Глава 4.0

Владыка Меча Бугуй, похоже, впервые столкнулся с тем, что кто-то пришёл к нему требовать жалование. На его бесстрастном лице на миг отразилась полная растерянность. Сун Наньши невозмутимо смотрела на него. Спустя долгое время он наконец пришёл в себя. Взглянув на незнакомую ученицу и протянутую ему счётную книгу, он замолчал.

— Прежде я редко бывал на Пике Орхидейного Озера. Кто тогда занимался твоим жалованием? — спокойно спросил он.

— Вторая наставница, — ответила Сун Наньши.

— Тогда в этот раз…

— В этот раз Учитель, уходя, забрал с собой вторую наставницу, — опередив его, ответила Сун Наньши. Помолчав, она незаметно намекнула: — Учитель, кажется, очень торопился.

Владыка Меча Бугуй промолчал. Перед уходом Чжу Сю действительно говорила, что на Пике Орхидейного Озера остались нерешённые дела. Но в этот раз дело касалось «неё», и он не хотел медлить.

Но Сун Наньши, словно боясь, что он забудет, любезно напомнила:

— Учитель, вы вспомнили? Если что, ученица может рассказать подробнее.

— Моя память ещё не так плоха, — отрезал он.

Сун Наньши тут же просияла и, не подавая виду, пододвинула счётную книгу поближе к Владыке Меча, многозначительно произнеся:

— Так что, Учитель… жалование…

Она смотрела на него так, будто боялась, что он откажется платить. Владыка Меча Бугуй прикрыл глаза. С тех пор как он получил право управлять пиком, его совершенствование продвигалось всё быстрее, а эмоции редко выходили из-под контроля. Даже новость о том человеке вызвала у него скорее удивление, чем радость. И надо же было такому случиться… Владыка Меча Бугуй открыл глаза и устремил взгляд на стоявшую перед ним ученицу.

— Я не из тех, кто обижает своих учеников, — холодно произнёс он, использовав в своей речи высокомерное «я».

«Надо же, он даже перешёл на официальный тон — похоже, его и впрямь разозлили», — подумала Сун Наньши.

— Ученица понимает, — с улыбкой ответила она.

Владыка Меча Бугуй отвернулся. С глаз долой — из сердца вон.

— Можешь идти, — холодно бросил он. — Завтра я велю твоей второй наставнице отнести тебе жалование.

Сун Наньши, добившись своего, проворно поклонилась и тут же ушла.

В Ордене Безмерности жалование личного ученика составляло восемьдесят Камней духа высшего качества в месяц — это была фиксированная ставка. Но кто из личных учеников станет жить на эти восемьдесят камней, когда Учитель даёт им бесчисленные ресурсы и Камни духа? Сун Наньши станет. Она, пожалуй, была самым жалким личным учеником во всём Ордене Безмерности. Но в таком плачевном положении она оказалась исключительно по своей вине.

Владыка Меча Бугуй, будучи главным героем романа, не был скупцом и не стал бы притеснять своих учеников. Но в то же время, как и подобает гордому главному герою, в начале истории он не видел никого, кроме своего «Белого лунного света», а в конце — никого, кроме главной героини. И все ученики, вроде них, тоже были для него «никем». Если ты попросишь о чём-то прямо, он никогда не откажет. Но если будешь молчать, он и не подумает о том, что тебе что-то нужно. У главных героев всегда была своя гордость, и они никогда не просили первыми. У Сун Наньши, этого нищего пушечного мяса, гордости было поменьше, но, следуя принципу «чем меньше связываешься с делами главного героя, тем позже станешь пушечным мясом», она никогда не просила у Учителя ничего, кроме своего жалования. Как говорил Старик Ши, ей просто спокойно не жилось.

