Бастард Наносит Удар (3)
Лисир в последний раз глубоко поклонился Идуору.
Это было неожиданно, но Идуор вдруг почувствовал невольное восхищение — столь отточенные манеры произвели на него впечатление. В отличие от детей знатных домов, получавших образование у именитых наставников по этикету и с детства вращавшихся среди аристократии, у бастарда не было подобных возможностей.
Тем не менее, в его движениях чувствовалась естественная грация, хорошо натренированная — даже по меркам главы великого дома. Это резко контрастировало с его дочерью, Роэрой, которая, несмотря на обучение у одного из лучших преподавателей Империи, из пацанки превратилась в дикую лошадь. Разумеется, это вовсе не означало, что симпатия Идуора вдруг переметнулась от законной дочери к бастарду.
Для аристократов кровь значила многое. Это был один из главных факторов, на которых зиждилось признание их особого положения в обществе.
Идуор придерживался типичных для дворянина ценностей. А чем выше его статус, тем более закостенелыми они становились.
— Лисир.
И всё же сейчас он внимательно смотрел на бастарда, стоящего перед ним.
— Присядь.
— Мне больше нечего вам сказать, господин глава семьи.
— Тогда хотя бы выслушай. Лисир, то, что ты показал сегодня — достойно. Пусть путь магии мне и не по душе, но что поделать. Я понимаю твой выбор. Ты, должно быть, злился на меня за то, что я не обучал тебя стилю Вэндел.
— Это не так.
— Всё в порядке. В этот момент я не стану упрекать тебя за твои слова.
— Вы не поняли. Магия для меня — это не замена мечу Вэндел и не попытка заставить вас пожалеть, что не передали мне искусство семьи.
— Тогда что?
— Магия — это просто первая возможность, которая передо мной открылась. И я пошёл по этому пути.
— …
Идуору с трудом удавалось сохранять самообладание. В словах Лисира не чувствовалось ни капли тоски по имени Вэндел или их боевому стилю.
— Я признаю твои старания. В данных условиях ты добился лучшего результата из возможных. Честно говоря, я не думал, что ты победишь сегодня.
Он коснулся рукой своей груди.
— Ты… превзошёл мои ожидания, превзошёл расчёты.
— …
— Ты доказал свою ценность. И с этого момента я буду относиться к тебе соответствующим образом. Подумай, Лисир. Уход из семьи — не выход. Это всего лишь бегство. Подумай, кто стоит перед тобой.
Идуор, глава великого клана мечников Вэндел, даже в возрасте обладал мощным, закалённым телом. Его взгляд был настолько пронзителен, что, казалось, даже остриё клинка, приставленного к глазу, не смогло бы заставить его отвести взгляд.
Аура мастера, достигшего вершины, была подавляющей.
Лисир на мгновение растерялся перед этим давлением. Он даже подумал, не показать ли в ответ оба средних пальца, но удержался. Всё-таки перед ним был человек, способный разрубить валун простой веткой.
— Уйдёшь из семьи — как скоро, думаешь, кто-нибудь моего уровня признает тебя? Через месяц? Через два? Полгода? Год? Мир, в который ты собираешься выйти, окажется куда жестче, чем ты думаешь. Он будет смотреть на тебя свысока, презирать тебя, смеяться над тобой за то, что ты отказался от своей сути.
— Вы говорите о том, как сами относились ко мне, господин глава семьи?
— Не буду отрицать.
— Для вас я был никем. Просто чужаком без рода и имени.
— И это не отрицаю. Но теперь всё иначе. Теперь я признаю тебя как Вэндела. Знаешь почему? Потому что ты доказал, что достоин. Не выбрасывай этот шанс, Лисир.
— …
Лисир кивнул.
— Я обдумаю ваши слова.
Улыбка на его лице была чистой. Без тени сомнений, без внутреннего конфликта.
В тот момент Идуор понял: одобрение, которое Лисир так долго жаждал получить, больше для него ничего не значило.
И больше уже не будет значить.
— …
Слова, которые хотел сказать Идуор, застряли в горле.
Лисир, не оборачиваясь, вышел из кабинета.
После этого я сразу начал собираться в дорогу.
Да, возможно, поспешно. Но, как говорится, уходи под аплодисменты. Люди в особняке аплодировали мне — значит, самое время уходить.
— …Это всё?
Застегнув рюкзак и закинув его на плечо, я вздохнул.
Я и правда всё собрал? Или просто так кажется? Лёгкость в рюкзаке ощущалась не как результат упаковки, а как результат опустошения.
Все мои 18-лет жизни — и вот, к чему они свелись.
И было в этом что-то освежающее. Эта лёгкость лишь подтверждала: я ничего не получил от этого места.
Наверное, все эти годы меня унижали и игнорировали как раз для того, чтобы в этот момент мне было легче уйти — чтобы не осталось сожалений.
Конечно, если бы Идуор сказал мне это вслух, я бы не удержался и дал бы ему в морду.
— …
Я в последний раз оглядел комнату. И воспоминания нахлынули.
Первый день, когда я оказался здесь.
День, когда юная Роэра случайно задела всё, что только могла задеть у юного Лисира.
День, когда она нанесла ему рану, которая так и не зажила. День, когда он ответил ей тем же, нанеся её незабываемую рану.
Интересно…
— Брат… это…
Что тогда было в том письме, которое Роэра пыталась мне передать? В том, которое я разорвал на куски?
Возможно, именно потому, что я вспоминал тот день, выходя из здания...
— …
У входа в пристройку, небрежно опершись о косяк, стояла Роэра.
— О, Роэра!
Я поприветствовал её весело, вспомнив, как именно она первой начала аплодировать на дуэли. Если бы не леди Вэндел собственной персоной, никто бы и не осмелился хлопать бастарду, победившему ученика-рыцаря из дома Вэндел.
