Придорожные дуэли этого мира

В этом мире есть области, где стоит лишь встретиться с кем-то взглядом — и тут же начинается бой.
Если уж начистоту, этот мир мало чем от них отличается.
Никогда не знаешь, когда и где внезапно начнётся дуэль.
Конечно, от неё можно отказаться.
Если это не тёмная дуэль, то спокойно откажешься — и никаких проблем.
И всё же среди дуэлянтов этого мира подавляющее большинство предпочитает принимать вызов, а не уклоняться. Так уж здесь заведено.

— Эй, ты там! Вызываю тебя на дуэль!

Обернувшись на этот внезапный оклик, я увидел знакомую фигуру самурая.
Похоже, он, крикнув мне со спины, сперва не понял, кто перед ним.

— А, Футаро. Что ты здесь делаешь?

— Так это вы, хозяин! Прошу прощения, я не сразу понял!

— Да ничего, всё в порядке, — ответил я.

Это вполне объяснимо.
В этом мире у людей зачастую довольно приметные причёски.
Но у меня на этом фоне всё относительно скромно. Не сказать, что совсем уж ничего особенного, но и до откровенной вычурности мне далеко.
Так что со спины эта моя характерная черта не так уж бросается в глаза.
Ну, если пока оставить в стороне извечный анимешно-карточный закон о безумных причёсках...

Окликнул меня Футаро.
Самурай из Сокрытого мира, который раньше приходил тренироваться у меня в лавке.
Но, похоже, теперь он вовсю участвует в придорожных дуэлях.

— После того случая я решил начать всё заново, с нуля. В прошлый раз я странствовал, чтобы искать прославленных дуэлянтов, но теперь хочу обмениваться дуэлями с теми, кого прежде не знал.

Бросать вызов незнакомцам —
то, что обычно называют «придорожной дуэлью», — в этом мире самое обычное дело.
Благодаря Игнис-борду здесь можно дуэлиться где угодно, лишь бы было место. Более того, придорожные дуэли здесь даже поощряются.
Никогда не знаешь, когда обычного мирного жителя возьмёт на прицел тёмный дуэлянт.
Так что, если у человека есть способности, лучше бы и простым людям оттачивать свои навыки в боях.
А придорожные дуэли с незнакомыми противниками и незнакомыми колодами для этого подходят идеально.
Не говоря уже о том, что, как и сказал Футаро, это ещё и шанс познакомиться с новыми людьми.
Как выразился один дуэлянт, с которым я когда-то пересекался: «Подуэлишься — и друзей заведёшь где угодно».
Интересно, где он сейчас и чем занимается... В нём прямо чувствовалась аура настоящего главного героя.

— Значит, вы откажетесь от дуэли со мной?

— Нет. Вы мой благодетель. Я хочу показать вам, насколько сильнее стала моя колода с тех пор.

— Тогда сегодня я всё равно свободен. С радостью приму вызов.

Вообще-то потом я собирался зайти в книжный, но спешить некуда.
Почему бы сперва не насладиться дуэлью?

Вообще, придорожные дуэли мне нравятся.
Чужая колода — сплошная неизвестность.
Уровень противника — загадка. Не поймёшь, какая именно дуэль тебя ждёт.
Этот мир просто переполнен такими восхитительными неизвестностями.
А мне всегда нравилось наслаждаться подобным.
Вот почему я принимаю вызовы на придорожные дуэли.

Но на этот раз моим соперником был Футаро, с которым я уже дважды сражался раньше.
Я уже знал особенности его колоды и её стиль.
Разумеется, я не расслаблялся.
Я всегда выкладываюсь до конца против любого противника, даже если передо мной безжалостный тёмный дуэлянт.
И всё же —

— ...Победа за мной.

Я проиграл.
Само собой, после того как бился всерьёз.
Но в тот самый момент, когда Футаро на своём первом ходу произнёс:

— Я призываю [Исполинский Северный Шквал]!

Я сразу понял, в чём дело.
Я понял, что он заготовил для меня немало сюрпризов.
...Это показательная дуэль.

Ну, знаете, из тех, где дуэлянт впервые выкатывает новые мощные карты, чтобы продемонстрировать, насколько усилился.
По законам промоушена в такие моменты тот, кого выводят на первый план, становится почти непобедим.
А в этот раз усилили целую категорию карт Футаро, и в результате его мощь стала попросту чудовищной.
Даже я не смог это переломить... а может, именно потому, что это был я, всё и закончилось поражением.
Что тут скажешь: для человека, которого то и дело называют главным героем прошлой истории, роль того, кто красиво проигрывает в такой показательной дуэли, почти неизбежна.

