Три бывших телохранителя

— Н-ну и невезуха… Не подфартило мне…

Родился крестьянином, ковыряться в земле было невмоготу, потому подался в авантюристы — и с блеском скатился до отбросов-головорезов. Однако, когда ему спасли жизнь, он одумался и снова взялся за честное ремесло авантюриста, но не успел и оглянуться, как принял сомнительную, почти откровенно противозаконную работу — пошёл в телохранители к разбойничьей шайке, — и снова оказался на волосок от смерти. Но и в этот раз его спас всё тот же человек. После этого он дал себе новую клятву и с великим энтузиазмом ухватился за срочный квест «Набор бойцов в отряд „Гладиатор"».

И вот он, как один из защитников родной Спады, явился на поле боя, чтобы внести свою скромную лепту…

— На этот раз я точно труп…

Внезапно загнанный в загадочный барьер, окружённый несметной ордой ринувшихся внутрь врагов, человек по имени Закк — заурядный, по-настоящему заурядный авантюрист второго ранга — пробормотал слова отчаяния.

Новенький боевой топор в руке казался тяжелее, чем когда-либо.

Прямо перед глазами — враг, враг, враг, враг в белом. От такого напора и без того лысая голова, кажется, должна была побелеть от ужаса. Впрочем, у него и так голова налысо обрита.

— Ха-ха, что ж, моя жизнь — какая ни есть, такая и есть…

— Не спеши. Принимать гибель как предначертанную судьбу — пока рано.

Сухой смешок и слова смирения, слетевшие с его губ, прервал голос мужчины, который — непонятно когда — оказался стоять прямо рядом.

— Эт-этот голос… вы… неужели…

В этом голосе чувствовалась несомненная знакомая нотка. Голова у него работает неважно, но на лица, голоса и имена память у него хорошая. В голове Закка тут же всплыл образ измождённого, словно больного мужчины.

— Закк, кажется, тебя так звали? Давно не виделись. Не думал, что ты жив.

— Так и есть — господин Рудра!

Он повернулся — но того лица, которое нарисовалось в воображении, перед ним не было. Подлинные черты скрывала белая маска-череп, однако он узнал его с первого взгляда.

Тусклые золотистые длинные волосы, небрежно собранные в один хвост. Тощее, исхудалое тело в чёрном пальто, на поясе — катана. Сними он маску — и облик совершенно тот же, что и раньше.

Но главное — гнетущая, мрачная аура, окружающая его, — именно она и стала окончательным подтверждением. Мрачных людей хватает, но этот человек источает такое давление и такой страх, словно затаившийся демонический зверь.

То ли это особая аура, присущая мечнику, доводящему своё мастерство до совершенства, то ли он и впрямь не из людей. До таких высот разумения Закк не доходит.

Всё, что он знал об этом человеке, — лишь его внешность да имя, неизвестно даже настоящее ли — Рудра. И ещё — благодаря тому, что они вместе нанимались в телохранители к разбойничьей шайке, которая совсем недавно изрядно потревожила Спаду и Фарэн, — Закку довелось узнать про его сверхъестественное мастерство владения мечом.

— Опа, раз вы лицо прячете — может, имя называть не стоило?

— Да всё равно. Сейчас уже какая разница.

— Но я никак не думал встретить вас здесь.

— А вон там — тоже знакомый голем.

Туда, куда указывал Рудра, среди выстроившихся авантюристов выделялась громадина — выше всех остальных как минимум на голову, и в высоту, и в ширину огромная. Железный корпус с одним красным глазом — облик для голема вполне обычный, однако…

— Уох, серьёзно? Это ж Гардан, чёрт побери!

Знакомых из числа големов у него — только один. Хотя этот болван, наверное, его уже и не помнит… не успел он так подумать, как ослепительно сверкающий монокулярный глаз (моноай) повернулся в его сторону.

В следующий миг стальная громадина увесистыми шагами двинулась навстречу. «Может, сбежать?» — мелькнуло у него в голове, и, судя по виду, у Рудры мелькнуло то же самое.

— Аа?! Эй-эй, гляньте-ка, лысый и коротышка — где-то я вас видел!

— Заткнись, жестянка драная.

— …Гардан, и ты, оказывается, выжил.

Так трое бывших телохранителей фаренской разбойничьей шайки воссоединились в этом месте.

— Только воспоминаниям предаваться времени нет, при таком-то раскладе.

