Глава 20: Почему ты так добр ко мне?

Флой слабо поднялась на ноги.

Она огляделась, осознав, что вокруг тьма, и потянулась к полоскам ткани, обмотанным вокруг лица. Затем замолчала.

Чэнь Лунь медленно подошёл и помахал рукой перед её лицом.

— Больше не видишь, да… Ну, твои глаза ведь были повреждены.

Он опёрся локтем на колено и подпер подбородок, задумчиво глядя на монахиню, сидящую на краю кровати. Несмотря на юность и мешковатую робу, в ней уже проглядывали черты властной фигуры из прошлой жизни.

Учитывая её нынешнее расположение ко мне, думаю, зайти дальше не будет проблемой…

— Ты пялишься на меня, потому что хочешь сделать что-то постыдное?

Флой покачала головой и подняла лицо к Чэнь Луню, глядя прямо на него.

— Э… Я думал, ты не видишь?

Чэнь Лунь вздрогнул. Неужели она разгадала его мысли?

— Я слепа, но не лишена восприятия.

Флой поправила волосы, убирая растрёпанные светло-золотые пряди за ухо.

— Оно дало мне обострённые чувства; я не вижу, но ощущаю.

"Оно" в её словах явно означало "Избегающее солнца растение".

Чэнь Лунь закатил глаза.

— Надо было сразу сказать. Я собирался купить тебе новую одежду. Позже можешь сама пойти и выбрать что хочешь.

— Новая одежда…?

Флой выглядела озадаченной. Он пялился на неё ради одежды?

Чэнь Лунь подвинул стул и сел у кровати.

— Хочешь и дальше шататься в робе церкви Красного Яблока? Тогда, боюсь, они нас никогда не найдут!

Он поднёс к носу свою льняную рубаху и втянул воздух; резкий запах пота чуть не сбил его с ног.

— Мне тоже надо сменить одежду. В гостинице есть баня. После еды отведу тебя туда.

Флой тихо "смотрела" на него и через некоторое время мягко сказала:

— Спасибо.

…

Еда от хозяйки оказалась неплохой.

Возможно, из-за щедрости Чэнь Луня им подали не просто хлеб и воду, а два больших куска жареного ягнёнка и горшок тушёного мяса.

Насытившись, Чэнь Лунь повёл Флой вниз.

Баня находилась в отдельном одноэтажном здании сбоку от гостиницы.

В нём всё же было немного от джентльменства, и он не отправил слепую девушку за одеждой одну.

Проводив Флой в баню, Чэнь Лунь прошёлся по магазинам поблизости. Он купил несколько готовых нарядов в лавке портного, а также обувь, рюкзак и прочие мелочи, которые могли пригодиться.

Аккуратно сложив одежду для Флой, он оставил её у двери, придавив парой женских кожаных туфель, и сам пошёл освежиться в бане.

Выйдя, он увидел Флой в длинном чёрном платье, ждущую его снаружи.

На закате её светло-золотые волосы развевались на ветру, а вокруг лица была завязана чёрная шёлковая лента — то, что Чэнь Лунь незаметно прихватил у портнихи, пока та не смотрела.

— Неплохо, выглядит хорошо, — заметил Чэнь Лунь.

Не просто хорошо — впечатляюще. Он недооценил её. Его промах.

Флой удивилась.

— Правда?

С тех пор как её продали в церковь Красного Яблока, она не носила красивой одежды, всегда будучи в монашеской робе.

Но вскоре её тон стал тише.

— Жаль, что я не могу это увидеть.

Чэнь Лунь тихо вздохнул.

— Возможно, в будущем у тебя будет шанс восстановить зрение… Раз ты знаешь о трасцендентах, должна понимать, что Мистическое Царство открывает множество возможностей. Вернуть зрение — не совсем несбыточная мечта.

Флой, похоже, убедили его слова, и на её чистом лице появилась улыбка.

— Ничего страшного; оно сказало, что мне осталось недолго…

Она медленно раскинула руки, позволяя ветру всколыхнуть ее волосы.

Чэнь Лунь видел — её радость была искренней.

— Но даже месяц-два свободы делают меня счастливой, и вижу я или нет — уже не так важно.

