Истинные намерения

— Как я могу тебе не доверять, сестрица, — Фаон снова притянул жену к себе и с улыбкой добавил: — Но не кажется ли тебе, что всё это… как-то слишком странно?

Очевидно, Фаон всё еще полагал, что его жена просто шутит. В его представлении Эвелин хоть и могла иногда выдвинуть безумную идею, но чаще всего это было лишь способом подразнить его. Видя, что он не поддается, она, скорее всего, просто делала вид, что говорит серьезно.

В конце концов, предложение позволить другой женщине притвориться ею — это за гранью нормального. Он не возражал против её игривости, но это уже выходило за рамки.

— М-м? Да нет, ничего странного, — ответила Эвелин, старательно подавляя голос совести.

Конечно, ей это казалось странным! Если бы кто-то другой предложил такое, она бы решила, что этот человек — какой-нибудь приспешник демонов. Но сейчас она сама была инициатором.

Просить Йе-Лей или Йе-Йе притвориться ею — это всё равно что сказать: «Пожалуйста, поскорее воспользуйтесь моим мужем».

По сути, именно так всё и есть. Но раз уж она начала этот разговор, Эвелин оставалось только сохранять невозмутимый вид.

— … — Фаон замолчал. Он слишком хорошо знал свою жену и понимал её страхи.

«Может, она просто чересчур сильно переживает из-за Айлин?» — подумал он.

Решив не развивать эту тему дальше, Фаон нежно погладил жену по голове и обнял её крепче.

— Ладно-ладно, не изводи себя так. То, что Айлин возвращается на каникулы — это же хорошо. В конце концов, ты не сможешь вечно скрывать от неё состояние своего здоровья.

— Но если она приедет и узнает, что сестра всё это время ей врала… как представлю её лицо, мне становится так плохо на душе, — пробормотала Эвелин, утыкаясь носом в грудь мужа.

На самом деле она просто упорно гнула свою линию, стараясь направить мысли Фаона в нужное русло.

— Ты слишком добра, сестрица Эвелин. Ты переживаешь о том, что другие будут переживать за тебя, — мягко произнес Фаон. — Но Айлин не капризная девчонка, она поймет. Так что не забивай себе голову. Уже поздно, давай спать?

Эвелин выбралась из его объятий и чмокнула мужа в щеку. Она решила, что «почва» на сегодня подготовлена достаточно.

— Хи-хи, я и сама это знаю… Но ничего не могу с собой поделать.

Фаон улыбнулся в ответ:

— Такая уж ты у меня есть. Но всё будет хорошо, просто доверься своему мужу.

— Я абсолютно тебе доверяю, — внезапно кокетливо заявила Эвелин. — Доверяю в том, что за эти два дня мой муж не натворит никаких глупостей. Ведь я уже всё обсудила с Йе-Йе, хи-хи.

Фаон опешил.

Глядя на озорное лицо жены, он поймал себя на мысли, что перестает её понимать. И в то же время ему стало горько: если бы он мог быстрее решить проблему с её здоровьем, Эвелин не пришлось бы предлагать такие абсурдные вещи.

— Почему же ты не посоветовалась сначала со мной? — только и смог вымолвить он с оттенком беспомощности.

— Потому что идея пришла только утром! Да и «эти дни» начались тоже утром. Всё-всё, не забивай голову, я тоже устала. Давай спать, тебе завтра еще гулять с ними, дорогой, — весело сказала Эвелин, будто этот разговор её ни капли не задел.

Фаон хотел что-то возразить, но промолчал. Странно, но… он начал находить в словах жены зерно логики.

— Что ж, тогда решим это позже. Спим.

— Спокойной ночи, дорогой, — отозвалась Эвелин, хотя на душе у неё было тоскливо и горько.

В ближайшие дни ей придется постоянно «капать ему на мозги» этой идеей. Получалось, что она одновременно умоляет соседок: «Пожалуйста, используйте моего мужа», и уговаривает мужа: «Пожалуйста, позволь им это».

Это было мучительно, но Эвелин подбадривала себя мыслью: всё это ради того, чтобы Фаон не потерял всё, что ему дорого, и ради их будущего счастья. Чтобы он наконец-то смог достичь с ней того самого «предела».

«Отдать» мужа сейчас — это цена их будущего счастья. От этих противоречивых чувств она прижалась к нему ещё крепче.

-----------

Ночь прошла без происшествий.

