Секта Зла
В размытых образах Линь Син мог видеть нескольких людей, постоянно странствующих по миру.
Они оставляли в деревнях, посёлках и городах странные символы или особые формации.
Иногда они также распространяли зловещие знания, обучая некоторых избранных ими людей.
И так вслед за их следами рождалась нечисть.
А они время от времени возвращались в места, где появлялась нечисть, усмиряли её и забирали останки.
В очередной раз получив останки нечисти, раздался голос.
— Высший Пыльная Буря, в этот раз используй меня как материал. Сгусти ауру нечистой силы, искорени скверну. Надеюсь, грядущий мир не будет погружён в хаос.
Существо, называемое Высшим Пыльная Буря, повернуло голову и кивнуло.
Затем образ сменился на другого человека, который, казалось, что-то говорил.
Под потрясённым взглядом Линь Сина, тот человек оказался до странности похож на него самого.
А затем наступила полнейшая темнота, ощущение, будто его поместили в какое-то герметичное пространство, а затем закопали в землю.
Далее Линь Син мог лишь слышать бесконечные стоны и крики страданий, доносящиеся непрерывно.
Неизвестно, сколько времени прошло, когда образы начало сильно трясти. Словно что-то притянуло их.
Линь Син наблюдал, как образы непрерывно сменяются и меняются, пока наконец не оказались в большом городе, внутри здания управы.
Появилась девушка, мирно спящая на кровати, и её образ стал центром всего видения.
Этой девушкой была любимая дочь Чжао Тяньлуна, та самая, в чьей судьбе знак Проклятой Небом Одинокой Звезды.
* * *
Линь Син резко очнулся. В его сознании по-прежнему мелькали только что увиденные образы.
В душе его охватило изумление:
«Те воспоминания, что я только что видел… Кто-то втайне создаёт нечисть? И почему один из них был так похож на меня?»
Однако времени на раздумья почти не оставалось, и Линь Син увидел, что несколько человек, только что сбежавших, теперь осторожно подошли ближе, бросая на него взгляды, полные изумления, благоговения, восхищения и напряжения.
А вдалеке — и мужчина в чёрном, и ученики великого мастера Кун Чаня, и те, кто лежал ранеными на земле, все с тревогой и неуверенностью смотрели на Линь Сина, а в головах у каждого роились свои мысли.
Мужчина в чёрном испытал немалый шок.
«Та штука, что только что была…это же, должно быть, Желтоголовый Исполин? Разве эта вещь не встречается лишь в секретных возвышениях Секты Духовных Сокровищ? Неужели он последователь Секты Духовных Сокровищ?»
Небесный Голос же горящими глазами смотрел на Линь Сина. Хотя он и владел некоторыми навыками талисманных заклинаний, но в сравнении с Линь Сином это было словно небо и земля.
Особенно тот момент, когда Линь Син применил десять талисманов одновременно, и вовсе поверг его в оцепенение.
Он подумал:
«В таком юном возрасте уже обладать столь сильным возвышением в талисманных заклинаниях — этот человек непременно из одной из девяти великих школ.»
Высший Свет Закона, который вторым бросился к павильону, уже подошёл к Линь Сину и произнёс:
— Ваша светлость, кто же вы такой, раз сумели так легко усмирить нечисть?
Тут же какой-то шаман спросил:
— Великий мастер, тот призрак окончательно усмирён?
Видя, как они все разом заговорили, Линь Син прямо прервал их.
— Сначала выйдите и позовите людей, окажите помощь всем раненым на месте, остальное обсудим позже.
Под его указаниями все, чьи головы кружились от потрясения сегодняшними непрерывными битвами, словно очнулись ото сна и тут же с громкими криками принялись спасать людей.
Вскоре внутрь хлынула толпа слуг и служанок.
Прибежали и жена, и наложницы Чжао Тяньлуна, и снова поднялись причитания и вопли.
Спустя мгновение, убедившись, что с мужем и дочерью всё в порядке, жена Чжао Тяньлуна, утерев слёзы, подошла к Линь Сину.
После очередных тысяч благодарностей она распорядилась выделить Линь Сину отдельный дворик для проживания, попросив его подождать, пока Чжао Тяньлун очнётся, и пообещав щедро его отблагодарить.
Линь Син, естественно, не отказался. Его по-прежнему чрезвычайно интересовала та самая Проклятая Небом Одинокая Звезда. Ведь если судить по образам, увиденным в останках нечисти, люди с таким предопределением, кажется, привлекают к себе нечисть.
Да и о деле Высшего Пыльной Бури у него было много вопросов.
