Препятствие

Хозяйский двор медленно заливался светом алого заката. Две фигуры от которых тянулись продолговатые тени, обменивались словами, стоя у дерева, размашистого и старого.

- Это ты научил кухарку высвобождать магию?

- Аиша... - призрительно щурясь пробурчал Тоя.

- Что? Отвечай на вопрос. - обидчиво вскинув руки и подергав носом, парировала кошка.

- Прекрати так ее называть. - он протер глаза и открыл рот в глубоком зевке. - Да я. В чем прблема то? - продолжил парень, заметив ее насточивость.

- Ну, если она истечет кровью, это будет вина того кто ее научил этому трюку.

- Погоди, что? Ты мне ничего не говорила об этом. - чуть повысив тон, обеспокоился Тоя. - мы можем умереть от этой техники высвобождения магии?

- Все я тебе говорила! Уши чистить надо! Это техника суто изгоев. Другим она не дается без последствий. Ну и рисков конечно же. Ты ведь и сам вкурсе откуда мы черпаем силы и почему обладаем той силой которой обладаем.

- Нужно как то убедить ее не использовать это в дальнейшем. - парень тутже зашагал ко входной двери.

- Та ну... Ты все еще заботишься об этой семейке фермеров? Завтра мы уже отчалим в путь. - фыркнув, сьязвила девушка.

- Эта семейка, дала мне больше тепла, чем вы за всю мою жизнь. - продавил он сквозь стиснутые зубы. Не оборачиваясь к ней он продолжил. - Думаешь я не понимаю почему ты тут, рядом? Почему обучаешь меня всему. Терпишь мои хотелки. Я знаю, что тебе противно мое существование. Ты изо всех сил рвешь задницу за старые ценности и цели изгоев. Но все, что получаешь в ответ, это задачу по вербовке капризного парня. Думаешь я тупой, да!? - Буквально закричал он, наконец обернушись.

Фигура девушки была покрытав тенью, не было различимых черт в лице или фигуре. Не понятно даже какого оно пола. Абсолютно черная, будто соткана из всепоглощающей тьмы гуманоидная фигура стояла неподвижно.

И было в ней нечто жуткое, она будто следила за парнем, всей своей сущностью, но ни члова не говорила.

Однако, парень не испытывал, ни страха, ни даже беспокойства. Лишь смутное сомнение в реальноси происходящего.

- Грозные слова для кого то с твоим характером, коротышка. - из-за спины Тои вышла Скарлет. Все та же скарлет, та же пусая глазница, теже следы запекшейся крови, гиматомы на голове и пожирающая метал ржавчина. Она накинула на голову капюшон, на затылке которого, парень видел четкий след от удара лезвия. Пронзенная ткань, залитая кровью, точно как на трупе той девушки с ночного проишествия.

- Я снова тут. - оглядываясь, он бросал взгляд на свои ладони.

- Что значит снова? Ты всегда тут. Просто не всегда понимаешь это.

- Я не видел тебя с самой осады. Я опять имираю? Будешь зазывать меня к смерти? - строго и прямо спросил он.

- Будь проще, разве мне есть дело до этого? - секунду пмолчам под взором парня, совесть закатила глаза. - Ну да, мне есть дело. Но сейчас то все нормально. Ты не умираешь, просто спишь. Это твой сон.

- А ты зачем пришла сюда? - словно прогоняя продолжал парень.

- Я пришла? Да это ты постаянно меняешь тут окружение когда тебе вздумается. Я всего лишь живу в этих реалиях. - ОБлокотившись об темную фигуру, она продолжила. - Кстати, с ней вы видтесь впервые, это твой асистент в мышлении, если тебе нужна помощь в составлении плана или репетиции разговоора в твоей голове, это все делает она. Крутая, правда?

Парень неуверенно помахадл ей рукой, слегка пригнувшись, что бы головы были на одном уровне, пока он в нее вглядывается.

- Идиот, она тебе ничего не ответит. Если ты начнешь размышление, она сама примется на контакт и поможет. Кстати, ее внешность зависит от твоих мыслей. - подергивая броней и лукаво улыбаясь продолжала совесть. - Я знаю тебя лучше всех. Мелкий пошлый ребенок. Вот кто ты.

- Ты мне не нравишься. Всегда слишком складно говоришь. - скрестив руки, парень покачал головой, сместив вес на другую ногу.

- Совесть на то и совесть, что не должна нравиться. - колко подметила она.

