Этот Отвернувшийся невероятно предусмотрителен

— Я знаю лишь то, что в один из дней две тысячи седьмого года вы, как обычно, открыли дверь лаборатории и вышли на давно забытый солнечный свет. Мрачные тучи, нагнанные софоном, были развеяны вашим внутренним состоянием.

В течение следующего года вы вернулись к своей нормальной жизни. Вы вернулись в университет, начали вести обычные занятия и исследования, вот только в ту лабораторию заходили крайне редко, и сами отказались от новых исследований в области передовой физики.

У меня очень мало данных за этот год. Без видеозаписей софонов мне пришлось полагаться только на собственные силы, чтобы собрать информацию о вас в тот период. К сожалению, я не сделал никаких важных открытий.

Единственное, что мне известно — в это время вы, казалось, больше увлеклись путешествиями и серфингом в интернете. Летом две тысячи седьмого года вы поочередно посетили пять великих гор, хребет Циньлин, горы Юньмэн и Тайбай. Казалось, ваша страсть к физике переключилась на знаменитые горы и великие реки.

«Я просто искал духовные артерии», — мысленно проворчал Ло Цин.

— В виртуальном пространстве ваше поведение было особенно аномальным. Всего за один год вы просмотрели двести сорок три тысячи семьсот веб-страниц. И среди этих более чем двухсот тысяч просмотров ваши запросы охватывали практически все сферы: гуманитарные науки, историю, геологию, астрономию, социологию, биологию, медицину, искусство, философию, математику, экономику, политику, религию, военное дело... Столь высокая частота выходов в интернет стала для меня одной из важнейших зацепок.

Сказав это, Пятый Разрушитель внезапно поднял голову. Посмотрев на сохранявшего спокойствие Ло Цина, он подозрительно произнес:

— Но есть одна вещь, которую я никак не могу понять. Изучая эти двести с лишним тысяч записей, я обнаружил лишь один единственный случай посещения вами порнографического сайта.

Ло Цин насторожился:

— К чему вы клоните?

Разрушитель вздохнул:

— Это ненормально... Правда. Во время этого единственного посещения вы находились на сайте менее пяти секунд и даже оставили комментарий.

— «Какое бесстыдство, полнейшее падение нравов!»

Лицо Ло Цина резко изменилось.

Он немедленно собрался стереть воспоминания Разрушителя об этом инциденте, но следующая фраза оппонента заставила его остановиться.

— Это действительно слишком мало, правда. У вас нет жены, и за все свои тридцать с лишним лет вы ни разу не заводили серьезных отношений с девушкой... В ваших записях до две тысячи седьмого года я все же находил немало просмотров порносайтов. Но после две тысячи седьмого года запись только одна, и выглядит так, будто вы кликнули по ссылке совершенно случайно.

Разрушитель низко опустил голову:

— Я не могу этого понять.

Конечно, ты не можешь понять! Разве могут эти пошлые женщины из этого мира привлечь взор истинного даоса?

К тому же, в прошлой жизни он практиковал Дао Бесчувственности!

Хотя его чуть было не использовала Святая дева Секты Радости в качестве своей выпускной работы.

— Ваша аномально высокая частота просмотров веб-страниц дала мне почувствовать, как вы изменились. Вы, подобно гигантскому киту, жадно поглощали всё в этом мире, заново познавая его с непревзойденной скоростью.

Услышав это, Ло Цин посмотрел на Разрушителя уже совершенно другим взглядом.

— К сожалению, мои знания о вас на этом заканчиваются. Господь обратил на вас внимание слишком поздно, из-за чего, по сравнению с другими Разрушителями, у меня не хватает множества ключевых данных.

В первый год Кризисной Эры, то есть в две тысячи седьмом году, вы начали использовать запасной аккаунт на сайте «Zhihu», чтобы задавать вопросы о цивилизации Трисоляриса. Казалось, вас особенно интересовала военная мощь Трисоляриса, и в анонимных ответах вы выражали свою обеспокоенность.

В этом же году вы узнали о существовании софонов, а также о том, что именно они были главными виновниками того самого «Мерцания Вселенной». И именно в этом году волна самоубийств среди ученых, длившаяся три года, постепенно утихла.

