Господь очень обеспокоен

— Отвернувшийся Ло Цин, я твой Разрушитель.

Тихий возглас, словно удар грома, разорвал гул зала Генеральной Ассамблеи ООН.

Отвернувшийся по имени Ло Цин как раз зачитывал свой очередной отчет. Услышав эти слова, он привычным движением поправил очки средним пальцем, медленно поднял голову и посмотрел на говорившего.

Этот человек был одет в строгий костюм, его внешний вид явно был тщательно продуман. На груди висел бейдж репортера британской телекомпании, и, очевидно, именно статус журналиста позволил ему беспрепятственно проникнуть на отчетное собрание ООН и СОП.

В зале мгновенно вспыхнула паника, послышались тревожные шепотки. Имея перед глазами горький опыт Разрушения Тайлера, все присутствующие прекрасно понимали, что означает появление этого человека.

На зрительских местах оставшиеся трое Отвернувшихся — Ло Цзи, Хайнс и Рей Диас — отреагировали по-разному, их лица отражали целую гамму эмоций от мрачной задумчивости до плохо скрываемого напряжения.

Сай, как Генеральный секретарь ООН, бросила вопросительный взгляд в сторону сцены, пока из динамиков в закулисье доносились приглушенные вызовы службы безопасности.

Ло Цин лишь едва заметно покачал головой.

Под пристальными взглядами представителей множества стран Разрушитель нервно поправил воротник. Он огляделся и, убедившись, что охрана не спешит его скручивать, добровольно сделал несколько шагов к трибуне. Это отдалило его от коллег-журналистов. Затем он устремил на Ло Цина взгляд, полный глубокой признательности.

— Благодарю вас за то, что дали мне возможность провести ваше Разрушение прямо здесь. Это будет последний танец в моей жизни, и я навсегда запомню вашу милость.

— Говори, — голос Ло Цина прозвучал негромко, но бурлящий зал мгновенно погрузился в ледяную тишину.

Разрушитель вновь поправил воротник. Этот жалкий человек, всю жизнь барахтавшийся на самом дне общества, заговорил тоном, исполненным фанатичной преданности, словно средневековый монах, читающий молитву под сводами католического собора:

— Прошу простить мою дерзость. Выставить вас в дурном свете перед лицом четырёх миллиардов зрителей прямой трансляции не было моей целью. Просто я слишком долго к этому готовился и физически не мог вынести ни секунды ожидания. Сейчас я проведу ваше Разрушение и раскрою перед всем миром каждую стратегическую концепцию, которую вы вынашивали за время своего пребывания в статусе Отвернувшегося.

Ло Цин сохранял абсолютную бесстрастность. Он свернул листы отчета в трубочку и небрежно постучал ими по столу, призывая продолжать.

Тон Разрушителя стал еще более почтительным:

— Позвольте мне сначала вкратце изложить вашу публичную стратегию. Вы всеми силами пытались обожествить образ Отвернувшегося, используя фильмы и литературу, чтобы внушить массам, будто Отвернувшиеся обладают некой мистической силой. Как это ни смешно, но невежественная толпа действительно в это поверила. Они искренне считают, что Отвернувшиеся способны привести человечество к победе над захватчиками через четыреста лет.

Разрушитель перевел дыхание.

— Люди даже провозгласили Отвернувшихся воплощением Бога. Подобная поза спасителей обеспечила вашей группе беспрецедентную, фанатичную преданность масс. Именно благодаря этому, вплоть до самоубийства мистера Тайлера, вы сосредоточили в своих руках власть невиданных масштабов, далеко выходящую за рамки законных полномочий, предоставленных вам ООН и СОП.

Он изо всех сил пытался сохранить спокойствие, но адреналин больше не мог подпитывать его уставшее тело после стольких лет колоссального напряжения. Его ноги предательски подкосились.

Именно в этот момент невесть откуда взявшийся порыв свежего ветра окутал его тело, возвращая мышцам тонус. Разрушитель вновь обрел точку опоры. Он растерянно огляделся, не обнаружив ни единого источника сквозняка, но его взгляд случайно пересекся с Ло Цином, губы которого изогнулись в едва уловимой полуулыбке.