---

Из дома раздался грохот, будто там бегал дикий кабан, переворачивая все.

- Опять он... - раздраженно перевела взгляд на темную фигуру совесть.

Взор Тои упал на входную дверь с недоверием, которая в тот же миг распахнулась с такой скоростью, что ударившись о стену крепление дверной ручки словалось.

- Задолбала эта ферма, можешь фантазировать об открытом поле, нет!? - разьяренно указывая на парня рукой, закричал гость.

Он выглядел как воин в доспехах, покрытый густой и непроглядной аурой, что сочится из недр его души, задымляя всю фигуру. Внешне напоминающий самурайский доспех, примерно одного с Тоей роста. Он словно был покрыт черным огнем, неспособным опалить и крупицы от него самого.

Голос фигуры, на удивление звучал как у подростка, высокая и бесящая нота, режущая барабанные перепонки осколком стекла.

Придерживая ножны с самурайским, офицерским мечем и ножем танто, он шагнул вперед. Приятный шелест листов брони, переливающийся с шарканьем подошв его дзори, на деревянном крыльце, были благословением, по сравнению с голосом их хозяина.

Обсолютно черный, переливающийся белыми пылинками, будто сотканный из ауры, он остановился перед виновником его негодования.

- Я спас твою задницу от смерти, а ты даже не можешь дать мне спокойно проводить досуг! Тут в отличии от твоег вненего мира заняться особо нечем. Одни и те же придурки слоняют вокруг и мешат послушать тишину! Разве я о многом прошу!? - Его белые глаза ярко светились источая негодование в своей глубине.

- Кто сказал, что я не благодарен? И вообще, за что мне тебя благодорить? Ворвался, нашумел и вынудил отдать контроль над телом. Ты тут первый хам, никто кроме тебя не ведет себя так нагло и дико.

- Заткнись немедля! Я куда сильнее и полезнее тебя для этого тела. Ты похор а не хозяин! Тебя стоило бы заковать в цепях и запереть, как это было со мной до недавних пор!

- Так и вали обратно! Там ведь тебе никто не мешал наслаждаться тишиной.

Перепалку перебил громкий гулл. Будто некий исполин кричал от неутолимого голода. Рев рвал пространство, будто поток из серии ударов ветром, лбрушился на уши присутствующих. Черный самурай поумерял свой пыл и стал покорнее.

- Чего это ты притих? Боишься того гулла? Не забыл что это все мои владения? Тут нам ничего не угрожает. - с ноткой язвенности, Тоя дразнил собеседника.

- Ты еще не видел его. Он просто странный, понимаешь? Он меня напрягает.

- Он дело говорит. - стала его поддерживать совесть. - Этот сукин сын непонятно откуда взялся и за что он, вообще, отвечает в твоей голове. Еще и стремный как смерть.

- Себя то видела? - поддел ее самурай.

- А ты то что... Сам себя видел? Непонятно вообще, толи ты горишь, толи что. Довольно странная внешность для потенциала.

- Заткнись. Я лучший потенциал во всем мире! - гордовито подняв подбородок, парировал самурай.

Очередной рев вновь перебил их дискусии. На этот раз, кожа Тои покрылась мурашками на руках. А по ее поверхности прошел легкий мороз.

Окружение стало меняться. То, что было фермерским, до боли знакомым домом, стало поглощаться землей. Каждая частица фермы вокруг, стала уходить под грунт и покрываться высокой травой, ростущей за секунды. Лишь дерево, рядом с которым они стояли оставалось на своем месте. Раскидистые ветви, пестрили желтеющими и розовеющими листьями, колышущиеся на ветру.

В дали, у самого горизонта все вновь перекрыто густой, лесной полосой из хвойных, в перемешку с лиственными деревьев. А позади них, все тот же, серый и непроглядный туман. Будто холодное покрывало, которое невозможно согреть.

- Тебе стоит разобраться в этом, раз уж ты тут. - начал вдруг облеченный в доспех. - Ты тут главный, как ни как.

- Ты боишься этого звука? Ты же уничтожил сотни кристальных солдат когда взял контроль над телом. Разве ты можешь чего то пояться? - колко подмечал хозяин тела.