— Во второй год Кризисной Эры, то есть в две тысячи восьмом году, ваше поведение было совершенно обычным. Когда люди во всем мире начали на каждом углу обсуждать софоны и трисоляриан, вы стали более замкнутым, почти перестали просматривать информацию в сети и ушли с должности профессора физики в Университете Цинхуа. Я заметил, что вы уже три года не проводили систематических исследований в области физики.

— В третий год Кризисной Эры, в две тысячи девятом году, человечество впервые с помощью телескопа «Хаббл-2» зафиксировало следы движения Флота Трисоляриса. Появление следа «кисти» подтвердило факт вторжения Трисоляриса. Вы неоднократно просматривали соответствующую информацию, явно уделяя много внимания Флоту.

В том же году Совет обороны планеты предложил программу Отвернувшихся. Вы начали внимательно следить за ней с самого начала, когда отбирались сотни кандидатов.

За неделю до начала девятнадцатого заседания Совета обороны планеты вы купили билет на самолет, решили проблему с визой и прилетели на другой берег океана, в американский Нью-Йорк.

За три дня до начала заседания вы постоянно появлялись возле штаб-квартиры ООН, казалось, в чем-то сомневаясь. К сожалению, Господь в то время всё еще не обращал на вас внимания; софоны следили за сотнями кандидатов в Отвернувшиеся. Видеонаблюдение показало, что вы слонялись вокруг здания ООН целых три дня.

— За четыре часа до начала заседания вы исчезли из поля зрения камер видеонаблюдения здания ООН.

За три часа сорок минут до заседания вы появились в кабинете Генерального секретаря Сай. Это был первый раз, когда софон обратил на вас внимание.

За три часа двенадцать минут до заседания было созвано экстренное совещание, на котором утвердили пятого Отвернувшегося.

Во время этого совещания наступила шестиминутная полная тишина. На записи видно, как представители разных стран постоянно настраивали наушники, а выражения лиц участников синхронно менялись от паники к недоумению, а затем к озарению.

За два часа до заседания вы, одетый в наспех купленный и плохо сидящий дешевый костюм, по рекомендации Генерального секретаря Сай впервые вышли на трибуну Генеральной Ассамблеи ООН, явив себя миру.

За час до объявления программы Отвернувшихся пять постоянных стран-членов Совета Безопасности ООН одна за другой прислали свои полномочия для Отвернувшегося. Вы получили единогласное одобрение пяти великих держав. Спохватившийся софон немедленно поднял уровень наблюдения за вами до максимального.

— После оглашения программы Отвернувшихся, вслед за первыми четырьмя, было официально объявлено имя пятого Отвернувшегося, то есть вас.

...

— И всё?

— И всё. Дальше было только скучное время разгадывания. Не думаю, что вам будет интересно слушать о том, как я сидел в комнате и непрерывно наблюдал за вами почти пять лет. В конце концов, я не какая-нибудь девушка с изящной фигурой.

Действительно, быть объектом непрерывной слежки в течение пяти лет было крайне неприятно. По крайней мере, так считал Ло Цин.

Вот если бы за ним наблюдала какая-нибудь милая и эксцентричная дух-мечница, тогда Ло Цин мог бы это принять.

— И как вы оцениваете мои действия за те три года до того, как я стал Отвернувшимся? — спросил Ло Цин.

Разрушитель горько улыбнулся:

— Осторожность. Непревзойденная осторожность. Я даже подозреваю, что с самого начала Кризисной Эры вы уже исходили из того, что находитесь под надзором софонов. Вы были... слишком предусмотрительны.

— Настолько предусмотрительны, что вплоть до последних трех часов перед объявлением плана софоны даже не подозревали о вашем существовании. Настолько осторожны, что софон даже не знает, когда и как вы умудрились получить одобрение пяти великих держав и полномочия Отвернувшегося. Более того, до сегодняшнего дня софон не знает, как именно вы общались с чиновниками СОП... Вы словно рожденный свыше спаситель, полны неизвестности и тайн.

Ло Цин задал еще вопрос:

— А как я вел себя эти пять лет после того, как стал Отвернувшимся?

