Договор с Тенью

Артём лежал на земле, впитывая холод сырой почвы сквозь одежду. В ушах звенело, а грудь горела — будто кто-то вырвал кусок легкого и заменил его раскалённым углём. Он поднял дрожащую руку, чтобы коснуться области за грудиной, где раньше пульсировал пятый корень. Теперь там зияла пустота — как вырванный с корнем зуб.

— Один корень — цена за свободу, — пробормотал он, вспоминая, как направил молнию внутрь себя.

Но что-то было не так. Там, где должен был остаться пепел, теперь шевелилась иная энергия — густая, медленная, как смола. Артём прикрыл глаза, заглянув вглубь духовного древа.

* * *

Обугленный корень исчез. На его месте змеился новый — толще других, покрытый серебристыми прожилками. Вокруг него вились клубы чёрного дыма, а на конце, свернувшись клубком, спал... медвежонок. Не гигантский дух с глазами-факелами, а крохотный зверёк, шерсть которого местами вылезла, а одно ухо было надорвано. Он проснулся, чихнул и уставился на Артёма крошечными янтарными глазками.

— Э-эм... — голосок прозвучал как скрип несмазанной двери. — Привет?

Артём едва не задохнулся от неожиданности.

— Ты... Велес?

Медвежонок потупился, ковыряя лапой землю в духовном пространстве:

— Раньше был. Теперь... я — часть тебя, скорее. Ну, типа, арендатор?

Он поднял мордочку, пытаясь выглядеть серьёзно, но из-за торчащего клочка шерсти на макушке это вышло комично.

— Слушай, я... э... понимаю, что мы не в лучших отношениях. Но если я исчезну — твой корень загниёт. А ты... ну, умрёшь. В общем... давай договоримся?

* * *

Артём очнулся в реальном мире, всё ещё лежа у подножия Древа Слёз. На груди сидел тот самый медвежонок — размером с котёнка, материализовавшийся из дыма. Его лапки светились слабым золотистым светом, затягивая раны на теле Артёма.

— Не дёргайся, — проворчал зверёк, — я еле сфокусировался. После взрыва... я, э... немного не в форме.

Артём приподнялся на локте, игнорируя боль:

— Ты вселился в мой корень. Сделал его сильнее. Почему?

Медвежонок замолчал, отряхивая воображаемую пыль с лап. Потом вздохнул:

— Раньше я питался страхом и злобой. Ты... ты сжёг это. Теперь я... — он замялся, — я питаюсь твоей Ци. Но! — зверёк поднял лапку, словно давая клятву, — Я не только беру, я могу и делиться силой. Видишь?

Он ткнул в воздух, и вокруг Артёма возникла аура из переплетённых корней — плотнее, чем прежний «Плащ из Туманов».

— Это «Броня Велеса». Раньше я бы потребовал за неё душу. Теперь... — он потёр затылок, — теперь хватит, если ты будешь делиться своей Ци и иногда будешь подкармливать меня солнечным светом. Или мёдом. Я люблю мёд.

* * *

К вечеру Артём обнаружил изменения:

— Один из корней стал... живым?

Он сжал кулак, и вокруг пальцев заплелась паутина из серебристых нитей. Медвежонок, сидевший на плече, кивнул:

— Я восстановил корень, но он теперь часть меня. То есть нас. Это... взаимовыгодно.

— А если я откажусь?

Зверёк съёжился, пряча морду в лапах:

— Тогда я рассыплюсь. А корень... ну, он уже не совсем твой. Без меня станет пустым. Как скорлупа.

Артём сглотнул. Лес вокруг замер, будто прислушиваясь. Даже духи не решались приблизиться к новой ауре — ветви шелестели тревожно.

— Я не стану тебя контролировать, — прошептал медвежонок. — Раньше я был... э... больше. Теперь я — это ты. Ну, почти.

* * *

Ночью у костра Артём разглядывал зверька, который пытался поймать светлячка, но постоянно спотыкался о собственные лапы.

— Как мне тебя называть? — спросил он.

— Раньше звали «Великий Хранитель Тайн» или «Пожиратель Глупцов». Но теперь... — медвежонок уронил светлячка и вздохнул, — зови Мишкой. Или... не знаю. Как хочешь.

Артём протянул ему кусочек засахаренного корня, найденный в рюкзаке. Мишка схватил лакомство, заурчав:

— Спасибо. Я... э... стараюсь быть полезным. Например, могу почуять воду. Или спрятать наш след от Теней.

— Наш след?

— Ну да. Мы же теперь... команда?

Мишка замолчал, уставившись в огонь. Его крохотная спина вздрагивала — возможно, от холода, а может, от стыда за прошлое.

Артём накинул на него уголок плаща.

— Ага. Точно. Команда.

* * *

Утром они двинулись дальше. Духовный корень, опутанный серебристыми нитями, пульсировал теплом. Артём чувствовал, как сила Велеса течёт по венам, но теперь это не было похоже на захват — скорее на ручей, текущий параллельно его собственной Ци.

— Впереди болото, — предупредил Мишка, сидя у него на голове. — Там живут твари, которые ненавидят медведей. И людей. И вообще всё.

— Почему ты это знаешь?

— Раньше я их, в каком-то роде, создал. Ну... или, скорее, вдохновил на создание. Это долгая история.

Артём вздохнул, поправляя рюкзак. Ветер донёс запах гнили и металла. Где-то в тумане зашевелились тени с глазами как у спрутов.

— Команда, — повторил он, и Мишка неуверенно мотнул головой.

Они шагнули вперёд — человек с дырой в душе и бог, ставший нищим. Над болотом кружили вороны, кричавшие на древнем языке:

«Дважды падший — трижды рождённый.
Печать дрогнет — мир падёт.»