Перед лицом надвигающейся, источающей жажду крови огромной армии у них не было такого беззаботного настроения, чтобы простодушно радоваться встрече. Сколь бы остёр ни был клинок Рудры, ясно, что одной катаной из такой ситуации не выкарабкаться.

— Похоже, спадская армия попалась во вражескую ловушку, но я не считаю положение настолько отчаянным.

— Ну, при вашем-то мастерстве, господин, может, оно и так… или у нас, простых смертных, тоже есть надежда выбраться живыми?

— Есть.

Рудра заявил это как ни в чём не бывало. От неожиданного ответа Закк вытаращил глаза и переспросил, наполовину сомневаясь, наполовину веря, — что же это за надежда такая на выживание.

— На нашей стороне — Куроно.

Имя, не слишком привычное для уха спадцев. И всё же оно было ему знакомо. Нет, точнее говоря — это имя нельзя забыть, даже если бы он захотел.

В первый раз он услышал это имя, кажется, тогда…

————

«Я — Куроно, состою в группе третьего ранга „Элемент Мастер". Вы нас знали, когда нападали?»

————

Тупой бандит, поддавшись жадности, напал на того, на кого нападать было ни в коем случае нельзя, — и сам же получил по полной. К несчастью, Закк оказался одним из его подельников. Однако, к счастью, он же и стал единственным выжившим с того места.

«Если бы я знал, что это ты…» — кажется, ту же самую отговорку он бубнил и тогда. Когда тот человек держал его жизнь в своей руке.

С прикосновением к коже чёрной, твёрдой, холодной проволоки воспоминания об ужасе ярко возвращаются.

— Ха-ха… ё-моё… он и правда здесь…

В поле зрения, без всяких сомнений, маячил чёрный кошмар.

Чёрные волосы, разноцветные глаза — чёрный и красный. В чёрном пальто — похожем на одеяние Рудры, но даже на дилетантский глаз — рангом повыше, — Куроно стоял с тем же острым, суровым выражением лица, что в точности совпадало с воспоминанием.

В руке он держал большую, грубую и опять же чёрную железную глыбу. Что эта странная штуковина незнакомой формы — по меньшей мере магическое оружие, Закк уже знал: четыре дня назад он своими глазами видел, как из неё ударила колоссальная молния и положила гигантского голема.

— Если этот человек здесь — выберемся как-нибудь. Это ощущение никак не покидает меня.

При первой встрече — авантюрист первого ранга, особенно приметный только повязкой на левом глазу, в белой рубашке и штанах. При второй встрече — как он сам и сказал, авантюрист третьего ранга.

А сейчас — он стал героем Искии, авантюристом пятого ранга.

Если задуматься, это поистине невероятный человек, с которым он, оказывается, знаком, — Закк ещё раз ощутил это особенно остро. Наверное, Куроно когда-то одолел Рудру. Судя по тому, как тот о нём говорит — победил настолько честно и настолько подавляюще, что заставил признать своё мастерство.

— Д-да… может, и правда так…

Если представить обратное — если бы из его нынешнего положения была возможность переметнуться на сторону крестоносцев, врагов Куроно, — хотел бы он этого? На такой вопрос он не смог бы ответить «да» сразу же. Нет, помучившись, он, скорее всего, пришёл бы к ответу «нет». Стать врагом Куроно — настолько это страшно.

— Ха! Чё за нюни вы тут развели, обабились что ли?!

Как всегда, на одной только бойкости, Гардан взревел.

Этот тоже наверняка проиграл Куроно — но почему-то такой бодрый. Хотя, может статься, что в тот раз его попросту проигнорировали, и всё. Закк странным образом был уверен: пускай его догадка и не в самую точку, но и не далеко.

— Это же отличный шанс отличиться и заработать заслугу!

— …Кстати, ты ведь хотел стать спадским рыцарем, верно?

— Не просто рыцарем — а сильнейшим рыцарем!

Если бы это орал пятилетний пацан с палкой в подворотне — звучало бы умилительно.

— Да-да, ладно, тогда давай уже, постарайся хорошенько раскидать врагов.

— Хе, не учи учёного, эту дохленькую людскую армейку этот великий Гардан-сама в порошок сотрёт!

И в тот самый миг, когда Гардан громко возвестил свою решимость, прозвучал ещё более громкий голос, перекрывший его:

— Слушайте! Доблестные рыцари Спады! Сейчас мы вступаем в землю смерти!

Похоже, заместитель командира «Гладиатора» решил отдать ясный приказ потрясённым внезапным поворотом подчинённым.