Чэнь Лунь покачал головой.

— Не волнуйся, я не дам тебе умереть.

Флой замерла, опустила руки и медленно подошла к Чэнь Луню.

— Почему… почему ты так добр ко мне?

— Кажется, я ничего не сделала, чтобы заслужить твои жертвы.

— Э…

Чэнь Лунь растерялся.

Он не мог сказать, что видел её трагическое будущее, и, чтобы не дать ей стать злодейским боссом, которого церковь позже пошлёт за ним, ему пришлось переписать её судьбу.

Конечно, у Чэнь Луня был и другой мотив.

Флой была невероятно популярна, и, возможно, после прихода игроков она могла бы стать его "лицом с обложки".

Но уж точно не из-за наград скрытого квеста A-ранга…

Я, Чэнь Лунь, простой, добросердечный и справедливый человек!

— Флой… ты напоминаешь мне мою сестру, — искренне сказал он.

Флой слегка опешила, но, кажется, поверила.

Она опустила голову, сжав губы, и прошептала эфирным голосом:

— Спасибо… Кроме моего брата, никто не был ко мне так добр.

…

Поздней ночью в небе высоко висела Пурпурная Луна.

Монах из Стёртона спешил к неприметной квартире.

Он колебался, делая несколько шагов туда-сюда, постоянно вытирая пот со лба.

— Хоть я и доложил епископу, он далеко, в Янтарном городе… Пройдёт время, прежде чем он прибудет.

Толстый монах оглянулся.

Это был центр Изумрудного городка, обстановка чуть лучше, на пустых улицах изредка мелькали стражи с фонарями.

Убедившись, что никто не смотрит, он засунул письмо в почтовый ящик за оградой и ушёл.

— На всякий случай надо сообщить и в Убежище, пусть начнут облаву вокруг города.

Стёртон ускорил шаг, будто за ним гналось что-то страшное.

— Тот, кто убил отца Картера и разгромил тюрьму в яблоневом саду, скорее всего, прячется в городе. Роза, не дай мне с ним столкнуться.

На поверхности в Изумрудном городке было три сверхъестественные силы: церковь Красного Яблока, церковь Луны и официальная имперская организация — Убежище.

Из-за плохих отношений между церквями, без своего епископа Стёртон решил обратиться к нейтральному Убежищу.

Донести на своих собратьев было неловко, но Стёртону было наплевать.

Даже если это позор для церкви Красного Яблока, это ничто по сравнению с его драгоценной жизнью.

Пройдя несколько кварталов, он вернулся к церкви Красного Яблока на западной стороне города.

Вдруг он заметил фигуру, спотыкающуюся и падающую у ворот церкви.

— Хаф… Хаф…

Фигура рухнула на землю, тяжело дыша, явно страдая от боли.

Стёртон осторожно приблизился.

Вскоре он понял, что это просто пьяница.

Облегчённо выдохнув, он тихо выругался.

Когда он собрался перешагнуть через него и войти, пьяница вдруг окликнул:

— Погодите… погодите минутку!

— Если хочешь помощи Розы и послушать госпожино евангелие, приходи завтра пораньше и становись в очередь, — нетерпеливо бросил Стёртон, собираясь уйти.

— Не уходите!

Пьяница схватил его за робу.

Толстый монах нахмурился и брезгливо стряхнул его руку.

— Прочь! Проклятый пьяница! Ещё раз, и я позову стражей церкви, чтобы тебя заперли!

— Господин монах! Я… я должен доложить!

Пьяница поднял голову — это был старый Хэм, буянивший днём в "Гостинице Кривого Клинка". Теперь он обливался потом, лицо почернело, голос дрожал, будто его поразила странная хворь.

— Он… он похитил монахиню из вашей церкви… прямо в…

Не успев договорить, Хэм закричал.

Сразу после он рухнул, изрыгнув чёрную желчь, и умер на месте.

Стёртон вздрогнул и, присмотревшись, понял — тот был отравлен!

— Неужели это предупреждение от того трасцендента!? — в ужасе предположил он.

— Надо срочно созвать всех стражей церкви снаружи!

Он развернулся и побежал к церкви, спотыкаясь и чуть не врезавшись головой в Великие Врата.