Разрушитель ответил без колебаний:

— Первые четыре года вы продолжали проявлять осторожность. Но на пятый год вы начали ускоренными темпами мифологизировать образ Отвернувшегося и постепенно подчеркивать свою исключительность... Например, те ледяные голубые камни, от которых исходил белый туман. Даже при наличии видеонаблюдения софона я так и не смог понять, откуда вы их доставали.

Ло Цин знал, что тот говорит о духовных камнях. Разумеется, он не собирался раскрывать свои козыри перед посторонними.

Разрушитель продолжил:

— В этот период мне казалось, что вы похожи на...

— Иллюзиониста, — любезно подсказал Ло Цин.

— Да, Отвернувшийся Ло Цин — удивительный иллюзионист. Таким было мое главное впечатление в то время. Но в тот период я все еще воспринимал вас как обычного человека.

На конференции Отвернувшихся, когда вы схватили меня за горло, мне показалось, будто я плыву в каком-то сне. Все мое прошлое разбилось, как отражение луны в воде, и реальный мир покинул меня.

Разрушитель снова горько усмехнулся:

— После моего ареста софон сообщил мне, что вы, используя неизвестные методы, превратили всё здание ООН в камеру с сильным электромагнитным излучением и вытеснили из помещения софоны, создав слепую зону безопасности, которая длилась целых пять часов.

Сначала я не поверил, пока софон не воспроизвел видео прямо в моих глазах, и тогда мне пришлось принять это... Все здание ООН было окутано барьером, сотканным из электрических разрядов. Это божественное чудо не только взорвало интернет, но и уничтожило мои последние иллюзии. Мне пришлось признать реальность: мой Отвернувшийся оказался невероятно могущественным человеком.

«Всего лишь незначительная формация», — подумал Ло Цин.

Он невозмутимо кивнул.

Находясь в этом мире в тишине и покое восемь лет, в тот момент, когда Ло Цин решил продемонстрировать свою силу, он все окончательно для себя уяснил.

Чтобы победить цивилизацию Трисоляриса, ему необходимо заручиться полной поддержкой человечества этого мира. Вторжение Трисоляриса — дело не быстрое, но и не слишком долгое. Четыреста лет — это как раз половина жизненного срока культиватора на стадии Зарождения Души. Если он не решит эту проблему, ему придется стать космическим скитальцем.

Первым шагом к демонстрации силы было снятие надзора софонов.

Формацию Изоляции Небесного Грома он разработал сам, объединив физику, электромагнетизм и немного методов культивации, просидев за исследованиями за закрытыми дверями несколько недель.

Разрушитель ошеломленно смотрел на стол:

— Стать вашим Разрушителем — величайшая удача в моей жизни. Для меня эта жизнь уже прожита не зря. Если у меня и осталась хоть капля желания жить, то лишь потому, что я хочу увидеть, сколько еще чудес вы сможете сотворить и какие еще способности проявите. Я так хочу дожить до того времени, через четыреста лет, чтобы увидеть это...

Ло Цин спокойно произнес:

— Я могу позволить вам лечь в гибернацию и проснуться через четыреста лет.

Разрушитель опешил:

— Это ваше милосердие?

— Нет, это часть плана.

Разрушитель рассмеялся, Ло Цин тоже усмехнулся. И когда их смех едва не оглушил висящий рядом софон, смех Разрушителя внезапно оборвался.

Он поднял глаза на Ло Цина:

— Так... вы можете сказать мне, кто вы такой на самом деле?

— Что вы имеете в виду?

— Вы не профессор Ло Цин из личного дела. Кто вы?

— Ло Цин в этом мире только один, и это я.

— Нет, вы — это не он!

Столкнувшись с непреклонностью Разрушителя, Ло Цин блеснул глазами.

— Вы действительно... заслуживаете звания моего Разрушителя.

В этом мире наконец-то нашелся человек, который разгадал его происхождение. Ло Цин не знал, что именно он сейчас чувствует: радость или грусть. Он лишь ощутил, как его давно дремавшее Сердце Дао слегка дрогнуло. Глядя на этого смертного из другого мира, Ло Цин дал свой ответ:

— Если я не Ло Цин, то кто же я тогда?