Несмотря на выходной, Фаон проснулся в свое обычное время. Из-за того, что вчера они не усердствовали в постели, он чувствовал себя бодрым и заметил, что Эвелин уже встала. Из кухни донесся её голос:

— Дорогой? Ты уже проснулся? Завтрак готов!

Фаон зашел на кухню. Утреннее солнце заливало комнату, подсвечивая силуэт жены. Он не удержался и обнял её со спины.

— Сестрица Эвелин, что ты сегодня так рано?

— Ну… потому что вчера я не воспользовалась правами жены, — смущенно прошептала она. — К тому же тебе сегодня идти за покупками для меня. Как твоя верная супруга, я просто обязана была приготовить завтрак.

— Если тебе так неловко, ты могла просто продолжать смущаться в постели, — поддразнил её Фаон.

— Хм! Я говорю чистую правду, чего мне стесняться? — фыркнула она.

Они провели утро в легкой перепалке и веселье. Фаон немного расслабился — казалось, вчерашний странный разговор никак не отразился на их отношениях.

«Если у тебя будет что-то такое, о чем неудобно говорить с мисс Эвелин— ты всегда можешь прийти ко мне», — внезапно всплыли в голове слова Йе-Лей.

Стоит ли обсуждать с ней предложение жены? Фаон колебался.

Но Йе-Лей — женщина, и она так же заботится о своей сестре, как Эвелин об Айлин. Возможно, она поймет ситуацию лучше.

— Дорогой, ты о чем задумался? — Эвелин помахала рукой перед его лицом.

Только Фаон собрался ответить, как в дверь постучали и раздался голос Йе-Лей:

— Мисс Эвелин, братец Ан! Мы пришли, как и договаривались!

— Похоже, муж думал о том, когда они придут? А вот и они, — Эвелин поднялась. — Пойду открою.

Внутри у неё шевельнулось странное чувство.

Эта ситуация напомнила ей сюжеты из сомнительных книг, которые она видела в Гильдии Авантюристов: о том, как знатный граф заходит за чужой женой.

— Пойдем вместе, — предложил Фаон.

— Нет-нет, дорогой. Ты ведь впервые выходишь в свет за долгое время. Иди приведи себя в порядок, я не хочу, чтобы мой муж выглядел абы как, — нашла предлог Эвелин. — Считай это тренировкой перед нашими будущими свиданиями.

«Тренировкой…» — Фаон не стал вдумываться в это слово, решив, что жена просто хочет, чтобы он выглядел достойно, и ушел в спальню.

— Мисс Эвелин отправила мужа прихорашиваться, чтобы Йе-Лей и Йе-Йе решили, что он серьёзно он относится к этой «прогулке»? — неожиданно прозвучал голос регистратора.

— Какая еще прогулка? Это тренировка… просто тренировка! — огрызнулась Эвелин и пошла открывать дверь.

На пороге действительно стояли Йе-Лей и Йе-Йе.

Эвелин невольно смерила их взглядом и поняла: они подготовились основательно. Обе были в платьях, которые она раньше на них не видела — наряды выгодно подчеркивали все изгибы их суккубьих фигур.

На лице Йе-Лей был нанесен легкий макияж, делающий её и без того притягательное лицо еще более соблазнительным.

Йе-Йе, прятавшаяся за спиной сестры, тоже немного подкрасилась. Сочетание робости и предвкушения в её глазах создавало странную смесь невинности и скрытого искушения.

Эвелин с удивлением отметила, что фигура Йе-Йе почти не уступает сестре — видимо, из-за вечной застенчивости девушки она раньше недооценивала её формы.

Конечно, Эвелин и сама была красавицей и могла легко соперничать с ними, но этот их «боевой раскрас»… эти две явно вышли на охоту за её мужем.

— Доброе утро, мисс Эвелин! А где же братец Ан? — первой заговорила Йе-Лей.

— Мой муж он решил немного привести себя в порядок. Проходите, присядьте пока, — Эвелин улыбнулась, но на сердце стали кошки скрести.

«Намерения у них слишком уж очевидные». Характеристика «Имеет определенные намерения» в системе явно была не пустой фразой.

Любой бы заметил, как они воодушевлены. Но, несмотря на ревность, Эвелин почувствовала мимолетное превосходство: «Как бы вы ни наряжались, вы — лишь инструменты для нас с мужем».

Хотя такая мысль была не слишком вежливой, она помогла ей вернуть уверенность в себе.