Разрушитель почтительно склонил голову. По знаку Ло Цина Сай лично передала ему микрофон, что заставило мужчину почувствовать себя невероятно польщенным.

Когда заминка миновала, Разрушитель собрался с мыслями и на одном дыхании выпалил остаток:

— Хотя самоубийство мистера Тайлера и нанесло тяжелый удар по авторитету вашей группы, благодаря вашей расчетливой маркетинговой кампании на свет появилось еще больше фильмов и «чудес», связанных с Отвернувшимися. Фанатизм толпы не только не угас, но и возрос, дойдя до того, что покончившего с собой Тайлера возвели в ранг великого мученика.

В этих условиях другие Отвернувшиеся также погрелись в лучах вашей славы, и реализация их планов пошла куда более гладко. А благодаря вашей многолетней работе с интеллектуальной собственностью и личному возвеличиванию, средства массовой информации слепили из вас образ великого лидера, наделенного «сверхъестественными способностями». Вы играючи разорвали оковы власти, надетые на вас ООН и СОП. Казалось, вы стремитесь превратить человеческую цивилизацию в свою личную диктатуру. Таков ваш очевидный план. На этом мое краткое вступление окончено.

Сказав это, Разрушитель низко опустил голову, словно ожидая команды Отвернувшегося Ло Цина, прежде чем перейти к следующей части.

— Потрудился на славу. Должно быть, это стоило немалых усилий? — мягко произнес Ло Цин.

— По сравнению с тем, что сделали вы, я лишь сидел перед софоном и безотрывно наблюдал за вами пять лет. Это сущие пустяки.

— Тоже нелегкий труд. Можешь продолжать, — Ло Цин озарил вспышки фотоаппаратов своей фирменной улыбкой.

Разрушитель выдержал паузу, и его голос внезапно налился свинцовой тяжестью:

— Откровенно говоря, эти пять лет стали самым мучительным периодом моей жизни. Долгое время вы оставались для меня неразрешимой загадкой. Порой я до одури завидовал своим коллегам-Разрушителям — у них, по крайней мере, намечался хоть какой-то прогресс.

Как только эти слова прозвучали, лица Отвернувшихся на зрительских местах синхронно изменились. Ярче всего это отразилось на Рей Диасе, затем на Хайнсе, и лишь Ло Цзи сохранял суровую непроницаемость.

Разрушение? Да он сам до сих пор не понял, в чем заключается его стена.

Разрушитель продолжил:

— Но вскоре вы сами дали мне шанс заглянуть вам в душу. Какое-то время я действительно думал, что вы просто решили насладиться ролью диктатора человечества, теша свое эго эпизодическими ролями культиваторов в кино. Так было до тех пор, пока в одном из таких фильмов о совершенствовании, где вы играли главу секты, я не заметил аномалию.

Услышав это, Ло Цин порылся в памяти. Он действительно припомнил, как на съемках, вживаясь в роль Мастера Секты Дао, дал волю истинным чувствам.

Став главой секты, он тогда чуть ли не светился от искреннего счастья.

Тон Разрушителя становился всё более маниакальным. Его слова разили, как острые клинки, направленные прямо в стоящего на трибуне Ло Цина.

Отвернувшийся Ло Цин терпеливо слушал.

— Дамба длиной в три километра рушится из-за одной муравьиной норы, — процитировал Разрушитель восточную мудрость.

— Ваши реплики во время наставления учеников в итоге выдали ваши истинные намерения. Проанализировав записи со съемочной площадки, предоставленные софоном, я смог почувствовать, что в вашем исполнении сцены «наставления» скрыты неподдельные эмоции.

И тема, которую вы преподавали, была невероятно глубокой... Вы внушали, внушали своим ученикам, что «каждый может постичь Дао и стать бессмертным». Прямо как тот еретический тезис: каждый может общаться с богом. Ваша игра в этой сцене для постороннего глаза ничем не отличалась от обычного чтения текста, но для меня разница была колоссальной.

Разрушитель не останавливался:

— Я быстро выбросил на помойку теорию о том, что вы жаждете стать диктатором. Диктатура — не ваша цель, а лишь инструмент. Ваш истинный, скрытый под поверхностью стратегический план — это проект «Каждый — Отвернувшийся». Конечно, это название придумал я. Возможно, звучит не слишком изящно, зато бьет в самую точку.