Содержание приказа было простое и ясное: убить заклинателя, поставившего этот барьер, и снять его.

— Если мы не справимся, враг хлынет прямо к главной цитадели! Слышите, мы обязаны остановить их любой ценой! Поражения быть не должно, ни шагу назад. Покажите, прямо здесь и сейчас, гордость спадского рыцаря! Да здравствует Спада!

Возгласы «Да здравствует!», поднимавшиеся от рыцарей, более чем красноречиво говорили о том, что они уже приняли решение умереть. Закку такое было совершенно не по силам.

— Слушайте, господа авантюристы! От вас никто не требует ни обязанности подчиняться приказу, ни верности королю. Но здесь и сейчас бежать вам уже некуда! Если вы хотите дрожать перед врагом — дрожите. Если у вас есть мужество поднять клинок против надвигающегося врага — тем лучше! Никого силой не гоню, идите за мной только те, кто способен!!

Голос заместителя командира, отдающего эти приказы, был полон силы. И в самом деле, большая часть авантюристов взревела боевым кличем, преисполнившись боевого духа.

— О-о-о, наконец-то моё звёздное представление!!

К Гардану, который от всей души приветствовал атаку на вражеский строй, Закк присоединиться никак не мог, да и речью заместителя командира он не вдохновился.

— Чё-ё-ёрт… ну что ж тут поделать, придётся уж…

Бежать некуда. Только из-за одного этого пришлось наскрести в себе мужество прыгнуть в землю смерти своими ногами.

— Хм, сегодня, похоже, не придётся томиться от жажды крови, госпожа.

Бормоча себе под нос такие слова, Рудра поглаживал рукоять катаны и при всём при этом выглядел, как ни странно, довольным.

Меня охватила иллюзия, будто из всей этой компании только я нормально опасаюсь за свою жизнь. Может, это я не в себе?.. Да нет, нет, в такой ситуации обычно бояться — и есть нормально.

Так подумав, Закк, кривясь, тяжело сжал в руках свой тяжёлый боевой топор.

— …«Пучок заряженных частиц» — пуск.

И после того, как раздался ослепительный сигнал к атаке, авантюристы хлынули за городскую стену.

* * *

— Уооооо?! Не-не, ну это уже невозможно, серьёзно невозможно!!

Лысый верзила со зверским лицом нёсся обратно по лестнице к стене с такой прытью, словно ему пятки подпалили. По-хорошему, надо бы сейчас же кругом и драпать самому, но он же свой брат-авантюрист — нельзя его бросить.

Похоже, влиться в атаку он влился, но прорваться вглубь вражеского строя не сумел и теперь возвращается. Глядя на его залитую кровью, изодранную в лохмотья фигуру в порезах с ног до головы, насмехаться над ним язык не повернётся. Скорее наоборот — как он только сумел вернуться сюда живым.

Магическая лестница, сформированная прозрачным барьером, — всё равно что идти по воздуху, вниз и взглянуть нельзя. Даже если ты не страдаешь боязнью высоты, тебя терзает страх, что следующим шагом ты провалишься в пустоту, — но стоит начаться бою, и это перестаёт замечаться.

И тот, кто сейчас в ужасе мчится прочь, тоже забыл о страхе падения, рассудив, что лестница, пусть и прозрачная, всё-таки лестница, — и резво бежит наверх.

— Стой, лысый!

— Прикончу тебя, еретик чёртов!!

Сзади за ним напирает огромная масса пехотинцев в белом снаряжении. Острия их копий уже почти касаются его задницы. Он, должно быть, ни жив ни мёртв.

В тот самый момент, когда он, отшвырнув ниже свой боевой топор, в полуслёзной, до невозможности нелепой беготне спасался от смерти, я всадил в его преследователей «Гранатовый залп».

— Чёрт, ч-чёрт побери… ВУ-У-У-А-А?!

С могучим воем, подброшенный взрывной волной, разорвавшейся прямо у него за спиной, лысый авантюрист повалился ничком вперёд.

Ситуация была впритык, но мне удалось накрыть взрывом только врагов. Бранящиеся на чём свет стоит крестоносцы-пехотинцы, охваченные чёрным пламенем, умолкли.

— Эй, цел?! Быстрее наверх!

Даже если положишь разом десяток-другой, следом тут же напирают новые. Прокопаешься — и снова попадёшь под копьё.

К счастью, крепкий, выносливый авантюрист тут же поднялся и подбежал ко мне.

— Спасибо большое! Спасли меня, Куроно-сан!

