Глава четвертая: Подарок ручной работы (1)

За последние дни Кугияма Итиго сполна познал, что такое «неожиданные повороты судьбы», однако, кажется, одна неприятность неизбежно влечёт за собой другую, создавая непрерывную цепь событий. Тот злополучный инцидент произошёл, когда он во второй раз наведался домой к Руне, дабы вновь попытаться вразумить девушку, упорно твердившую, что станет его невестой.

— Может, ты всё-таки постараешься меня понять?

Как и в прошлый раз, терпеливо разъяснял, почему их отношения невозможны с точки зрения морали и общественных норм, даже если оба будут на них согласны.

— Не дурочка, сама осознаю, однако всё равно искренне тебя люблю и хочу быть вместе с тобой. — девочка стояла на своём, невзирая на все его логические доводы.

— Эх... — Итиго тяжело вздохнул. Сие не было выражением неприязни к девушке — скорее, вздох самоиронии.

«... Похоже, веду себя слишком мягко. — подумал он. Вспомнились слова Руны, сказанные в машине: «Ты всё равно в итоге всё разрешаешь», «С тобой спокойно». Эти комплименты, если взглянуть на них иначе, означали лишь одно: серьёзные предостережения просто не достигают цели. — ... Нужно быть жёстче.» — решил он.

На работе Итиго почти никогда не повышал голос — в этом просто не было нужды. Он считал, что взывать к эмоциям и заставлять окружающих нервничать — удел детей. У каждого человека есть свои сильные и слабые стороны, посему куда эффективнее давать логичные объяснения, не прибегая к упрёкам или попыткам пристыдить. К тому же, если выйдет из себя и спровоцирует её на ответную агрессию, толку не будет никакого. Эмоциональность — враг дела; она лишь превратит конструктивный диалог в бессмысленное противостояние характеров.

Итиго бросил взгляд на настенные часы. Было уже без малого десять вечера — время, когда задерживаться в комнате старшеклассницы становилось попросту неприличным (даже учитывая тот случай, когда ему пришлось остаться на ночь). К тому же завтра праздник. Для большинства это выходной, но для него — рабочий день, причём один из самых напряжённых в сфере обслуживания. Ему хотелось поскорее вернуться домой и набраться сил.

— Что ж, ничего не поделаешь... Обсудим в другой раз. — произнёс он усталым, низким голосом. Потирая затылок, начал подниматься со стула. — На сегодня, пожалуй, откланяюсь.

В тот самый миг, когда уже собрался уходить, Руна, доселе хранившая молчание, тихо пробормотала:

— Итти... скажи... Ты правда злишься? — вопрос прозвучал робко, с явным оттенком страха.

Она смотрела на него снизу вверх, и в её глазах читалась неподдельная печаль.

«... Чёрт, оплошал. — выругался про себя. — Видимо, усталость отразилась на лице или в жестах, и она приняла это за гнев.»

— Нет, что ты, вовсе не сержусь... — начал он, запинаясь, судорожно пытаясь исправить ситуацию.

Видеть это лицо, так похожее на лицо Сакуры, омрачённое печалью, было для него невыносимой мукой. Его собственная нерешительность казалась жалкой, но ведь стремился к мирному решению, основанному на её понимании, а не к конфликту. Нельзя было поддаваться порыву.

— В общем, уже поздно. Обязательно запри дверь, выпей чего-нибудь тёплого и ложись спать. — произнёс более бодрым и светлым тоном, отчего лицо девушки мгновенно озарилось улыбкой.

— Ты такой добрый, Итти!

Эта улыбка заставила его сердце пропустить удар. Внимательность Итиго на мгновение притупилась, расслабился — и это стало роковой ошибкой.

— Ой...

Не заметив под ногами валявшуюся на полу подушку, наступил на неё. Было уже поздно: та предательски скользнула, и Итиго потерял равновесие. Попытался выровняться, но центр тяжести уже сместился слишком сильно — падение стало неизбежным.

— Ит... — Руна бросилась на помощь, но не успела.

В попытке удержаться, он вытянул руку и схватился за край стоявшего рядом стеллажа. Это был обычный деревянный короб, в котором хранились семейные фотографии Руны и её украшения — дешёвая мебель, купленная, вероятно, в каком-нибудь обычном хозяйственном магазине. Исход был предсказуем. Под тяжестью его тела раздался громкий треск: верхняя полка стеллажа раскололась пополам.

— О-о-о-о!.. — инерция увлекла его дальше, снёс остальные полки, и стеллаж с грохотом рухнул на пол. В этот миг Руна невольно зажмурилась и отвернулась. — Ох...

— Итти, ты цел?! — подбежала к нему, помогая подняться и внимательно осматривая его руки. — Не поранился?

— Да, я в порядке. — при падении ничего не вывихнул, и, к счастью, обломки дерева его не задели. — Но вот это... — Итиго посмотрел на останки стеллажа. Верхняя и средняя полки превратились в щепки, задняя стенка вылетела — восстановить такое было невозможно. Красивый предмет мебели превратился в груду мусора. — Прости... Это всё моя неосмотрительность.

— Ничего страшного. — ласково улыбнулась, сжимая его ладонь. — Это просто несчастный случай. Главное, что ты не пострадал. — её доброта лишь усилила чувство вины.

— Давай помогу прибраться. Отойди в сторону, здесь могут быть острые щепки.

— Всё хорошо, помогу.

Получив от неё мусорный пакет, принялся собирать обломки. Пока подметал мелкую крошку и спасал уцелевшие украшения, его взгляд упал на семейную фотографию, где были запечатлены Сакура и Руна. Проверив, не треснула ли рамка, негромко произнёс:

— Знаешь, кое-что вспомнил... В детстве, когда приходил в гости к Сакуре, случилось нечто подобное.

— Э-э-э? — девица с интересом посмотрела на него.

— Кажется, мы играли в приставку. Победил и, возомнив о себе бог весть что, начал прыгать от радости, ну и сломал какой-то шкафчик. Такой же небольшой, как этот.

Тот случай не был аварией — чистая самодеятельность и баловство, за которые ему до сих пор было стыдно. Тогда Сакура, как и Руна сейчас, лишь посмеялась и простила его. Но Итиго не мог оставить всё как есть.

«...В тот раз, кажется, сам сколотил ей новую полку в качестве компенсации.» — пронеслось в его мыслях.

— Прости ещё раз. Обязательно всё возмещу. — сказал он, глядя на Руну.

— Ты уверен?

— Конечно. К тому же, не забывай, что управляю магазином товаров для дома. У нас есть похожие модели, завтра же куплю и привезу тебе. А эти останки заберу и сам утилизирую.

— ...

Руна, помогавшая собирать разбросанные по полу вещи, вдруг замолчала, погрузившись в свои думы. Пряди её прекрасных чёрных волос скрывали лицо, но было видно, что о чём-то сосредоточенно размышляет.

— ... Руна-сан?

— А, да, хорошо. Спасибо, Итти. — ответила так, будто только что услышала его голос, и её реакция показалась мужчине немного странной.

Так или иначе, с уборкой было покончено, и на этом они расстались. Однако сей истории было суждено получить продолжение на следующий день.