В ту ночь Сун Наньши, лелея прекрасную мечту проснуться и мгновенно получить две тысячи Камней духа, сладко уснула. Проснувшись, она по привычке открыла Систему Шарлатана, чтобы вытянуть предсказание. Перед гаданием она восемь раз вымыла руки и даже поспорила с учениками, вышедшими на утреннюю тренировку, за место с лучшим видом. Затем, собрав всю набожность, на какую только была способна, она взмолилась о счастливом прогнозе, который сулил бы ей несметное богатство.

Выпал чёрный прогноз. Сун Наньши присмотрелась.

«Сегодня, утро.

Благоприятно: твёрдо стоять на ногах.

Неблагоприятно: сказочно разбогатеть.

Нижний прогноз».

Слова «неблагоприятно сказочно разбогатеть» были выделены жирным шрифтом. Ей показалось, что эта Система Шарлатана издевается над ней. С мрачным лицом Сун Наньши закрыла окно гадания и холодно бросила:

— Средневековые суеверия!

С этими словами она яростно развернулась и ушла. Ученики, тренировавшиеся неподалёку, растерянно смотрели ей вслед.

— Я думал, эта младшая сестра-наставница — Гадатель? — неуверенно спросил кто-то. — Почему она тогда говорит про суеверия?

Сун Наньши была довольно известна в Ордене Безмерности. В конце концов, будучи ученицей Пика Орхидейного Озера, она не стала практиком меча, а пошла в ученики к тому старику с Пика Сокровенного Знания, у которого погибло тринадцать учеников, и стала Гадателем. Все считали, что у неё не все дома.

— Наверное, жалеет, что стала Гадателем, — со знанием дела ответил другой.

Тот, кто задал вопрос, покачал головой. Остальные тоже покачали головами. Бедная младшая сестра-наставница Сун.

Бедная Сун Наньши, едва вернувшись в свою Пещерную обитель, увидела, что её ждёт вторая наставница. В этот миг старшая сестра показалась ей тёплым весенним ветерком. Её две тысячи Камней духа явились.

— Младшая сестра, прости меня. Это я два года назад не позаботилась обо всём как следует, — виновато сказала Чжу Сю, увидев её.

«Зачем ты ищешь оправдания этому негодяю», — подумала Сун Наньши и тут же ответила:

— Это не вина старшей сестры, я…

Не успела она договорить, как Чжу Сю продолжила:

— …поэтому я добавила немного к твоему обычному жалованию, и в итоге получилось три тысячи Камней духа. Считай это извинением от старшей сестры.

Сун Наньши замолчала. Недосказанные слова застряли у неё в горле. Подняв глаза, она увидела, что её наставница буквально сияет аурой богачки.

— Надеюсь, младшая сестра не откажется, — искренне произнесла богачка.

— Как я могу отвергнуть доброту старшей сестры, — не менее искренне ответила Сун Наньши.

Сделка состоялась. Богачка была довольна. Сун Наньши была ещё довольнее. Атмосфера наполнилась дружелюбием и гармонией. Богачке показалось, что сегодня её младшая сестра стала куда сговорчивее. Такой шанс упускать нельзя. Она решила воспользоваться моментом и раскрыть истинную цель своего визита. И вот, пока Сун Наньши ещё наслаждалась ощущением Камней духа в руках, она услышала, как наставница, понизив голос, сказала:

— По правде говоря, старшая сестра пришла к тебе ещё по одному делу, в котором мне нужен твой совет.

— Старшая сестра, говори всё как есть! Младшая сестра расскажет всё, что знает! — тут же заверила её Сун Наньши.

— Так того ученика с Пика Саньцзю, который сбежал, в итоге нашли? — выпалила Чжу Сю на одном дыхании.

Сун Наньши замерла. Подняв голову, она встретилась с жаждущим взглядом наставницы. В левом глазу у неё читалось «сплетни», в правом — «слухи». Помолчав мгновение, Сун Наньши невозмутимо ответила:

— Не нашли. Но тот дядя-наставник разузнал нечто невероятное.

— Что же? — загорелась наставница.

