Глава 10.0

Прохладный и гулкий воздух Большого Тренировочного Зала, казалось, звенел от безмолвного ожидания. Десятки юнлингов, выстроенные в идеальные шеренги по кланам, стояли в центре отполированного до зеркального блеска пола. Их обычную тренировочную одежду сменили парадные туники кремового цвета, а на поясах, на месте, где еще вчера висели учебные мечи, теперь покоились собранные ими рукояти. Холодные, инертные, полные скрытого потенциала.

Над ними, на обзорных галереях, темными силуэтами застыли фигуры рыцарей и падаванов, пришедших посмотреть на будущее Ордена. Но все внимание юнлингов было приковано к возвышению напротив. Там, в высоких креслах, сидели члены Совета и мастера-наставники. В центре, маленький и неподвижный, как скала, восседал гранд-мастер Йода. Справа от него сидела магистр Депа Биллаба, ее взгляд был спокоен и задумчив. Среди прочих мастеров Элара заметила и высокую фигуру Пло Куна, чье лицо скрывала маска, но чье могучее присутствие в Силе ощущалось даже на расстоянии.

Тишина стала почти осязаемой, когда магистр Йода медленно поднялся со своего кресла. Его большие глаза обвели ряды юных джедаев.

— Долгий путь, позади он, — его голос, тихий и скрипучий, разнесся по залу без всякого усилия. — Но настоящий путь, лишь начинается он. В руках ваших, не оружие лежит. Не инструмент для войны. Часть вас самих, в металле этом спит. Ответственность великая. Жизнь... и смерть... в каждой рукояти этой есть.

Он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание каждого.

— Сейчас, душу эту, пробудите вы. И пусть свет ее, путь ваш осветит.

Йода сел. Из ряда мастеров выступил Син Драллиг, глава Храмовой Стражи. Его голос был резок и чист, как удар клинка. Но прежде чем он отдал приказ, Элара почувствовала, как по спине пробежал холодок паники. Ее ладонь зависла над рукоятью. Это был момент истины. Вся ее жизнь в Ордене вела к этой секунде. А что, если не получится? Что, если она неправильно соединила контакты? Что, если кристалл не принял ее? Мысль о том, что в ответ на ее нажатие не произойдет ничего, что ее рукоять останется мертвым куском металла на глазах у всего Ордена, была унизительной и страшной.

— Клан "Ястребиная Летучая Мышь"! Клан "Хелионовых Драконов"! Клан "Катаарн"! Активировать мечи!

Затаив дыхание, Элара нажала на активационную пластину.

По залу прокатился оглушительный хор из десятков резких щелчков и последующего мощного шипения. Зал, до этого сумрачный, залило светом. Голубые, зеленые, желтые клинки вспыхнули, превратив ровные шеренги юнлингов в волшебное поле светлячков. Элара с облегчением и трепетом смотрела на свой собственный клинок. Он был не чисто голубым. Свет его был бледным, почти молочным, с легким серебристым отливом. Он гудел ровной, чистой, почти музыкальной нотой. Меч ощущался живым, продолжением ее руки.

Но сквозь этот общий, гармоничный гул ее ухо внезапно уловило диссонанс. Тихую, почти неслышную ноту, которая выбивалась из хора. Низкий, прерывистый рокот, похожий на мурлыканье хищника — брап-брап-брап.

Ее взгляд метнулся вдоль шеренги. Сайлас Тарвейн стоял спокойно, как и все, держа свой ярко-зеленый клинок в левой руке. Но звук... звук был чужеродным. В ее видении на Илуме ее напугал красный цвет меча, понятный и известный символ тьмы. Но там не было этого звука. Этот странный, хищный рокот был чем-то новым. Настоящим. И от этого, пожалуй, еще более страшным.

Торжественный момент треснул. Поле световых мечей перестало быть для нее символом надежды. Теперь, среди этих десятков огней, она видела один, который гудел для нее голосом неведомой угрозы. Ее пальцы сжались на рукояти собственного меча так сильно, что костяшки побелели.

***

Мастер Син Драллиг вышел в центр зала, и гул десятков световых мечей стих, когда юнлинги по команде деактивировали их. Тишина, пришедшая на смену гудению, показалась еще более плотной. — Поединки начнутся немедленно, — объявил Драллиг, его голос не допускал возражений. — Цель — демонстрация формы и контроля. Победа — второстепенна. Первая пара. Лианара Весс! Каэлен Рист!

