Глава 64.0
Кха... Кха-кха...
Цзи Янь проснулась с чувством невыносимой усталости. Голова была тяжелой, а кашель не прекращался. Ей потребовалась вся воля, чтобы снова не провалиться в сон. Кое-как заставив себя окончательно проснуться, она выудила из-под подушки телефон и открыла WeChat.
В чате с Цинь Ло вся правая сторона была забита ее сообщениями — длинными и короткими, идущими сплошным потоком. Левая же сторона, где должны были быть его ответы, оставалась девственно чистой. Цзи Янь закусила губу от разочарования и боли, но упрямо набрала еще одно сообщение.
Цзи Янь: «Прости меня. Мне правда очень жаль. Пожалуйста, прости. Цинь Ло, пожалуйста, позаботься обо мне. Поговори со мной, умоляю».
Отправив это, она принялась печатать следующее, но не успела закончить, как увидела, что Цинь Ло ответил — на удивление быстро.
Цинь Ло: «Одно предложение».
Цзи Янь замерла, сбитая с толку. Но сам факт того, что он ответил, заставил ее затуманенный разум немного проясниться.
Она спросила: «Что значит "одно предложение"?»
Цинь Ло: «Ты же сама просила ответить на твой вопрос?»
Цзи Янь: «...»
Она невольно рассмеялась. За последние несколько дней они проводили немного времени вместе, переписываясь перед сном. И хотя их беседы были короткими, Цинь Ло всегда находил странные способы заставить ее улыбнуться.
Вот и сейчас — эти два простых слова сами по себе ничего не значили, но для Цзи Янь они были полны особого, понятного только им двоим юмора.
Однако улыбка быстро погасла. События прошлой ночи хлынули в память, и ей захотелось зарыдать, но слез больше не осталось.
Цзи Янь: «Ты простил меня?»
Цинь Ло: «А ты сделала что-то не так?»
Цзи Янь: «Это всё моя вина. Я не должна была выбрасывать ту куклу. Не должна была говорить тебе те слова. Мне стоило определиться раньше. Пожалуйста, прости меня, ладно? Я хочу быть твоей девушкой. Ты мне нравишься».
Раньше Цзи Янь и представить не могла, что отправит мужчине столь смиренное послание. Это было уже не просто признание — это была мольба о прощении, просьба к Цинь Ло остаться с ней.
Потому что вчера, пока длилась та песня, Цзи Янь наконец-то до конца осознала свои чувства.
Она поняла, что ей нравится быть рядом с ним. Что ей комфортно. И если бы у нее был парень, она хотела бы, чтобы это был именно Цинь Ло.
Но она не хотела идти против воли матери. Мать была ее единственным близким человеком, она растила ее в одиночку. Ей не хотелось расстраивать маму.
Поэтому она и сказала Цинь Ло те слова — что хочет оставить всё как есть, а о будущем поговорить позже.
Ей казалось это лучшим решением.
Но реальность показала, что мир не вертится вокруг нее, и не всё идет по ее сценарию. Цинь Ло выразил в песне всё, что чувствовал.
И через эту песню Цзи Янь поняла: ее чувства к нему были гораздо глубже, чем она признавала.
Она думала, что это просто симпатия, но когда он сказал, что сдается, ее сердце словно пронзили тысячи игл.
Когда он ушел со сцены, она почувствовала внутри пустоту, будто у нее отняли что-то жизненно важное. Воспоминания об их общем времени вспыхивали в голове, раз за разом раня сердце.
Она поняла: это настоящая любовь, и отпустить ее будет невозможно.
И всё же она сама разрушила это редкое чувство.
Цзи Янь не могла с этим смириться. Она отчаянно пыталась исправить ошибку. Даже если ради этого нужно было унижаться, она продолжала просить прощения.
Она знала, что это может разбить сердце матери, но она больше не могла видеть ту усталую улыбку Цинь Ло или чувствовать дыру в собственной душе.