* * *
Оставшаяся ночь прошла без происшествий.
На следующее утро, едва Линь Син поднялся, как увидел, что к нему с визитом прибыли вчерашний мужчина в чёрном с юношей.
Мужчина в чёрном сначала польстил Линь Сину, а затем представился.
Он назвался Ду Чуаном и рассказал, что в последние несколько лет скитается по миру со своим учеником, повсюду истребляя нечисть.
Услышав это, сердце Линь Сина дрогнуло, и он вспомнил образы, виденные им в останках нечисти. Неужели этот человек — один из тех, кто создаёт нечисть?
Ду Чуан же не знал, о чём думает стоящий перед ним Линь Син, и продолжил:
— Ваша светлость, не получили ли вы вчера, после усмирения нечисти, некий резной предмет?
Линь Син прямо достал вчерашнюю резную статуэтку с демоническим лицом и поставил на стол.
— Ты об этом?
Ду Чуан со вздохом сказал:
— Именно об этом. Этот предмет — слияние небесно-земной ауры нечистой силы и человеческой обиды, он чрезвычайно опасный.
Стоявшая рядом девушка-марионетка не выдержала и взглянула на Линь Сина. Она-то знала, что эта штука нужна ему для возвышения мастерства.
Голос Бай Ии прозвучал прямо в сознании Линь Сина:
— Не собирается ли этот тип обманом заполучить эту вещь?
Линь Син с любопытством посмотрел на Ду Чуана и спросил:
— И в чём же опасность этой вещи?
Ду Чуан, подумав, ответил:
— Что ж, раз уж ваша светлость способна истреблять нечисть, в будущем вы, возможно, снова столкнётесь с подобным. Тогда я расскажу вам все скрытые обстоятельства…
В рассказе Ду Чуана в мире существует чрезвычайно скрытная и зловещая организация, названная им Сектой Зла.
Нечисть изначально рождается непреднамеренно самой природой неба и земли, и для её появления требуется стечение множества случайностей, сочетание благоприятного времени и подходящего места.
Но Секта Зла создала метод искусственного рождения нечисти.
Члены Секты Зла чрезвычайно скрытны, их личности и маршруты неизвестны, и они никогда не вмешиваются в какие-либо мировые распри, лишь странствуя по всем землям в поисках мест, где накопившаяся злоба глубока, а аура нечистой силы достигает небес.
Они владеют методом, позволяющим собирать ауру нечистой силы и конденсировать накопившуюся злобу, и в конечном счёте на этой основе создавать нечисть.
Затем представители Секты Зла возвращаются в место рождения нечисти, усмиряют её и получают останки нечисти…
— Останки нечисти — это и есть та резная статуэтка, которую ваша светлость получила вчера, — Ду Чуан сказал: — Эти останки нечисти всегда были целью Секты Зла. Если сравнить их с посадкой деревьев для создания нечисти, то эти останки — плоды, которые они хотят собрать. Если ваша светлость будет постоянно держать при себе эти останки, в будущем Секта Зла непременно обратит на вас внимание.
Линь Син с любопытством спросил:
— Секта Зла что, очень могущественна?
Ду Чуан, приняв серьёзный вид, ответил:
— Не просто могущественна, но и опасна. Эти люди, чтобы создавать нечисть, убивают без колебаний и уже давно лишились человечности.
Линь Син не сдержал улыбки, чувствуя, как праведное негодование бурлит в его сердце.
— Если это и вправду такие зловещие и еретические личности, то я обязательно оставлю себе эти останки нечисти и подожду, когда они сами явятся.
Ду Чуан слегка опешил, видимо, не ожидая от Линь Сина такой реакции, и попытался отговорить:
— Прошу вашу светлость не слишком недооценивать Секту Зла. Наша Секта Истребления Зла за эти годы сражалась с ними несколько раз, и каждый раз потери были тяжёлыми. По-моему, вам всё же стоит передать эту вещь нам на хранение, чтобы не наживать врага в лице Секты Зла и избежать беды.
После нескольких попыток уговорить, видя, что Линь Син остаётся непреклонным, Ду Чуан мог лишь с досадой удалиться.
Уйдя, ученик Ду Чуана спросил:
— Наставник, он не соглашается отдавать, что теперь делать?
Ду Чуан, погрузившись в раздумья, произнёс:
— Этот юнец, полагаясь на своё высокое мастерство, упрямо хочет оставить при себе столь зловещий предмет — в будущем это непременно приведёт к беде. Твой учитель свяжется с несколькими старшими братьями-соучениками, и мы вместе снова попросим у него эту вещь.