— А, ты…

Лицо, мельком увиденное, когда он проносился мимо, мне явно где-то встречалось… нет, точно где-то встречалось.

— Ва-а, дяденька весь в крови-ня! Сейчас Ня тебя вылечит-ня!

— Прошу прощения, девочка-кошка…

Девочка-зверочеловек кошачьего племени (ва́акэт), единственная целительница (прист) в нашем тыловом составе, тут же занялась перевязкой того, кто чудом избежал гибели, — а я, чувствуя её присутствие за спиной, снова сосредоточился на том, что впереди. Знакомое лицо, да, но времени на то, чтобы спокойно вспоминать, у меня нет.

Я навёл «Зэ-Грид», удерживаемый одной правой рукой, на врагов, лезущих снизу. Чтобы фронтально разнести пехотный штурм — самое надёжное — это веерный обстрел.

— Чёрт, нас полностью отрезали…

Точка, на которой я сейчас стою, в усердии поливая всё магическими пулями, — прямо перед пробоиной, которую проделал в стене Тауро́с. Спиной к участку стены, где цвет и фактура заплатки полностью отличаются от остальной кладки, я отчаянно пытаюсь сдержать наседающего врага.

«Пучок заряженных частиц» (Плазма-Бластер), как и было задумано, продемонстрировал разрушительную мощь, прорубив брешь в боевом строю врага, и совмещённое штурмовое подразделение из тяжёлой пехоты и авантюристов под командой заместителя командира Эриуда быстро ринулось в эту брешь.

Но врагов оказалось чересчур много.

Прорубленную было дорогу мгновенно затягивает обратно. Видимо, чёткого приказа им никто не отдавал, но они и не подумали прекратить наступление.

Развёрнутые в первой линии тяжёлые рыцари начали разворот, чтобы ударить нашу штурмовую группу со спины, а вместо них пехота, кишащая со второй линии и дальше, всем фронтом устремилась на штурм самой стены.

В перемешавшемся строю, где часть отворачивается назад, а часть прёт вперёд, никак не получится плавных манёвров. Передние и задние сталкиваются друг с другом, давят своих же, и сразу в нескольких местах движение полностью встало — отсюда это прекрасно видно.

Если бы это была решающая битва против равного по численности противника, такое замешательство стало бы фатальным, — но против нас, против меня и тыловой группы — какие-то несколько десятков человек, малочисленная горстка. Даже одной только части пехоты, которой удалось выбраться из своего же строя и начать штурм стены, более чем достаточно, чтобы нас раздавить.

— И правда, одному — туговато…

Правый «Зэ-Грид» уже переключён в «режим пулемёта». «Режим грозовой пушки» сейчас находится в теневом пространстве, где Хицуги его охлаждает, причитая: «Ох, горяченько-горяченько!» Впрочем, даже если ствол остынет, без подзарядки маны второй выстрел всё равно невозможен — в нынешней ситуации придётся махнуть рукой на ещё один залп.

Шесть стволов с грохотом изрыгают чёрные вспышки дульного пламени, на самой грани удерживая натиск пехотной атаки. Стоит обстрелу хоть на миг прерваться — и они мгновенно сократят дистанцию.

— …«Гранатовый залп» (Гренейд-Бёрст).

А в левой руке у меня — не цевьё «Зэ-Грид», а другое ружьё.

Горизонтальная двустволка, переломный механизм заряжания. Силуэт, словно охотничье ружьё без приклада, — практически такой же, как у прототипа Симона, который я в лёжку загнал в стенах древней крепости Искии.

Однако сейчас то, что у меня в руках, — уже не «прототип». Это законченная форма.

Имя её — «Дуэль-Игл».

Имя дал я. Изготовление, разумеется, — кузнечная мастерская Стратос.

Стильная деревянная рукоять с проступающим сквозь магический круг для подачи маны выгравированным двуглавым орлом — единственный декоративный элемент. В остальном — конструкция, заточенная исключительно под применение «Гранатового залпа».

«Зэ-Грид» — пулемёт, а «Дуэль-Игл» — гранатомёт. Распределение ролей.

В принципе, моя собственная магия «Гранатовый залп» через это ружьё усиливается по мощности, дальности, точности и расходу маны — этакий короткий жезл с огненным атрибутом. Ствол, переплавленный из обломка клинка «правой руки Ласпуна», которой пришлось пожертвовать, чтобы вышибить панцирь Гридгора, — обладает великолепной совместимостью с огненным атрибутом.