И ещё этот монстр с «towering» в имени...
Мне почему-то кажется, будто я уже видел нечто похожее,
но никак не могу вспомнить где.

Как бы там ни было, то, что меня добили [Северным Зефиром — Самураем], которого я сам ему и отдал, было его абсолютно заслуженной победой.
И больше всего меня радует то, что я сумел своими глазами увидеть, насколько он вырос.
Проигрывать обидно, и в следующий раз я, конечно, намерен победить, но...
Когда тебя побеждает дуэлянт, который так сильно прибавил, в этом есть нечто глубоко приятное, сколько бы раз такое со мной ни происходило.

— Поразительно... Ты и правда очень вырос, Футаро. Я тебя едва узнал.

— Всё благодаря вам и Эрее. Тогда именно вы напомнили мне о моей страсти.

Что правда, то правда — присутствие Эреи тогда очень помогло сгладить разговор.
Возвращать людей на верный путь через дуэли — одно из моих коронных умений, но то, что она сумела без слов донести именно то, что было нужно, сильно всё упростило.

— Эреа и правда бесценная сотрудница. Она всегда меня так выручает.

— Несомненно. По-моему, из вас выходит хорошая пара.

— Хорошая пара, значит... Ну, пожалуй, так и есть.

Слышать такое всё-таки немного неловко.
Мы уже много лет работаем в одной лавке, так что подобные мысли и мне порой приходят в голову.
Но Эреа сама по себе замкнутая, по ней трудно что-либо понять,
так что мне совсем непросто угадать, что она на самом деле чувствует ко мне.

— И я тоже должен продолжать стараться, чтобы стать следующим главой деревни.

— ...Так почему ты снова покинул деревню, Футаро?

— Староста сказал мне, что новые ветра следует испытывать в новых местах.

Староста деревни... тот, кто отвечает за связь Сокрытого мира с внешним.
Похоже, между скрытыми деревнями и этим миром действительно есть определённые связи.
Наверное, торговля припасами и всё в таком духе.

Новые ветра, да?
Очень подходящий совет для наследника колоды, связанной с ветром.
Похоже, между ними и правда есть особая связь.
Я слышал, между жителями Сокрытого мира и проводниками границы подобное вообще не редкость... хотя не знаю, женщина ли этот конкретный проводник.

— Ну и? Нашёл то, что искал?

— Для начала я наконец сумел победить вас, хозяин!

— В следующий раз я не проиграю.

После этого мы ещё какое-то время просто болтали.
В основном о том, что с нами происходило в последнее время.
Для меня самым заметным событием, наверное, была моя дуэль всерьёз с Диа.
А для Футаро — без сомнений, развитие его колоды.

— И что теперь будешь делать, Футаро?

— Хм... пока что я ещё лишь неоперившийся юнец, так что впереди у меня много тренировок.

Точно. Если не ошибаюсь, Футаро ещё даже не вышел из подросткового возраста.
Хотя при всей его самурайской выдержке этой юношескости в нём совсем не чувствуется.
Но раз уж об этом зашла речь...

— Думаю, на пути тебе ещё встретится немало стен, которые придётся преодолеть, Футаро.

— Стен, говорите? Конечно, трудностей впереди ещё много, но говорить так, будто я непременно их преодолею, — слишком самонадеянно.

Футаро... во многих смыслах всё ещё дуэлянт, который находится посреди своего пути главного героя.
Нет сомнений, что он и дальше будет расти через бесчисленные дуэли с другими.

— Нет, по-моему, с тобой всё будет в порядке, Футаро. Пока что просто иди вперёд, не позволяя ничему себя сбить. Продолжай идти, не дрогнув, пока не упрёшься в следующую стену.

— Мм... когда вы так говорите, хозяин, я прямо чувствую, как решимость возвращается ко мне! Во мне снова закипает дух!

В конце концов, Футаро только что усилил свою колоду.
Скорее всего, проигрывать он теперь ещё долго не будет.
Если уж совсем конкретно... наверное, примерно на одну сюжетную арку!
А потом — смотря как всё сложится — либо упрётся в следующую стену, либо ещё раньше получит своего финального аса.
Впрочем, хватит уже мета-рассуждений о ходе сюжета.

— В таком случае я должен всеми силами стремиться к своей следующей большой цели!

— К следующей цели?

— Именно! Есть один дуэлянт, с которым я хотел бы сразиться хотя бы раз!

Поднявшись со скамьи, он громко объявил:

— Есть один дуэлянт, которого я желаю вызвать на бой, — нынешний сильнейший во всей Японии... Тома-доно!

...Понятно.
Тома, значит?
Ну, в таком случае...

— Почему бы тебе тогда ненадолго не потренироваться у меня в лавке? Для практики это будет в самый раз.

