Духовное Зрение и упадок
На государственной дороге Линь Син и Цзин Шиюй ехали бок о бок.
За два дня, под её непосредственным руководством, Линь Син уже научился держаться в седле вполне сносно.
В этот момент Линь Син расспрашивал Цзин Шиюй о даосских мастерствах.
Для Наследия Благородного Мечника необходимо четыре возвышенных мастерства, и Линь Син всё ещё не смог получить последнее мастерство, нужное для завершающего возвышения.
Теперь, путешествуя вместе с Цзин Шиюй, он обратился за советом к этой молодой Святой Деве Учения Небесной Воли.
— Ты хочешь изучить мастерство, связанное с Духовным Зрением, Небесным Оком или Глазами Истины? — Цзин Шиюй подумала и сказала: — Все эти три мастерства относятся к лучшим методам наблюдения в даосских школах, и они есть далеко не в каждой школе. Однако в нашем Учении Небесной Воли действительно имеются мастерства Небесного Ока и Глаз Истины. Но если передать их тебе напрямую, это будет нарушением устава учения, и я лишь навлеку на тебя беду.
Голос Бай Ии мгновенно возник в сознании Линь Сина:
— Видишь, Линь Син? Эта еретичка хочет заманить тебя в Учение Небесной Воли. А вот я наставница, которая учит тебя, ничего не требуя взамен. Всё, что ты захочешь изучить, я готова тебе передать.
Цзин Шиюй продолжила:
— Однако восемь лет назад я получила от одного странствующего даоса метод постижения мастерства Духовного Зрения, который до сих пор помню.
Бай Ии с раздражением передала Линь Сину мысленный голос:
— Она просто хочет научить тебя чему-то плохому. Да и было это восемь лет назад — кто знает, не ошиблась ли она?
Линь Син также с некоторым любопытством спросил:
— Метод восьмилетней давности… Ты и правда можешь его сейчас воспроизвести?
Цзин Шиюй со вздохом сказала:
— С детства у меня небольшая проблема с памятью — всё, что я вижу, забыть уже не могу.
«Эта женщина хвастается!» — подумала Бай Ии, вспомнив, как Линь Син раньше спрашивал её о разном, а она то не знала, то не помнила. В её сердце поднялась волна сильного негодования.
Линь Син же обрадовался.
— Это прекрасно! Можешь пересказать мне этот метод?
Цзин Шиюй вспомнила, как восемь лет назад, пытаясь убить того странствующего даоса, сама чуть не погибла.
Во многих школах Духовное Зрение считается тайным, непередаваемым мастерством, которое не вручают даже всем истинным ученикам.
Такое мастерство, даже если она сама его не изучала, всё равно оставалось в её руках крайне ценным активом.
Будь на месте Линь Сина любой другой, кто напрямую потребовал бы у неё мастерство, она ни за что не отдала бы его просто так, даже собственному ученику.
Но Линь Син… Вспоминая, что он сделал для неё, и глядя в его полные ожидания глаза, она почувствовала, что снова не может устоять и смягчилась.
Цзин Шиюй беспомощно покачала головой.
— Тогда слушай внимательно…
* * *
Ещё через день, на горной тропе.
Линь Син и Цзин Шиюй продолжали путь верхом.
Прошёл день, и, благодаря устному изложению Цзин Шиюй, Линь Син уже запомнил метод постижения мастерства Духовного Зрения.
К счастью, узнав о проблемах с собственной памятью, он заранее положил в сумку бумагу и ручку, так что теперь, записав метод постижения Духовного Зрения, он не боялся его забыть.
Таким образом, с мастерствами медитации и Духовным Зрением, плюс ранее освоенная в Обители Пурпурного Солнца Сердечная Связь с Мечом, а также уже возвышенное мастерство Искусство Управления Предметами, Линь Син наконец приобрёл все мастерства, необходимые для будущего овладения Наследием Благородного Мечника. Это наполнило его благодарностью к Цзин Шиюй, и он подумал, что в будущем, пожалуй, действительно можно стать её учеником.
В этот момент Цзин Шиюй, указывая на бесконечные горные цепи перед ними, сказала:
— Это Горы Жёлтого Дракона. Мы уже перешли из области Восточного Утёса в земли Приречной области. Если двигаться дальше ещё два-три дня, мы доберёмся до места, где в уединении живёт тот мудрец.
Однако с тех пор, как они вошли в земли Приречной области, Линь Син заметил, что это место, по сравнению с областью Восточного Утёса, выглядело ещё более упадническим.
На всём пути он видел множество давно заброшенных деревень и пахотных земель, словно местные жители уже давно бежали, спасаясь от бедствий.
По пути им повстречалось немало целых толп беженцев: измождённые, истощённые фигуры, полные растерянности и отчаяния взгляды, а также валяющиеся на обочине дороги трупы. Зрелище, угнетающее душу.
