Глава 3.0

"Так вот в чем дело!"

В день нашего дебюта в светское общество.

Причина, почему мой жених Грегор Густо на балу дебютанток танцевал первый танец не со мной, а с Серафиной.

— Лари, мы же лучшие подруги. Ты поймешь, правда?

И вот причина, почему Серафина без единого "извини" постоянно мной командовала!

"Вот это да… я в бешенстве!"

Гнев так ударил в голову, что руки задрожали.

К тому же то, что заставило мои глаза расшириться.

"Что это?"

Шнурки на туфлях Серафины были идеально завязаны.

"Она же явно сказала, что развязались?"

Я с недоумением уставилась на аккуратный бант, потом подняла голову.

Серафина, щебетавшая с Грегором, бросила на меня взгляд, полный насмешек. Явно смотрела сверху вниз.

"А, понятно".

В тот миг, как будто ледяной водой облили с ног до головы — сознание прояснилось.

"Шнурки — просто повод. Она хотела поставить меня на колени у своих ног".

"Посоветовала" неудобное деревенское платье, якобы "мне идет".

Сама накрасила мне лицо пятнами грима.

Таскала меня повсюду на пикники и балы — всегда рядом.

Демонстрировала всем, как я пресмыкаюсь перед ней.

Как тьма делает звезды ярче, а чашелистик — цветок заметнее.

Я была именно такой для Серафины.

…Игрушка, чтобы подчеркивать ее сияние.

"Так вот оно что?"

Я стиснула зубы. Всегда чувствовала себя чужой.

Как будто в мир, где все вертится вокруг Серафины, меня впихнули насильно. До сих пор я из кожи вон лезла, лишь бы меня не выгнали.

Моя лучшая подруга. Мой жених по семейной договоренности.

Они были моим всем.

И потому их неприязнь пугала до дрожи…

"Наплевать мне теперь на это?!"

Я протянула руку и резко дернула Серафину за лодыжку.

— Кья!

Ее вопль пронзительно разнесся над полем.

*Бам!

Серафина вместе с креслом рухнула навзничь и ошеломленно уставилась в небо.

Выглядела точь-в-точь как лягушка, перевернувшаяся от камня.

Абсолютно несочетаемо с ее обычной свежей грацией — просто невыносимо смешно.

— Ой, леди Рофес… пф-ф.

— Вы в порядке, хих….
Спрашивавшие о ее самочувствии не выдержали и разразились сдавленным смехом. Лицо Серафины стало спелым помидором.

— Лари!

Испуганный Грегор вскочил.

Удивительно, но пока все из кожи вон лезли сдерживать смех, только он не засмеялся.

Вот она, истинная любовь? Смешно до колик.

— Что ты творишь?!

Грегор, выпучив глаза, повысил голос и осторожно поднял Серафину. Взгляд на нее — полная нежность.

— Сера! Ты цела?!

— А…

Серафина, опираясь на него, шатко поднялась.

Дрожа, как новорожденный олененок, прижалась к его груди. Потом, нарочито влажными глазами, пробормотала на весь пикник.

— Боже, Грегор. Я так испугалась….

Мои брови свело судорогой.

Как она умудряется даже сейчас изображать невинную жертву. Хотя я дернула ее не сильно.

— Кружится голова, сердце колотится….

— Доктора! Нужно позвать доктора!

Грегор в панике засуетился.

— Нет, нельзя портить пикник из-за меня.

Серафина жалобно потупилась и покачала головой.

— Лари, как ты за это ответишь?!

Грегор, с тоской глядя на Серафину, ткнул в меня пальцем.

— А если бы Сера серьезно ушиблась?! А?!

Даже сейчас — ее зовет ласковым "Сера", а невесту — официальным "Лари". Эта выдержка достойна уважения.

— Не… не беспокойтесь так, Густо-младший.

Графиня Йохансон, с кислой миной, вмешалась в разговор.

— Мы приняли все меры, чтобы гости не пострадали….

— Какие меры? Коврик на траве?!

Грегор взорвался.

— Сера хрупкая! Ей и легкий толчок опасен!

— …

— …

Атмосфера мгновенно сгустилась.

Вау, "коврик" — это он про то, что под ней.

Публично отчитывать хозяйку пикника? Я не смогла скрыть шок.

"Грегор, у тебя вообще есть интуиция?"

Хозяйка пикника — графиня Йохансон.

Она изрядно потрудилась: трава подстрижена идеально, сверху — толстый ковер. И даже.

— Это уже слишком, нет?

Одна дама недовольно пробормотала.

— Позади леди Рофес целая гора подушек.

— Да, Густо-младший все подушки забрал, другим не досталось.

— Тут и упасть-то невозможно.

Верно.

Серафина утопала в подушках, что нагромождал Грегор…

Если преувеличить, с такой периной и с второго этажа не ушибешься?

Я мысленно цыкнула языком и взглянула на графиню Йохансон.

"Если на пикнике гостья поранилась — это пятно на репутации хозяйки".

Конечно, первым делом меня обвинят — я же толкнула.

Но слухи поползут.

"Слышали, леди Рофес поранилась на пикнике у графини Йохансон?"

"Хозяйке надо было лучше организовать".

Но бесцеремонный Грегор уже был готов подхватить Серафину на руки и бежать за доктором.

Лицо графини Йохансон меняло цвета от красноты к синеве. Тогда.

"Я покажу противоположное поведение".

Я учтиво поклонилась графине Йохансон.

— Прошу прощения, графиня Йохансон. По моей неосторожности рука соскользнула и вызвала беспокойство.

Сначала извинилась перед невинно втянутой графиней. Потом приняла виноватый вид, обратившись к Серафине.

— И тебе, Серафина, сожалею. Не думала, что ты так упадешь.

— Завязывая шнурки, с чего ей падать?!

Грегор все кричал.

"Молодец, хорошо сказал".

Я притворно прикрыла рот рукой.

— Ах, дело в том, что шнурки были целы.

Люди недоверчиво заморгали, переводя взгляды с меня на Серафину.

— Хм… разве леди Рофес не говорила, что шнурки развязались?

— Да, я тоже так слышал.

Особенно оскорбленная графиня Йохансон выпрямилась.

— Леди Рофес, неужели вы нарочно заставили леди Ансье встать на колени?

На резкий вопрос разъяренной графини окружающие замахали руками.

— Да ладно, не может быть.

— Просто недоразумение.

Все склонялись не верить моим словам. Но мне и так хватило.

У Серафины образ святой и ангела.

И уже сама фраза "нарочно заставила подругу встать на колени" — достаточно.