— В племени той девушки из клана яо практикуется многомужество!

— Неужели?! — возбуждённо воскликнула наставница.

Сун Наньши выразительно посмотрела на неё. Наставница тут же сменила тон и осуждающе произнесла:

— Как такое возможно!

На лице Сун Наньши промелькнула едва заметная улыбка:

— И это ещё не всё. У той девушки из клана яо уже был муж, причём главный.

Наставница ахнула:

— А тот младший брат-ученик…

— Пошёл в наложники, — с тяжёлым сердцем закончила Сун Наньши.

Наставница на какое-то время лишилась дара речи от потрясения. Видя, что та не может прийти в себя, Сун Наньши решила пока заняться своими делами. Когда Чжу Сю очнулась от раздумий, она увидела, что её младшая сестра держит в руке чёрную нефритовую табличку и что-то вырезает на ней ножом. Благодаря хорошему зрению она разглядела иероглиф «Ли». А рядом — фигуру, состоящую из линий разной длины, но одинаковой толщины.

— Что это? — с любопытством спросила наставница.

— Это Ли, одна из восьми триграмм, — объяснила Сун Наньши.

Наставница ухватилась за ключевое слово:

— Восемь триграмм?

— …Не те, о которых ты подумала.

Наставница тоже поняла свою оплошность и смущённо улыбнулась:

— А этот узор…

— Эти линии называются Яо, — Сун Наньши погладила квадратный узор, состоящий из коротких и длинных черт. — А фигура, которую они образуют, — это диаграмма триграммы Ли. Это способ самозащиты для нас, Гадателей, — добавила она.

— А ты можешь мне показать? — с интересом спросила наставница. — Я никогда не сражалась с Гадателем.

Сун Наньши улыбнулась и вдруг произнесла:

— Ли — это огонь.

Едва слова слетели с её губ, как на чёрной нефритовой табличке вспыхнул тёмный огонёк, и в ладони Сун Наньши появилось пламя. Она легонько провела пальцем по диаграмме Яо на табличке, и пламя разгорелось сильнее. В глазах Чжу Сю промелькнуло удивление, но не более того. Ведь общеизвестно, что боевая мощь Гадателей невелика. Раньше, когда Сун Наньши участвовала в турнирах Ордена, никто не хотел с ней сражаться, боясь случайно убить. Сун Наньши к этому привыкла.

У Гадателей было шестьдесят четыре гексаграммы, которые происходили от восьми триграмм. Эти восемь триграмм также назывались Восемью дворцами. Цянь, Кань, Гэнь, Чжэнь, Сюнь, Ли, Кунь, Дуй. Небо, вода, гора, гром, ветер, огонь, земля, озеро. Одарённый Гадатель мог овладеть одной из триграмм и использовать её для самозащиты, а бесталанные могли лишь предсказывать судьбу. Сун Наньши была из одарённых, или, как говорил Старик Ши, ей просто сказочно повезло. С первого же дня обучения гаданию она обнаружила, что триграмма Ли ей необычайно близка. Ли — это огонь. Поэтому теперь она могла в любой момент играть с огнём (но это не точно).

Такие фокусы Гадателей вряд ли впечатлили бы практика меча, поэтому Сун Наньши погасила пламя Ли. В этот миг крохотная искра упала на магическое одеяние Чжу Сю. Спустя мгновение на дорогом одеянии, которое стоило целое состояние, появился отчётливый след ожога, словно оно было сделано из бумаги. Ни одна из них этого не заметила. Чжу Сю лишь смутно ощутила что-то неладное, но, поразмыслив, списала это на обманчивое чувство из-за незаживших ран. Поэтому она на глазах у Сун Наньши достала до боли знакомый флакон с лекарством. Как его можно было не узнать! Она сама закупила их оптом на барахолке по цене восемь штук за один Камень духа!

«Так это же то, что я вчера отдала этому никчёмному Учителю!»

