Мстители (1)

Мстители (1)

На следующий день Дэллон и Бьорн, собрав вещи, покинули город.

Фельбер остался вместе с Томми, как и планировал, — задержаться в Левивахе, чтобы с помощью трав и лекарских практик расширить пределы возможностей своего тела.

Вмешательство в линию времени ложилось на смертное тело колоссальной нагрузкой.

Улучшение физической формы было необходимо не только Фельберу, достигшему уже Великой Области, но и Томми, который как вассал так и не обрёл долгой жизни.

— Поручаю тебе этих двоих.

— Ха-ха-ха! Да когда ещё в моей жизни выпадет шанс прислуживать великому магу? Можешь не сомневаться — приставлю к ним лучшего знахаря и травника, каких знаю!

Оставив позади гулко смеявшегося главу торгового дома, Дэллон и Бьорн выехали за городские ворота.

Дорога, тянущаяся на север от Левиваха, теперь вела их в обратном направлении, чем несколько месяцев назад.

Тогда, спускаясь на юг, они попадали в разгар зимы, а теперь, направляясь на север, видели, как мир окончательно вступает в весну.

Половина пути представляла собой грязное месиво — недавняя мокрая метель превратила землю в липкий, тяжёлый наст.

— Сиена не появлялась уже с месяц, — заговорил Бьорн спустя несколько часов, когда людской поток на тракте стал редким.

— Но «Воронье гнездо» всё это время работало? — уточнил Дэллон.

— Работало. И вино лилось, и двери были открыты. Но ведь туда ходят не только ради выпивки. Без хозяйки любой информационный дом потеряет клиентов.

— Ты пытался связаться с ней?

— В последнее время я замечал, что в ней что-то меняется… Но, сам знаешь, Сиена не была из тех, кто поддерживает близкие связи, кроме деловых. Чудно: в детстве была совсем другой — ласковая, тёплая.

— Вы знали друг друга с малых лет?

— С её матерью мы были в близкой дружбе, — кивнул гном, привычно теребя густую бороду. — Детство Сиены было тяжёлым.

— Слышал.

Они уже обсуждали это раньше, но Бьорн, с лёгкой улыбкой, вновь пустился в воспоминания.

Сиена осталась одна примерно в семь лет.

Бродила по самым низким улицам Бронзового района, где толпились наркоторговцы и контрабандисты, и училась торговаться, договариваться и запугивать.

Для ребёнка, которому ещё не исполнилось десяти, даже выжить было испытанием.

Но то ли из-за среды, то ли благодаря врождённому таланту, вскоре она стала зарабатывать наравне со взрослыми.

Для обитателя низов это уже можно было назвать успехом.

Но её мечты не ограничивались тем, чтобы сытно жить в грязных переулках. Маленькая девочка замахнулась выше, чем сам Бьорн за век своей жизни.

Началось всё с маленькой лавки информации, открытой благодаря дружбе с работниками канализации.

Через несколько лет в переулках Бронзового района о «Вороньем гнезде» знали почти все.

На этом пути она завела множество знакомств — и друзей, и врагов.

Девятеро из десяти пытались навредить или использовать её, но один-два становились верными союзниками.

Бьорн был одним из этих немногих.

— Так что, поначалу я и не придал значения её исчезновению. Не в первый раз она уходила, никого не предупреждая, — продолжал гном, жуя колбасу. — Но полмесяца назад «Гнездо» внезапно закрылось. Вот тогда я и понял, что дело серьёзное.

— Полмесяца?

— Да. Сиена всегда говорила: если «Воронье гнездо» закрыто, значит, с ней что-то случилось.

Дэллон почесал подбородок. Бывали причины для её отъезда — расширение дел, переговоры с другими силами, — но в такие моменты «Гнездо» не закрывалось: его всегда держал бармен по имени Бурбон.

— А он?

— На месте. Вот и странно: бар закрыт, а этот тип продолжает приходить. Я думаю, он и есть виновник.

Дэллон пропустил обвинения мимо ушей и мысленно отметил:

«Раз бармен на месте — значит, до худшего ещё не дошло. По крайней мере, две недели назад всё было не так плохо».

Он знал, чем обычно заканчивались такие истории. Сиена покидала «Гнездо» в середине игры, уже став главой крупнейшей гильдии информации в Фальсионе, чтобы отправиться за утраченной силой — возможно, в путь без возврата.

«Не самое худшее решение… Конец всё ближе».

Миры приходили в движение: в горах и лесах множились чудовища, по всему континенту сгущались тучи войны.

— Этот Бурбон — мрачный тип, — продолжал между тем Бьорн. — Если он хоть пальцем тронул Сиену, я закопаю его в гору пороха…

Дэллон только надеялся, что гном не вздумает наставить ствол на невиновного.

Они ехали по мокрой дороге; под копытами хлюпала вода.

---

[Пу-ка!]

Маленький дракон радостно издал свой писк.

Наевшись сырого кроличьего мяса, он забрался на голову Дэллона, обвив шею и плечо хвостом, и уютно устроился.

Дэллон подбросил в костёр несколько поленьев и взял в руки миску тушёного мяса.

— Сколько ни гляжу — не привыкну, — буркнул Бьорн, сидя чуть поодаль, почти в темноте.

— Пора бы уже, — усмехнулся Дэллон.

— Это как стоять перед троллем: инстинктивный страх.

— Тролли такие страшные?

— Забудь.

На самом деле гном опасался не Дэллона, а его дракончика.

— Детёныш истинного дракона в роли домашней ящерицы… Такое в истории бывало?

[Гр-р! Пуу!]

— Да, да, ты для него как родитель, я знаю. Но для остальных это… — гном осёкся под жёлтым взглядом дракона.

Дэллон усмехнулся, вспоминая, как люди реагировали на малыша по-разному:

Фельбер горел жаждой знаний, Томми оставался безмятежным, Эдгар смотрел настороженно, а Болкмару Дэллон его вообще не показывал.

…И особенно неожиданной была реакция Руcсии.

«Как она там…»

Память принесла образ: костёр, пряные запахи, колыхание золотых волос, голубые глаза, устремлённые в звёзды, тихий смех… и мягкость губ.

Дэллон доел тушёное мясо, поставил миску и поднялся.

[Пу?]

— Что? — Он снял дракончика с головы.

И дракон, и гном удивлённо посмотрели на него, когда Дэллон вынул топор.

— У нас гости.

В тот же миг в стороне вспыхнул бледный огонь. Пламя вычертило в воздухе овальный портал, из которого вышли двое.

Один — в серебряных доспехах — указал на Дэллона:

— Это он?

— Он. «Красная слеза Тиары» указывает прямо на него, — ответил спутник в рясе, доставая алый камень, в глубине которого мерцали зловещие капли.

Спрятав камень, маг снял капюшон, обнажив иссохшее, растрескавшееся, как глина, лицо, по которому тянулись густые синие жилы.

— Ублюдок вампира… Слышал о таких, но вижу впервые, — проворчал Бьорн, поднимая двулезвийный топор.

Маг презрительно усмехнулся — и тут же получил рукоять топора в лицо. Удар сломал ему шею и проломил череп.

— Прошу прощения за напарника, — сказал рыцарь, спокойно глядя на труп. — Говорил он всегда грязно.

— Теперь вместо грязи он пену пускает, — отозвался Дэллон.

Рыцарь рассмеялся и выхватил меч, представившись:

— Вайнхарт, бывший рыцарь имперского ордена, ныне глава воль

ного отряда «Серебряные соколы Сканде». Я пришёл взыскать плату за кровь Ачеллиса Филенома, главы Телья торгового дома.