Различных разбойничьих шаек становилось всё больше. Только за последние несколько дней Линь Син и Цзин Шиюй столкнулись с четырьмя такими группами.
В этот момент, отвечая на любопытство Линь Сина, Цзин Шиюй пояснила:
— Самой могущественной силой в Приречной области на данный момент является Умиротворительная Армия, а её лидера зовут Чжао Тяньлун, известный как Божественный Дракон Девяти Небес. За Умиротворительной Армией стоит Союз Божественного Дракона, одна из девяти великих школ, а сам Чжао Тяньлун — личный ученик главы Союза Божественного Дракона. За последние несколько лет Умиротворительная Армия непрерывно воюет с Армией Нового Пути на юго-востоке, и Приречная область из-за этих войн становится всё беднее.
Линь Син спросил снова:
— А каково отношение этой Умиротворительной Армии к генерал-губернатору Чжан? Все они подчиняются тому самому Административному управлению?
Цзин Шиюй с улыбкой покачала головой.
— Не всё так просто. Номинально Административные управления в каждой провинции ведают народным хозяйством и военными делами. Но разве местных милитаристов так просто обуздать? Эти милитаристы внешне обладают официальными постами, но за ними — запутанная сеть связей: могущественные семьи, общества, секты и даже высокопоставленные чиновники в столице. Милитаристы дерутся друг с другом, захватывая территории. Бывало, что власть в одном городе менялась по десять раз за несколько дней. Люди из Административных управлений, скорее всего, только рады смотреть, как они воюют и истощают силы друг друга. Умиротворительная Армия в Приречной области все эти годы занята войной с Армией Нового Пути на юго-востоке, поэтому и сохраняла с Чжан Тяньдэ хрупкое перемирие…
За эти несколько дней, помимо мастерства Духовного Зрения, Линь Син постоянно расспрашивал Цзин Шиюй о различных вопросах и приобрёл более глубокое понимание общей ситуации в Зеркальном Мире.
В этот самый момент на горной тропе впереди внезапно выскочила группа разбойников с дубинами и стальными трезубцами, преградив им путь.
Линь Син оглянулся назад и, как и ожидал, увидел, что с тыла на тропу также выпрыгнули бандиты, окружив его и Цзин Шиюй спереди и сзади.
Один из разбойников громко рассмеялся.
— Хе-хе, белоручка, оставляй всё ценное, и мы сохраним тебе твою собачью жизнь.
Другой же, не отрывая глаз от Цзин Шиюй и девушки-марионетки, облизнул губы и сказал:
— Этих двух девиц тоже оставь!
Предводитель бандитов возразил:
— Давай тогда и этого белоручку оставим, потом по очереди позабавимся.
— Слово главаря — закон, оставим всех!
Вся шайка разбойников захохотала.
Почувствовав на себе полные похоти и разврата взгляды грабителей, Цзин Шиюй слегка нахмурила брови, и из её тела уже начало сочиться едва уловимое убийственное намерение.
Наблюдая за этой сценой, Линь Син сказал:
— У тебя ещё не зажили раны, давай я сам.
С этими словами он плавно вынул из рюкзака четыре прозрачные линейки.
Возвращаясь из современного мира на этот раз, Линь Син также пополнил свой арсенал. Например, линеек он взял с собой десять штук.
В следующий момент четыре светящихся потока взметнулись в небо и с рёвом ветра и грома устремились к бандитам спереди и сзади.
Мгновение спустя вопли слились в единый гул. У каждого разбойника были сломаны ноги, и они рухнули на горную тропу.
Увидев эту ужасающую картину, оставшиеся бандиты кто пал на колени с мольбами о пощаде, кто бросился бежать, но всех их постигла та же участь — сломанные ноги.
Глядя на кричащих и корчащихся на земле бандитов, Линь Син произнёс:
— Всё, пойдём.
Цзин Шиюй с улыбкой кивнула и вместе с Линь Сином направила лошадей прочь.
Однако лишь только толпа поверженных бандитов скрылась из виду, правая рука Цзин Шиюй сжалась в кулак.
Про себя она подумала:
«Мой ученик всё ещё слишком добросердечен. Зачем оставлять в живых такое отребье?»
Вспомнив отвратительные взгляды, которыми её одарили те бандиты, Цзин Шиюй легко сжала правую руку, и невидимая Духовная Сила рванула назад.
За пределами их видимости, разбойники со сломанными ногами полностью лишились возможности двигаться и в отчаянии лежали на горной тропе, не зная, что делать дальше.
Если бы не произошло ничего неожиданного, их, вероятно, ждала бы смерть от голода, нападения диких зверей или смерть от рук других беженцев или бандитов.
Но в следующий миг невидимая сила сжала их головы. Не успев издать ни звука, головы всех бандитов одна за другой были раздавлены, и все признаки их жизни исчезли.