Глава 12.0

Пик Орхидейного Озера, пещерная обитель Сун Наньши.

Бледная, тонкая рука подняла тяжёлый мешок с камнями духа и медленно опустила его на стол. Три пары глаз неотрывно следили за медленным движением мешка.

Бум.

Глухой, тяжёлый звук. Но для трёх пар ушей он прозвучал слаще самой прекрасной музыки.

Сун Наньши убрала руку, села во главе каменного стола, посмотрела на тех, кто расположился по обе стороны от неё, и произнесла:

— Братец-осёл, братец-черепах.

Никто не ответил.

Осёл стоял слева от неё, Черепашенька притаился справа. Они, не отрываясь, смотрели, как тяжёлый мешок с камнями духа образовал на столе небольшую гору, и их глаза буквально остекленели.

Сун Наньши усмехнулась, достала ещё два пространственных кольца и водрузила их на вершину этой горы. Затем она объявила:

— В этих двух пространственных кольцах лежат четыре тысячи шестьсот камней духа. Вместе с четырьмя сотнями на столе — итого пять тысяч. Это компенсация от хозяина того свирепого зверя с Пика Укрощения Зверей.

Осёл и черепах тут же как по команде повернулись к ней. Их взгляды горели огнём, даже в глазах Черепашеньки, который только и думал о побеге, вспыхнул азарт.

Сун Наньши осталась очень довольна. Именно такого эффекта она и добивалась!

Зачем она выложила четыреста камней духа на стол, если все пять тысяч прекрасно помещались в два кольца? Чтобы произвести ошеломляющее впечатление!

И сейчас осёл с черепахом, очевидно, были ошеломлены.

Сун Наньши незаметно взглянула на них, и её улыбка стала ещё шире.

Она прекрасно понимала своё положение. Если бы она была начинающим предпринимателем, то черепах и осёл были бы её единственными двумя сотрудниками.

Первый сотрудник, Черепашенька, — вчерашний выпускник, которого она обманом втянула в дело. Телом он был здесь, но душой — на свободе, и при любой возможности искал способ удрать.

Второй, братец-осёл, — старый офисный проныра. Таланта не хватило, чтобы попасть в крупную компанию, а когда он увидел, что в её маленькую фирму влили средства, то решил отсидеться, ничего не делая, а потом смыться.

Её только что открывшаяся компания, казалось, вот-вот обанкротится. Но могла ли Сун Наньши это допустить? Конечно нет! С таким трудом начав дело, она должна была нарисовать им радужные перспективы... нет, она должна была сплотить их!

Поэтому она тут же приняла вид начальника, готового к душевному разговору с подчинёнными, и искренне сказала:

— Без сомнения, эти пять тысяч камней духа — результат наших общих усилий, и я, естественно, не могу забрать их все себе!

При этих словах и осёл, и черепах замерли от удивления. Не может забрать все себе, значит ли это, что...

Под их пылкими взглядами Сун Наньши серьёзно кивнула:

— Верно! Принцип нашей компании... нашей госпожи и слуг — каков труд, такова и награда! За любой вклад должно быть вознаграждение!

— Поэтому, — она подвинула камни духа вперёд и произнесла два слова, — разделю прибыль!

Черепашенька: !

Братец-осёл: !!

Не то что Черепашенька, только что вступивший во взрослую жизнь, — даже старый проныра братец-осёл никогда такого не видел!

Они тут же посмотрели на Сун Наньши совсем другими глазами.

Улыбка Сун Наньши стала шире. Сначала она повернулась к Черепашеньке.

— Черепашенька, — искренне сказала она, — ты первым пришёл ко мне. Мы с тобой поддерживали друг друга и так пережили самое трудное время.

Черепашенька вспомнил, как они поначалу ползали по всей горе в поисках камней духа, и его глаза-бусинки тут же увлажнились.

— Конечно, я знаю, что за это время ты многое стерпел и у тебя накопились обиды.

Черепашенька вспомнил своё саботирование работы и почувствовал укол совести.

Сун Наньши величественно взмахнула рукой:

— Но это всё неважно! Я верю, что в будущем ты будешь стараться ещё больше! Вместе мы добьёмся повышения и прибавки! Взойдём на вершину успеха!

От её слов кровь закипела в жилах Черепашеньки. Он на мгновение забыл, что собирался сбежать, и принялся восторженно кивать.

Сун Наньши была довольна, но с сожалением в голосе добавила:

— К сожалению, в этот раз ты не ходил в Павильон духовных зверей.

Черепашенька: «…»

Точно, он же не ходил.

— Но не унывай. Ты не совершил подвига, но усердно трудился, поэтому я решила…

Она сунула руку в своё пространственное кольцо, пошарила там, потом ещё раз пошарила.

Глаза-бусинки Черепашеньки с надеждой смотрели на неё.

