Глава 8.0

Сун Наньши показалось, что юноша, дни которого были сочтены, принял её за обманщицу. Но она прикинула на пальцах и поняла, что за последние полмесяца он был её первым клиентом. Осознав это, она тут же решила его простить. К тому же она сказала ему чистую правду, а юноша даже не попытался её ударить. Сун Наньши была тронута до глубины души. Этот парень — хороший человек.

Она сидела у своего лотка возле Моста Рябого Эра. Её прилавок и место юноши располагались наискосок друг от друга, через три-четыре торговых места, и она с жалостью разглядывала парня. Жаль, хорошие люди долго не живут. Превратности судьбы.

Юноша сидел у своего прилавка, прикрыв глаза, будто дремал. Одна его длинная нога была вытянута, другая согнута в колене. Всё происходящее вокруг его ничуть не заботило. Иными словами, у его лотка совсем не было посетителей, так что он мог позволить себе бездельничать.

Сун Наньши снова взглянула на свой прилавок. Чёрная ворона встретилась с ней взглядом, брезгливо взмахнула крыльями и улетела. Сун Наньши: «…» Куда ни глянь, на всей улице не нашлось бы и третьего такого же пустого лотка, как у них. Она всей душой ему посочувствовала.

Теоретически, в мире совершенствования гадание должно было быть весьма востребованным ремеслом, и Сун Наньши, зарабатывая им на жизнь, не должна была прозябать в такой нищете. Но, к несчастью, в наши дни никто не желает слушать правду. А Сун Наньши, когда старик Ши брал её в ученицы, дала клятву: вступив на этот путь, никогда не лгать, что бы ни открылось в гадании.

Когда ей было двенадцать, она впервые раскинула триграммы на своём лотке. Встретился ей первый клиент и попросил узнать, не изменяет ли ему жена. Она провела гадание и обнаружила, что жена-то ему верна, а вот он сам не только изменял ей, но и его любовница тоже наставила ему рога. Поскольку это был её первый клиент, Сун Наньши с энтузиазмом поделилась с ним этой дополнительной информацией. Она не сдержала голоса, и на них тут же обернулась половина улицы. Тот человек, очевидно, тоже был из тех, кто не терпит правды. Его лицо то краснело, то бледнело, и он вскочил, чтобы ударить её. И даже не заплатил.

С тех пор Сун Наньши прогремела на всю округу. Итогом этой славы стало то, что все в городке знали о точности её предсказаний, но мало кто отваживался к ней обращаться. С того дня Сун Наньши начала самостоятельно изучать «Искусство речи». Так что этот юноша — определённо хороший человек!

То ли этот юноша положил доброе начало, то ли её сегодняшнее гадание и впрямь сработало, но после полумесяца простоя она в один день получила ещё два заказа. Один — от какого-то паренька, который вёл себя очень скрытно.

Сев, он произнёс:

— Я дважды терпел неудачу в делах.

Сун Наньши кивнула:

— Угу.

Паренёк продолжил:

— Поэтому я хочу, чтобы вы, полубессмертная, предсказали мне, провалится ли моё нынешнее дело и где мне искать свой путь.

Сун Наньши провела гадание прямо перед ним. Триграммы указывали на разорение, причём полное. Сун Наньши на мгновение замолчала, а затем под выжидающим взглядом паренька достала из своего пространственного кольца визитную карточку и сказала:

— Можешь рассмотреть вот это.

Паренёк взглянул. «Богатая госпожа щедро заплатит за рождение сына. Талисман связи: хххх». Паренёк: «…» Он помолчал с минуту, а потом сказал с видом полного просветления: «Я всё понял». И ушёл, сжимая в руке визитку.

Ближе к вечеру пришла ещё одна девушка. Едва сев, она заявила:

— Погадать на любовь.

Сун Наньши обожала гадать на любовь и тут же приступила к делу. А потом снова замолчала. Красные нити судьбы на этой девушке спутались в один сплошной клубок.

Она немного подумала и осторожно спросила:

— Вы из Секты Радости Единения?

Девушка кокетливо рассмеялась:

— А ты, юная гадательница, весьма способна.

Сун Наньши: «…» При таком-то клубке красных нитей эта сестра из Секты Радости Единения должна быть по меньшей мере важной шишкой в своей секте.

Тем временем девушка уже продолжала:

— У меня есть старший брат-наставник и младший брат-ученик. Старший брат может семь раз за ночь, по полчаса каждый раз. Младший брат — один раз за ночь, зато на всю ночь. Я не знаю, кого выбрать, и прошу наставницу разрешить мои сомнения.

