Талисман Удачи (2)

[В семье был праздник.]

[Свадьба, которую откладывали бесчисленное количество раз, наконец-то состоялась.]

[Воздух наполнили радостные крики и аплодисменты.]

[Под благословения всех собравшихся появились жених и невеста.]

[Слухи оказались правдой.]

[Юная леди, состояние которой ухудшалось с каждым днём, вновь обрела здоровье.]

[Её сморщенная, желтоватая кожа стала свежей, будто переродилась.]

[Жених, прежде казавшийся лишённым всякой радости, вновь улыбался светлой улыбкой.]

[Но —]

[Это было лишь воображение?]

[В улыбке Дареса чувствовалась странная усталость.]

[Будто тень, некогда нависшая над невестой, теперь перешла к нему.]

— Дарес. О чём ты думаешь?

— ...

[Казалось, это было так давно.]

[До того, как она заболела.]

[Он вспомнил её прежние улыбки.]

[Светлые, как и эта.]

[Наверняка, это была та же самая светлая улыбка —]

[Так почему же?]

— Дарес?

[Почему она казалась такой неестественной?]

— ...Нет.

[Наверное, просто показалось.]

[Жених отогнал неприятные мысли.]

[Он сражался за это счастье. За ощущение нормальной жизни.]

[Теперь он мог только наслаждаться этим.]

[— Пусть даже всё это было пустой оболочкой. Поддельным счастьем, гниющим изнутри.]

▶ Судьба 41: Счастье, изъеденное червями

---

— Д-Дамин!?

Тодина закричала.

Её служанка Дамин, что была с ней с самого детства, внезапно обернулась… в нечто другое.

…в существо, не поддающееся описанию. В сморщенного старика с белыми волосами, всё ещё в платье горничной.

Шок был не только эмоциональным, но и физиологическим (особенно для глаз).

Тодина из последних сил удерживалась от обморока, цепляясь за остатки здравомыслия.

Но старик, впрочем, был не менее ошеломлён.

Это был чёрный маг Гусра. Он провёл годы, готовя этот план, и месяцы — воплощая его.

Всё было рассчитано до мелочей.

И, действительно, всё шло идеально —

— пока Лисир не передал Тодине ту самую «счастливую монету».

Гусра быстро пришёл в себя и выбрался из кареты.

Оставаться в таком тесном пространстве было слишком опасно!

— Ах…

Как только он исчез, Тодина потеряла сознание и рухнула.

— Позаботься о ней, — раздался холодный, но до предела напряжённый голос.

Дарес выхватил посох с красным камнем и бросился вдогонку за Гусрой.

— Элтени!

— Да, господин Тофин!

То же сделал и Тофин — он передал Тодину на попечение своему помощнику тоже отправился в погоню.

— Вперёд.

За сбежавшим Гусрой устремились те, чьи души были искалечены его тёмной магией.

В воздух с оглушающим свистом взмыла огненная стрела и полетела в спину Гусре.

— Кх…!

Из-за того, что его магия была нарушена, мана в теле Гусры металась хаотично — он едва смог собрать силу, чтобы возвести чёрный барьер. Лишь с трудом удалось отразить пылающее копьё.

Свист.
Свист.
Свист.

Раз за разом копьё пламени ударяло в барьер, обжигало и исчезало.

Воздух дрожал от жара, а холодная прежде ночь заклубилась маревом тепла.

Когда бой прекратился —

— Почему…!

Дарес впервые заговорил, изрядно вымотавшись от атаки.

— Почему ты выбрал Тодину? Почему именно она?

Из носа и рта Гусры струилась густая, почти чёрная кровь.

Повреждения от разрушенной магии и безжалостных атак Дареса не прошли бесследно.

Разрывы маны внутри его тела причиняли ужасные муки.

— Дарес, разреши.

Тофин шагнул вперёд и начал лечить его.

Гусре же помочь было некому.

Но несмотря ни на что, старик-колдун усмехнулся. Лицо его перекосилось в издевательской ухмылке.

— Это могла быть кто угодно. Просто так совпало, что в сеть попалась она. Вини за это наивность своей невесты и её слабость.

— Ублюдок!!!

Вспышка гнева — и тело Дареса вспыхнуло, пламя сорвалось с него, грозя сжечь всё вокруг.

— Дарес!

Тофин в ужасе бросился назад.

Разъярённое пламя взметнулось вверх. Кожа Дареса стала растрескиваться, высыхая на глазах.

— Тупица… — мысленно усмехнулся Гусра.

«Какой бы благородной ни была семья Дюрейгов — он всего лишь ребёнок.»

Так легко выйти из себя.

Глаза Гусры, как у змеи, сверкающей перед рывком.

Дарес. Наследник Дюрейгов. Рано или поздно он превзойдёт Гусру. Но сейчас?

Слишком юн. Слишком глуп.

Теперь он — не угроза. Лишь добыча.

Однако в действительности его мысли были прикованы к другому.

Взгляд Гусры метнулся в сторону Лисира и кареты.

«Эта проклятая монета…»

Вот чего он боялся сильнее всего сейчас.

