Отвернувшийся Ло Цзи, я твой Разрушитель

— Старина Цин, мне следовало бы встретить тебя, но эти люди не позволили. Даже когда я сказал, что это часть плана, ничего не вышло. Слишком уж они непреклонны.

Ло Цзи очень тепло обнял Ло Цина. В прошлом, будучи профессорами Университета Цинхуа, они не слишком часто пересекались. Но после того, как оба стали Отвернувшимися, их отношения непостижимым образом сделались намного ближе.

За эти шесть лет, проведённых в статусе Отвернувшихся, они постоянно поддерживали связь по сети и стали по-настоящему близкими друзьями.

Ло Цзи оказался первым человеком в этом мире, кто узнал, что Ло Цин является практиком стадии Зарождения Души.

Конечно, сам Ло Цзи совершенно не понимал, что значит быть «практиком Зарождения Души».

В конце концов, первый роман о культивации появился лишь в две тысячи втором году. Вскоре после этого появление трисоляриан заставило историческую траекторию человечества сделать крутой поворот, и сетевая литература, которая должна была процветать, угасла, так и не успев набрать силу. Естественно, концепция бессмертия и совершенствования оказалась забыта.

Всё, что современные люди знали о культиваторах, основывалось исключительно на фильмах, в которых снимался Ло Цин.

За спиной Ло Цзи стояла девушка с ребёнком на руках. Ло Цину не требовались представления, чтобы понять: это та самая девушка мечты, ради поиска которой Отвернувшийся использовал свои полномочия, устроив глобальный кастинг.

Чжуан Янь мягко улыбалась. Её простой белый свитер выглядел совершенно чужеродно на этой площадке для встреч, заполненной солдатами в камуфляже и телохранителями в чёрных костюмах. Улыбка девушки напоминала омытую утренней росой камелию — она сохраняла вежливую отстранённость, но в ней сквозило скрытое любопытство.

При первом же взгляде Ло Цин дал этой девушке высочайшую оценку.

Утончённая, элегантная, безупречно естественная.

Она была из тех, кто в Секте Радости непременно стала бы святой девой.

— Не поймите превратно, святые девы Секты Радости отнюдь не были распутницами. Как говорится, когда тьма достигает предела, рождается свет; крайности сходятся. Эти девы были самыми чистыми созданиями, которых Ло Цин встречал в прошлой жизни. Своего рода нетипичные суккубы, покоряющие сердца, а не разжигающие похоть.

А вид Чжуан Янь, стоящей на лужайке с ребёнком на руках, напомнил Ло Цину классическую западную картину: «Мадонна в зелени» .

Все блага этого мира словно сами плывут тебе в руки, Ло Цзи.

Ло Цин ничуть не скрывал своей зависти: — Ты, парень, наслаждаешься статусом Отвернувшегося на полную катушку.

Ло Цзи лишь пожал плечами.

Ло Цин направился прямиком к Чжуан Янь.

— А это, должно быть, жена брата. Идите сюда, вот подарок в честь знакомства, для ребёнка. Возьмите.

Атмосфера внезапно сменилась на типичную сцену китайского Нового года с её бесконечными вежливыми отказами и уговорами. Столкнувшись с подарочной коробкой, которую Ло Цин достал неизвестно откуда, Чжуан Янь растерялась и попыталась отказаться.

Ло Цин напустил на себя строгий вид: — Берите. Это часть плана.

После таких слов у Чжуан Янь не осталось выбора, кроме как принять подарок.

Держа в руках вручённую коробку, она с мольбой о помощи посмотрела на Ло Цзи.

— Бери, раз уж сказано, что это часть плана, — с ноткой безысходности произнёс Ло Цзи.

Этот старина Цин оказался ещё более непредсказуемым, чем он сам. Как он вообще стал Отвернувшимся?

Разве можно использовать фразу «часть плана» направо и налево?

Жаль, что Ши Цян на днях ушёл в гибернацию, иначе он бы точно стоял здесь и ворчал: «Вы, двое по фамилии Ло, решили тут поиздеваться над СОП?»

...

Поздоровавшись с девушкой из Центральной академии изящных искусств, Ло Цзи обнял Ло Цина за плечи, отвёл его в сторону и тихо спросил:

— Старина Цин, как ты можешь называть её женой брата? Кто из нас старше? Я с восьмидесятого года.

— А я родился в апреле восемьдесят второго, — Ло Цин назвал дату рождения своего предшественника.

— Так с какой стати ты зовёшь её женой брата? Называй старшей невесткой!

Ло Цин покачал головой: — Исключено. Мне уже больше ста лет, так что наша дружба вне возраста.

Ло Цзи усмехнулся: — Не заливай. Решил и со мной поиграть в Отвернувшегося? Не думай, что раз выучил пару фокусов, то сможешь меня одурачить. Если ты прожил больше ста лет, я готов съесть членов ОЗТ живьём.

— Не веришь — и не надо, — Ло Цин отвернулся.

Ло Цзи снова спросил: — Что ты ей подарил? Если что-то дорогое, я должен сделать ответный подарок.