Сун Наньши: «…» Сказать по правде, с такой частотой и продолжительностью, не будь они практиками, она бы посоветовала им обратиться к мужскому врачу.

Она взглянула на выражение лица девушки и, применив «Искусство речи», сказала:

— Только дети выбирают, взрослые берут всё!

Девушка пришла в восторг и ушла довольная.

За день эти два гадания так измотали Сун Наньши, что, когда пришло время сворачиваться, она с нетерпением начала собирать вещи. Подняв голову, она увидела, что тот юноша пристально смотрит на неё с весьма многозначительным выражением лица. Кто знает, как долго он уже наблюдал. Он тоже собирал свой товар. Сун Наньши взглянула — вот это да, он не продал ни единой вещи. Понятно, он ещё и бедняк. Такой бедный, да ещё и на пороге смерти. Какая жалость. Погладив по панцирю черепашку, которая почему-то притихла в её рукаве, Сун Наньши решила проявить заботу об умирающем.

Она подошла и спросила:

— Приятель, как тебя звать?

Юноша взглянул на неё и низким голосом ответил:

— Юнь Чжифэн.

Сун Наньши сказала:

— А я Сун Наньши. Брат Юнь, мы с тобой словно старые знакомые. Я бесплатно сделаю тебе ещё одно предсказание — погадаю на твою удачу в деньгах, как тебе?

Юнь Чжифэн равнодушно бросил:

— Как хочешь.

Сун Наньши снова приступила к гаданию. И тут её черепаший панцирь треснул. Сун Наньши: «…» Она безэмоционально уставилась на черепаший панцирь в своих руках. «Я же на богатство гадаю, а не на судьбу империи, с чего тебе трескаться? Или этот черепаший панцирь и впрямь слишком стар?» Сун Наньши взглянула на простую холщовую одежду Юнь Чжифэна и решила, что второй вариант более вероятен.

Юнь Чжифэн, однако, не выглядел разочарованным. Он лишь сказал:

— Сколько стоит твой панцирь? Я возмещу ущерб.

Сун Наньши великодушно махнула рукой:

— Не нужно. Я вернусь и сдеру панцирь с той маленькой черепашки. Из мяса ещё и суп сварю.

Черепашка в рукаве Сун Наньши яростно задрожала.

Юнь Чжифэн, кажется, усмехнулся, но стоило ей взглянуть на него, как лицо его вновь стало непроницаемым. Он небрежно махнул рукой и сказал:

— На этом и простимся.

Сун Наньши проводила его взглядом и только потом повернулась, чтобы уйти. Ей нужно было вернуться и содрать черепаший панцирь.

Теневой призрак: «…»

…

В конце концов, речь шла о её рабочем инструменте, так что Сун Наньши отнеслась к делу серьёзно. Вернувшись, она вымыла руки и достала маленькую черепашку. Черепашка не двигалась. Она подняла её за лапку и потрясла. Черепаха была как мёртвая. Сун Наньши задумчиво произнесла:

— Раз уж эта черепаха мертва, тогда почему бы не...

Черепашка вздрогнула и тут же снова забилась в её руках.

Сун Наньши: «…» В одной черепахе, а столько хитрости. Но есть ли разница между панцирем мёртвой черепахи и живой? Засучив рукава, она собралась содрать панцирь.

Черепаха в ужасе, когда Сун Наньши немного ослабила хватку, вырвалась и, повернувшись, нырнула в груду хлама в её пещерной обители. Сун Наньши тут же бросилась за ней. Как черепахе победить человека? Разобрав чуть больше половины завала, Сун Наньши её нашла. Она протянула руку, чтобы схватить черепаху, стоявшую к ней спиной. Но та неожиданно сама развернулась и, подняв две передние лапки, что-то ей протянула. Сун Наньши присмотрелась. Хм? Камень духа?

В её сознании молнией пронеслась мысль: два года назад она потеряла камень духа и даже с помощью гадания не смогла его найти. Не спрашивайте, почему она помнила об одном-единственном камне духа — у неё каждый из них имел собственное имя.

Она подобрала и черепаху, и камень духа, и одного взгляда хватило, чтобы всё понять. В той груде хлама лежал компас. Вероятно, именно он и скрыл от неё результат гадания. В её ладони черепашка усердно подталкивала камень духа в её сторону.

Сун Наньши задумчиво посмотрела на черепашку. Она осторожно спросила:

— Ты хочешь сказать, что если я тебя не убью, ты будешь помогать мне находить камни духа?