Отправив сообщение, Цзи Янь уставилась в экран, в тревоге ожидая ответа и гадая, как ей вернуть его, если он откажет.
Наконец, спустя время, Цинь Ло ответил.
Цинь Ло: «Разве мы не просто обычные одноклассники? Мы можем и дальше так общаться, а об остальном поговорим позже. Понимаешь?»
Цзи Янь начала было печатать ответ, но быстро стерла его. На ее лице появилась горькая улыбка.
Она вдруг вспомнила — это были в точности те же слова, что она сказала ему вчера.
«Просто продолжать общаться... как обычные одноклассники. Поговорить об остальном позже...»
Неужели ему было так же больно вчера, когда он услышал это от нее?
Конечно... Как может человек довольствоваться таким статусом, когда он искренне любит?
Рука Цзи Янь с телефоном бессильно упала на кровать, а другая сжалась на груди, пытаясь унять нарастающую боль. В носу защипало, глаза жгло, но слез не было — она выплакала их все под вчерашним дождем.
— Цзи Янь, ты проснулась?
Услышав звук открывающейся двери, в комнату вошла Чжан Жу. Увидев дочь, она пришла в ужас.
Цзи Янь лежала, привалившись к изголовью кровати, с красными, воспаленными глазами. На ее лице застыли следы слез, она выглядела совершенно изможденной.
Если бы кто-то не увидел это своими глазами, он бы никогда не поверил, что первая красавица университета, предмет обожания многих, может быть так раздавлена горем.
У Чжан Жу защемило сердце. Она бросилась к дочери и обняла ее, гладя по лицу.
Но как только она коснулась ее, то почувствовала, что кожа Цзи Янь буквально пылает. Даже сквозь тонкую шелковую пижаму ощущался неестественный жар.
Встревоженная, Чжан Жу схватила термометр. Пять минут спустя она побледнела: 39,1°C. Высокая лихорадка.
Это не было сюрпризом. Цзи Янь слишком долго простояла под дождем, да еще и в «эти дни», наложив на это колоссальное эмоциональное напряжение. Было бы странно, если бы она не заболела.
Чжан Жу корила себя за то, что не заметила раньше.
Она немедленно позвонила в больницу: — Глупая девочка, почему ты не сказала, что заболела? Посмотри на себя.
Цзи Янь слабо взглянула на нее и прошептала: — Мам… Цинь Ло… Я ему больше не нужна…
— Всё хорошо. Я рядом. Если ты ему не нужна, то нужна мне.
— Нет… Я хочу к Цинь Ло… Я хочу Цинь Ло…
— Хорошо, хорошо. Сейчас поедем к врачу. Когда тебе станет лучше, мы увидимся с ним. Я помогу тебе, обещаю.
Услышав это, потухшие глаза Цзи Янь наполнились надеждой. — Правда?
Видя состояние дочери, Чжан Жу чувствовала себя раздавленной. Она кивнула. — Да, правда. Я больше не буду против. Я помогу вам. Если Цинь Ло не захочет сам, я найду способ заставить его.
Цзи Янь заплакала от радости, хотела что-то сказать, но тело не выдержало, и она потеряла сознание в руках матери.
Чжан Жу, бледная от страха, вызвала скорую. В больнице врач успокоил ее: это просто сильный жар и простуда, вызвавшие обморок. Несколько дней покоя — и всё будет в порядке.
И всё же Чжан Жу была благодарна, что они успели вовремя.
Цзи Янь положили в палату, она выглядела такой жалкой под капельницей. Чжан Жу сидела рядом, нежно гладя ее по щеке.
Внезапно Цзи Янь схватила ее за руку. Не приходя в сознание, она пробормотала: — Цинь Ло…
Чжан Жу чуть не расплакалась. Приняв решение, она вышла из палаты, прихватив с собой телефон дочери.
