Глава 8.0

Сайлас шел по ледяному лабиринту. Это был мир, застывший в вечности, где свет пробивался сквозь толщу тысячелетнего льда, создавая призрачное, голубоватое сияние. Стены коридоров были неровными, покрытыми инеем, который вспыхивал, как звездная пыль, при малейшем движении. Тьма впереди была однообразной, густой. Холод проникал под одежду и щипал кожу, а тишина давила на уши своей абсолютной пустотой. Он останавливался у стен, усыпанных кристаллами, которые мерцали в полумраке, как глаза неведомых существ, и рассматривал их с отстраненным, почти скучающим любопытством.

— И так... Сайлас Тарвейн... каков твой путь? — его шепот отразился от ледяных стен и прозвучал в тишине неестественно громко. Он лениво указал пальцем на большой кристалл, сияющий ярким, пульсирующим светом. — Эм, может, этот? Выглядит солидно. Хотя нет, слишком броско.

Его палец переместился на другой, маленький и тусклый, едва заметный в расщелине.

— Или этот? Загадочный и скромный... Ой, нет, думаю, вряд ли. Слишком много драмы.

Он уже собирался двинуться дальше, как вдруг замер. Из тишины родилась музыка. Не звук, а вибрация, которая прошла сквозь лед и отозвалась в его теле. Низкая, протяжная, меланхоличная нота, за которой последовала вторая, чуть выше, а затем и третья. Они сплетались в тяжелую, но чистую мелодию, которая, казалось, исходила из самого сердца планеты.

Улыбка на лице Сайласа на миг исчезла. Он замер, его голова слегка склонилась набок, словно он прислушивался к чему-то бесконечно далекому и знакомому. И тут же улыбка вернулась, но стала другой — более широкой, живой, наполненной предвкушением. Он медленно поднял руки в стороны, словно раскрываясь навстречу звуку.

Под его ногами воздух пошел рябью, ледяная пыль закружилась, и невидимая подушка Силы приподняла его на сантиметр ото льда. Он начал двигаться. Это был медленный, импровизированный танец. Шаг, плавный поворот, легкое движение рукой, словно он дирижировал невидимым оркестром. Его движения были текучими, неземными, абсолютно раскованными, словно он перестал быть телом и стал частью этой музыки.

Ледяные стены вокруг него ожили. В такт мелодии на их гладкой поверхности начали мелькать видения. Нечеткие, как отражения в воде, они сменяли друг друга в хаотичном калейдоскопе. Вспышки света от скрещенных клинков. Багровый закат над городом, охваченным огнем. Безмятежное, синее небо Алдераана, прорезанное белыми облаками. Тень огромного корабля, закрывшего звезды, медленно ползущая по поверхности луны. Чье-то лицо, искаженное беззвучным криком. Смех, звонкий и чистый. Капля крови, падающая на белый снег. Свет. Тьма.

Сайлас не смотрел на образы, его взгляд был расфокусирован, устремлен куда-то сквозь них, в самую суть мелодии. Его танец становился все быстрее, превращаясь в вихрь темной туники и рыжих волос. На его лице играла странная, восторженная улыбка, он был полностью поглощен моментом.

Музыка нарастала, становясь громче, быстрее, и его танец достигал пика. В этом вихре он почувствовал, как один-единственный кристалл в стене начал вибрировать в идеальном резонансе с его темой. Ярко-зеленая точка света пульсировала в такт музыке, словно живое сердце.

В кульминации танца, на самой высокой, пронзительной ноте, Сайлас резко остановился, вытянув левую руку в сторону стены. Пальцы были расслаблены, ладонь открыта.

Зеленая точка сорвалась со своего места. Пролетев через весь зал, оставляя за собой изумрудный шлейф, кристалл идеально лег в его протянутую ладонь.

Музыка стихла так же внезапно, как и началась. Видения исчезли, оставив после себя лишь гладкие ледяные стены.

