Я хочу ответить
[Что же мне делать?]
Митиру подумала, что, пожалуй, стоит просто следовать тому, что было написано на листе. Поэтому этим утром она решила справиться сама.
Обычно именно Морисита определяла, какие вопросы задавать и каким будет материал. А Митире оставалось лишь носить вещи, собирать материалы и выполнять мелкие поручения, как и во время прежних командировок. Так изначально и должно было быть.
[Но ведь это я сама решила взяться за это…ах, как я могла забыть…]
Митира была уверена, что, если она честно признается Камидзэмори, он будет в ужасе. И всё же сказать это было необходимо.
«Эм…»
Сердце бешено колотилось. Ей казалось, что стоит открыть рот, и оно выскочит наружу.
[Я забыла документы…Может, позвонить Морисите? Или поручить всё главному редактору?]
Митира колебалась, перебирая в голове слова, которые хотела произнести, и сомневаясь, стоит ли вообще их говорить.
«Почему ты здесь?»
Вдруг ей послышался голос матери, словно из сна.
[Я хочу поручить это тебе.]
Именно так сказал Камидзэмори этим утром.
[Он дал ей шанс, о котором она мечтала. Позволил делать всё так, как она сама считает нужным. Сказал, что проверит результат и что ничего страшного не случится, даже если возникнут ошибки.]
[Если так…Митиру хотела воспользоваться этим шансом. Хотела понемногу оправдать его ожидания.]
Именно поэтому она была здесь.
Митира тихо, глубоко вдохнула и подняла взгляд вперёд. Затем включила запись на диктофоне.
«Прошу прощения…давайте начнём с…»
[Но…о чём ей спрашивать?]
Слова тут же застряли.
[Митира ведь не была писателем. Она всегда была лишь помощницей. Никогда раньше не проводила интервью.]
Она поспешно перевела взгляд в сторону.
[Кажется…она занимается вышивкой сашико и делает разные мелочи…]
На столе перед ней лежали образцы - мягких оттенков сапожки и подставки. Чистые, необычные цвета…они напоминали…
«Все эти работы выполнены в традиционной технике, но при этом в них чувствуется что-то скандинавское…словно из зарубежной детской книжки.»
Митира невольно произнесла это вслух.
Мастерица улыбнулась её случайному замечанию.
«Да, всё верно. Изначально я использовала старинные узоры, но хотела сделать их более близкими для молодёжи. И однажды, читая племяннице книжку про медвежат, я заметила интересное сочетание цветов.»
«Это была книга из серии “Крошечные медведи”?»
«Да! Вы её знаете?»
«Там очень красивые лоскутные узоры, и цвета переданы просто замечательно.»
«Я не могла найти нужные оттенки среди готовых нитей, поэтому много раз перекрашивала их сама…»
Стоило разговору начаться, как напряжение исчезло.
В приятной атмосфере беседа продлилась немного дольше запланированного, и первое интервью Митири подошло к концу.
***
После этого ей удалось связаться с Мориситой.
Оказалось, писатель, с которым потеряли связь, приехал не на ту станцию, и Морисита предупредили о задержке. Но она была в больнице и не заметила сообщение. К тому же номер телефона, указанный у Митире, оказался неверным, поэтому связаться ни с кем не удалось.
Митира встретилась с незадачливым писателем у станции рядом со вторым местом интервью, и дальше всё прошло без проблем.
***
Когда солнце уже село, фотограф и писатель ушли, и они остались вдвоём, Камидзэмори наконец убрал свою привычную внешнюю улыбку.
«Я слышал, тебе нравятся детские книги…но, похоже, и книжки с картинками тоже?»
«Это вроде бы книжки с картинками, но в оригинале они считаются детской литературой. Зарубежные детские книги часто отражают политику и войны своей страны…в них сильный посыл…»
Встретившись с его спокойным взглядом, Митира вдруг осеклась.
Ей стало неловко, она поняла, что Камидзэмори, скорее всего, это неинтересно.
«Простите…вам ведь неинтересны такие темы, да?»
Для Митире детские книги и иллюстрированные истории оставались увлекательными в любом возрасте.
[Но для большинства взрослых это было просто «что-то для детей».]
[Она знала: сколько ни говори, что такие книги интересны и взрослым, это звучит глупо в глазах тех, кому это неинтересно.]
Поэтому она извинилась.
Камидзэмори слегка наклонил голову, будто не понял.
«Почему?»
«Ну…»
«Не стоит решать за меня, что мне неинтересно.»
«То есть…вам было интересно?»
«Раньше – нет.»
Митира уже собиралась сказать «понятно», но вдруг переспросила:
«Раньше?»
[Если подумать, Камидзэмори действительно посмотрел тот фильм, который она когда-то настойчиво ему советовала.]
[Он не говорил впустую.]
[Именно поэтому его слова звучали так неожиданно.]
[Он не был человеком, который говорит то, чего не думает.]
«Раньше - да. Но пару минут назад…когда я смотрел, как ты с таким увлечением говоришь…мне стало немного…любопытно.»
«Это…»
[Он просто из вежливости?]
Митира едва не спросила это, но вовремя прикусила язык.
[Сейчас он не «парень напрокат», а её начальник. У него нет причин поднимать ей настроение.]
[Да и Камидзэмори не из тех, кто заботится о подчинённых.]
Она вдруг поняла, что их отношения теперь совсем другие.
[Значит…]
«…Не улыбайся так внезапно.»
«Хе-хе…простите…»
Слова Камидзэмори, сказанные с лёгким недоумением, её совсем не задели.
Она и сама не понимала почему, но улыбка не сходила с её лица.
«Я потом пришлю вам список моих любимых книжек с картинками.»
«Буду ждать.»
Митира поняла, что та невидимая стена, что была между ними утром, исчезла.
…По крайней мере, до тех пор, пока они не добрались до места ночёвки после ужина.
***
Примечание:
Сашико - это традиционная японская техника вышивки.