«С того момента, как она оказалась рядом с Тодиной, моя магия начала сбоить.»

«А как только она коснулась её тела — связь оборвалась.»

«Вот и всё. Эту монету нужно уничтожить.»

«До того, как этот глупый бастард поймёт, чем именно он владеет.»

Смесь паники и злорадства наполняла разум Гусры.

Лучшее, что могло случиться — если бы юный маг потерял над собой контроль и погиб.

Талантливый маг. Способный лекарь. Проклятая монета.

Они втроём — серьёзная угроза.

Время играло не на его стороне.

— Дарес. Почему ты остановился?

— ...

— Вот и всё? Так ты мстишь за свою невесту? После того, как я с ней игрался?

Гусра закрыл лицо рукой. Кожа сменила форму — он снова превратился в горничную Дамин.

— Мы провели месяцы вместе, Дарес. Только я и она. Разве тебе не интересно, что происходило в эти дни?

С искажённой ухмылкой, переходящей в безумный хохот, он выдохнул:

— Ублюдок!!!

С новой вспышкой пламени Дарес взорвался в ярости.

— Дарес, остановись! Он провоцирует тебя!
— Я не могу! Ты слышал, что он сказал!?
— Ты должен! Твоя магия выходит из-под контроля! Если продолжишь, случится выброс!
— Да хоть что! Я всё равно превращу этого урода в пепел!!!
— Чёрт!

Тофин отшатнулся от жара.

«Катастрофа…»

Если Дарес — их сильнейший — сгорит из-за провокации, всё кончено.

— Очнись, Дарес!!!

Тофин, несмотря на опасность, направил исцеляющую ману. Но пламя тут же рассеяло её.

— Отойди.

В этот момент рядом появилась фигура в белом одеянии.

— Опасно! Не подходите!

Края её мантии начали тлеть, но она не остановилась. Протянула руку.

Вокруг Дареса распространилось мягкое сияние — первозданная милость.

— …!

Глаза Дареса расширились.

Тело и вспышки пламени мгновенно успокоились.

Глухо рухнув, он опёрся на посох.

Пламя исчезло. Всё стихло.

— Как…?

Тофин был потрясён.

Магия этой девушки выходила далеко за рамки его опыта.

Но она лишь спокойно вернулась обратно — к Лисиру.

Фиен, вернувшись к нему, хмыкнула, с лёгкой насмешкой глядя на него:

— Ну? У тебя бы так не получилось, да?

— Разумеется, нет, — показал большой палец Лисир. — Всё как и ожидалось от Фиен. Сокровище нашей команды. Ты уже не просто спасаешь жизни — ты спасаешь людей.

— …Ты издеваешься?

— Ни капли! Просто моему скудному словарному запасу не хватает слов, чтобы описать твою гениальность. Можешь подсказать пару эпитетов?

— Забудь. Просто заткнись.

— Ты потрясающая. Ты лучшая.

Фиен демонстративно отвернулась, но по выражению лица было видно — ей приятно.

Тем временем Гусра, окаменев, наблюдал за происходящим.

Всё шло по плану…

И вдруг — будто в еду насыпали пепла.

Причём испорчено было всё самым абсурдным образом.

— Тофин…

— Дарес! Ты в порядке!?

— Да… голова прояснилась. Простите, что так подвёл…

— Что за чёрт!? — Гусра больше не мог сдерживаться. — Опять! Опять вы, ублюдки, всё рушите!

— Паразиты!!!

Он потерял самообладание.

Из всех отверстий лица хлынула кроваво-чёрная жидкость.

— …!

Он уже на пределе. Но вместо того, чтобы остановиться, Гусра решил:

«Убью вас всех. Паразиты.»

Фиен, наблюдая со стороны, устало выдохнула:

— Может, уйдём?

— Уйти?

— А что ещё? Ты хочешь вмешаться в это?

Она бросила взгляд на Гусру — с отвращением.

С ним не стоило связываться. Он того не стоит.

Лисир был того же мнения.

— Мы уже сделали достаточно. Честно говоря, можно просто забрать карету — они даже слова не скажут. Верно, Рона?

— Эм… да? Думаю, ты права. Уйти — самое разумное.

Рона, ещё недавно кичившаяся мужеством, вдруг стала послушной.

— Ты… Преступник по натуре. Мыслишь совсем иначе…
— Я не это имела в виду!
— …Шучу. Но я понимаю, к чему клонит Фиен.

Они и правда сделали более чем достаточно. Рисковать собой дальше — глупо.

Лисир тоже это понимал. Разумом.

Но почему-то не мог просто уйти.

Преданность? Самоотверженность? Геройский импульс?

Нет. Что-то другое.

«А в чём вообще опасность?»

Инстинкт подсказывал: Гусра — уже не угроза. Не больше, чем муравей.

— Эх…

Фиен тяжело вздохнула:

— Я знаю, о чём ты думаешь. Думаешь, справишься. Но ответь: ты правда считаешь, что «эта тварь» —

…Под «тварью» она имела в виду Гусру.

