё ещё не выпускал нож из другой, которой придерживал расстёгнутую ширинку.
Однако Юна в ответ лишь молча щёлкнула затвором, досылая патрон в патронник. Мужчина начал медленно наклоняться, делая вид, что собирается бросить нож.
«Сволочь. Просто кинь его вперёд, зачем так тянешь?»
Е Чжу, мысленно осыпая его проклятиями, лихорадочно одёргивала задранную до самой талии мантию. И в этот момент гад с невероятной скоростью развернулся и полоснул ножом по воздуху.
— Юна, берегись! — вскрикнула Е Чжу.
— Агрх! Ах ты, дрянь!
Всё произошло в мгновение ока. Юна, едва успев уклониться от лезвия, наотмашь ударила мужчину рукоятью пистолета по голове. Тот зашатался, хватаясь за лоб, и уже собирался снова броситься в атаку, но Юна не дала ему ни секунды передышки, ещё раз с силой обрушив пистолет на его голову.
— Ы-ы... С-сука... — прохрипел он. По его лицу тонкой струйкой потекла кровь.
Е Чжу замерла с разинутым ртом, не веря, что семнадцатилетняя девчонка может обладать такой сокрушительной и выверенной силой.
— Я... это...
«Хорёк», с которым она сама не могла совладать, бессильно рухнул на пол.
Пока Е Чжу стояла столбом у стеклянной стены, переводя взгляд с девушки на поверженного врага, та вытерла окровавленный пистолет об одежду и сухо скомандовала:
— Чего застыла? Иди сюда.
В любое другое время такой приказной тон вызвал бы у неё ярость, но не сейчас. Потрясённая увиденным, Е Чжу, не проронив ни слова, поспешно подошла к девушке.
— О-он... он же не умер? — робко спросила она, глядя на разбитую голову мужчины, из которой на пол вытекала кровь.
Юна лишь покосилась на неё с нескрываемым презрением и нахмурилась.
«Ну да... конечно. От такого ведь не умирают».
Ей почему-то показалось, что перед ней больше не та дерзкая девчонка, которую она знала раньше, поэтому она не решилась возразить и просто замолчала.
— Бей, — бросила Юна будничным тоном, словно желая доброго утра.
— А? Что? — Е Чжу опешила от неожиданности.
— Я говорю: бей его.
— Ко... кого?
— Ты же сама орала, что хочешь его прикончить. Твои вопли были слышны даже в вентиляции на третьем этаже.
Встретившись с невозмутимым взглядом Юны, Е Чжу вспомнила все те жуткие мысли, что пронеслись в голове за секунду до того, как этот ублюдок едва не изнасиловал её. Она ведь и правда думала о том, что если бы у неё была сила, она бы разорвала его на куски. Неужели она выкрикнула всё это вслух?
Е Чжу, моргая, перевела взгляд на потерявшего сознание мужчину. Стоило ей увидеть струйки крови, сочащиеся из его головы, как внутри мгновенно вскипел гнев. Сначала она лишь робко ткнула его носком ботинка. Несмотря на присутствие Юны, она всё ещё подсознательно боялась, что этот гад вскочит и снова набросится на неё. Но реакции не последовало. Удары становились всё увереннее, пока, наконец, она не стала вовсю колотить его грязную тушу.
— Сволочь! Мусор поганый! Ублюдок, свинья! Умри! Умри, мразь!
— Гх... кха... — даже в беспамятстве он чувствовал боль, издавая сдавленные стоны и извиваясь на полу, словно червь.
Е Чжу пинала «хорька» до тех пор, пока не устала. А когда от ударов начали болеть собственные ноги, она принялась неистово топтать его. Она даже не замечала, что рыдает навзрыд. Ярость застилала взор, не давая рассудку вернуться. В любой другой ситуации она бы сначала подумала, правильно это или нет, но сейчас в голове была лишь звенящая пустота, а в груди обжигающий пожар.
— Х-ха... сука... ублюдок... ха-а...
Спустя какое-то время её движения заметно замедлились. Ей хотелось превратить этого гада в кровавое месиво, но силы стремительно таяли.
«Проклятье. Даже чтобы избить кого-то, нужна чёртова выносливость».
Тяжело и часто дыша, будто загнанный зверь, она, наконец, полностью остановилась. Словно только этого и ждала, Юна протянула ей вытертый чистый пистолет.