Сайлас стоял в абсолютной тишине, держа в руке свой кристалл. Когда камень лег в его ладонь, он не почувствовал ни тепла, ни холода. Он почувствовал вибрацию. Низкую, быструю, прерывистую, похожую на рокот странного механизма: пра-пра-пра-пра…

***

Площадь перед входом в пещеры гудела от эмоций. Холодный воздух был наполнен облачками пара от дыхания, приглушенными разговорами и редкими всхлипываниями. Триумф одних смешивался с тихим горем других, создавая сложную, тяжелую атмосферу. На каждого юнлинга, с восторгом рассматривающего свой новообретенный кристалл, приходилось двое, а то и трое с пустыми руками и потухшим взглядом. Магистры и рыцари-помощники двигались сквозь толпу, раздавая термо-плащи и фляги с горячим питьем, их движения были спокойными и выверенными; они старались утешить проваливших испытание и поздравить тех, кто справился.

Зел Райлон, уже укутанный в тяжелый плащ, который почти скрывал его худощавую фигуру, нашел Лианару. Она сидела на ледяном уступе чуть в стороне от всех, уже переодетая в теплый белый костюм, который резко контрастировал с ее оливковой кожей. Она выглядела совершенно выжатой, ее плечи были опущены, но в ее позе не было слабости. Только глубокая, звенящая усталость. Она просто молча смотрела на кристалл в своей ладони, словно видела его впервые. Зел подошел и молча сел рядом, чувствуя исходящий от нее холод.

— Лианара... — тихо начал он, его обычная веселость сменилась почти благоговейным трепетом, когда он увидел цвет камня в ее руке. — Фиолетовый? Я... я даже не знал, что такое возможно.

Она не сразу ответила, словно возвращаясь издалека, из глубины своих мыслей. Ее пальцы медленно сжались вокруг кристалла.

— Он... сложный, — наконец произнесла она, не отрывая взгляда от камня. — В нем есть покой Силы, но есть и что-то еще. Что-то на самой грани. Тень.

— Все равно... это невероятно, — выдохнул Зел, и облачко пара вырвалось из его рта.

Их тихий разговор был прерван громким хрустом снега.

— Никогда такого не видела вживую!

К ним, полная неуемной энергии даже после тяжелого испытания, подбежала Асока Тано. Ее яркая оранжевая кожа и белые лекку выделялись на фоне однообразного ледяного пейзажа. Она без церемоний плюхнулась на лед рядом с Лианарой, с нескрываемым любопытством заглядывая в ее ладонь.

— Говорят, такой был только у древних магистров... и у Магистра Винду, — без тени зависти, но с явным азартом констатировала она.

Асока разжала свой кулак, показывая собственный кристалл, который сиял чистым зеленым светом.

— Мой — просто зеленый, — она усмехнулась, ее глаза блестели. — Но... он чувствуется правильным. Живым.

Лианара наконец оторвала взгляд от своего фиолетового камня и посмотрела на Асоку. В ее взгляде не было тепла, только спокойная оценка.

— Что ж, — с дерзкой, но дружелюбной ухмылкой сказала тогрута, поднимаясь на ноги. — Зеленый против фиолетового. Посмотрим, чей клинок в итоге окажется острее, Весс. Будет весело.

На губах Лианары появилась едва заметная, усталая тень улыбки.

— Дело не в клинке, Тано. А в руке, что его держит.

Асока расхохоталась, звонкий звук разнесся по площади, и, подмигнув им, убежала к своему клану.

В этот момент к ним подошел Сайлас. Он не появился из ниоткуда — он просто вышел из толпы, медленно и тяжело, как и многие другие. Его шаги были неуверенными, он слегка пошатывался. Его плечи были ссутулены, он дышал ртом, словно ему не хватало воздуха, и вид у него был уставший и немного подавленный. Он ничем не выделялся из общей массы изможденных учеников, его рыжие волосы были растрепаны и покрыты инеем.

