Не бойся, я здесь

— Похоже, у Цзян Чжитао на этот раз действительно проблемы.

— Похоже на то. Объявление уже разослали, и поговаривают, что приказ отдал сам генеральный директор.

— Странно. Репутация госпожи Цзян на пике. Зачем компании издавать такой приказ? Разве это не вредит бизнесу?

— Думаю, она перешла дорогу кому-то очень влиятельному. С чего бы генеральному лично подписывать такое? Может, она разозлила его самого.

— Но я слышала, у Цзян Чжитао мощная поддержка. Кто-то анализировал ее взлет: за пару лет она так продвинулась не только благодаря таланту, но и потому, что компания заваливала ее ресурсами.

— Вот именно! Без связей кто бы дал столько возможностей сразу после дебюта? Поговаривали даже, что генеральный — ее отец.

— Глупости. Какой отец прикажет пустить собственную дочь «под откос»?

— Ну, это не совсем запрет. В объявлении не сказано, что ее «забанили».

— Это одно и то же. Посмотри текст: с сегодняшнего дня все внешние активности Цзян Чжитао отменяются, работа ей не назначается. Это фактически «заморозка».

— Честно говоря, я чувствовала, что к этому идет. В последнее время она почти не появлялась в офисе. Я слышала, верхушка уже давно была ею недовольна.

— Эй, потише. Даже если ее отодвинули, она всё еще большая звезда. А мы всего лишь новички. Если кто-то услышит, у нас будут проблемы.

— Да ладно тебе, мы же не гадости говорим…

Девушки сплетничали, когда дверь в лаундж внезапно распахнулась. Они замерли, на их лицах отразилась тревога. Несмотря на то, что они не говорили ничего откровенно плохого, страх быть пойманными за обсуждением старших был велик.

Но когда они увидели вошедшего, паника сменилась изумлением.

— Ты… ты Цинь Ло?! — одна из девушек вскочила, не в силах сдержать восторг.

Остальные явно видели то же видео. Их глаза заблестели, а недавнее беспокойство улетучилось без следа.

— Ты правда Цинь Ло? В жизни ты еще красивее, чем на видео!

— Что ты здесь делаешь? Ты подписал контракт с Tianhong Entertainment?

— Мы подписались на месяц раньше тебя. Так что мы твои старшие, зови нас «сестренками»!

— Можно добавить тебя в WeChat? Давай поужинаем сегодня!

Девушки были бойкими и открытыми. Обаяние Цинь Ло подействовало мгновенно — они были очарованы. Лишь спустя мгновение они заметили Чу Линлун, стоявшую позади него, и их пыл сменился неловкостью.

В индустрии развлечений иерархия соблюдается строго. Те, кто подписал контракт раньше, считаются старшими (сонбэ/сэмпаями), и новички обязаны проявлять уважение. Линлун, несмотря на молодость, уже была звездой второй величины и неоспоримым авторитетом для этих стажеров.

Неловкость усиливалась тем, что все знали: Цзян Чжитао и Линлун — близкие подруги. Если Линлун расскажет Чжитао об их сплетнях, быть беде.

Цинь Ло тепло улыбнулся им: — Привет, я Цинь Ло. Просто осматриваюсь, не хотел вам мешать.

Его мягкий голос и открытая улыбка подействовали как успокоительное. Девушки начали расслабляться.

— Вовсе не мешаешь! Смотри сколько хочешь.

Цинь Ло прошел в комнату, Линлун последовала за ним. Девушки почтительно поприветствовали ее: «Госпожа Линлун».

— Ты такой симпатичный, когда улыбаешься, — выпалила одна из стажерок. — Ты от природы такой красавчик?

Она намекала на пластику, но без злобы. В этой индустрии коррекция внешности — обычное дело. Цинь Ло шутливо потискал себя за нос, слегка сморщив его: — Посмотрите. Похоже на операцию?

Девушка покачала головой, покраснев от того, каким милым он ей показался.

— Ты подпишешь контракт с нами? — спросила другая.

— Ты так хорошо поешь и выглядишь, — добавила третья. — Будет обидно, если ты не станешь звездой. Твоя песня сейчас так популярна! Компания обещала тебе немедленный дебют? Я бы купила твой сингл!

Цинь Ло с улыбкой пояснил: — Представители компании действительно связывались со мной, но я не планирую становиться артистом в ближайшее время. Простите, если разочаровал.

Лица девушек вытянулись от удивления.

— Но почему?

— Ты мог бы стать суперзвездой!

Цинь Ло негромко рассмеялся и сказал, что его настоящая цель — усердно учиться и однажды стать изобретателем, чтобы приносить пользу обществу и стране. Хотя это звучало как шутка, девушки, тронутые его «высокими идеалами», казалось, поверили ему на слово.