Само собой, можно стрелять и специальными снарядами вроде «сверхэлектромагнитной боеголовки». К сожалению, сейчас Симон, не сомкнув глаз, успел изготовить только две разновидности: обычные снаряды с нанесёнными усиливающими формулами и спецзаряды против Сариэль, — так что патронов, способных раскрыться в нынешней схватке, у меня пока нет.

И всё равно — это куда сподручнее, чем швырять «Гранатовый залп» с голых рук. Настолько сподручнее, что я могу без проблем вести непрерывную пальбу из него параллельно с веерным огнём «Зэ-Грид».

Ещё совсем недавно я в качестве тылового стрелка поддерживал штурм, занимаясь прицельным бомбометанием «Гранатовым залпом» по бросающимся в глаза магическим подразделениям противника.

Но теперь и этот залповый огонь я вынужден тратить на то, чтобы остановить ринувшуюся прямо на меня пехотную атаку.

— «Гранатовый залп»… чёрт, конца им нет.

Я обороняю отрезок прозрачной лестницы шириной в двадцать метров. Будь это узко, как коридор подземного данжена, защищать было бы плёвое дело, — но для одного человека этот участок чересчур широк. Шире четырёхполосной дороги.

Веерно поливая горизонтальным огнём «Зэ-Грид» лестницу снизу, я тут же всаживаю «Дуэль-Игл» прямой выстрел в каждого, кто выпирает вперёд, и разношу его в крошево. Так я, кое-как, не подпускаю к себе ни одного пехотинца — но, честно говоря, удерживаю их на пределе… нет, меня уже понемногу теснят.

Поначалу я останавливал их у самой первой ступени, а сейчас линия их прорыва достигла уже десятой ступени.

Дождь пуль и буря взрывов сносят жизни простых пехотинцев в одно мгновение. Но, словно одержимые охватившим поле боя горячечным безумием, они, не останавливаясь, на полном бегу топчут трупы товарищей и кидаются прямо в смерть.

Бросок насмерть давит на нас одной только подавляющей численностью и яростью. И если так пойдёт, ещё немного — и нас точно сомнут.

В тот момент, когда я буду вынужден обнажить «Кубики́ри», и враг подойдёт достаточно близко, чтобы нас разделяла рукопашка, всё это превратится в кровавую кашу ближнего боя. И тогда тыловая группа, в которой ранги только первого-второго уровня, будет уничтожена в мгновение ока. Да и мне самому, как ни крути, окружённым такой толпой, придётся туго.

— …Плохо дело.

Если присмотреться, у штурмовой группы тоже большие неприятности.

Тяжелорыцарское подразделение, прикрывающее ту самую заклинательницу-девочку, фактически уже выкосило большую часть нашей тяжёлой пехоты. Сейчас вперёд выходят авантюристы, и они кое-как, с превеликим трудом, продолжают прорубаться сквозь вражеский строй, но… судя по этому темпу, вопрос, успеют ли они вообще дойти до цели, стоит очень остро.

Может, мне самому туда?..

— Фьюю-ня! Теперь всё в порядке-ня! Дальше — дезинфекция, перевязка, полежать спокойно — и заживёт-ня!

— Угу, так и поступлю, если выберусь из всего этого…

Нет. Если я сейчас уйду отсюда, тыловую группу перебьют до последнего. И эта маленькая девочка-кошка, изо всех сил оказывающая лечебную помощь, и лысый авантюрист, чудом сумевший вернуться живым, — оба погибнут.

Но если из-за того, что я не выдвинусь на подмогу штурму, мы не сумеем добить заклинательницу — все умрут в любом случае. И есть вероятность, что нас сметут даже раньше, чем будет убита заклинательница.

Тогда уж лучше… аа, чёрт побери, и впрямь ничего не сделаешь. Похоже, во мне ещё нет той решимости, которая позволила бы без раздумий пожертвовать своими.

С точки зрения вероятности успеха — наилучшее решение, без сомнения, в том, чтобы я присоединился к штурму. Сейчас ещё не поздно. Я бы смог прорубиться сквозь вражеский строй.

Но и бросить дюжину жизней за спиной я не могу.

— Будь здесь Лили или Фиона…

Из моих уст вырываются жалкие нытьё и слабость.

Да, кстати, пусть не они — кто угодно. Хотя бы на короткое время — мне нужен кто-то, кто способен прикрыть их. Кто-то, кто, как я, остановил бы врагов огневой мощью, или кто-то, способный надёжно держать защитную магию.

Хоть бы ещё один надёжный маг…

— …Откуда же ему взяться.