Рона вздрогнула, но не смогла возразить.

— Фиен. Как бы Рона ни бесила, до него ей далеко.

— Я имела в виду не это… Стой, я действительно была такой ужасной?

— Сосредоточься, пожалуйста.

Фиен была раздражена. Но понимала. Лисир — не боится. Как и она.

Она не знала, почему.

Но когда дело доходило до такого противника… рядом с Лисиром она не чувствовала страха.

Не после того, что он только что сделал.

«Что это вообще было?..»

Остановить колдуна такого уровня — монетой?

Фиен больше не благоговела перед силой Лисира.

Она считала её… нелепой.

— И что ты собираешься делать?

— Понимаю. Ты за меня волнуешься. Честно, я тронут.

— Волну… кто? Я!?
— Так и есть.
— Только знай: я не помогу. Ни за что.
— Я и не прошу. Не хочу, чтобы ты пострадала из-за меня.

Лицо Фиен дёрнулось от эмоций.

— Я не помогу. Но если очень сильно попросишь…

Она что-то пробормотала. Лисир, её не услышав, направился к карете.

— Ахахахаха!

Странный, визгливый смех, наполовину вопль, наполовину истерическое хихиканье, вырвался из груди Гусры.

— Как и ожидалось от рода Дюрейгов! Такой пылкий! Но всё равно…

Пламя, охватывавшее его тело, внезапно погасло.
Опалённая кожа начала стремительно восстанавливаться.

Приняв вновь облик горничной Дамин, Гусра скривился в ехидной усмешке.

— Ты ещё слишком зелёный! Надеялся испепелить меня этим жалким огнём? Наивно!

— Тьфу… —
Дарес и Тофин едва держались на ногах, тяжело дыша от усталости.

— Дарес. Ты ещё можешь сражаться?
— Честно говоря… я на пределе.
— Чёрт…

Они с самого начала понимали, что Гусра — не обычный колдун.
Но то, что он находился на вершине Пятого круга и вот-вот достигал Шестого… — такого они не ожидали.

Чем дольше затягивался бой, тем яснее становилось — шансов почти не осталось.
Оба понимали это слишком хорошо.

Гусра цокнул языком и посмотрел на Дареса с напускным сожалением:

— Какая жалость! Такое прекрасное тело, и мне приходится самому его ломать!
— Что ты сделал с Дамин… с горничной Тодины?
— Всё ещё переживаешь из-за этой пустячной девки? Трогательно. Можешь не волноваться. Она теперь моя бесценная марионетка, занятая своими новыми обязанностями в другом месте. И не беспокойся — твоя невеста, Тодина, постигнет ту же участь. Её тело и разум будут полностью поглощены моей силой. Останется только пустая оболочка.

— …

— Пора заканчивать. Чем дольше это проклятое устройство остаётся с ней, тем больше опасность.

— Как ты смеешь…
— Цыц-цыц. Ну же, молодой маг. Разве ты не хочешь спасти свою невесту?

Снова Гусра начал сосредотачивать силу.
И снова маг и целитель вынужденно собирали остатки сил, готовясь к последнему бою.

Финальная схватка была неизбежна—

— Дарес!

Все обернулись на голос от кареты.

Пока они сражались, Лисир вернулся к повозке и достал монету, которую раньше передал Тодине.

В этот момент он вложил в неё собственную силу —
освоив искусство наложения чар прямо на месте.

— …!

Гусра вздрогнул, увидев монету в его руке.

«Без сомнений! Это святыня!»

Злая магия тёмного мага задрожала, отшатнувшись от исходящего от монеты света.

Уничтожить это немедленно!

— Лови! Возможно, пригодится! —
Лисир подбросил монету в воздух.

— Куда ты собрался, гнида!?

В тот же миг рука Гусры вздулась и вытянулась, будто резиновая, растягиваясь на абсурдную длину.
Он перехватил монету в воздухе — и она взорвалась прямо в его ладони.

Столкновение чёрной магии и силы монеты вызвало мощную ударную волну, которая сотрясла всё вокруг.
Всё произошло в одно мгновение.

— Ха… ха… ха…

Рука, вытянутая в бесконечность,
и половина лица Гусры
теперь таяли, словно глина под дождём.

Но Гусра…
улыбался.

— Похоже, твоё проклятое везение наконец закончилось.

Разрушение святыни нанесло Гусре колоссальный урон.
Все его раны от сражения с Даресом меркли на фоне цены, которую он заплатил, разрушив силу монеты.

Но его это не волновало.
Теперь никто не мог остановить его.

Увидев отчаяние в глазах Дареса и Тофина, он ощутил мрачное удовлетворение.
Пусть недолгое — но глубокое.

— Жалкие паразиты…

Пробормотал он, начиная наступление.

— Подожди…!

Но его снова остановил голос Лисира:

— У меня есть ещё одна! Лови!

— …?

Тон был таким будничным, будто он просто вытаскивал мелочь из кармана.
Гусра не поверил своим ушам — и через мгновение его лицо исказилось полнейшим ужасом.