Истинный Дракон (4)

Истинный Дракон (4)

Кууууррр…

Земля вздымается облаками пыли. Это место, куда рухнуло истинное тело великого дракона.

На фоне взвившегося, будто дымовая завеса, облака пыли Дэллон сплюнул кровь.

Чшшшш…

Воздух зашипел, соприкоснувшись с алым пятном — словно кто-то пролил на землю раскалённый металл.

«Это уже не человеческое тело…»

Давно уже он перерос плоть обычного смертного, но теперь и вовсе казалось, будто его существование вышло за пределы самого понятия «человек».

Пока он разглядывал пылающее пятно с каким-то странным чувством, сквозь пыльную завесу вдруг метнулась россыпь сияющих синих осколков.

Сггагага!

С десяток льдисто-синих кристаллов срывались с неба, оставляя за собой сверкающие хвосты морозного дыхания.

Даллен без особых эмоций поднял меч. Клинок, охваченный кроваво-красным пламенем, не раз пересекал траектории летящих осколков.

Жжжжах!

Где сталкивались лёд и пламя — раздавались взрывы. Поток воздуха рассеял дымовую пелену.

Фуум!

Обвитый пламенем, Даллен с грохотом вырвался из взрыва и врезался в дракона.

КВААААХ!

Удар лёгкий, но огонь — тяжёлый. Истинное тело дракона содрогнулось, чешуя и мускулы разлетелись под столкновением магических мощей.

Четыре крыла заслонили его от удара, и драконица сузила зрачки.

Из окровавленной пасти вырвался древний язык драконов. Её глаза вспыхнули мертвенно-синим светом.

Лишь одного взгляда было достаточно — одно из множества проклятий, вписанных в кровь истинного дракона.

Шаааа…

Воздух застыл. Взрывной заморозкой по небу пронёсся белый шрам.

Это не была магия холода. Это было проклятие.

Фрагмент адского холода, вырванный из чуждого измерения, подвластного лишь существам за гранью.

Но Даллен не отступил.

БУМ!

Из-под ног вырвался чёрный огонь. Его облитое проклятием тело пробило звуковой барьер.

Он скользнул вдоль драконьего тела — и вычерченная святым мечом огненная дуга опалила небо.

КУГУН!

Оба крыла оказались отрезанными и грохнулись на землю. Обессиленный дракон взвыл:

— КАРРРААА! Как ты можешь игнорировать проклятие?! Адский холод должен был…!

Её глаза снова вспыхнули. Новая волна взгляда-проклятия заморозила воздух. Её дыхание — вместе с проклятием — устремилось вперёд.

КХХАААА!

Но Даллен разрезал его пополам ударом меча, а проклятие проигнорировал.

— Хрх… Кх… КРРРРРХ…

Демон, поглотивший проклятие дважды, отрыгнул с довольным бурчанием, поглаживая вспухший живот.

Лишь тогда измождённый дракон распахнул глаза в изумлении.

— К-как ты…!

— Кхр. Разве не узнаешь меня?

— …Как же не узнать. Я слышала, что ты погиб в пасти Эннаксагуса, но не думала, что ты доживёшь до такого… Ты сам был виновником этого проклятия, как я могла забыть тот день…

Но, взвыв, драконица внезапно отступила.

Инстинкт. Чутьё в основании шеи вспыхнуло тревожным жаром.

— Кх… Крр…!

— Засмотрелась, малышка? — усмехнулся Даллен.

С лезвия святого меча капала холодная, почти ледяная, синеватая кровь.

Дракон отшатнулась, пытаясь спастись, но теперь выглядела не более чем крупной ящерицей.

Сердце было разбито — о пространственном переносе не могло быть и речи. Каждое дыхание отзывалось болью.

А срезанные крылья не оставили ей ни малейшего шанса на бегство.

— Ты пожалеешь! Думаешь, смертное тело выдержит силу бессмертного дракона?!

— Это мои проблемы, — хмыкнул Даллен. — А если пощажу — поможешь мне?

— …Тело дракона лучше всего знает сам дракон.

— Пф-ф…

Просить о пощаде? Далтон хохотнул и покачал головой.

— Побыв смертной, ты мало чем от человека теперь отличаешься.

— Что ты несёшь…!

— Хватит. Совета спрошу у кого-нибудь другого.

Фуум.

Пламя на его мече сгустилось, охватив клинок алой бронёй.

Узрев это, дракон попыталась вновь собрать дыхание. Но Далтон уже исчез.

ГРРРАХ!

Взлетевшая ввысь вспышка огня.

Драконье дыхание накрывает небо.

Но удар обрушивается сбоку. Она успевает лишь повернуть голову.

[¡—]

На краю отчаяния она собирается выкрикнуть магическое слово.

Но пылающий меч уже снисходит — вертикально.

Это был не разрез — это был взрыв.