Он молча встал рядом со своими соклановцами, пряча руки в широких рукавах плаща. Он не привлекал к себе внимания, не говорил ни слова, просто был здесь, глядя себе под ноги.

Зел обернулся и заметил его.

— Сайлас! — он устало, но искренне улыбнулся и хлопнул его по плечу. Тот едва заметно вздрогнул от прикосновения. — Справился. Я знал, что ты сможешь.

Сайлас лишь коротко кивнул, мельком взглянув на Зела. Его глаза были покрасневшими от холода.

— Ты тоже, — тихо ответил он и снова уставился на суету вокруг, оставаясь незаметной частью их маленькой группы.

***

Через несколько минут к их небольшой группе подошли Корр и Элара. Забрак выглядел суровым и уставшим, его лицо было сосредоточенным, но шел он твердо, широкими шагами. Элара, укутанная в два термо-плаща, которые делали ее похожей на маленький снежный ком, все еще была очень бледной, ее губы слегка дрожали, но держалась на ногах. Они впятером, отделившись от общего гула, сели на холодные ступени у края площади. Впервые с момента входа в пещеры их клан был в сборе.

Несколько минут они просто молчали, глядя на суету вокруг. Ветер усиливался, поднимая в воздух снежную пыль. Слова были не нужны. Каждый видел в глазах другого тень того, через что им пришлось пройти, и это молчание было наполнено общим опытом.

— ...я снова был на Рилоте, — наконец тихо сказал Зел, нарушив тишину. Он смотрел на свой голубой кристалл, который мерцал в его ладони, словно заново переживая видение. — Видел песчаные бури... и огни Лесу. Было... трудно.

Элара, сидевшая рядом с Корром, едва заметно поежилась и плотнее закуталась в плащ, стараясь не смотреть в сторону Сайласа. Она прижалась к теплому боку забрака, ища поддержки.

Лианара, слушая рассказ Зела, повернула голову и посмотрела на Сайласа, который сидел чуть поодаль. Ее голос был почти шепотом, предназначенным только для него.

— А твой? Что он показал тебе?

Сайлас, до этого безучастно разглядывавший свои перчатки, пожал плечами, словно вопрос был о какой-то мелочи.

— Да ничего особенного.

Он разжал левую ладонь. На ней лежал ярко-зеленый камень, который, казалось, вибрировал от сдерживаемой энергии, отбрасывая блики на его лицо. Затем Сайлас усмехнулся, его взгляд упал на фиолетовый кристалл в руке Лианы.

— А вот на тебя теперь точно обратит внимание Магистр Винду, — с легкой, дразнящей ноткой проговорил он. — Фиолетовый... У тебя хороший вкус.

Лианара ничего не ответила, лишь снова опустила взгляд на свой невероятный, сложный кристалл, и ее пальцы крепче сжали его.

Они сидели в тишине. Пятеро юнлингов на краю ледяного мира, каждый сжимая в руке осколок своей души, свое обещание будущего. Испытание было окончено.

***

После того как последний юнлинг покинул ледяную тьму, всех прошедших испытание снова собрали в главном зале храма. Ледяные стены, казалось, впитали в себя эмоции прошедшего дня. Атмосфера была совершенно иной. Не было больше нервного гула и суеты. Только глубокая, звенящая усталость и тихая торжественность момента. Три магистра — Йода, Шаак Ти и Тера Синубе — заняли свои места на возвышении из обсидиана, и рыцарь-помощник начал вызывать учеников для последнего наставления.

Клан "Летучая Мышь", за исключением Лианы, был направлен к Магистру Шаак Ти. Она стояла, высокая и статная, и ее присутствие излучало покой. Она говорила с ними тихо, и ее теплый, мелодичный голос был бальзамом для их измотанных душ.

Она обратилась к Корру, который стоял перед ней, выпрямившись во весь рост и сжимая в кулаке свой янтарный кристалл. Она сказала, что мужество не в том, чтобы не чувствовать страха, а в том, чтобы действовать вопреки ему.