— Вы правда позволите!?

— Конечно. Такому сильному дуэлянту, как ты, у нас всегда будут рады.

К тому же, раз уж в лавке скрывается личность Томы... я смогу устроить Футаро встречу с Диа!

А спустя несколько дней
один пылкий парнишка, который частенько бывает у меня в лавке, увидел угол свободной зоны и воскликнул:

— Ого... да тут повсюду самые настоящие самураи!

Сейчас в моей лавке, в зоне свободных дуэлей, собралась целая группа самураев из Сокрытого мира Футаро.
Они вовсю и с явным удовольствием сражаются в свободной зоне магазина.
Конечно, в этом мире сам факт их присутствия сам по себе не настолько уж необычен, чтобы пялиться на них без конца,
но зрелище всё равно вышло впечатляющее.

Жаль только, что в это время Диа как раз уехал на мировое первенство.
Ну и невовремя же его понесло!

---

История Футаро — будущего главы Сокрытого мира

Я — Футаро, наследник поста главы самурайского рода, живущего в месте, именуемом Сокрытым миром.

Сокрытый мир — это область, полностью отгороженная от внешнего мира, отдельный мир сам по себе. Люди там живут совсем иначе, чем во внешнем мире. Почему в этом мире существует такой Сокрытый мир, мне неведомо. Однако, как говорят проводники границы — хранители, поддерживающие связь между скрытыми деревнями и внешним миром, — это как-то связано с картами.

Игнишн-дуэли, или, как их называют в нашей деревне, «огненные свитки», по сути и составляют саму основу этого мира. Среди карт есть и такие, что способны создавать целые замкнутые миры. Говорят, скрытые деревни — это места, где подобные иные миры воплотились в реальность. По правде сказать, до конца я и сам этого не понимаю.

Сокрытый мир, в котором я родился, зовётся «Кэнпутё» и существует с небольшим «временным» расхождением по отношению к внешнему миру. Когда-то с нашей деревней был связан один край — место, которое, как говорят, очень походило на наш мир. Впрочем, благодаря современным удобствам, которые проводники границы приносят в деревню из внешнего мира, жить у нас, вероятно, даже удобнее. Когда к нам приходят гости и видят новейшие приборы, установленные в домах, они часто поражаются. Но, несомненно, каждый должен понимать, насколько подобные вещи облегчают здешнюю жизнь.

И когда-нибудь именно мне суждено возглавить эту деревню. А значит, я обязан обладать всеми качествами, необходимыми, чтобы вести людей за собой и объединять их. Особенно высоко в нашей деревне ценится одно умение — мастерство в Игнишн-боях. Сила в бою служит доказательством силы самого человека. Будущий глава должен быть сильнейшим из всех.

И в этом смысле я был наделён даром бойца. Ещё в юности я одолел своего отца, нынешнего главу деревни, и тем самым утвердил своё положение как следующего главы. Во всей деревне мне не было равных — если не считать проводников границы, что охраняют нас.

Естественно, со временем я стал уверен в себе, пожалуй, даже чересчур. Я понимал свой долг — защищать деревню, и никогда не позволял гордыне смотреть на других свысока, однако не стану отрицать: где-то глубоко внутри я думал так — «раз я сильный самурай, значит, именно на мне лежит обязанность защищать всех».

Примерно тогда один из проводников границы показал мне нечто из внешнего мира: дуэль. Два бойца сошлись в яростном сражении. Один владел странным кристаллическим «ангелом», другой же создал для боя мир, напоминавший мою собственную деревню.

И то, что она мне показала... стало для моей души потрясающе сильным дурманом. Это было похоже на представление. Как самурай, постигающий не только бой, но и фехтование, я скажу так: вершина искусства сродни танцу. И в битве, и в фехтовании схватка между мастерами есть высшая форма искусства. Та дуэль была именно такой — подлинным искусством.

Разумеется, я был пленён. Я возжелал достичь столь же высшего, несравненного мастерства. Я захотел вступать в дуэли подобного уровня. И потому уговорил проводника границы позволить мне выйти во внешний мир.

Но очень скоро мне пришлось об этом пожалеть. Я не мог победить — не мог одолеть бойцов внешнего мира. Если говорить прямо, я их недооценил. Рассуждал я просто: «Пока я ещё не способен достичь столь совершенных поединков, но силы для этого во мне есть. Проблема лишь в том, что я не нашёл бойца, который сумел бы мне соответствовать».

Я верил, что высшие поединки рождаются только между теми, чьи души звучат в унисон. Я слышал, что бойцы из того видео были друзьями детства, и потому их связь была столь глубока. Я думал, что, странствуя по внешнему миру, непременно встречу достойного соперника. Но итогом стало полное поражение.