Линлун лишь приложила ладонь к лицу, одновременно забавляясь и недоумевая. «Что с этими девчонками? — думала она. — Они сами красавицы, у них скоро будут толпы фанатов. Почему они так поплыли от него?»

Она еще не нашла ответа, когда услышала, как Цинь Ло небрежно спросил: — Кстати, а вы знаете Цзян Чжитао? Она ведь тоже в вашей компании?

— Да, госпожа Цзян — наша артистка, — кивнула одна из девушек. — Ты ее фанат?

Цинь Ло потер нос: — Ну… я надеялся встретить такую большую звезду, но, похоже, мне не везет. Я ее нигде не видел.

— Госпожа Цзян должна быть сегодня в офисе, — вставила другая. — Если поищешь, может и встретишь!

— Тогда я посмотрю позже, — кивнул Цинь Ло и полюбопытствовал: — А она в жизни такая же красивая, как по телевизору?

— Однозначно красивее, — без колебаний ответила стажерка. — Я видела ее издалека. Внешность безупречная, а аура… просто поразительная.

— Неудивительно, что она стала звездой так быстро, — восхищенно заметил Цинь Ло. — С таким темпом она скоро станет легендой.

Увидев, что парень, который ей нравится, рассыпается в комплиментах другой женщине, одна из девушек приревновала и пробормотала: — Не знаю… ее могут просто забыть, «засыпать снегом».

Сказав это, она тут же спохватилась и прикрыла рот руками, делая невинный вид.

— «Засыпать снегом»? Ее хотят заморозить? — Цинь Ло удивленно расширил глаза. — Оу, я понял. Наверное, это секрет компании. Простите, что спросил.

Другая стажерка, не особо задумываясь, выпалила: — Да какой там секрет. Объявление уже висит. Скоро весь мир узнает. Такое не скроешь.

Цинь Ло с интересом улыбнулся: — Расскажете подробнее?

Очарованные его вниманием, девушки выложили всё как на духу. Линлун слушала молча. Она знала об отстранении, но всё еще не понимала: зачем Цзян Тяньяо так поступает со своей собственной дочерью?

Она догадалась, что Цинь Ло зашел в лаундж именно ради этой информации. Его дружелюбие было лишь способом вывести девушек на нужную тему. Если бы он спросил в лоб, они бы промолчали. Но теперь, когда приказ стал официальным, скрывать что-либо не было смысла.

Цинь Ло терпеливо слушал, сохраняя на лице вежливый интерес. Но внутри он уже всё понял. Вот почему Чжитао в последнее время сидела дома и ничего не говорила о работе.

Но что задумал ее отец? Сначала вложить столько сил в ее карьеру, а потом собственноручно ее разрушить?

Он услышал, как одна из девушек сказала: — Вообще-то, я не думаю, что это конец. В объявлении сказано лишь о приостановке работы от лица компании.

— А в чем разница?

— Разница в том, что «заморозка» — это когда тебе запрещают делать что-либо вообще. Но госпожа Цзян может принимать предложения сама, не под брендом компании.

— И кто ее наймет? Весь мир будет знать, что компания от нее отказалась. Никто не рискнет связываться с артисткой, которую «слил» собственный лейбл.

Девушки вздохнули. Они мечтали о славе Чжитао, но теперь видели: капитал — это гигантская рука над головой. Один щелчок — и любая звезда гаснет. Атмосфера в комнате стала унылой.

Чтобы развеять тишину, одна из девушек попросила: — Цинь Ло, мы все обожаем твою песню «Между радугой». Споешь для нас?

Остальные тут же подхватили:

— Да-да! Пожалуйста!

— Мы так хотим услышать это вживую!

Их игривые просьбы и умоляющие взгляды было трудно игнорировать. Глядя на их кокетство, Цинь Ло почему-то вспомнил Яо Яньянь — ту дерзкую девчонку, которая при первой встрече прошептала ему: «Я кокетничаю».

— Ладно, ладно. Я спою, — беспомощно махнул он рукой.

Девушки радостно засуетились, расставляя стулья перед пианино в углу. Линлун тоже устроилась рядом. Она уже слышала его один раз, но тогда обстановка была слишком меланхоличной, чтобы распробовать мелодию.

Цинь Ло сел за инструмент и коснулся клавиш. Но в голове всплыла не «Между радугой».

Его пальцы извлекли серию нот, от которых девушки недоуменно переглянулись.

— Это… это не та песня.

— Он ошибся?

— Может, разминка?

Мелодия была незнакомой, но удивительно красивой — теплой и обволакивающей. Цинь Ло начал петь негромко:

«Ты робко поднимаешь взгляд, вглядываясь в темноту,

Лучик теплого света пробивается сквозь нее.

