Глава 70.0

Как только Цинь Ло услышал уведомление системы, он погрузился в глубокие раздумья, а его взгляд на Цзя Тин стал более сложным.

Выбор целей системой был случайным, но в определенных рамках. Она не подсовывала кого-то за океаном, а выбирала из тех, кто находился поблизости. В целевую группу входили люди с яркими характерами, на которых можно было повлиять.

Цинь Ло знал не так много людей. Цзи Янь уже выбыла из списка, но Цзя Тин, Хао Мэн, Ши Юйлу, Цзян Чжитао, Яо Яньянь и Линлун — все они были потенциальными кандидатами. Их личности были достаточно проработаны, чтобы система выстроила стратегию. Даже Чжан Жу могла попасть в этот список.

Цинь Ло гадал, кто станет следующим, втайне надеясь, что это не Чжан Жу. Противостояние с матерью бывшей девушки, даже если оно не было противозаконным, казалось ему морально сомнительным.

К счастью, система выбрала Цзя Тин. Это было неожиданно, но вполне объяснимо. Но каким вызовом она станет? Будет ли она похожа на Цзи Янь или окажется гораздо сложнее?

Цинь Ло пытался оценить Цзя Тин через призму определения «перфекционист». Его глаза сканировали её, прикидывая варианты стратегии. Заметив его пристальный взгляд, Цзя Тин оторвалась от телефона. Их глаза встретились, выражение её лица на миг изменилось, и она спросила:

— Что-то не так?

— Ничего, — ответил Цинь Ло, качнув головой и возвращаясь к своему телефону.

Цзя Тин не стала развивать тему. Через минуту она сказала:

— Эта песня... она действительно хороша. «Между радугой» и «Красное лезвие» — обе твои. Не ожидала от тебя такого таланта.

— Правда? Какая тебе нравится больше? — небрежно спросил Цинь Ло.

— «Красное лезвие», — без колебаний ответила Цзя Тин. — Я не так сильна в музыке, как Ши Юйлу, но она звучит лучше. И...

— И? — подтолкнул её Цинь Ло.

— Счастливые истории приятны, но они быстро забываются. Грустные же истории... они задерживаются в сердцах, оставляя след надолго.

Эти слова заставили Цинь Ло взглянуть на неё искоса. Она явно вспоминала школьный праздник, и её лицо стало немного печальным. Большинство людей не стали бы говорить так откровенно, но Цзя Тин не была «большинством». Она была литературным типом — из тех, кого мало заботит чужое мнение.

«Перфекционистка с любовью к литературе... это будет непросто», — подумал он.

Цинь Ло снова уткнулся в телефон, но Цзя Тин заметила его взгляд. Она слегка прикусила губу, гадая, о чем он думает. Она знала, что подруги часто подкалывали её за излишнюю «литературность» и возвышенность. Она ожидала, что и Цинь Ло сейчас как-нибудь съязвит, но он лишь молча кивнул, словно поняв её без слов. Это мимолетное понимание вызвало у неё странный прилив радости.

Она мельком глянула в его телефон и увидела на экране слово «перфекционизм». Цзя Тин моргнула. Зачем он это ищет?

Она знала за собой эту черту. С самого детства она стремилась к безупречности, постоянно борясь с несовершенством мира. Даже в играх на телефоне она не переходила к следующему уровню, пока не получала три звезды. Для кого-то это было одержимостью, для неё — частью личности. Тот факт, что Цинь Ло искал информацию об этом именно сейчас, находясь рядом с ней, заставил её сердце забиться чуть быстрее. Неужели он разгадал её так быстро?

Цинь Ло же не подозревал о буре в её мыслях. Он читал определение: «Схоже с обсессивно-компульсивным расстройством, проистекает из неудовлетворенности и постоянной погони за безупречностью, часто связано с внутренней неуверенностью».

Как заставить перфекциониста принять несовершенство? Ответа не было.

Ему казалось, что из всех девушек вокруг Цзя Тин — самый крепкий орешек. У Цзян Чжитао стратегия была бы ясна: заставить её отказаться от славы. У Линлун — заставить влюбиться в мужчину, разрушив её идентичность. С Чжан Жу — лишить её контроля над дочерью. Но с Цзя Тин всё было туманно.

Цинь Ло разочарованно вздохнул.

— Почему ты вздыхаешь? — спросила Цзя Тин.

— Просто гадаю, как новичку победить босса максимального уровня.

Цзя Тин рассмеялась: — Ты говоришь точь-в-точь как Мэнмэн. Ты любишь игры?

Цинь Ло покачал головой и уже собирался убрать телефон, когда фраза «схоже с ОКР» натолкнула его на мысль.

— Хочешь сыграть в игру?

— В какую? — заинтригованно спросила она.

— Я делаю движение, ты повторяешь за мной.

Цинь Ло продемонстрировал, как он надавливает на большой палец, заставляя сустав хрустнуть.

Цзя Тин нахмурилась. Зачем играть в такую бессмыслицу? Но любопытство взяло верх.

— Почему мы в это играем?

— А почему нет?

— Это кажется бессмысленным.

— Не хочешь — не надо.

Цзя Тин помедлила, но всё же обхватила свой большой палец тонкими пальцами и повторила движение. Цинь Ло улыбнулся и начал хрустеть остальными пальцами по порядку: указательный, средний, безымянный... Цзя Тин послушно следовала за ним, хотя игра казалась ей всё более глупой.