…и тут он увидел, как она достала два звериных лакомства и положила перед ним.

Черепашенька: «…»

— Особое лакомство с Пика Укрощения Зверей, — с доброй улыбкой сказала Сун Наньши. — Это поощрительный приз.

Стоявший рядом братец-осёл безжалостно расхохотался.

Сун Наньши сделала вид, что не заметила обиженного взгляда Черепашеньки, и повернулась к ослу. Братец-осёл тут же гордо вытянул шею. Он-то ходил!

Сун Наньши мягко улыбнулась и сказала:

— Братец-осёл, мы с тобой делили и горе, и радость. Естественно, в этих камнях духа есть и твоя доля.

Взгляд осла тут же загорелся.

Затем Сун Наньши принялась делить камни. Сначала она забрала два пространственных кольца с самой вершины горы, где хранилась основная сумма. Братец-осёл замер, но тут же успокоил себя: всё нормально, она ведь госпожа, да и в тот раз именно она приложила больше всего усилий. А осталось ещё…

Затем она разделила оставшиеся четыреста камней духа пополам. Братец-осёл замер. Ничего, ведь осталась ещё половина.

Но тут он увидел, как она и эту половину разделила надвое.

Братец-осёл: «…»

Пополам, и снова пополам, и снова…

В самом конце Сун Наньши с сияющей улыбкой пододвинула к нему крошечную горстку камней духа размером с ладонь и искренне сказала:

— Братец-осёл, это твоя заслуженная награда.

Братец-осёл: «…»

В этот момент, даже не зная уловок современного найма, братец-осёл внезапно понял, что значит обещанная зарплата в восемь тысяч, которая при трудоустройстве уменьшается вдвое.

Однако Сун Наньши, очевидно, была мастером пустых обещаний. Под растерянным взглядом осла она показала ему горстку камней, а затем снова убрала её.

Братец-осёл: !

Встретившись с его недоверчивым взглядом, Сун Наньши спросила:

— У тебя есть пространственное кольцо, чтобы хранить всё это?

Братец-осёл замер. У него не было.

— Поэтому, — наставительно произнесла Сун Наньши, — я пока подержу их у себя. Не волнуйся, эти деньги по-прежнему твои. Будем вычитать из них твои повседневные расходы, а остальное я скоплю, чтобы найти тебе красавицу-ослицу.

Братец-осёл: «…»

Вроде бы всё правильно. Но что-то всё-таки было не так.

Не успел его ослиный мозг додуматься, в чём подвох, как к ним подошёл юный послушник и сказал:

— Старшая сестра-наставница Сун, вас желает видеть Владыка Меча.

Сун Наньши, не раздумывая, зачем она понадобилась Учителю, воспользовалась моментом, чтобы уйти:

— Сначала разберусь с делами.

Сун Наньши ушла, а братец-осёл всё ещё напряжённо размышлял. И тут до него дошло! Постойте-ка! Он же искал пожизненную кормушку, а не работу! Как он стал батраком?!

…

Город Бессмертной Судьбы.

Юнь Чжифэн сидел, скрестив ноги, в скромной комнате. Прогнав духовную силу по нескольким кругам, он медленно открыл глаза. В груди всё ещё ощущалась тупая боль, но стало уже гораздо лучше.

Он подошёл к столу, налил себе чашку чая. Взгляд его был холоден.

Он поступил опрометчиво. Но до сих пор он не понимал, как всё это произошло.

Три месяца назад он был Наследником-Цилинем клана Юнь из Чжунчжоу, будущим главой клана. Три месяца спустя он прятался за тысячи ли от дома, в Городе Бессмертной Судьбы, спасаясь от преследователей из собственного клана. Какой абсурд.

Всё началось с того, что он, как обычно, покинул дом, чтобы возглавить отряд и выполнить задание. В середине миссии его предательски атаковали собственные люди. Тогда он думал, что его предали подчинённые. Но когда он, пройдя через девять кругов ада, вырвался из ловушки и собрался вернуться в клан, чтобы наказать предателей, до него дошла ещё более ошеломляющая новость.

Клан Юнь объявил, что Наследник-Цилинь во время уединённого совершенствования пал жертвой коварного нападения, что привело к отклонению в практике и смерти. Теперь клан Юнь обещал огромную награду за поимку нападавшего. И описание этого злодея, которое предоставил клан, в точности совпадало с его внешностью.

«Он» умер. А он нынешний стал убийцей Наследника-Цилиня клана Юнь, загнанным в угол беглецом, за которым охотился весь его клан.

В тот миг он внезапно кое-что понял. Предатели были не в его отряде. Весь клан предал его.

Юнь Чжифэн залпом выпил холодный чай и снова закрыл глаза. У него даже не было возможности выяснить намерения клана, потому что за этим последовали всё новые и новые волны преследователей.