Тем временем Цинь Ло так и не дождался ответа от Цзи Янь, но не придал этому значения. Для него ее слова и действия больше не имели веса. Спустившись со сцены вчера, он поставил точку.
Он сказал и сделал всё, что считал нужным. Дальнейшие терзания только усугубили бы ситуацию.
К тому же Цинь Ло был прагматичен. Он уже получил от этих отношений то, что хотел, так что задерживаться не стоило. Пришло время двигаться дальше.
Да, такой подход казался холодным, но он был самым эффективным, чтобы не застрять в прошлом.
Вернувшись в квартиру сестры, Цинь Ло ввел код и вошел.
Как только он переступил порог, то заметил Цзян Чжитао, застывшую в дверях своей спальни в странной позе. Казалось, она выбежала, услышав звук двери, и теперь смотрела на него с каким-то странным выражением лица.
Цинь Ло смерил ее недоуменным взглядом. Почему-то ему показалось, что она испытала облегчение и даже тень улыбки мелькнула на ее губах.
— Чего стоишь? — спросил Цинь Ло, меняя обувь.
Он ожидал, что она проигнорирует его, как обычно, но вместо этого она просто поджала губы, мазнула по нему взглядом и вернулась в комнату.
Озадаченный ее поведением, Цинь Ло пробормотал: «Странная», и пошел умываться.
Позже он лежал в кровати, рассматривая авиабилет на север.
Семья Цинь Ло жила в небольшом уезде провинции Бэйхэ. Это было недалеко от столицы. Обычно Цинь Ло летел до Пекина, а потом еще два часа добирался на машине. В этот раз он планировал так же.
Однако, открыв приложение, он расстроился. Почти все билеты в эконом-класс были раскуплены — лето, сезон отпусков. Студенты обычно бронируют всё за месяц. Купить билет сейчас было делом чистой удачи.
Ближайший доступный эконом был только через десять дней. Он на миг приуныл, а потом вдруг до него дошло.
— Я же мультимиллионер, а пытаюсь ухватить эконом-класс, — пробормотал он, злясь на себя. Деньги появились, а мышление осталось прежним.
«Нет, — сказал он себе. — От этой привычки пора избавляться. Нужно начинать думать как богатый человек».
Решив покончить со старым менталитетом, Цинь Ло наметил план. Первый шаг — шоппинг. Дорогие покупки помогут развить новые ценности.
Но что самое дорогое он мог купить?
Как и большинство людей, он первым делом подумал о доме и машине. На счету было более 10 миллионов юаней. Купить люксовое авто вроде Rolls-Royce или Lamborghini не составило бы труда. Только ультра-эксклюзивные модели за сотни миллионов были пока недосягаемы.
С жильем было сложнее. Квартира в центре Шанхая или Пекина могла стоить все 10 миллионов, а о вилле и говорить нечего.
Внезапно Цинь Ло снова почувствовал себя бедным.
— Путь предстоит долгий. Чтобы стать настоящим боссом, придется попотеть, — вздохнул он.
Сделав шаг навстречу новой жизни, он потратил 8000 юаней на билет первым классом до Пекина на послезавтра.
Уже поздно, Цинь Ло собирался спать. Но стоило ему отложить телефон, как пришло приглашение в голосовой чат.
От Цзи Янь. Поколебавшись, он принял вызов.
— Это Цинь Ло? Это Чжан Жу, мама Цзи Янь.
Цинь Ло удивился.
— Здравствуйте, тетя Чжан. Уже поздно. Что-то случилось? — спросил он тоном, намекающим, что он уже в постели и пора переходить к делу.
Поняв намек, Чжан Жу сказала прямо: — Цзи Янь больна, и я надеюсь, что ты придешь навестить ее.
Цинь Ло мысленно закатил глаза. «И что я должен сделать? Я не врач. Больна — вызывайте скорую». Но вслух вежливо спросил: — Что с ней? Это серьезно?
