Разве я — не лучше?

Лекционная аудитория, наполненная нашим курсом, после перерыва притихла. На кафедру вошел человек с высеченным из гранита лицом — декан факультета медицины, уважаемый профессор Ямаока Акира. Постучав по микрофону и дождавшись тишины, когда стало слышно даже дыхание Сакуры, сидящей рядом со мной, он начал размеренно говорить, придавая каждому слову вес:

— Коллеги, наш университет объявляет олимпиаду на знание практических и теоретических навыков оказания медицинской помощи. Скажу сразу, этот конкурс не для всех, с ним справятся лишь продвинутые студенты, изучающие материал сверх необходимого.

Мы с Сакурой невольно переглянулись. Учитывая, что почти всё время, кроме готовки и моих репетиций, мы сидели за учебниками, это мог быть неплохой способ проверить себя.

— Первое место отправится на предстоящем летнем перерыве между семестрами на специальную профессорскую стажировку под опеку ведущих специалистов университетского госпиталя, — продолжил декан.

По аудитории покатился возбужденный гул. Это мог быть шанс заявить о себе, не только повысить навыки и увидеть кухню изнутри до самых корней, но и завести полезные для будущего знакомства.

— Условия, — декан поднял палец, заставив всех снова замолчать. — Стажировку получат двое. Команда. Мы будем оценивать не только ваши академические баллы. Нас интересует синергия, способность работать в связке под давлением, прикрывать друг друга и находить решения в смоделированных клинических кейсах. Кроме того, победившая пара получит рекомендательные письма и дополнительные баллы для ординатуры.

Ледяная стрела амбиций и азарта пронзила меня. Это было идеально. И одновременно страшно. Конечно, в качестве партнера сразу возникла Сакура перед глазами, но…

Синергия? С ней?

Это не было ли слишком? Да, мы живем вместе, спим в одной кровати, делим быт и странные моменты единения. Мне было не по себе не оттого, что я не хотел быть с ней в связке. Мне не хотелось добавлять к нашей динамике еще и многочасовые тренировки, стресс от соревнования, необходимость быть отлаженным механизмом, потому что я боялся разрушить хрупкое равновесие, которое мы обрели за эти месяцы.

Нужен был кто-то нейтральный. Без багажа за спиной.

В голове пронеслись несколько вариантов, пока я не остановился на Накахаре Ами. Я глянул на неё через несколько рядов. Она, как всегда, сидела ровно, белокурая красавица, прилежная и старательная до тошноты. Она отлично подходила мне в пару. Но уже после пары минут мысленной репетиции, вспомнив, как она паникует, когда не знает ответа на вопрос и сыпется, я скорее потрачу больше времени на её поддержку, чем на решение кейсов. Конечно, это было лишь предположение, но рисковать я не мог, на кону стояло слишком много. Мне не хватит огня Ами. У неё нет стержня. Того, что есть у неё. Сакура смотрела куда-то сквозь ряды, видимо, тоже выбирающая себе партнера. И на доли секунды я испугался, что найдется кто-то лучше меня…

От лица Сакуры

Весь оставшийся день я выбирала себе партнера, смотря, как Харуто то и дело поглядывает на Накахару-сан. Самым подходящим мне показался Нанасэ Соута. Его имя всегда красовалось на первых строчках рейтинга, когда мы с Харуто немного до десятки не дотягивали. Его аналитический ум был легендой курса еще со школьной скамьи, дважды признаваемый некоторыми новостными изданиями «самым умным старшеклассником Японии». С ним можно было бы выстроить идеальный рациональный план.

Но всякий раз, когда я представляла нестандартную ситуацию, мне казалось, что он даже не послушает меня. Не любящий работать в команде даже на семинарских занятиях, он не стал бы спорить, а просто сделал, как хочет сам. Потому что для него я была бы скорее обузой к его интеллекту, чем партнером. В его мире не было той самой интуиции, внутреннего чутья к пациенту, которое заставляло иногда уходить от отточенного алгоритма. И даже если мы бы выиграли, то провести стажировку с парнем, который всегда был в режиме «Я умнее», вызывало лишь усталость, чем чувство триумфа. В нем не было эмпатии, как в Харуто.

До ужина мы с Харуто едва ли обменялись парой наших привычных дразнилок. Как два штормовых фронта, мы стояли за мраморным островом, готовя ужин, а воздух так и трещал от напряжения. Из-за этого кухня, которая стала символом тихих вечеров, превратилась в полигон для холодной войны. Харуто стучал ножом по доске, шинкуя капусту для окономияки с неестественной математической точностью.

Взбивая в миске яйца, я заговорила первой:

— Харуто, если ты так и будешь резать, как мишленовский повар, от капусты только пыль и останется. У тебя что, личные счеты с овощами? Или ты пытаешься отвлечься от мысли о своей ненаглядной Накахаре-сан?

Да, я не горжусь тем, что кольнула его в больное место, но, кажется, я попала в точку.

Харуто поднял на меня недобрый взгляд, отложив нож, положил обе руки на столешницу и ухмыльнулся:

— По крайней мере, Накахара-сан будет вести себя подобающе, — ответил он холодно. — И не станет спорить, какая специя больше подходит к этой котлете или какой алгоритм выбрать для практики.

— О, как же, — фыркнула я, с силой ставя миску на стол. — Она так ценит структуру, что, боюсь, расплачется при первом же вопросе, который отходит от билета. Слёзы — это ведь так подобающе, не так ли? Куда лучше, чем отстоять свою точку зрения.

— Свою точку зрения? Конечно, ведь Нанасэ-кун, которого ты бурила сегодня взглядом, так и послушает тебя. Он же славится тем, что считается с чужими идеями, — голос Харуто приобрел опасную резкость. — С его гениальным интеллектом он «оценит» твою безупречную помощь, как же. Может, даже не посчитает тебя бесполезным придатком.

Мы оба замолчали, тяжело дыша. Слова, брошенные как ножи, повисли в воздухе. Мы спорили не о методиках. Мы рисовали картины предательства другими людьми, а в каждой этой картине невнятно звучал один и тот же вопрос: «Разве я не лучше?»

Гнев, кипевший на поверхности, сменился неловкой пустотой. Потому что под прикрытием нападок на Нанасэ-куна и Накахару-сан мы по сути перечислили всё, что ценили друг в друге. Мы просто не хотели осознавать, что стали идеальными партнерами друг другу.

Харуто первым отвел глаза, снова принявшись за окономияки, но теперь его движения были лишены агрессии.

— Выходит, партнер? — осторожно спросила я, протянув ему лопатку.

— Партнер, — тихо ответил Харуто, улыбнувшись. — Предупреди заранее, когда решишь подвести меня.

— Не дождешься, идиот, — фыркнула я, взявшись за гарнир.

На следующий день мы подали формуляр с нашими именами декану.

А из-за ссоры окономияки слегка подгорели.

Всем привет! Это Микаэль. Спасибо, что читаете! Поставьте сердечко, если понравилось, и звездочки на тайтл. Также, пожалуйста, дайте обратную связь, как вам больше нравится: более длинные главы, которые пишутся дольше, или более короткие главы, но чаще выходящие? Для справки, предыдущая глава была в 2 раза больше. Стараюсь для вас, друзья. Всех обнял.