Но ещё большей проблемой была не погоня, а то, что его Нефрит Крови Цилиня остался в клане.

Предок клана Юнь родился с кровью Цилиня. Из поколения в поколение эта кровь становилась всё слабее, и каждый, кто наследовал её, становился Наследником-Цилинем клана. Юнь Чжифэн был самым особенным из всех Наследников-Цилиней. У него была не только кровь Цилиня, но он ещё и родился с Нефритом Крови Цилиня. Нефрит Крови Цилиня, по легенде, был божественным артефактом, появившимся на свет вместе с предком клана Юнь. В своё время рождение Юнь Чжифэна с Нефритом Крови Цилиня привело весь клан в восторг. Все верили, что он вернёт клану былую славу предка.

А теперь…

Лицо Юнь Чжифэна стало ещё более ледяным. Нефрит Крови Цилиня был частью его самого, половиной его силы. Та атака почти полностью уничтожила его совершенствование, а без нефрита даже исцеление шло мучительно медленно.

Он должен был вернуть Нефрит Крови Цилиня.

Однако два месяца назад, когда ему с трудом удалось разузнать новости о клане, он узнал, что Нефрит Крови Цилиня был случайно утерян во время перевозки из главного поместья в загородное. Ему оставалось лишь, полагаясь на свою связь с нефритом, искать его по крупицам. Он должен был найти его раньше клана Юнь.

Целых два месяца он шёл по следу из Чжунчжоу до самого Ордена Безмерности. Проведя некоторое время в Городе Бессмертной Судьбы, он воспользовался открытием Павильона духовных зверей, чтобы проникнуть в Орден Безмерности, и на Пике Укрощения Зверей ощутил ауру Нефрита Крови Цилиня.

Он пошёл на эту ауру и увидел того самого свирепого зверя. Юнь Чжифэн заподозрил, что зверь мог проглотить нефрит.

Но не успел он проверить зверя, как тот внезапно впал в ярость и ворвался в Павильон духовных зверей.

Однако…

Когда он сражался со зверем, то больше не чувствовал на нём ауры Нефрита Крови Цилиня. Более того, казалось, что эта аура исчезла со всей территории Ордена Безмерности.

У него было предчувствие, что нефрит не в звере. Но его чутьё не могло его обмануть. В тот момент он отчётливо ощущал присутствие Нефрита Крови Цилиня.

Юнь Чжифэн снова прокрутил в голове события того дня. Он пошёл на ауру, сразу увидел свирепого зверя, а кроме него…

Юнь Чжифэн замолчал.

Кроме зверя, неподалёку мирно щипал траву осёл. Тот самый осёл, которого Сун Наньши тащила на себе, спасаясь бегством.

Юнь Чжифэн тогда инстинктивно проигнорировал его. В конце концов, свирепый зверь и осёл — кто бы мог подумать, что осёл способен проглотить его Нефрит Крови Цилиня? Разве его не разорвало бы на куски?

Но теперь…

В ушах Юнь Чжифэна снова прозвучал рёв того осла.

Юнь Чжифэн: «…»

Неужели ему придётся поверить, что его Нефрит Крови Цилиня оказался в желудке у осла? Он почувствовал, что ему нужно успокоиться.

Сегодня он был вынужден использовать духовную силу, и люди из клана Юнь наверняка уже идут по его следу. Осёл или нет, сначала ему нужно было скрыться от преследователей.

Он спустился вниз и пошёл на рынок, чтобы купить быстрое ездовое животное. Он больше не мог использовать духовную силу.

Торговец был очень любезен.

Юнь Чжифэн присмотрел себе Небесного коня. Торговец стал ещё любезнее:

— Этот Небесный конь стоит всего тысячу пятьсот камней духа.

Наследник-Цилинь, никогда не знавший недостатка в камнях духа, небрежно кивнул и потянулся к пространственному кольцу. И замер.

Мгновение спустя он опустил руку и спокойно спросил:

— А есть что-нибудь подешевле?

Улыбка торговца застыла:

— А на какую цену вы рассчитываете?

Юнь Чжифэн:

— В пределах пятидесяти камней духа.

Торговец: «…»

С тысячи пятисот до пятидесяти. Денег нет? Так чего из себя богача строить!

Торговец с кислой миной повёл его в другую сторону. И там Наследник-Цилинь увидел… осла.

Юнь Чжифэн: «…»

— Пятьдесят камней духа. За эти деньги — только осёл, — сказал торговец.

В этот миг перед глазами Наследника-Цилиня отчётливо возникла картина: Сун Наньши, тащившая на себе осла.

Он развернулся и пошёл прочь.

Жизнь — не радость, смерть — не горе. Уж лучше пусть клан Юнь его прикончит.