— Две Пилюли Закалки Ци и Очищения Костного Мозга, и кулон из осколка духовного камня. Сам выплавил. Каждой по штуке, а кулон может носить любой. Президент США просил у меня такой, но я не расщедрился.

— Чего-чего? — опешил Ло Цзи.

— Маленькие конфеты и ожерелье, — с непроницаемым лицом пояснил Ло Цин.

— Цык, а я-то думал... Ладно, когда ты женишься и у тебя появятся дети, я тоже сделаю тебе подарок.

— Боюсь, тебе придётся подождать несколько сотен лет, — ответил Ло Цин.

Он практиковал Дао Бесчувственности и не собирался искать себе жену.

По крайней мере, так он планировал в своей прошлой жизни.

После тайного разговора они вернулись в центр площадки. Под руководством Кента они встали рядом, позволили фотографам сделать несколько снимков для отчёта, а затем вся группа поднялась на борт вертолёта.

Когда рёв винтов пронзил облака, Ло Цин посмотрел вниз на разворачивающуюся под крылом картину.

Заснеженные пики Скандинавии вонзались в небосвод, талые воды ледников сливались в глубокие озёра, синие до черноты, в которых отражались плывущие облака.

Прибрежные луга и леса сплетались в изумрудный ковёр, а тёмная зелень хвойной тайги и нежная желтизна пастбищ колыхались на ветру.

Ло Цин внезапно почувствовал, что тот окутанный туманами бессмертия мир культиваторов из его прошлой жизни кажется теперь нереальным. Сто лет практики обернулись грандиозным сном. А этот чёткий, осязаемый мир и бескрайняя вселенная — вот что было настоящей реальностью.

«Небесное Дао, куда ты меня забросило... это великий сон или истинная реальность под покровом иллюзий?»

Так кричал маленький человечек Зарождения Души внутри Ло Цина.

Чем больше он узнавал об этом мире, тем сильнее ощущал его тяжёлую, неопровержимую подлинность. Вселенная, сотканная из бесчисленных физических законов, казалась гораздо более понятной, чем так называемое Великое Дао.

Сидящий рядом Ло Цзи тяжело вздохнул и произнёс: — Название «Эдем» придумали в ООН. Но я прекрасно понимаю, что это никакая не библейская земля обетованная. Это искусственно созданная современной цивилизацией утопия, райский уголок под защитой привилегий Отвернувшегося. А мир за его пределами всё так же погружён во тьму. Я не могу обманывать себя.

Ло Цин попытался его утешить: — У трисоляриан наверняка есть веские причины бояться тебя. Как говорила председатель Сай, тебе просто нужно выяснить, в чём кроется их страх.

Ло Цзи горько усмехнулся: — Но у меня до сих пор нет ни малейшей зацепки... Год назад, когда приезжал Тайлер, я сидел на берегу замёрзшего озера, и у меня мелькнула какая-то расплывчатая мысль. Но её тут же прервали, и с тех пор я так и не смог поймать то ощущение.

Ло Цин задумчиво потёр гладкий подбородок: — Если не выходит, я найду парочку членов ОЗТ, чтобы они стали твоими Разрушителями и немного на тебя надавили.

Ло Цзи покачал головой: — Если бы нашёлся Разрушитель, способный разрушить мою стену, я был бы ему только благодарен.

— Вот поэтому я и пришёл, — Ло Цин с силой похлопал Ло Цзи по плечу.

— Раз так, давай я попробую стать твоим Разрушителем.

Трисолярианский мир, наблюдавший через Софоны, содрогнулся от ледяного ужаса, услышав этот диалог двух Ло.

Ло Цзи с недоверием уставился на собеседника.

Но лицо Ло Цина оставалось абсолютно серьёзным.

— Ты это серьёзно?

Ло Цин кивнул: — Ты ведь недавно получал предупреждения от СОП, верно? ОЗТ готовит на тебя новое покушение.

Ло Цзи ответил с лёгкой досадой: — Кент сообщил мне. Войска НАТО уже оцепили территорию в радиусе ста километров. В снежных горах и глухих лесах, куда не достигает взгляд, развёрнуто неизвестно сколько систем противоракетной обороны и размещены войска разных стран. ОЗТ не сможет угрожать моей безопасности, разве что им удастся сотворить из воздуха целую армию.

Ло Цин развёл руками: — Вот поэтому я и возмущён.

— Чем ты возмущён? — округлил глаза Ло Цзи.

— Почему ОЗТ не пытается убить меня и других Отвернувшихся? Неужели я, Хайнс и Рей Диас настолько ничтожны в глазах трисоляриан?

Лицо Ло Цина выражало всё большее недовольство: — Ладно ещё Хайнс и Рей Диас, но почему игнорируют меня? Я просто обязан нанести сокрушительный удар по этим высокомерным трисолярианам.

— Так ты хочешь... — замялся Ло Цзи.

— Разрушить твою стену, выяснить, почему трисолярианы тебя боятся, и заставить их обратить внимание и на меня тоже.

Ло Цин зловеще рассмеялся.

...