Прежде чем покинуть эти стены, я хотел по-настоящему поблагодарить её за этот момент.
— Вот уж не ожидал! А я как раз о тебе думал.
— …Чёрт, что за мерзость ты несёшь?
Она отвернулась с отвращением. Похоже, собиралась проигнорировать меня, но...
— Что произошло?
Она бросила на меня косой взгляд, процедив слова сквозь зубы.
— Что ты имеешь в виду?
— Не строй из себя дурачка. Я знаю, ты использовал магию в бою с Хэмптоном.
— А, это? Ну... так получилось.
— …
Глянула на меня с откровенным раздражением. В её взгляде было много невысказанного, но она сдержалась.
Она криво усмехнулась, уголок её губ задёргался.
— Доволен? Всё получилось, как ты хотел.
— Наверное. Мне повезло, что Хэмптон потерял бдительность. Хотя, если честно, это была не только удача, я...
— Не неси чушь. Ты же знаешь, что я не об этом.
— …А о чём?
— Ха…
Она снова усмехнулась, покосилась на мой рюкзак и фыркнула.
— Как ты это провернул? Какую магию использовал, чтобы даже он дал тебе награду за то, что ты использовал магию?
— Награду? Вот это?
— Ты ведь переезжаешь в главное здание, так? Или я ошибаюсь?
И тут я понял, что Роэра неправильно всё поняла.
Она подумала, что я всё это устроил намеренно — показал магию, привлёк внимание Идуора и теперь наслаждаюсь его признанием.
В её глазах я был всё тем же Лисиром, которого она слишком хорошо знала.
Раньше я бы уже прыгал от счастья, а Роэру это бы только злило.
— Почему ты так на меня смотришь? Думаешь, мне обидно, что кто-то вроде тебя испортил моё радостное мгновение похвалы от любимого главы семьи?
И вдруг я задумался.
Почему Роэру всегда так раздражали мои попытки добиться признания главы семьи?
И тут до меня дошло.
Она ведь... видела себя во мне.
Роэра была единственной, кто хоть немного проявлял ко мне интерес.
До того самого дня.
Нет. Даже после него — она всё равно продолжала.
— Брат… ты в порядке?
— Вот…
Я вспомнил, как она со слезами на глазах протянула мне то письмо.
— Эй, Лисир. Хватит притворяться, что ты не хочешь учиться у меня. Ты ведь только и делаешь, что ищешь, кто бы тебя научил. Давай, не тяни. Проси — может, я и научу. Даже если это будет не стиль Вэндел.
Роэра пыталась научить меня фехтованию — по-своему, грубовато.
— …
А когда все молчали — хлопала только она.
— Если есть что сказать — скажи. Думаешь, глядя так, ты меня напугаешь? О, да ты стал наглее после победы над таким как Хэмптон!
Она была первой, кто пришёл ко мне после дуэли. Первой, кто заговорил. В голосе слышался азарт — и лёгкая досада.
Она всегда относилась ко мне одинаково.
Единственное, что изменилось — это я.
После того дня я сам начал её отталкивать.
— Разве ты не слышала, что сказал глава семьи? Тебе больше нельзя играть с бастардом вроде меня.
Когда она протягивала руку — я её отталкивал.
— Уходи.
— Перерыв окончен.
Как капризный ребёнок, в истерике.
— Что насчёт поединка между нами? Ты даже не представляешь, насколько крута твоя сестра. Если бы ты учился у меня, никакие трюки тебе бы не понадобились.
Роэра — единственная, кто принимал мои истерики. Вероятно, неосознанно.
Её колючесть была защитой. Она проявляла доброту, делая вид, будто это не доброта вовсе — просто чтобы не быть отвергнутой.
Она подошла ближе, и я заметил тонкий шрам на её лбу.
Раньше она ходила с открытым лбом — говорила, что чёлка мешает. Но после того, как я бросил в неё книгу, она начала отращивать волосы.
Я инстинктивно протянул руку к шраму. Роэра дёрнулась, будто собиралась отпрянуть, но, увидев моё выражение, застыла.
Я тихо спросил:
— Тогда сильно болело?
— …!
Её усмешка начала рассыпаться.
— Ч-что ты вдруг несёшь…?
— Не знаю. Просто… захотелось извиниться. Такой хороший день, может поэтому.
— Ах ты ублюдок… Думаешь, я какая-то нищенка, которой ты кидаешь подачку? И что это было — «сильно болело»? Придурок! Кто вообще так спрашивает!?
Она пыталась злиться, но в голосе уже дрожали слёзы.
— Т-ты ударил девушку по лицу и теперь спрашиваешь, больно ли было!? Ты издеваешься!?
Она тяжело дышала, глаза налились слезами.
Я аккуратно вытер их и тихо сказал:
— Прости.
— …
— Прости, Роэра. Я не должен был так поступать. Особенно с тобой.
Она отмахнулась от моей руки, но слёзы уже хлынули ручьём.
— Идиот… Идиот…!
Голос дрожал.
— Почему ты извиняешься!?
Роэра опустила голову, и сквозь всхлипы сказала:
— Ты ведь ничего не сделал... Это я…
— …
— Я была такой дурой… не понимала… что значит быть бастардом… не представляла, как больно было слышать те слова… я не должна была говорить тебе это…
Прости.
Прости.
Прости.
Она повторяла это снова и снова, словно выговаривая всё, что копилось в ней годами.
Я обнял её и ласково похлопал по спине.
— Я тоже давно хотела это сказать.
Роэра уткнулась мне в грудь и тихо прошептала:
— Брат… что бы ни говорили… ты всё равно мой брат…
---
▷ Судьба 13: Невысказанные слова — деактивирована.
Вы получили особую награду.