— Вы свято верите в эффект рычага. Вы считаете, что успешная реализация вашего плана может с минимальными затратами привести к результатам стратегического уровня. Человечеству не нужны пять официальных Отвернувшихся с почти безграничным контролем над ресурсами. Миллионы неофициальных, скрытых в толпе Отвернувшихся, полагаясь лишь на собственные силы, способны нанести Господу эффективный ответный удар.

— Да, суть вашей реплики «каждый может постичь Дао и стать бессмертным» сводится к одному: «каждый может стать своим собственным Отвернувшимся».

Произнеся это, Разрушитель наконец расправил плечи. Его мрачный взгляд впился в стоящего на трибуне Ло Цина, на лице которого отразилось понимание, но рот Разрушителя продолжал извергать слова:

— Вы надеетесь использовать десятки миллионов народных Отвернувшихся, зародившихся в недрах человеческого общества, чтобы противостоять пришествию Господа. Вы уверены, что софоны физически не способны следить за каждым человеком одновременно, и кто-нибудь обязательно найдет способ победить.

— И эти народные Отвернувшиеся действительно предложили множество занятных планов, осуществимых в одиночку.

— Взять хотя бы теорию культурной ассимиляции, предложенную социологами. Им достаточно организовать ученых и деятелей искусства для создания специфического контента, который через системы слежения софонов пойдет в обратном направлении, используя блестящую культуру человечества для разложения жестко централизованного общества Господа изнутри.

— Или лингвисты, внедряющие взаимоисключающие логические парадоксы в базовые коды языковых систем, чтобы, эксплуатируя линейность мышления Господа, снизить эффективность их анализа.

— Или, например...

— Разрушитель привел еще множество примеров.

На трибунах Ло Цзи повернулся к сидящему рядом Ши Цяну:

— Развивать дух Отвернувшихся... Мудрость масс безгранична. Гениально, Да Ши! План профессора Ло Цина просто великолепен. Открытая стратегия!

Представители разных стран одобрительно закивали. Генеральный секретарь ООН Сай с выражением внезапного озарения на лице посмотрела на Ло Цина с неподдельным восхищением.

Сам же Ло Цин стоял на сцене, погрузившись в глубокую задумчивость.

Было... было ли такое на самом деле?

Разрушитель, казалось, не замечал волнения в зале. Он подводил свою разрушительную речь к финалу:

— Разумеется, это лишь те народные Отвернувшиеся, которые уже раскрыли себя. Огромное количество других свято блюдет кодекс молчания. Они скорее предпочтут погрузиться в гибернацию, чтобы встретить грядущий апокалипсис, нежели провести остаток дней в нынешней, относительно спокойной социальной среде.

Тут на губах Разрушителя заиграла презрительная усмешка:

— Но эти самонадеянные выскочки из народа... Вероятность того, что их жалкие мыслишки смогут угрожать Господу, слишком мала.

— Значит, шанс все-таки есть? — невозмутимо парировал Ло Цин.

— Разумеется, — Разрушитель чеканил каждое слово, вкладывая в них последние силы.

— Но теперь я могу дать вам окончательный ответ. Господу на это плевать.

Сделав свое дело, Разрушитель словно завершил некую великую миссию. Он воздел руки к груди, то осеняя себя крестным знамением, то складывая ладони в буддийском жесте, будто исполняя все известные человечеству религиозные ритуалы разом, после чего его покинули последние крохи сил.

Он должен был рухнуть на пол, но неведомая сила мягко подхватила его тело.

— Господь... Вы явили чудо? — пробормотал Разрушитель в бреду.

— Это я явил чудо.

Ло Цин небрежно повел пальцем, и Разрушитель завис в метре над полом, скованный в воздухе невидимыми потоками жесткого ветра.

Потерянный Разрушитель осознал, что парит прямо посреди зала. На глазах у изумленной публики он отчаянно засучил руками, пытаясь ухватиться хоть за что-то, но его пальцы ловили лишь пустоту.

Он забился в воздухе в приступе животного ужаса.

Но самым страшным для него было то, что ни чиновники ООН, ни люди из СОП, ни представители других стран не выказывали ни малейшего удивления, глядя на это зрелище.