- Ха-ха! Он то? - вдруг вскрикнула совесть, указывая пальцем на стоящего в стороне самурая. Тот очевидно замялся и стал водить глазами в стороне, будто не слушая их разговор. - Как только ты отключился, он скорчил такую рожу, будто был шокирован. Очевидно что не он сделал все то, что спасло тебя в той бойне и привело к победе твоих союзников. Лично я думала, что это ты каким то чудом открыл в себе те силы и так яростно сражался. Мы можем наблюдать за всем, что ты делаешь... Абсолютно что угодно, хах.

- Не смешно. - парировал Тоя.

- Ну, раз уж это был не ты, то кто? Ведь когда ты тут без сознания, обычно ты там. Ах да, ты ведь еще был одновременно без сознания и тут и там. Мне казалось это последствия того что произошло на поле брани. Может ты просто забыл, что ты делал? Такое ведь бывает.

- Что то, ты больно разговорчивая. Еще и не судишь меня за ошибки.

- А ты больно смелый. В тот раз ты так легко поддался на уговоры. Как ребенок, ей богу. - язвительно отпарировала собеседница.

- Разговариваю со своей совестью, надо же... - пробурчал он себе под нос, направляясь в сторону звука, раздвигая высокую траву руками.

---

Путь через траву давался не легко. Чем дальше он заходит, тем сложнее гнется стебель. Каждый шаг дается не просто. Растения словно дезвия, режет кожу, оставляя тонкие, жгучие порезы, которые невозможно игнорировать, как только кожа в этом месте разлипнет.

Десятки, а может и сотни минут пути. Именно так ощущал себе эту борьбу с травой парень.

В очередной раз, вытянув голую стопу из тягучей травы, что оплетала его и не хотела пускать. Из стопы во всех местах сочилась кровь, стекая на траву.

Казалость бы, вполне ожидаемое событие. Изрезать ногу об траву, что впивается в кожу. Однака, эти раны, в отличии от предыдущих болели. Как будто мелкий, едки порошок попал на рану, они зудели, хотелось чесать эти раны и избавиться от чувства, что замутняет сознание.

- Я же не должен испытывать тут боль... - смутно пронеслось в его сознании.

По позвоночнику, между лопаток пронеслась дрожь. Будто многоножка встрахе бежала прочь, выбрав его спину как путь к отступлению.

На спине был отчетливый холод, и стекающий по ней пот, лишь прибавлял неприятных ощущений. Ужасное ощущение, будто на шею кинули толстую удавку и вот вот начнут затягивать концы.

Появился необьяснимый страх перед дальнейшим путем. Будто чем дальше ты заходишь, тем больше отдаляешься от безопасного, внутреннего мира.

Внезапный звук рвущейся плоти, пробил парня, будто удар, попавший в висок. В направлении откуда пришел звук, вскоре показался и его источник.

Из травы виднелась голова животного. Огромная. Черная. Затылок не давал особых подсказок, но небольшие кгруглые уши, подталкивали к мысли о том, что это медвель. Гигантский медведь.

Фигура зверя приподнялась, стали видны ее лопатки и лапы. Масивная, широкая спина, покрытая все той же черной шерстью. Он тяну головой верх, звук рвущейся плоти пронзал пространство. Зверь трапезничал.

Масивные лапы, лежали на груди зверя, когда он стоял на задних лапах. Воистину гигант. Зверь даже не замечал присутствие постороннего.

Мощная, пугающая аура чувствовалась в воздухе и задерживалась тяжелым комом в горле.

Оцепеняющий холод окутал героя. Сердце сжалось аж до боли в висках. Мышцы слабли под весом тела и она упал на задницу, слегка примнув жоскую раву. И, в тот миг, даже не почувствовал боль от новых порезов, лишь обжигающтй холод по спине, переливающийся с нотками удовольствия. Да так сильно, что перед глазами круги пошли. Грудь сдавилась, но воздух из легких не выходил. Казалось он вот вот взорвется изнутри.

Внезапно, парень почувствовал как его ногу схватили. Взглянув на нее, стало очевидно происходящее. Под травой нет грунта. Она облетает его ногу и тянет в свою пучину. В темные и холодные харосли.

Комок в горле не давал сделать и вдоха. Спавшее оцепенение, позволило дать отпор происходяшему. Опираясь на все ту же траву руками Тоя тянул со всех сил, отталкиваясь свободной ногой о любую поверхность.

Глаза заливались потом, будто он вынырнул на пверхность воды, а ее остатки стекают вниз, по его лицу. Чувствовалась каждая мышца спины и рук в болючей борьбе с неизвестным.