Сине-зелёная чешуя соприкасается с багровым клинком.

Свет вспышки виден даже у входа в долину, где оставлен их корабль.

КУХ!

Голова голубого дракона падает на землю.

Даллен вынимает сердце дракона и прячет в личное карманное измерение.

В отличие от меньших ауродраконов, где лишь сердце несёт в себе магическую суть, тело истинного дракона — вся его плоть есть воплощение чудес.

Но даже жадность не заставила бы его пытаться впихнуть стометровое тело в ограниченное пространство.

Да и разделывать тушу такого размера — дело утомительное.

«Лучше отдать командиру Ордена. И долг списать.»

Сделка получалась куда выгоднее, чем просто держать гигантский труп.

А сердце — главный магический узел — он уже забрал.

— УУУААА! Что это ещё?!

Демон заорал, обнаружив в логове огромное сердце.

Дэллон лишь усмехнулся и отряхнул кровь с меча.

Он не знал, как использовать сердце истинного дракона — ни один смертный не знал.

Но он знал себя.

Стоя на грани перехода, он чувствовал нестабильность. Шаг — ещё не прыжок.

[Ууух. Холодно… Даже за ледяным перевалом так не знобит…]

Жалобы демона, замерзающего от магии сердца, он проигнорировал.

Даллен вернулся к месту, где впервые столкнулся с драконицей.

Там он увидел двоих.

Старый маг с тусклой русо-седой бородой, опершийся на скалу с закрытыми глазами. Рядом — юноша, стоящий на коленях и в слезах.

Даллен остановился рядом.

Тело мага уже холодело, и он почти не дышал — как будто только что умер.

Он присел, вонзил меч в землю, положил рядом топор.

— Он мёртв?

— …Ещё нет. Чтт… Хам.

— Но явно на подходе. Резковат стал.

Старик приподнял уголки губ.

Он положил дрожащую руку на светлые волосы ученика:

— Свои способности я передал ему. Хоть и один преемник, но можно сказать, что я стал основателем школы.

— Береги этого воина, Томми. Он тот, кто ради спасения мира жил вечность.

Юноша молча кивнул. Слёзы капали с его ресниц.

Даллен почесал бровь. Фелбер повернулся к нему с улыбкой:

— Пора прощаться. Но скажу тебе последнее.

— Что же?

— В драконьем логове дитя будет следовать за тобой. Возможно, оно было тебе врагом. И, быть может, ты не сможешь забыть эту вражду. Но всё же прошу — прими его.

Рука Даллена замерла.

Фелбер утвердительно кивнул:

— Я знаю, это тяжело. Но моё последнее желание — исполни его. Этот ребёнок поможет тебе победить.

Он медленно выдохнул.

Жизнь угасала.

Фелбер перевёл дух:

— Хех. Было бы много, что спросить… Как ты выдержал вечность? Как не сломался? …Но рад, что узнал тебя. Понаблюдаю за вами оттуда — среди звёзд.

Он закрыл глаза.

Золотое сияние рассеялось. Магия исчезала.

Даллен почесал подбородок и пробормотал:

— Простите, но это будет… проблематично.

— …А?

Юноша, вместо мага, удивлённо поднял голову.

Даллен поднял взгляд к небу.

Его драконьи зрачки видели больше.

Сквозь солнечный свет — звёзды. Две реки Млечного Пути.

Он давно понял — звёзды в этом мире — не те же, что на родине. Не просто глыбы газа.

А нечто иное, носители воли богов.

И всё же, глядя ввысь, он вспоминал свою родную звезду.

Светлая ностальгия и горечь.

«Я выбрал себя. Я выбрал одиночество.»

Так думал он.

Пока не очнулся на этом континенте.

«Отношения, ради которых можно пожертвовать собой…»

Он считал это одиночеством. Случайностью.

Но сейчас — глядя на умирающего старика — он начинал понимать.

Он знал его лишь несколько месяцев.

Но это были отношения, которые не измеришь нулями и единицами.

Он понял: не только «донат» решает исход игры. Нужно — зачем сражаться.

Он посмотрел на старика. Стиснул кулаки.

И, вкладывая в голос магическую силу, отчётливо произнёс:

— Ты попросил первым — теперь моя очередь. Прошу тебя, старик, постарайся ещё немного.

Фуум.

На ладони вспыхнуло пламя.

В нём — густая, почти смоляная субстанция.

Получив от дракона силу, он узнал многое. Пусть не всё, но достаточно.

Он знал — можно создать приверженца.

Печать, которой дракон делится своей силой.

И Фелбер — великий маг — достоин этого.

Оставалось лишь одно — его воля.

И Дэллон возложил пылающую ладонь ему на лоб.

Фуррурр…

Пламя впиталось.

Молчание. Напряжение.

И вдруг — ФУХ!

На лбу мага вспыхнула чёткая метка.

Жизни вернулась кровь.