Не бойся, это я иду к тебе,

Не прячься в тенях, дай мне тебя увидеть…»

Девушки замерли в восторге. Они никогда не слышали этой песни. Голос Цинь Ло звучал как нежное утешение, как обещание защиты.

«Не бойся, всегда найдется тот, кто тебя любит,

Не бойся, всегда будет тот, кому ты не безразлична.

Не бойся, тебе всегда есть на кого опереться,

Кто-то всегда выведет тебя из тьмы…»

В это время по пустому коридору этажом выше медленно шла Цзян Чжитао. Она обхватила себя руками, глядя себе под ноги. Она казалась еще более хрупкой, чем обычно.

«Давай заключим пари, — холодно сказал ей отец. — С сегодняшнего дня я перекрываю тебе все ресурсы. Докажи свою состоятельность: либо сыграй главную роль в блокбастере, либо займи первое место в топовом реалити-шоу. Без моей помощи.

Если за три месяца справишься — ты победила. Я позволю тебе снова общаться с братом.

Если проиграешь — тихо вернешься домой. Забудь о карьере звезды и забудь о легком доступе к семье. Максимум — телефонный звонок. Никаких встреч.

Выбор за тобой. Если боишься — пусть Цинь Ло просто уедет. Я разрешу вам иногда видеться, если не будешь переходить черту. Итак… что решишь?»

«…Я согласна на пари!»

Воспоминание об этом разговоре давило на сердце. Она уже начала жалеть, что согласилась так быстро. Если бы она отказалась, Цинь Ло пришлось бы уехать, но она могла бы тайком навещать его. А теперь… если она проиграет, Цзян Тяньяо сделает так, что она больше никогда его не увидит. А он всегда держит слово.

Мечта о славе казалась ничем по сравнению со страхом потерять и Цинь Ло, и приемных родителей.

Ее шаги были тяжелыми. Она хотела вернуться в кабинет, но услышала звуки пианино. Музыка доносилась снизу.

«Кто-то репетирует?» — нахмурилась она. Музыкальные классы имели отличную изоляцию, их не должно быть слышно здесь.

Ведомая каким-то внутренним порывом, она спустилась на лифте. Двери открылись, и музыка стала отчетливее, сопровождаемая знакомым мужским голосом.

Чжитао подошла к лаунджу стажеров и замерла у приоткрытой двери. Внутри она увидела Линлун и девушек-новичков, сидящих рядами. А за пианино сидел Цинь Ло.

В этот момент их взгляды встретились. Цинь Ло поднял глаза от клавиш, улыбнулся ей и продолжил петь:

«Не бойся, всегда найдется тот, кто любит,

Тот, кому ты не безразлична.

Не бойся, тебе есть на кого опереться,

Тот, кто выведет тебя из тьмы.

Даже если мир не спешит обнять тебя — я здесь…»

Когда последние ноты затихли, девушки были готовы осыпать его похвалами, но их прервал голос от двери:

— Как называется эта песня?

Все обернулись. Цзян Чжитао смотрела на Цинь Ло, в ее глазах плескалась буря эмоций.

— «Не бойся, я здесь», — тихо ответил он.

Эти четыре слова что-то перевернули внутри нее. Она резко отвернулась, пытаясь скрыть нахлынувшие чувства.

— Песня неплохая, — произнесла она максимально холодным тоном, — но не стоит играть в лаундже. Будь осторожнее в следующий раз.

И она быстро ушла.

Стажерки переглянулись, желая возмутиться ее резкостью, но промолчали. Они снова переключились на Цинь Ло, засыпая его вопросами: он ли автор?

Когда он подтвердил, их восторгу не было предела. Но Цинь Ло, чувствуя, что его сейчас возьмут в кольцо, решил ретироваться.

— Ой, я вспомнил об одном деле. Мне пора, — сказал он. — Линлун, спасибо за экскурсию. Всем спасибо за внимание. Увидимся!

— Что? Уже уходишь?

— Заходи еще!

— Стой! Дай свой WeChat!

Но Цинь Ло уже выскользнул за дверь. Линлун проводила его понимающим взглядом.

Цинь Ло вышел к лифтам и увидел там Чжитао.

— Лифт такой медленный, — пробормотала она, хотя вокруг никого не было.

Он подошел и нажал на кнопку — двери тут же открылись. Они зашли внутрь. Чжитао помедлила, а потом спросила:

— Ты куда?

— Домой, — ответил Цинь Ло. — Обещал приготовить ужин сестре. А ты?

— Я тоже, — ответила она. — Обещала брату быть к ужину.

Она нажала на кнопку, и на ее губах наконец появилась улыбка, а в глазах заплясали искорки радости.