На секунду, в голове мелькнула мысль об ампутации конечности, что не поддавалась спасению. Это вывело его из напряженного состояния.

В тот же миг, эффект адренали спал и жгучая боль прокатилась по всему его телу, исключая лишь кисти и стопы. Те преддательски морзли, покрытые сообственной кровью. Дикая усталость окутала его веки. Плечи размякли, хоть руки и продолжали пытаться дать отпор. Ноги зазудели от количества порезов, что омывали их кровавым, пузырящимся бульеном.

Уже втретий раз, как наш герой в сознании слышит тот самый рев. Голодный, гулкий. Чувствуется как он пронзает пространство. То как он рвет небо на клочья, то как он гонет ветер, то как воздух наполняется едким запахом гнили. Будто сама смерть всматривается в тебя.

От силы рева вся высочеющая трава приминается. Деревья в далеке гнуться, будто вот вот, всем хором упадут, обножая корни, таившиеся в земле, уже много лет. Туман, таящийся за ними бурлили, словно юшка на костре. Хаотично и непредсказуемо.

От потока ветра, парня тянуло назад. Но цепкий оплет травы не отпускал. Будто до боли знакомая с детства плеть, впивающаяся в руку мвленького парнишки и оставляющая жгучие царапины и ссадины на спине.

Коленная чашечка гуляла, будто нога вот вот развлится, оставив парня инвалидом. Кровь слетаяла с его ран, все так же не заживленных.

Чего Тоя уж точно не ожидал, так это на последок увидеть камень. Здоровенный булыжник в десятке сантиметров от лица. Летящий на огромной скорости, точно в физиономию парня.

---

Удар был оглушающей мощи. Да так, что и в памяти отразился лишь звон внутри черепной коробки, и хруст в области носа.

Приглушенные слова доносились до его уха. Немеющая боль плотным слоем облягала лицо.

Стркдом рассталкивая веки, к парню постепенно возвращался слух. Мутные формы становились словами, а непрекращающиеся шумы обращались в сторонние звуки.

Темное помещение - первое, что промелькнуло в голове. Его тело трясли, но кто? Этот вопрос интересовал его в первую очередь. Ни боль, ни слабость, а слепой интерес к происходящему.

Едва способный напрягаться, он он поднял голову, которая тряслась, словно лист на ветру. Чуствуется каждый позвонок.

Перед его глазами, в постепенно исчезающей, мутной пленке показались знакомые очертания кошачьей головы и блеск глаз в приглушенном свету.

- Проснись, черт возьми! - это были первые четкие слова, что он услышал. А пощечина после, пробудила его сознание окончательно.

- А... - все что он смог выдавить из себя. Как бы он не пытался, не получалось произнести и звука. Горло горело, и лицо постепенно теряло онемение, сменяясь жгучей как кипяток на голую кожу болью. Отдаленно напоминаюшей обморожение.

- Что с тобой происходит? - почти крича повторяла девушка, не прекращая попытки привести его в сознание.

- Что вы делаете? - поднявшись на локтях интересовался Марк, поджигая мяслянную лампу.

Тусклого света было достаточно, для того что бы узреть причину сматохи.

В старом, используещемся как сеновал амбаре расположились гери в эту ночь.

Покрывало, коим был укрыт Тоя, проступало свежтими пятнами крови. Ткань под ним впитала ее большую часть. Крови много, хоть и не смертельно. Было видно его руки, с застывшей на них кровью, сочащейся из ран.

В отдаленном углу послышался голос Гаамона.

- Что у вас случилось? К чему все эти крики?

Сюда же подключились и Алиса с Руди.

- Ая! Что у вас случилось? - спучскаясь по лестнице лепетала девушка подруге. за ней следом, осторожно, спиной вперед сползал мальченка с растормошенными от сна волосами изаспанным лицом.

- Помоги мне! - обеспокоенно приказала Аиша, отпуская безконтрольное тело парня. Тот упал и лишь слегка покорчил лицо, не издавая и стона.

Его лицо было также искареженно. На носу была ттрещина в месте стыка хряща и ксоти черепа. Из него по всему лицу растекшаяся кровь, затекавшая на глаза, что видно по сухим следам крови.

- Какого чрена!? - вслух выругался Маркиз.

- Я позову Генриха. - Убегая обронила Алиса.

Окровавленный лежал сопя носом. Боли больше не было, раны наконец затянулись.

---