Затем ее взгляд переместился на Элару. Девочка стояла, опустив глаза и бережно держа свой молочно-белый камень обеими руками. Шаак Ти мягко сказала ей, что та нашла не тишину, а гармонию, и что ее дар — это инструмент, а не проклятье.

Наконец, она посмотрела на Зела, который сжимал свой голубой кристалл с выражением глубокой задумчивости на лице. Она сказала, что его сила — в умении видеть связи, и что он — якорь своего клана.

Сайлас, выглядевший к этому моменту совершенно отдохнувшим и бодрым, был направлен к Магистру Синубе. Древний джедай, опираясь на свой посох, с любопытством посмотрел на мальчика, затем на вибрирующий зеленый камень в его руке. Он медленно обошел Сайласа, цокая посохом по ледяному полу.

— Очень громкий кристалл для очень тихого мальчика, — проскрипел Синубе, останавливаясь напротив него. — Или... все наоборот?

Сайлас пожал плечами с легкой, беззаботной усмешкой.

— Э... ну, мне кажется, мы просто друг другу подходим.

Самый интересный момент разворачивался в центре зала.

— Тано. Весс. Ко мне подойдите, — раздался голос Йоды.

Две юные фигуры подошли и встали перед гранд-мастером. Асока, даже уставшая, была полна неуемной энергии, ее глаза блестели. Лианара, наоборот, была воплощением спокойствия и собранности, ее поза была идеальной даже сейчас.

— Кристаллы свои друг другу передайте, — сказал Йода, протягивая свои когтистые руки.

Девушки с удивлением переглянулись, но подчинились. Асока с любопытством взяла тяжелый фиолетовый камень, взвешивая его в руке, а Лианара — легкий, почти невесомый зеленый кристалл Асоки.

— Юная Тано. Что чувствуешь ты?

Асока на мгновение нахмурилась, прислушиваясь к ощущениям. Ее пальцы крепко сжали камень.

— Он... холодный. И тихий. Слишком тихий. Будто дыхание затаил перед прыжком.

— Хм, — промычал Йода, его уши слегка дрогнули. — А ты, юная Весс?

Лианара аккуратно держала зеленый камень двумя пальцами, словно боясь его уронить или испачкать. Ее лицо было напряжено.

— Он хаотичный. В нем огромная энергия, но нет дисциплины. Он похож на звезду, готовую взорваться. Опасный.

Асока на слово "опасный" дерзко ухмыльнулась, ее глаза сверкнули вызовом. Йода посмотрел на них обеих своими древними, мудрыми глазами.

— Видите, да? Огонь боится глубины. Глубина не доверяет огню. Великая сила в каждой из вас есть. Но величайшей слабостью станет она... если понимать друг друга не научитесь вы. Ступайте.

Они поклонились и молча отошли, обменявшись кристаллами, каждая размышляя над этим странным уроком.

Когда все наставления были окончены и юнлингов собирались отпустить, Шаак Ти отделилась от группы магистров и подошла к Сайласу, который уже собирался незаметно слиться с толпой у выхода.

— Как ты себя чувствуешь, юный Тарвейн? — мягко спросила она, останавливаясь рядом с ним.

Сайлас, который выглядел абсолютно бодрым, на мгновение изобразил усталость, ссутулив плечи.

— Немного устал, Магистр.

Шаак Ти не стала оспаривать его очевидную ложь. Она лишь тепло улыбнулась, и в ее глазах было понимание.

— Ты очень добрый мальчик, — тихо сказала она, так, чтобы слышал только он. — Та особая безмятежность внутри тебя... это редкий дар. Я советую тебе сохранить его. Что бы ни случилось.

Она легко коснулась его плеча и отошла. Сайлас смотрел ей вслед, и его обычная игривая улыбка на мгновение исчезла, сменившись выражением глубокой задумчивости.