По залу и обзорным галереям пронесся отчетливый гул. Все ждали этого. Ждали возможности снова увидеть в деле аметистовый клинок — редкость даже среди мастеров, не говоря уже о юнлингах.

Лианара, чье лицо было маской спокойствия, сделала шаг вперед. Прежде чем она успела отделиться от строя, Элара инстинктивно протянула руку и на мгновение коснулась ее плеча. Под пальцами Элары словно ударил разряд — резкий всплеск туго сжатой, вибрирующей энергии. Лианара едва заметно вздрогнула, бросила на подругу короткий, почти гневный взгляд и, не говоря ни слова, уверенным шагом пошла в центр круга.

Каэлен Рист уже ждал ее там. Они поклонились друг другу. Лианара взялась за свою рукоять — элегантную и идеально прямую, без единого изгиба.

— Начинайте! — скомандовал Драллиг.

Два клинка вспыхнули одновременно. Зеленый меч Каэлена и фиолетовый — Лианары. Рыцари на галереях одобрительно зашумели, любуясь редким цветом. Каэлен тут же ушел в глухую защиту, приняв низкую, почти неподвижную стойку Соресу, его клинок едва двигался, готовый отразить любую атаку.

Лианара не заставила себя ждать.

Ее тело было воплощением движения. Резкий выпад — фиолетовый клинок метнулся вперед, целя в плечо. Дзынь! Каэлен едва успел подставить свой меч, отступая на шаг. Снова выпад, на этот раз с обманным финтом влево — клинок Лианары прочертил в воздухе сияющую дугу. Дзынь! Снова блок в последний момент. Она не давала ему ни секунды передышки, ее ноги легко скользили по полу в идеальном танце Макаши, заставляя Каэлена лишь отступать и неуклюже защищаться.

Она доминировала. Каждый ее выпад был произведением искусства, но каждый раз он разбивался о стену предвидения Каэлена. Элара чувствовала, как натянутая струна эмоций Лианары начинает вибрировать все чаще, издавая неприятный, высокий гул.

Танец клинка стал терять свою плавность. Движения Лианары стали короче, злее. Удары — тяжелее. Вместо элегантных выпадов она начала наносить мощные, рубящие удары, пытаясь силой пробить его защиту. Звук сцепляющихся клинков стал громче, жестче.

На возвышении Син Драллиг, до этого наблюдавший за боем со скрещенными руками, выпрямился, сам превратившись в натянутую струну. Его рука легла на рукоять собственного меча, готовый в любой момент остановить поединок, выходящий за рамки демонстрации.

Вконец раздосадованная, Лианара ринулась в последнюю атаку. Она обрушила на Каэлена шквал ударов, заставляя его отступать к самому краю круга. 

Этого мгновения он и ждал.

Юноша не стал блокировать. Он сделал короткий, почти незаметный шаг в сторону. Фиолетовый клинок с шипением рассек пустоту. И пока Лианара пыталась побороть инерцию собственного удара, Каэлен нанес один-единственный, короткий и точный удар по ее прямой рукояти.

Раздался сухой, громкий щелчок.

Фиолетовый световой меч вылетел из руки Лианары, описал в воздухе дугу и с глухим стуком упал на пол, погаснув.

В зале повисла оглушительная тишина. Лианара застыла с выражением полного неверия на лице. Ее меч лежал на полу. Магистр Депа Биллаба, не отрываясь, смотрела на поверженную ученицу, и на ее лице не было ни удивления, ни осуждения — лишь глубокая, пристальная задумчивость.

Элара почувствовала, как туго натянутая струна эмоций Лианары с оглушительным треском лопнула, оставив после себя лишь холодную, звенящую пустоту шока и унижения.

***

Тишина, повисшая над залом после поражения Лианары, была тяжелой и давящей. Каэлен Рист и Лианара поклонились друг другу и молча покинули круг. Лианара встала в строй юнлингов своего клана, ее лицо было абсолютно непроницаемым, спина — идеально прямой. Словно ничего не произошло.

Но Элара чувствовала все.

Она ощущала ледяную пустоту, которая исходила от подруги. Это был не гнев, не печаль, а нечто худшее — звенящий вакуум на месте, где еще недавно горело пламя гордости. Этот холод пробирал Элару до костей, мешая дышать. Ей хотелось подойти, что-то сказать, но она знала, что сейчас любые слова будут бесполезны.

— Элара Тал! Асока Тано!