Сун Наньши смотрела, как её наставница берёт приготовленное ею лекарство, высыпает две пилюли и проглатывает их. Она помолчала, а затем спокойно спросила:

— Старшая сестра, а что это за пилюли…

— Это Пилюли весеннего возрождения, — с улыбкой ответила наставница. — Учитель дал их мне, когда увидел, что я ранена. Очень эффективные.

«Спасибо за похвалу», — подумала Сун Наньши. В этот момент она наконец осознала, насколько никчёмным был её Учитель. Подняв глаза, она увидела, что на лице наставницы сияет довольная улыбка, словно этот флакон с пилюлями стоил всех её страданий. Сун Наньши знала, что сейчас наставница вряд ли испытывала к Учителю романтические чувства — она просто следовала за ним и хотела отплатить за доброту. Но это не мешало Сун Наньши считать своего Учителя полным ничтожеством! Как такой мерзавец может быть главным героем? Ему самое место в душераздирающей драме!

— Старшая сестра, я знаю одну похоронную контору у подножия горы, — искренне сказала она. — Недавно открылась, для живых при первом обращении скидка двадцать процентов.

— А?

— …Ничего.

Она спокойно достала свою алхимическую печь, решив поесть, чтобы успокоиться. Когда она подняла крышку, по комнате разнёсся аппетитный аромат еды. Она невозмутимо наложила себе полную миску. Не успела она съесть и двух ложек, как услышала потрясённый голос наставницы:

— Младшая сестра, ты что…

— Ем, — ответила Сун Наньши.

— Ты используешь алхимическую печь…

— Для готовки.

— А твой котёл для еды…

— Для алхимии.

Наставница замолчала. Сун Наньши долго не слышала ни звука. Спустя мгновение.

*Бум!*

Раздался громкий стук. Сун Наньши тут же обернулась и увидела, как Чжу Сю, закатив глаза, рухнула на пол. Сун Наньши обомлела! Что случилось? Даже если ты не одобряешь мою ересь — готовку в алхимической печи, — это же не повод падать в обморок! Или же… Взгляд Сун Наньши упал на флакон с лекарством, лежавший рядом с наставницей. Врачебная ошибка. У Сун Наньши потемнело в глазах.

В тот день многие в Ордене Безмерности видели, как маленькая Гадательница Сун Наньши, неся на руках свою потерявшую сознание наставницу, сломя голову мчалась в Лекарский зал.

…

В Лекарском зале. Сун Наньши сидела у двери кабинета, наблюдая, как внутрь спокойно вошёл молодой целитель. Через мгновение его лицо стало мрачнеть.

— Учитель, дядя-наставник, будьте добры, подойдите.

Внутрь вошли два целителя средних лет и принялись за осмотр. Они глубоко задумались.

— Дядюшка-наставник…

— Дедушка-наставник…

Целители средних лет позвали подмогу. Вошли несколько пожилых целителей. Снова осмотр. Пожилые целители начали чесать в затылках и переглядываться. Через некоторое время вся группа целителей, окружив Чжу Сю, в растерянности чесала затылки. Сердце Сун Наньши уходило в пятки.

Экспертный консилиум. «Всё, конец. Неужели я своим „эффектом бабочки“ угробила главную героиню?»

Пока Сун Наньши терзалась тревогой, из кабинета вышел целитель и с сокрушённым видом произнёс:

— У нас есть одна хорошая новость и одна плохая. Тебе какую…

— Плохую, — выпалила Сун Наньши.

— Плохая новость в том, что мы не можем определить причину обморока твоей наставницы. Мы бессильны.

— А хорошая? — слабым голосом спросила Сун Наньши.

Целитель застенчиво улыбнулся:

— Мы посовещались и единогласно решили назвать эту болезнь именем твоей наставницы!

Сун Наньши потеряла дар речи. Хорошая ли это новость, она не знала. Но чувствовала, что её только что полученных трёх тысяч Камней духа на возмещение ущерба может не хватить.