— На, бери.
И хотя дуло смотрело в сторону, Е Чжу отшатнулась:
— За-зачем?! Я ничего не сделала!
Юна молча переждала эту истерику, затем коротко вздохнула, схватила Е Чжу за руку и сама вложила в неё оружие.
— Предохранитель снят. Просто жми на курок.
— На... нажать?
— Целься прямо в голову. Не хватало ещё, чтобы ты попала куда-нибудь не туда, и он взвыл на весь корабль.
— Держи обеими руками, вот так, — Юна на удивление спокойно и даже заботливо направила руки Е Чжу, прицеливаясь в голову мужчины. — Расслабь плечи.
Е Чжу пришла в себя лишь тогда, когда всё уже было готово. Юну не слишком устраивала её неуклюжая поза, но, решив, что для выстрела в упор сойдёт, она без лишних слов убрала руки и отступила в сторону.
— Стреляй. Прямо так.
Когда она видела пистолет в последний раз перед тем, как попасть на в будущее? В бесконечных сериях «CSI»(1), которые крутили по ТВ?
С тех пор, как она оказалась заперта на этом проклятом корабле, ей часто приходилось видеть оружие в руках солдат. И только сейчас она остро осознала, насколько несерьёзно его воспринимала.
Впервые в жизни оказавшийся в её руках настоящий пистолет ощущался пугающе тяжёлым. Если не считать того, что ладони вибрировали, как телефон на беззвучном режиме, прицел был точным. Оставалось только нажать на курок и всё. Пуля вылетит и разнесёт череп этого ублюдка на куски. Тогда она сможет смыть с себя весь тот гнев и отвращение, что душили её мгновение назад.
— Я сказала: стреляй. Ты же хотела его смерти, — снова поторопила Юна.
Е Чжу продолжала неподвижно стоять, целясь в мужчину. Она тяжело, со свистом выдыхала воздух, то оглядываясь на Юну, то снова резко переводя взгляд на окровавленную рожу «хорька».
«Да, выстрелить. Просто нажать, как говорит Юна. Вспомни, что этот психопат только что с тобой вытворял».
Его мерзкие прикосновения, тошнотворное дыхание. Ей хотелось прямо сейчас сорвать с себя одежду и содрать кожу в тех местах, которых касалось это «насекомое». Она хотела его смерти. Если не убить его, этот отброс продолжит творить то же самое. Он мусор, подлежащий немедленной утилизации. Просто выстрелить и всё. Выстрелить? Убить?
— Живее.
Ствол, наставленный точно в лицо мужчины, начал вилять. Дрожь в руках становилась всё сильнее. Лёгкая вибрация переросла в неистовую пляску. Руки колотило так, будто она держала работающий отбойный молоток.
Е Чжу чувствовала на себе пристальный взгляд Юны, который словно говорил: «Ну и чего ты ждёшь?».
И она была с ней согласна.
«Чего ты ждёшь? Стреляй. Один раз и конец. Если убить этот мусор, если его прикончить...»
— Стреляй!
В конце концов Е Чжу опустила пистолет.
— Н-не могу!
«Идиотка. Вот поэтому тебя и бросают. Потому что ты ни на что не способна, бесполезное ничтожество».
Но даже проклиная себя, она так и не смогла нажать на спуск. Её голова покаянно опустилась, как у преступницы.
— Не могу. Я никчемная дура, поэтому не могу. У меня нет сил убить его, как у тебя, нет решимости... у меня нет... ничего...
В итоге она не справилась даже с этим. Свободной рукой Е Чжу закрыла горящие от слёз глаза. Ей казалось, что если она этого не сделает, то прямо сейчас позорно рухнет на пол и зайдётся в рыданиях.
Послышались шаги: Юна приближалась к ней. Е Чжу была уверена: вот сейчас та точно начнет её оскорблять и насмехаться, говоря, что она слабая и жалкая девчонка, которая ни на что не способна, и что какая из неё Спасительница. И ей бы нечего было на это ответить.
Но Юна, подойдя вплотную, лишь произнесла:
— Бывает. Чего ты из-за такого рыдать вздумала?
Она мягко и естественно забрала из её рук тяжёлый пистолет.
(1) CSI: Место преступления — это американский телесериал, посвящённый работе криминалистов Лас-Вегаса, использующих научные методы для раскрытия преступлений.