«Сделайте мне крупный план», — голос Отвернувшегося Ло Цина прозвучал прямо в сознании Генерального секретаря ООН.

Сай едва заметно кивнула. Она сделала жест рукой, и репортеры, вскинув камеры, принялись исступленно снимать Ло Цина.

Ло Цин тихо хмыкнул. Его пиджак взвился без дуновения ветра. Тонкие нити мистического очарования Дао закружились вокруг него, и по его мысленному приказу база культивации на пике стадии Зарождения Души вырвалась наружу, не сдерживаемая ничем.

«Постижение Небесной Тайны Дао. Блокировка».

Все высокопоставленные лица в зале ООН, включая представителей стран и остальных Отвернувшихся, услышали в своих головах голос Ло Цина, переданный через его Божественное чувство.

Ло Цин ни за что бы не поверил, что софон способен перехватить и это!

Каждое слово падало тяжело, как золото на дно ледяного пруда. Заранее подготовленный массив уже полностью накрыл здание ООН. Ло Цин давно зафиксировал местоположение софона, сложил пальцы в заклинание, и вспышка концентрированного света меча внезапно рассекла воздух.

Свет меча озарил зал Генеральной Ассамблеи ослепительным сиянием!

Однако изворотливость софона превзошла ожидания Ло Цина. Точность удара меча достигла лишь молекулярного уровня, в то время как софон, имеющий размер атомного ядра, легко проскользнул сквозь микроскопические бреши в атаке, мгновенно разогнался до скорости света и, прежде чем формация успела полностью замкнуться, прошил атмосферу, вырвавшись в космический вакуум.

Свет меча угас, а Зарождающаяся Душа внутри Ло Цина выругалась сквозь зубы.

Разрушитель прекратил свои жалкие трепыхания. Он с неподдельным ужасом смотрел на Ло Цина. Что он только что видел? Призрачный силуэт длинного меча, рубящий пустоту?

Когда ослепительное сияние померкло, Ло Цин презрительно скривил губы. Ужасающая аура великого мастера Зарождения Души отступила, как во время отлива, и огромный зал ООН вновь погрузился в спокойствие.

На куполе здания все еще пульсировала мощная электромагнитная формация, сплавленная с технологиями. Ядерных батарей должно было хватить минимум на пять часов работы массива. В течение этого времени софон не сможет проникнуть в зал отчетных собраний СОП.

С этого момента человечество получило беспрецедентные пять часов абсолютной безопасности.

Тысячи участников затаили дыхание, не отрывая взглядов от человека на сцене.

Ло Цин спустился с трибуны, все еще сжимая в руке листы со своим отчетом. В звенящей тишине зала он неспешно, заложив руки за спину, подошел к Разрушителю.

Из горла Разрушителя вырвался сдавленный хрип.

Ло Цин щелкнул пальцами, и Разрушитель, словно побитый пес, рухнул на ковер.

— Мистер Разрушитель, кто внушил вам мысль, что я все это время просто снимался в кино?

Разрушитель не смел поднять головы. Он лишь нервно скосил глаза вбок, встретившись с полным жалости взглядом Сай.

Ло Цин сделал легкое движение пальцем вверх, и голова Разрушителя против его воли дернулась, заставляя смотреть прямо на него.

— Вы следили за мной пять лет. Неужели вам ни разу не пришло в голову, что этот Отвернувшийся, который то и дело садится медитировать, может оказаться настоящим культиватором? Мои эпизодические роли в кино были лишь способом подготовить психику масс.

Разрушитель нервно сглотнул, не в силах выдавить из себя ни звука.

— Ваша разрушительная речь была весьма хороша. Единственная проблема в том, что я даже не мыслил столь глобально.

Разрушитель с трудом разлепил губы:

— Кто... кто вы такой? Неужели вы не боитесь мести Флота Трисоляриса моего Господа?

— Мести Флота Трисоляриса?

Ло Цин тихо рассмеялся, в его глазах блеснула откровенная насмешка. Он сложил пальцы вместе, вызывая резкую вспышку света меча, и приставил ее к горлу Разрушителя.

— Мне плевать.

— Но тебе лучше помолиться, чтобы твой Господь был более осмотрителен.

...