Так удобно к нам помощь не придёт. Ждать «кого-то», кто никак не должен прийти, — это глупость. Точно так же, как крестоносцы в свой последний миг молят: «Боже, спаси меня».

Поэтому выбирать должен я.

Если нас здесь сметут, крестоносцы без труда получат путь через стену. Крепость Галлахад тогда практически падёт.

Здесь надо удержать любой ценой. Даже принеся в жертву тех, кого хочешь защитить.

— Похоже, остаётся только сдаться…

Хватит колебаний.

Ну, давай, прими решение, Куроно Мао. Сейчас я иду убивать заклинательницу. Чтобы защитить Спаду.

— Кх…

Так я уговаривал себя, и палец, до боли стиснувший спуск «Зэ-Грид», уже было соскользнул с курка…

— …У-уа?! Что такое, тут уже бой начался, Софи-сан?!

— Хм-м, здесь опасно, давай-ка вернёмся обратно в замок, Симон.

Очень знакомый мне человек и тот, кого я только-только начинаю узнавать. Такая пара появилась внезапно.

«Святилище» ещё не снято. Штурмовая группа всё ещё сражается. И прийти сюда на помощь сейчас никто не может.

Иными словами, эти двое были здесь с самого начала.

Если выражаться точнее, Симон и таинственная женщина-авантюристка по имени Софи-сан вылезли через люк в спине Тауроса, лежащего без повреждений совсем рядом со стеной, — то есть из кабины пилота.

Это был тот самый Таурос, которого Лили обездвижила, убив пилота. Его огромная туша всё время валялась прямо перед глазами. Сначала была занесена снегом, превратившись в небольшой холм, а потом, когда я шарахнул «Пучком заряженных частиц», слой снега подтаял, и стальной корпус снова показался на свету.

Подумать только: уже самый обычный «природный объект», просто валяющийся гигантский обломок, как валун, — и вдруг там кто-то прячется. Тем более — никому в голову не пришло бы, что это знакомые.

И что они там вообще делали? Точнее, как они туда забрались? И, кстати, Симон, ты, что ли, уже добрался до крепости Галлахад? А я-то решил, что ты ещё из Спады не выехал… — нет-нет, не то. Не об этом сейчас речь. Сейчас важно совсем другое.

— Что ж, какое скопище, толкутся-толкутся, мешаются… с дороги, людишки.

Эта реплика Софи-сан, прозвучавшая тихо, как ни странно, отчётливо донеслась до меня сквозь грохот боя.

В тот же миг, как она легко вскинула правую руку, поднялась снежная буря — в зоне от макушки Тауроса до самой нижней его опоры.

Лежащий ничком Таурос для крестоносцев — всего лишь препятствие. Лезть на него специально никто не станет, но вокруг него кишит пехота.

Однако, увидев внезапно появившихся темнокожую красавицу-тёмную эльфийку и юную эльфийку-красавицу, ближайшие крестоносцы-солдаты тут же отреагировали: на двоих обрушились их взгляды, враждебность, а где-то и низменные пожелания.

Пехотинцы, как муравьи, налипающие на торт, толпой полезли на Тауроса — и именно в этот момент Софи-сан вызвала буран.

Несомненно, это была магия льда. Несомненно, но ни на одну ни из виденных мной прежде, ни из тех, что я знал теоретически, эта магия не была похожа.

Атакующая магия ледяного атрибута в современной магии обычно делится на два вида: либо запускает ледяные сосульки, либо выпускает поток ледяного холода. Я, пользуясь четвёртым благословением, тоже способен повторить их хотя бы по форме.

Однако то, что показала Софи-сан, было не просто атакой ледяного атрибута — это, скорее, напоминало барьер. Барьер из снежной бури, окутанный льдом и снегом.

Любой, кто шагнул внутрь — мгновенно замораживается всем телом. Пехотинцы, налипавшие на корпус Тауроса, один за другим превращались в ледяные статуи у меня на глазах: при виде такого простого, но абсолютного эффекта остаётся лишь догадываться о его сути.

Само собой, оказавшись перед смертельным ледяным адом, в котором достаточно просто приблизиться, чтобы тут же превратиться в окоченевший труп, крестоносцы-пехотинцы выказали колебание.

Не удостоив их и взглядом, Софи-сан подхватила под мышку что-то кричащего Симона и грациозно зашагала в мою сторону.

— …Нашёл. Надёжный маг.

На моём лице, должно быть, в этот момент появилась улыбка до ушей.