Цель подтверждена

Когда Цзя Тин выходила из больницы, её мысли были в полном беспорядке. Она вспомнила слова Хао Мэн и Ши Юйлу: два дня назад Цзи Янь выглядела истощенной и подавленной, словно «сестрица Линь» в огромном пустом особняке — одинокая и увядающая. Но после визита Цинь Ло она преобразилась. Мрачность исчезла, а когда Цинь Ло перед уходом отправил ей видео и попросил прислать ответное, Цзи Янь будто вернулась к жизни. Её радость была почти осязаемой.

— Это видео… та песня, которую ты изначально планировал спеть для Цзи Янь? — вслух спросила Цзя Тин.

Цинь Ло без колебаний кивнул. Его лицо оставалось бесстрастным, не выдавая ни единой эмоции.

Цзя Тин хотела что-то добавить, но, помедлив, решила оставить мысли при себе. Они вместе дошли до выхода из больницы и увидели припаркованное такси.

— Ты сразу в аэропорт? — спросил Цинь Ло.

Цзя Тин покачала головой, бросив на него красноречивый взгляд: — Я планировала зайти в молл, купить подарки родным.

Они решили поехать вместе. Сев в машину, они направились к торговому центру, который находился по пути к аэропорту. Хотя Цинь Ло не очень хорошо знал Цзя Тин, он понимал: она не из тех, кто станет навязываться ради выгоды. Будь это Яо Яньянь, он бы заподозрил, что «совпадение» с рейсом подстроено. Но в случае с Цзя Тин это была чистая ирония судьбы.

В многомиллионном городе они каким-то образом оказались на одном самолете до столицы.

В торговом центре Цзя Тин предложила:

— Хочешь пойти отдельно? Встретимся здесь через час.

Она подразумевала, что после шоппинга они вместе отправятся в аэропорт. Раз уж всё равно летят одним рейсом, нет смысла демонстративно избегать друг друга.

Цинь Ло на мгновение задумался: — Хорошо, я сначала загляну в тот магазин.

Цзя Тин удивленно вскинула брови: — Я тоже собиралась туда.

Цинь Ло беспомощно вздохнул: — Ну что ж, пойдем вместе.

Они вошли в бутик LV — обитель элегантности и роскоши. Зал был заполнен кожаными сумками: от классических с монограммами до современных дизайнов для молодежи. Продавщица-консультант мгновенно преобразилась, завидев пару. Хотя на них не было брендовых вещей, их манера держаться выдавала состоятельность. Девушка сразу поняла: эти двое пришли не просто поглазеть.

Особенно её внимание привлек Цинь Ло. Его внешность заставила обернуться даже тех сотрудниц, которые были заняты другими клиентами.

— Кажется, ты производишь на людей сильное впечатление, — шепнула Цзя Тин.

— Не знал, что ты такая самовлюбленная, — притворно не понял Цинь Ло.

— Я вообще-то про тебя.

— Спасибо, — бросил он, его взгляд уже остановился на сумке.

Это была классическая коричнево-желтая сумка среднего размера с фирменным узором. Продавщица начала расхваливать модель, но Цинь Ло, мельком проверив материал, перебил её:

— Заверните, пожалуйста.

Девушка осеклась, но профессионально улыбнулась:

— Сэр, эта сумка стоит 78 800 юаней. Вы уверены?

Цинь Ло кивнул: — Да, упаковывайте. Пока я посмотрю что-нибудь еще.

Далее он выбрал шелковый шарф и кошелек для матери, а также кожаные туфли и ремень для отца. Он понимал, что подарки должны быть равноценными, иначе отец может втихомолку обидеться, и завтрашний ужин окажется подозрительно пересоленным.

Пока он раздумывал над выбором, он заметил, что Цзя Тин уверенно ориентируется в ассортименте. Она выбрала стильную сумку для сверстницы и шарф, а затем замерла у мужской витрины в нерешительности.

— Ты часто здесь бываешь? — спросил Цинь Ло.

— Не особо, — покачала головой она. — Я не фанат громких брендов. Но моя тетя обожает такие вещи. Когда я жила в столице, она часто таскала меня по магазинам.

Цинь Ло сделал два вывода: Цзя Тин предпочитает нишевую роскошь (которая зачастую дороже массовой), и у неё очень влиятельная родня в столице.