Чжан Жу обеспокоенно объяснила: — У нее сильная простуда и высокая температура. Врач говорит, она очень слаба. Сейчас она под капельницей в больнице, много спит.
Цинь Ло промолчал. Он не был удивлен. Девушки слабеют в определенные периоды, а она еще и под дождем стояла, и строчила ему всю ночь. Болезнь была закономерна.
Однако тон Чжан Жу создавал впечатление, что Цзи Янь при смерти. Интуиция подсказывала Цинь Ло, что женщина преувеличивает, чтобы вызвать у него чувство вины.
«Люди», — вздохнул он про себя.
— Раз она в больнице, с ней всё будет в порядке. С вашей заботой она быстро поправится.
Чжан Жу, кажется, опешила от такого холодного ответа. Помолчав, она снова спросила: — Ты не мог бы навестить ее?
Цинь Ло сохранял отстраненность: — Я загляну, как только появится время.
Любой человек с мало-мальским социальным интеллектом понял бы это как вежливый отказ. Будь у него реальное желание, он был бы конкретнее. А «наличие времени» — вещь субъективная.
Чжан Жу уловила подтекст. Вздохнув, она сказала: — Хорошо. Ложись спать. Не буду больше беспокоить. Надеюсь, ты найдешь минутку. Она… она упала в обморок и звала тебя, пока была без сознания.
Положив трубку, Цинь Ло убрал телефон под подушку. В темной комнате он еще какое-то время смотрел в потолок, прежде чем наконец уснуть.
…
Следующий день.
После обеда Цинь Ло и Цзян Чжитао сидели на диване, лениво листая ленты в телефонах. Внезапно Цзян Чжитао вытянула свои длинные ноги и легонько пнула Цинь Ло ступней, тут же отдернув ее назад.
Он мельком глянул на нее, решив, что это случайно. Но через пару секунд она ткнула его снова.
— Что такое? — спросил Цинь Ло, приподняв бровь.
Цзян Чжитао пыталась сохранить невозмутимый вид. — Ничего. Просто нашла интересное видео, — небрежно бросила она.
Цинь Ло едва не прыснул. Было очевидно, что она хочет что-то показать, но слишком горда, чтобы попросить напрямую. Эта неловкость его забавляла.
Он понимал ее чувства. Оба ощущали, что их связь «брат-сестра» изменилась, и это порождало определенное напряжение. Но Цинь Ло решил не обострять и просто ответил коротким «Хм».
Цзян Чжитао надулась. Быстро придумав план, она бросила разблокированный телефон на диван и направилась в ванную.
Цинь Ло проводил ее взглядом. Видео на экране продолжало крутиться. Он не горел любопытством, но всё же взял телефон в руки. И увидел в ролике себя.
На огромной сцене он сам, в костюме, сидел за роялем. Его пальцы грациозно скользили по клавишам, извлекая печальные ноты.
Его голос сливался с музыкой в тоскливой мелодии.
Камера переключалась на зрителей. Лица были разными, но у всех в глазах читались грусть и сожаление. Затем кадр крупным планом выхватил Ши Юйлу, Хао Мэн, Цзя Тин и Цзи Янь. Ши Юйлу уделили больше всего времени — неудивительно, ее слезы были самыми искренними.
Досмотрев до конца, Цинь Ло мысленно похвалил оператора. «Кто это снял? Талантливо!»
Присмотревшись, он понял — это официальное видео от Университета финансов и экономики.
— Неужели мой универ опустился до того, чтобы хайпиться на студентах? — проворчал он, хотя в глубине души польстило.
Заголовок гласил: «Праздничное мероприятие: Проникновенное выступление таланта из народа. Оригинальная песня "Между радугой". Мужчины слушают в тишине, женщины рыдают».
— Боже, они там заголовки в стиле кликбейта пишут?