Ее имя прозвучало как удар гонга, вырывая из оцепенения. Холодный ком подкатил к горлу. Ей нужно было сражаться. Ей нужно было отбросить чувства подруги, чтобы сосредоточиться на своих собственных. Сделав глубокий вдох, она мысленно возвела стену, отгораживаясь от ледяной ауры Лианары, и шагнула вперед.

Асока уже ждала ее, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. Ее зеленый клинок вспыхнул с хищным шипением. Элара активировала свой, и молочно-серебристый свет залил ее лицо.

Бой начался мгновенно. Асока была ураганом. Ее клинок мелькал со всех сторон, она двигалась в акробатическом, непредсказуемом танце Атару. Элара же стала скалой. Она не пыталась атаковать, ее ноги словно вросли в пол. Ее меч двигался в коротких, экономных дугах, встречая каждый выпад, каждый удар. Зеленые вспышки раз за разом разбивались о серебристую стену ее Соресу.

Зал наблюдал за столкновением противоположностей: неудержимая энергия против абсолютного контроля. Асока сделала сальто назад, чтобы набрать дистанцию, и тут же ринулась в новую атаку. Элара выдержала и этот шквал. Она тяжело дышала, руки горели от напряжения, но ее защита держалась. Но в конце концов, после очередной яростной серии, Асока сделала то, чего Элара не ожидала — ложный выпад сменился резким подныриванием, и ее клинок, проскользнув под блоком Элары, мягко коснулся ее туники.

Бой был окончен. Асока победила. Она с озорной улыбкой деактивировала свой меч. Элара, тяжело дыша, сделала то же самое. Она проиграла, но внутри не было горечи. Она выстояла.

Поединки продолжались. Вызывали новые пары, вспыхивали и гасли световые мечи. Элара, вернувшись в строй, почти не следила за ними. Ее внимание было рассеяно, пока не прозвучало знакомое имя.

Сайлас Тарвейн вышел в круг, приняв стандартную стойку Ши-Чо с двуручным хватом рукояти. Его поединок был поразительно коротким. После нескольких быстрых обменов ударами его противник провел мощную атакующую комбинацию, оттеснив его за пределы круга. Сайлас без малейшего промедления деактивировал свой зеленый меч, вежливо поклонился победителю и покинул площадку. Никто из мастеров даже не удостоил его поражение отдельным взглядом.

Когда последний поединок завершился, и мастер Драллиг объявил окончание испытания, напряжение в зале спало. Юнлинги начали перешептываться, обсуждая бои. Элара переводила дух, когда ее взгляд нашел Асоку. К ней подошел мастер Пло Кун. Возвышаясь над своей юной протеже, он положил ей на плечо свою массивную трехпалую руку. Мышцы на его лице под маской шевельнулись — он что-то говорил. Асока слушала его с серьезностью, какой Элара не видела на ее лице во время их боя, и решительно кивнула.

***

Церемония подошла к концу. Гул в Большом Тренировочном Зале сменился оживленным гомоном — юнлинги, разделившись на группы, возбужденно обсуждали поединки, пока их наставники собирали их для ухода.

По одному из верхних, залитых светом коридоров Храма, ведущих от смотровых галерей, неспешно шли двое. Сквозь высокие арочные окна лился золотистый свет заходящего солнца Корусанта, бросая на отполированный мраморный пол длинные, вычурные тени от статуй древних Мастеров, стоявших в нишах. Рыцарь Оби-Wan Кеноби, чья аккуратная рыжая борода уже стала неотъемлемой частью его облика, шел, заложив руки в широкие рукава своей робы. Его взгляд ясных серо-голубых глаз был задумчив. Рядом с ним, чуть более энергичной и резкой походкой, следовал его падаван.

— …ее техника почти совершенна, я сам это видел, — Энакин Скайуокер покачал головой, и его лицо, все еще юношеское, было серьезным. — Но она слишком предсказуема в своей безупречности. Когда ее план не сработал, она просто увеличила напор. У нее не нашлось другого решения.

— Редко у кого оно находится в таком возрасте, Энакин, — спокойно ответил Оби-Ван, поглаживая бороду. — Сила — это не заученная последовательность движений. Гораздо интереснее был ее противник. Каэлен Рист. Вот он мне, напротив, понравился. Спокойный, выдержанный. Ни одного лишнего движения.

Энакин усмехнулся, и в его синих глазах блеснул озорной огонек. — Конечно, он вам понравился, учитель. Он напомнил вам самого себя в молодости. Правда, не уверен, что у этого юнлинга такое же чувство юмора.

