Снова исчезновение

— Меня зовут Линь Син, а тебя?

— Меня, старейшину, зовут Бай Ии, можешь называть меня госпожой Бай.

— Ты женщина?

— А что? Неужели ты смотришь на женщин свысока?

— Нет, просто не ожидал. Кстати, почему ты превратилась в игрушку?

— Ах, в своё время я, старейшина, была первой красавицей Поднебесной. Не счесть мужчин, готовых разориться ради единственного обмена слов со мной… Но среди них оказался один бесчестный негодяй, который, желая обладать мной вечно, схватил меня и превратил в такое вот существо…

— Раз он хотел тобой обладать, то мог бы просто похитить тебя? Зачем же превращать в игрушку?

— Кто его знает, что творится в голове у таких злодеев.

Линь Син лежал на больничной кровати, непринуждённо беседуя с игрушкой.

Время пролетело незаметно, и наступил следующий день. Линь Син, взяв с собой игрушку, снова отправился в кабинет на беседу с врачом.

Чу Цинсинь взглянула на игрушку, которую Линь Син затолкал себе за одежду, так что из воротника торчала только кошачья голова, и спросила:

— Тебе нравятся игрушки в виде кошек?

Линь Син небрежно ответил:

— Не особо.

— Тогда зачем ты её носишь с собой?

— Потому что она велела мне всегда носить её с собой. Я знаю, это звучит неправдоподобно, но эта игрушка и вправду умеет говорить.

Чу Цинсинь кивнула и записала в истории болезни:

Состояние ухудшилось, подозрение на новые галлюцинации. Пациент считает, что его плюшевая игрушка умеет говорить.

Затем она спросила:

— Говорят, ты хорошо пообщался с Цзян Хуном?

Линь Син кивнул и ответил:

— Да, сейчас, после приёма лекарств, с ним стало гораздо легче общаться, чем раньше.

— Линь Син, ты говоришь, что вернулся в настоящее из будущего. Можешь рассказать, что произойдёт в течение этого года?

Линь Син кивнул.

— Согласно моим воспоминаниям, в следующем месяце должен быть Чемпионат мира по футболу. В тот период я каждый день днём подрабатывал, а вечером смотрел Чемпионат мира…

Чу Цинсинь удивилась.

— В следующем месяце?

Линь Син тоже с недоумением сказал:

— Да, я точно помню, что в следующем месяце, но накануне проверял — а он только в следующем году. Потом я ещё поискал информацию о Чемпионате мира и обнаружил, что, начиная с периода столетней давности, многие исторические события из моей памяти изменились…

Слушая неторопливый рассказ Линь Сина, Чу Цинсинь внутренне удивилась.

Она видела многих пациентов с шизофренией и бредовыми расстройствами, у которых в галлюцинациях и псевдогаллюцинациях могла развиваться своя особая логика и даже мировоззрение.

Но такие, как Линь Син перед ней, способные вообразить столько деталей исторических изменений и обладающие собственной целостной логикой, встречаются среди психиатрических пациентов крайне редко.

Чу Цинсинь подумала про себя:

«Болезнь Линь Сина серьёзнее, чем я предполагала.»

«Вот это провал! — Бай Ии слушала, и сердце её всё тяжелело. — Эти люди не ошиблись, у этого парня и вправду не все дома!»

Едва подумав, что она отдала себя в руки сумасшедшего, Бай Ии почувствовала, как у неё похолодело внутри.

Проводив Линь Сина, Чу Цинсинь набрала номер и спросила:

— Вы уверены, что не стоит назначать Линь Сину лекарства? Я вижу, что его состояние быстро ухудшается. Если не заняться лечением сейчас, всё может усугубиться ещё сильнее, и тогда вернуть его к нормальному состоянию будет крайне сложно.

Услышав отрицательный ответ, Чу Цинсинь покачала головой и положила трубку.

Хотя она временно и работала здесь, её знания об Институте Квантовой Разведки были весьма ограниченными.

Например, она знала, что здесь ведутся исследования с высочайшим уровнем секретности, и что институт обладает чрезвычайно широкими полномочиями во многих аспектах — даже высшее руководство Города Восточного Моря не может им управлять.

Но чем именно занимался Институт Квантовой Разведки и откуда взялись эти психиатрические пациенты, Чу Цинсинь не знала.

Неужели всё, о чём говорят эти пациенты: другой мир, обратный ход времени, изменение истории — всё это правда?

Просматривая истории болезней, Чу Цинсинь переполняли сомнения и любопытство.

«Какова же цель всех этих усилий?»

Линь Син по дороге обратно вновь почувствовал знакомое ощущение. Вспомнив предыдущие случаи, он сказал:

— Госпожа Бай, я чувствую, что, кажется, скоро снова откроются врата. А ты чувствуешь?

Бай Ии не ответила. В её глазах Линь Син уже стал ненадёжным сумасшедшим.

Но в следующий миг, когда Линь Син шагнул в распахнутую массивную железную дверь в коридоре, он прямо на глазах у нескольких санитаров и охранников исчез.

Весь этаж мгновенно погрузился в хаос.

С другой стороны, Вэй Чжи, бегом направляясь на место, ругался:

— Что происходит? Почему на этот раз открытие врат в Зеркальный Мир не было предсказано?

— Капитан Вэй, мы только собирались доложить вам, а Линь Син уже вошёл.

— Слишком быстро, просто молниеносно.

— Три раза подряд врата открывались рядом с ним — в этом Линь Сине определённо кроется какая-то тайна…

* * *

Когда Линь Син пришёл в себя, он снова оказался в том самом маленьком дворике.

Бай Ии с изумлением наблюдала за происходящим:

«Врата и вправду открылись? Мы и вправду вернулись?»

Линь Син, вспоминая то знакомое ощущение, произнёс:

— Как и ожидалось, это чувство было предвестником открытия врат.

Вспоминая предыдущие случаи столкновения с открытием врат, он осознал, что те знакомые ощущения, возникавшие в его сердце, не были простым совпадением.

Бай Ии всё ещё не могла в это поверить.

— Почему за такой короткий срок ты несколько раз сталкивался с открытием врат? Что в тебе такого особенного?

— Я тоже не знаю, — сказал Линь Син. — Процесс открытия врат вызывает у меня чувство чего-то знакомого, но я не могу вспомнить, почему оно знакомо.

Сказав это, Линь Син начал осматривать окружающую обстановку и обнаружил, что это тот самый двор, откуда он в прошлый раз покинул Зеркальный Мир, с той лишь разницей, что старик, лежавший прежде на земле, исчез, и на земле остались лишь едва заметные следы засохшей крови.

Бай Ии напомнила:

— Линь Син, может, тебе сначала спрятаться? Ты же здесь убил человека, остерегайся мести других местных.

Линь Син поправил её.

— Госпожа Бай, не говори глупостей. Будучи честным человеком, я никогда не убиваю первым, я лишь защищаюсь в рамках самообороны, — затем он добавил: — В тот раз я от начала и до конца действовал чётко и быстро, свидетелей не было, так что вряд ли кто-то узнал, что это сделал я.

Хотя он так говорил, Линь Син всё же побежал в дровяной сарай в поисках серпа для самозащиты. Но сарай оказался совершенно пуст. Казалось, всё уже вынесли.