Клятва Пепла

Долина Забытых Клятв встретила Артёма ветром, наполненным шепотом. Не голосами — обрывками обещаний, которые так и не сбылись. «Я вернусь…», «Клянусь защитить…», «Мы будем вместе…» — слова висели в воздухе, как паутина, цепляясь за кожу. Земля под ногами была усыпана осколками зеркал, в каждом из которых застыли сцены предательств. Артём шёл, сжимая бусину Лиры, чувствуя, как Идол в рюкзаке глухо стучит, словно сердце в железной клетке.

На горизонте возвышалась Башня Разбитых Обетов — спираль из чёрного камня, увенчанная шаром, испещрённым трещинами. Там, по легендам, хранился Песок, что помнит время. Но путь к нему лежал через кошмары тех, кто забыл свои клятвы.

* * *

Первым он увидел Воина в ржавых доспехах. Тень металась у ручья, пытаясь напоить несуществующего коня. Её шлем был пробит, и сквозь дыру сочился чёрный дым.

— Я обещал… — стонала тень, падая на колени. — Я обещал вернуть тебя…

Артём обошёл её, но из зеркала под ногой вырвался образ: он сам, стоящий над телом отца с окровавленным ножом. Он замер, пока видение не рассыпалось.

— Здесь всё — эхо, — прошептал он, вспоминая Зазеркалье. — Но как отличить настоящее?

Ответом стал крик. Знакомый, пронзительный, переходящий в рыдания.

* * *

Айла.

Она сидела у подножия башни, обняв колени. Её плащ был изорван, волосы спутаны, а глаза… Глаза светились тускло-зелёным, как огни над Костяными Вратами. Перед ней на песке лежал мешочек с Песком, но его содержимое медленно утекало сквозь пальцы, образуя узоры-спирали.

— Лира… — Айла протянула руку к пустоте. — Я почти нашла тебя…

Артём шагнул вперёд, и песок под его ногой хрустнул. Айла вздрогнула, повернувшись. В её взгляде не было узнавания — только дикая ярость.

— Ты! — она вскочила, выхватывая кнут. — Это ты украл её!

Песок вокруг неё взметнулся, образуя вихрь с острыми краями. Артём едва успел активировать «Плащ из Туманов», но удар отбросил его на камни.

— Айла, приди в себя! — крикнул он, вытирая кровь с губ. — Ты попала в ловушку!

Она не слышала. Её атаки были хаотичными, но смертоносными. Каждый удар кнута оставлял шрамы на камнях, а песок превращался в стеклянные осколки. Артём отступал, пытаясь найти пробел в её обороне, но Айла двигалась как стихия — неудержимая, слепая, прекрасная в своём безумии.

* * *

Идол зашевелился в рюкзаке. Его голос просочился в сознание, сладкий, как яд:
— Она уже мертва. Ты можешь только освободить её. Дай мне корень… и я дам тебе силу.

Артём откатился за валун, укрываясь от града песка. Рукав его плаща был изорван, на груди зияла рваная рана.

— Нет! — прошипел он. — Я справлюсь сам!

— Смотри, — Идол заставил его взглянуть на духовное древо. Обугленный корень пульсировал, а соседний начал чернеть. — Она сожжёт тебя. Ты умрёшь, и Печать Ирия останется открытой…

— Нет!

Артём перевел дыхание. В этот момент Айла взревела, и вихрь песка превратился в стену шипов.

— Проклятый вор! Верни мою сестру! Верни Лиру!

Артём выпустил «Грозу в Кулаке», но молнии рассеялись, даже не долетев до девушки. Песчаные шипы, словно клубок змей, набросились на Артёма. Туманная дымка вокруг тела Артёма становилась всё тоньше с каждым мгновением. Ещё вдох и песчаные жернова перемолют его кости в муку.

— Хочешь спасти её? Убей! — Идол вырвался из рюкзака, впиваясь когтями в плечо. — Дай мне корень!

Боль пронзила грудину. Артём закричал, чувствуя, как тёмная энергия заполняет вены. Теряя сознание от боли, Артём отчаянно прокричал:

— Да!

* * *

Идол рассмеялся. Духовное древо вспыхнуло — второй корень сгорел, превратившись в пепел. Тело Артёма вскочило, его глаза загорелись кроваво-красным. «Гроза в Кулаке» ударила с такой силой, что вихрь Айлы разлетелся на части. Он рванул вперёд, ловя её кнут, и дёрнул. Айла упала, а он прижал её к земле, зажав горло.

Его рука, управляемая Идолом, сжалась. Хруст. Айла обмякла, а песок вокруг неё взметнулся в последнем спазме и рассыпался в прах.

— Прости… — прошептал парень, видя, как зелёный свет покидает её глаза.

* * *

Артём отполз, дрожа. Идол с удовлетворением урчащий в его сознании, внезапно затих. На месте, где лежала Айла, осталась лишь горсть серебристого песка. Он потянулся к нему, но частицы слились в миниатюрную сцену:

Айла и Лира, детьми, бегут через поле. Лира смеётся, держа в руках первый кристалл Ци. Айла оборачивается, машет рукой… кому-то за кадром.

— Это… последние незамутненные крохи её памяти, — понял Артём.

Песок замерцал, указывая на башню. На самом верху, в шаре из треснувшего стекла, мерцал источник — Песок, что помнит время.

Поднявшись по спиральной лестнице, Артём нашёл шар пустым. Внутри осталась лишь щепотка песка, но когда он коснулся её, стены башни задрожали.

— Ты забрал последнее, что её связывало с реальностью, — сказал Идол. — Теперь её душа навсегда здесь.

Артём сжал песок в кулаке. Его тело горело: два корня сгорели, лицо покрылось кровавыми трещинами, а правая рука почернела, как обугленное дерево.

— Я вернусь за тобой, — пообещал он ветру, спускаясь вниз.

Долина провожала его стоном. В зеркалах мелькали тени: Айла, снова и снова теряющая сестру, Артём, убивающий Катю… и где-то вдали — отец, смеющийся у руин Печати.

* * *

У выхода из Долины Артём упал на колени и, отдав остаток сил, раздавил в руке последний кристалл соли, указывающей путь. Частицы сложились в карту, указывающую на север — к Лесу Шепчущих Корней.

— Там я найду способ уничтожить тебя, — он посмотрел на Идол, чья морда теперь была покрыта золотыми трещинами.

Идол не ответил.