Черепашка, вне себя от радости, кивнула. Сун Наньши изумлённо цокнула языком. Странно, неужели на землях Ордена Безмерности, где обитают одни лишь практики, зверь яо смог обрести разум?

Она задумалась и спросила:

— Уж не течёт ли в тебе кровь крысы-кладоискателя?

Только крысы-кладоискатели умели находить сокровища. Черепашка замерла и униженно кивнула. Сун Наньши была потрясена. Ну и путаница в родословных у этого клана яо! Мало того, что черепаха спуталась с крысой-кладоискателем, так их потомок ещё и оказался на территории практиков.

Но если в ней и вправду течёт кровь крысы-кладоискателя… Сун Наньши задумалась. Черепашка с трепетом смотрела на неё. Спустя мгновение Сун Наньши внезапно взяла её в обе руки и с нежностью произнесла:

— Черепашенька.

Черепашка вздрогнула.

Сун Наньши продолжила:

— Раз уж ты сама вызвалась, я, конечно, позволю тебе помочь мне в поиске сокровищ.

Черепашка обрадовалась.

Сун Наньши сказала:

— Но для поиска сокровищ мне придётся тебя отпускать.

Черепашка закивала снова и снова. Сун Наньши протянула руку и, бережно поглаживая панцирь, произнесла:

— Но ты такая маленькая, что если ты убежишь и потеряешься?

Черепашка жалела лишь о том, что не может говорить, чтобы убедить её, что никуда она не сбежит. Однако, прежде чем она успела что-либо намекнуть Сун Наньши, эта ужасная женщина улыбнулась:

— Поэтому у меня есть способ, который устроит нас обоих.

Полчаса спустя. На шее черепашки красовался специальный поводок, и она медленно ползла по траве у подножия Пика Орхидейного Озера. Сун Наньши ничуть не смущала её медлительность, она с энтузиазмом подбадривала:

— Для начала поставим небольшую цель. Например, найти сегодня двадцать камней духа!

Черепашка: «…» «Знала бы раньше, лучше бы сгнила в руках хозяина».

Сун Наньши без умолку что-то говорила черепахе, и проходившие мимо соученики были глубоко потрясены. Все гадатели такие? Один из знакомых учеников с любопытством спросил, чем она занимается. Сун Наньши ответила:

— Выгуливаю черепаху.

Тот: «…» Видал я, как выгуливают кошек и собак, но чтобы черепаху — впервые в жизни. Значит, слухи, что третья ученица Владыки Меча от сожалений о выборе пути гадателя сошла с ума, были не беспочвенны. Он с сочувствием посмотрел на неё.

Тем временем Цзян Цзи молча наблюдал за этой сценой. Старик Лю, скрестив руки на груди, стоял рядом с ним и говорил:

— Видишь, я же говорил, что твоя младшая сестра-наставница не так проста.

Цзян Цзи промолчал, лишь подошёл ближе и сказал:

— Младшая сестра-наставница.

Сун Наньши подняла голову:

— Старший брат-наставник.

Цзян Цзи кивнул и спокойно произнёс:

— Учитель велел передать тебе, что через два дня откроется Павильон духовных зверей. Младшая сестра-наставница может войти и выбрать себе духовного зверя, чтобы укрепить свои силы.

Павильон духовных зверей открывался раз в десять лет, чтобы ученики Ордена Безмерности могли выбрать себе по сердцу духовного зверя в качестве спутника.

В прошлый раз Сун Наньши его пропустила, и сейчас обрадовалась: «Хорошо, я как следует подготовлюсь». Сказав это, она заметила, что Цзян Цзи не уходит. Она подняла взгляд и увидела, что он смотрит на неё, будто желая что-то сказать, но не решаясь. Наконец он спросил:

— Младшая сестра-наставница, что ты делаешь?

Сун Наньши хотела было ответить, что выгуливает черепаху, но, обернувшись, увидела, что Черепашенька уже нашёл камень духа. Сун Наньши просияла от радости и самодовольно произнесла:

— Отлично! Сегодняшняя цель выполнена на одну двадцатую!

Силуэт черепашки стал казаться понурым, и это было заметно невооружённым глазом.

Цзян Цзи и старик Лю, ставшие свидетелями этой сцены, были до глубины души потрясены. Она что… заставляет Теневого призрака искать для неё камни духа? Старик Лю надолго замолчал, а потом снова произнёс:

— А в твоей младшей сестре и впрямь что-то есть.

Сун Наньши: «?» В этот раз я вроде не смеялась над тонущей черепахой, просто выгуливала её. Что с вами не так, крайние зоозащитники?