Все бойцы, с которыми меня сводил проводник границы, были устрашающе сильны. От опытных «детективов» из организации под названием Нео-карточная полиция до светловолосой девочки, пользовавшейся какими-то странными словами, от пылкого юноши, переполненного жаром, до прочих бойцов, с которыми мне довелось сразиться, — всем им я проиграл.

Особенно грозным противником оказался громадный мужчина в шапке и тёмных очках, с которым я столкнулся случайно. В отличие от остальных, он и вовсе не счёл меня достойным вызовом. Разница между нами была попросту неизмерима.

И что хуже всего, мне так и не удалось сразиться с одним из тех двоих из того видео — с тем самым бойцом, что создавал мир, похожий на мою деревню. К тому времени его уже признавали сильнейшим во всей стране, и он был беспрестанно занят, разъезжая по разным битвам. Я до сих пор жалею, что упустил шанс встретиться с ним. Как бы мне хотелось когда-нибудь где-нибудь сойтись с таким великим бойцом.

И всё же в той поездке было и хорошее. Мне всё-таки удалось сразиться со вторым бойцом из того видео. Его звали Мицуру Танэфуда, и он был хозяином карточной лавки. Я с горячностью бросил ему вызов — и проиграл.

Это было полное поражение, хотя я сражался изо всех сил. Конечно, разница в мастерстве тоже сыграла свою роль, но не меньшее значение имело и то, как именно он бился. Он искал развязку, рождающуюся из взаимного напряжения сил, когда оба бойца выкладываются до предела. Казалось, будто он способен создавать тот высший, возвышенный поединок с кем угодно.

Тогда я понял: дело было не только в его мастерстве. Само его присутствие рождало в противнике желание во что бы то ни стало одолеть его. Потому что он всегда оставался верен себе — совершенно естественным.

Люди становятся сильнее по какой-то причине. У меня это была защита деревни и стремление достичь предела боевого мастерства. Люди жаждут победы не без причины. И сильны они тоже не без причины. Но у хозяина лавки этого не было. Я не говорю этого в дурном смысле: просто как боец он не ищет повода быть сильным, а всегда лишь до конца отдаётся тому поединку, что стоит перед ним.

Его бои были несомненно «настоящими» — это видел бы любой. Более того, хозяин лавки вовсе не цеплялся за саму идею силы. Несмотря на свою огромную мощь, он был вполне доволен жизнью простого хозяина карточной лавки. И именно потому, что он не был ничем скован, его противники невольно сталкивались лицом к лицу с собственными желаниями. Почему они хотят стать сильнее? Почему они сражаются? Его поединки были подобны зеркалу, в котором отражалась суть самого противника.

Вот почему, победит тот бой с хозяином лавки или проиграет, к концу поединка боец, вставший против него, уже успевает вырасти над собой.

Увы, тогда я сам не видел себя ясно. Многочисленные поражения пошатнули мою уверенность, и я заблудился. Человек в таком состоянии не способен найти ответ.

Я осознал это лишь после того, как вернулся в деревню и вновь встретился с хозяином. Тогда его напарница Эреа показала мне видео. Это была запись моего поединка с хозяином. Те двое на экране — я и хозяин — выглядели совсем как бойцы из того самого видео, которое однажды показал мне проводник границы.

Я думал, будто моё странствие окончилось неудачей, но понял, что ошибался. Бесчисленные схватки отточили моё мастерство. А бой с хозяином посеял во мне семя роста — просто я сам этого не заметил.

Осознав это, я собрал новую колоду из карт, которые дал мне хозяин, и тех, что я добыл во время странствий. Моя прежняя колода «Северного Ветра» превратилась в колоду «Крайнего Северного Ветра». Её сердцем стала карта под названием [Первопроходец Крайнего Севера], чьим обликом она напоминала мне хозяина. Она сразу стала одной из моих любимых карт — рядом с сильнейшими моими козырями.

Вооружившись этой колодой, я вновь отправился во внешний мир — и на сей раз сумел одержать верх над хозяином. Радость, которую я тогда испытал, невозможно описать словами. Мне казалось, будто я наконец сделал ещё один шаг к тому миру, которым когда-то восхищался. Именно такое чувство тогда и охватило меня.

И всё же я не могу позволить себе успокоиться. Я должен становиться сильнее и дальше. Ради того, чтобы однажды достичь предела боевого мастерства, о котором когда-то мечтал, и, что важнее всего, ради исполнения долга — защитить деревню, которой мне суждено служить, — я буду продолжать идти вперёд.

Моё странствие ещё далеко не окончено.