Оби-Ван позволил себе едва заметную улыбку. В нескольких шагах впереди них по коридору шла Магистр Депа Биллаба, и ее плавная, почти бесшумная походка выдавала в ней мастера медитации. А еще чуть поодаль, замыкая их небольшую процессию, следовал Магистр Мейс Винду, чья могучая фигура двигалась с несокрушимой уверенностью.

Заметив идущих за ней джедаев, Биллаба замедлила шаг, позволяя им поравняться с собой. Женщина с темной кожей и строгими, но красивыми чертами лица окинула их спокойным взглядом. На ее лбу и переносице виднелись традиционные для ее народа священные знаки-точки, а в темных, почти черных глазах читалась мудрость, смешанная с затаенной печалью.

— Рыцарь Кеноби. Скайуокер, — кивнула она, ее голос был мелодичным и глубоким.

— Магистр Биллаба, — не стал ходить вокруг да около Энакин. — Признаюсь, я был уверен, что вы проявите особый интерес к Лианаре Весс. Ее аметистовый клинок… он того же цвета, что и у вашего бывшего учителя.

Депа Биллаба остановилась и повернулась к нему, заставив и остальных прервать свой путь. — Ты прав, клинок привлек мое внимание, — ровным голосом подтвердила она. — Но поединок показал все, что нужно было видеть. Девочка переволновалась. Эмоции взяли над ней верх. Теперь ей предстоит куда более трудное испытание.

Энакин тут же подхватил мысль, в его голосе прозвучал неприкрытый сарказм. — Разумеется. После такого фиаско куда меньше мастеров захотят взять ее в падаваны. Она ведь показала себя "недостаточно дисциплинированной".

Он сделал особый акцент на последних словах, оперевшись плечом о стену.

— Возможно, все как раз наоборот, — тихо возразила Депа Биллаба. Энакин вопросительно поднял бровь. — До сегодняшнего дня все видели лишь ее безупречную форму, идеальную маску, — продолжила она. — А сегодня эта маска треснула. Ее поражение показало нам не просто идеального ученика, но живого, полного сомнений и страстей человека. Оно показало ее более полной. И теперь ее заметят не те, кто ищет безупречное оружие. А те, кто действительно захочет ей помочь.

Наступила тишина, нарушаемая лишь далеким гулом спидеров.

— Я, признаться, надеялся увидеть здесь самого Мастера Винду, — нарушил молчание Энакин. — Но, похоже, он не из тех, кто гонится только за талантами. — Он с улыбкой посмотрел на Биллабу. — Может, вы бы захотели взять ее в ученицы, магистр?

— Я думала об этом, — серьезно ответила Депа. — Но Мастер Винду, похоже, в последнее время совсем не готов брать учеников.

Энакин с сарказмом фыркнул. — Еще бы. Он ведь так занят погоней за тьмой по всей галактике.

— Тьма — это не то, за чем гоняются, Скайуокер.

Глубокий, резонирующий голос раздался прямо за их спинами. Он был спокоен, но в нем чувствовалась сталь. Мейс Винду, за время их разговора успевший подойти, стоял в шаге от них.

Энакин замер, его саркастичная ухмылка мгновенно исчезла. Он почувствовал себя так, словно его поймали на детской шалости. В повисшей тишине стало слышно, как гудит пролетающий за окном шаттл.

Оби-Ван сделал едва заметный шаг вперед, слегка заслоняя собой своего падавана. Он склонил голову в знак уважения. — Мастер Винду, прошу простить моего ученика. Его рвение иногда опережает его мудрость. Сегодняшние поединки вызвали много эмоций, и мы как раз обсуждали, как легко юный джедай может поддаться им, забыв о контроле.

Это была искусная попытка сгладить дерзость, представив ее частью серьезной дискуссии. Мейс Винду перевел свой тяжелый, непроницаемый взгляд с Энакина на Оби-Вана. — Следи за его рвением, Кеноби, — ровным голосом произнес он. — Огонь, оставленный без присмотра, может согреть, а может и сжечь дотла.

Он дал словам повиснуть в воздухе на мгновение, затем, словно отсекая этот разговор, повернулся к Депе Биллабе. — Магистр, я хотел обсудить с вами отчеты с Внешнего Кольца.

— Конечно, Мастер, — ответила она, и они вдвоем, не оборачиваясь, продолжили свой путь по коридору.

Оби-Ван положил руку на плечо все еще напряженного Энакина. — Пойдем, — тихо сказал он.

Они пошли в противоположную сторону, и на лице Энакина Скайуокера не осталось и следа от былой дерзости. Лишь задумчивость и тень от только что полученного, острого как клинок, урока.