Когда Цинь Ло хрустнул безымянным пальцем на левой руке, он внезапно сказал:

— Ладно, игра окончена.

Цзя Тин замерла в замешательстве: — А как же последний палец? Мизинец?

Цинь Ло пожал плечами: — Нет такого правила, что нужно хрустеть всеми пальцами.

Слова звучали логично, но для Цзя Тин всё внутри перекосилось. Она чувствовала незавершенность. Её взгляд приковался к левому мизинцу. Это было как крошечное пятно на идеально белом листе — она не могла это игнорировать. В конце концов, не выдержав, она надавила на него сама. Но вместо привычного щелчка — тишина.

Цзя Тин застыла.

— Пфф, — Цинь Ло не выдержал и прыснул.

Она бросила на него холодный взгляд и отвернулась, пытаясь незаметно хрустнуть пальцем. Раз, другой, третий... ничего. Она давила так сильно, что костяшки побелели. Она понимала, что палец будет болеть два дня, но чувство незавершенности было невыносимым. Сцепив зубы, она надавила в последний раз.

Хрусть.

— Ох... — тихий вздох сорвался с её губ, а тело на миг расслабилось.

Цинь Ло заметил, как она вздрогнула от облегчения, хотя её лицо тут же приняло невозмутимый вид.

— Скучная игра, — бросила она, скрывая слабую улыбку облегчения.

— Тебе скучно, потому что ты не закончила её идеально, — поддразнил он.

— Не закончила? О чем ты?

Цинь Ло улыбнулся, скинул тапочки и медленно поднял ноги. Глаза Цзя Тин округлились.

— Теперь понимаешь? — ухмыльнулся Цинь Ло.

Она молчала, но её взгляд так и говорил: «Ты серьезно?».

— Большинство могут хрустеть пальцами рук, но пальцы ног — это высший пилотаж. Не расстраивайся, если не можешь, — продолжал он подливать масла в огонь.

Брови Цзя Тин сошлись на переносице. Она явно боролась с желанием поднять ногу, но сдержалась, лишь начала яростно шевелить пальцами внутри тапочек. Когда это не помогло, она, стараясь не смотреть на Цинь Ло, нагнулась и начала массировать ступни под креслом.

Через пару минут она выпрямилась. На её лбу выступили капельки пота, а челка намокла. Лицо выражало крайнюю степень фрустрации. Цинь Ло едва сдерживал хохот, его плечи тряслись.

— Скучно, — процедила она сквозь зубы.

[Каллиграфия +2]

[Красноречие+2]

[Стратегия +2]

[Получен навык: Продвинутые шахматы]

[Получен предмет: Увеличительное стекло будущего рынка]

[Получено: 500 000 юаней]

Услышав уведомление, Цинь Ло не выдержал и расхохотался в голос. Цзя Тин сверкнула глазами, её грудь тяжело вздымалась. Не говоря ни слова, она встала и быстро ушла.

— Эй, прости, я не хотел тебя обидеть! Ты куда? — крикнул он ей вслед.

Она проигнорировала его, направляясь в уборную.

Цинь Ло откинулся на спинку кресла, напевая мелодию. Награды превзошли все ожидания. 500 тысяч — это было гораздо больше, чем он получал за Цзи Янь на первых этапах. «Значит, под маской ледяной леди скрывается целое месторождение редкоземельных металлов? — подумал он. — Что ж, высокий риск — высокая награда».

Пока он размышлял, кто-то сел на соседнее кресло. «Как она быстро вернулась», — подумал он, но, повернув голову, замер. Это была не Цзя Тин.

Рядом сидела девушка в бежевом жилете, открывающем изящные ключицы. Короткие джинсовые шорты подчеркивали длинные ноги в сетчатых колготках.

«Она, может, и не самая красивая из моих знакомых, но определенно самая эффектная», — пронеслось у него в голове. Это была Яо Яньянь. Она всегда знала, как подать себя.

— Нравится? Хочешь потрогать? — проворковала Яо Яньянь, проводя рукой по своим ногам. Её улыбка была похожа на ухмылку лисицы-оборотня.

— Ты-то что здесь делаешь? — вырвалось у него.

— Прилетела ради тебя, — она надула губки. — Но как жаль: ты вечно смотришь на других. Я видела тебя в лаундже, а ты меня даже не заметил. Грустно!

— Не только лисица, но и актриса, — подумал Цинь Ло и ответил вслух: — Какое совпадение.

— Никакое не совпадение! Я же сказала — я за тобой! — Она перестала ломать комедию, увидев его безразличие. — Ладно, я планировала поездку в столицу, не ожидала встретить тебя здесь.

Это был уже третий раз, когда он сталкивался с ней — сначала класс, потом библиотека, теперь самолет. И каждый раз она оставляла яркий след.

— Ты удивительный, — продолжала она, придвигаясь ближе. — Только закончил с Цзи Янь, уже переключился на Цзя Тин. Ты именно такой мужчина, как мне нравится.

— Ты что-то путаешь.

— Да ладно. И давно вы вместе? Начали встречаться сразу после расставания или ты крутил с ней за спиной у Цзи Янь?

— Это звучит грубо. Мы просто оказались на одном рейсе.

— О, какое совпадение. Думаешь, я поверю? — она ухмыльнулась. — Кстати, лучше тебе уйти, пока Цзя Тин не вернулась...

Он не успел договорить. Оба повернули головы и увидели стоящую неподалеку Цзя Тин. Её лицо не выражало абсолютно ничего.