— Если это для папы, то туфли или ремень — беспроигрышный вариант, — посоветовал он.

Цзя Тин поколебалась: — У нас с отцом натянутые отношения. Я не знаю, что ему нравится.

Цинь Ло не стал лезть в семейные дебри и спросил: — Он курит?

— Да.

— Как насчет этого? — он подвел её к витрине с аксессуарами.

Среди запонок и ручек за баснословные деньги лежала зажигалка.

— Можно посмотреть? — попросила Цзя Тин.

Продавщица объяснила, что это ручная работа из редких материалов. LV на корпусе делал её в четыре тысячи раз дороже обычной зажигалки.

«Роскошь — это чертовски прибыльно», — подумал Цинь Ло, прикидывая, хватит ли его счета, если он решит скупить здесь всё. Ответ заставил его почувствовать себя «виноватым» перед своим балансом.

Цзя Тин повертела зажигалку и кивнула: — Берем. А ты нашел подарок отцу?

— Еще нет. Мой отец — повар. Это и работа, и хобби.

Цзя Тин задумалась, а потом спросила консультанта: — У вас есть кухонные ножи серии Phoenix?

Цинь Ло едва не рассмеялся, но осекся, когда продавщица кивнула:

— Да, мэм. Сейчас принесу.

— Ты серьезно? — Цинь Ло взглянул на Цзя Тин.

Она усмехнулась: — Тетя рассказывала, что мастера LV иногда устают от сумок и делают странные вещи. Этот нож из дамасской стали ковал мастер, который раньше был знаменитым оружейником.

Нож оказался внушительным — классический китайский тесак с изысканной гравировкой. Цена вопроса — 128 888 юаней. Цинь Ло представил лицо отца и сказал: — Берем.

Закончив покупки, они отправились в аэропорт. В VIP-зале ожидания Цинь Ло в полной мере ощутил разницу между «простыми смертными» и элитой. Пока в эконом-классе стояли в очередях, их без лишних слов провели в лаундж с массажными креслами, шведским столом и элитным чаем.

Цинь Ло внешне оставался невозмутимым, хотя внутри ему было в новинку такое обращение. Цзя Тин же выглядела так, будто родилась в этом лаундже. Еще одним совпадением стало то, что их места в первом классе оказались соседними.

В самолете кресла раскладывались в полноценные кровати. Стюардесса с ослепительной улыбкой перечисляла услуги: массаж, меню, кино.

— А стюардесса симпатичная, — шепнул Цинь Ло, когда девушка отошла.

— Красивая, — согласилась Цзя Тин, — но Цзи Янь ведь красивее, правда?

Цинь Ло пришлось согласиться. Цзи Янь определенно входила в топ-3 его личного рейтинга.

В полете Цзя Тин долго смотрела на Цинь Ло.

— На что ты смотришь? — спросил он.

Она вспомнила, как так же смотрела на него у школьного медпункта. Помедлив, она спросила: — Ты и Цзи Янь…

Но, не дождавшись реакции, она проглотила остаток фразы.

— Покажи мне то видео, которое ты ей скинул, — попросила она.

Цинь Ло переслал видео через бортовой Wi-Fi. На экране парень в общежитии пел под гитару светлую, радостную песню. В его голосе была нежность, а на лице — искреннее счастье. Цзя Тин смотрела, не отрываясь. Она вспомнила его выступление на сцене, когда в зале стояла тишина, а Цзи Янь рыдала. Тот Цинь Ло пел о боли, этот — о надежде.

Губы Цзя Тин дрогнули в ностальгической улыбке. Цинь Ло засмотрелся на неё: в этот момент она напоминала благородную леди из древних дворцов — спокойная, величественная красота. В голове всплыли обрывки их встреч: её тонкие лодыжки, её смущение, когда он держал её за руку, её затуманенный взгляд на больничной койке.

Внезапно в его сознании прозвучал голос Системы:

[Цель стратегии определена.]

[Имя: Цзя Тин][Личность: Перфекционист][Задание для Хозяина: Склонить цель к саморазрушительному поведению.][Награда будет выдана, когда цель совершит акт саморазрушения под влиянием Хозяина.][Желаем удачи в покорении цели.]