Взгляд Цинь Ло зацепился за тег «школьный идол», и он усмехнулся: — А моя альма-матер знает толк в маркетинге.
Видео стало хитом. Миллион лайков, более 100 000 комментариев.
«Ого, какой красавчик!»
«Я думала, в Финансовом только красивые девушки, а тут такой парень!»
«Девчонки, я не справляюсь! В следующем году поступаю туда. Жди меня, старший братик!»
«Куча поверхностных баб смотрят только на внешность. Вы хоть слышите, какая это песня? Это же душа!»
«Искал в сети — не нашел. Видимо, авторская. Потрясающе».
«Текст, мелодия, исполнение — идеально. Где продюсеры? Контракт этому парню немедленно!»
«С таким талантом и внешностью он взлетит мгновенно!»
«Забудьте про шоу-бизнес, там грязно. Не хочу, чтобы наш идол испортился. Просто запиши песню и выложи в сеть, мы ждем!»
«Вы все упускаете главное. Самое крутое — то, что он сказал перед песней. В этом ролике нет, но посмотрите первое видео в моих лайках, я снимал вживую».
«Ничего себе! Посмотрел другой ролик — там столько инфы!»
«У парня явно разбито сердце. Потому и песня такая. Слушаешь второй раз — и пробирает еще сильнее».
«Сначала думала, что плачущие девчонки в кадре — актрисы. Теперь мама спрашивает, почему я сама реву в телефон».
«Парни, даже такой красавчик не застрахован от несчастной любви. Мораль: все бабы…»
«Шутишь? Откуда ты знаешь, что это его бросили? Может, это он разбил ей сердце!»
Цинь Ло листал комментарии, забавляясь тем, как быстро обсуждение превратилось в битву полов.
Он перешел на страницу университета и нашел видео других участников. Его ролик был безоговорочным лидером, добравшись до второй строчки в трендах платформы и уверенно стремясь к первой.
Видео Линлун набрало 300 000 лайков. Она была популярной актрисой второго эшелона, ее фанатская база была стабильной, а голос — приятным.
Выступление Ши Юйлу набрало 200 000. В основном все восхищались ее красотой и сравнивали с принцессой, мало кто писал о самой игре на пианино.
— В этом мире красота — это действительно справедливость, — вздохнул Цинь Ло.
В этот момент он почувствовал на себе чей-то взгляд.
Обернувшись, он увидел Цзян Чжитао, которая стояла и улыбалась.
— Подглядывать в чужой телефон, пока хозяйка вышла — когда это у тебя появилась такая дурная привычка? — игриво спросила она. Было ясно, что она специально оставила телефон, но теперь с удовольствием «поймала его с поличным».
Цинь Ло ухмыльнулся: — Какая редкость! Я не только подсмотрел, но и… — он замолчал, оставляя место для воображения.
Лицо Цзян Чжитао заметно покраснело. Она фыркнула и выхватила гаджет.
Тут же раздался звонок. Цинь Ло успел заметить имя: «Мисс Минь».
Судя по тому, как спокойно сестра ответила, это был рабочий звонок. Однако, когда она закончила разговор, ее хорошее настроение заметно поубавилось.
Он наблюдал, как она ушла в комнату, переоделась и начала обуваться у двери.
Уже открывая дверь, она замялась. — Я в компанию.
— Ладно, — кивнул Цинь Ло. — Будешь к ужину?
— Ты готовишь?
— Да.
Она ничего не ответила, но он заметил, что пошла она как-то бодрее. Похоже, настроение снова поползло вверх.
В этот момент телефон Цинь Ло ожил. Незнакомый номер.
Голос в трубке был вежливым и деловым: — Здравствуйте, господин Цинь Ло? Я Ма Цян, скаут из Rainbow Entertainment. Я видел ваше выступление в Университете финансов и экономики. Нас очень заинтересовали и вы, и ваша песня. Если вы свободны, не могли бы мы встретиться и обсудить сотрудничество?