Неожиданная ночёвка с Хиёри-сан

— Электрогриль, есть! Напитки, есть! Мясо, есть!!

— У-у-у! Я уже на взводе!!

— Серьёзно… если у вас есть силы нести такую чушь, лучше руками шевелите.

Покрикивая на младших братьев, которые то изображали каких-то нелепых талисманов со стройки, то орали реплики так, будто снимались в дешёвом героическом шоу, я налил масла на разогретую поверхность гриля.

Пока я неторопливо распределял его и продолжал готовиться к барбекю, взгляд сам собой скользнул в сторону кухни, где рядом стояли две фигуры.

— Овощи так подойдут?

— Идеально! Спасибо тебе большое, что помогаешь!

— Меня ведь и так угощают ужином — это самое меньшее, что я могу сделать! Говори, если нужно что-то ещё, я помогу с чем угодно!

— А-а-а! Хиёри-тян, какая же ты славная девочка! Вот бы ты была нашей дочкой~! Я всегда мечтала, чтобы в семье была хотя бы одна девочка~!

На кухне мама и Хиёри-сан весело болтали, нарезая овощи для барбекю.

Глядя, как они отлично поладили и как мама уже совершенно растаяла, я почувствовал лёгкое облегчение… и в тот же миг братья с двух сторон зажали меня в тиски.

— Юсукэ, похоже, наша дорогая матушка и правда хочет такую дочку, как Нанасэ-сан, а?

— Так почему бы тебе не исполнить её мечту? После всего, что она для тебя сделала, ты ей должен.

— Так, вы двое. А ну-ка стойте смирно. Сейчас я аккуратно вдавлю ваши лица в гриль.

Они похлопали меня по плечам и принялись подкалывать, а я ответил им тихой яростью.

Глядя, как они с воплями удирают, я только вздохнул. Сегодня вся моя семья была подозрительно перевозбуждённой.

Была пятница. Тот самый день, который мы заранее наметили, — домашнее барбекю с Хиёри-сан в качестве почётной гостьи.

Раз завтра выходной, можно было не бояться засидеться допоздна и немного пошуметь. План, конечно, был простецкий, но не сказать чтобы плохой.

Немного беспокоил быстро усиливающийся циклон, шедший в нашу сторону, но в прогнозе говорили, что у нас погода не должна стать слишком уж плохой, так что я решил не накручивать себя.

Все и правда подошли к этому со всей серьёзностью…

Мама, которая уже открыто души не чаяла в Хиёри-сан, и братья, как всегда, носившиеся вокруг, — все были в восторге от самого факта барбекю с гостьей.

Хотя и мне бы помалкивать — сам я тоже был изрядно взбудоражен.

— Эй, придурки! Хватит там плясать, садитесь уже!

Чуть позже мама и Хиёри-сан вошли в гостиную с тарелками овощей и морепродуктов в руках.

Гриль уже как следует нагрелся, всё было готово, и Хиёри-сан с остальными начали рассаживаться по местам.

— Юсукэ-кун, вы, похоже, так весело разговаривали с братьями. О чём шла речь?

Севшая рядом со мной Хиёри-сан с любопытством задала этот вопрос, а я неловко замялся, пытаясь уйти от ответа.

— А? Да нет, ничего такого. Просто валяли дурака.

Я взял кухонные палочки и начал выкладывать на гриль купленное мясо и овощи, которые она нарезала. Почти сразу комнату наполнил аппетитный запах жарящегося ужина.

— У-о-о!! Мясо! Мясо!! Я сейчас лопну!!

— Быстрее давай! Я второй сын, я ждать не умею!!

— Вы двое! Не позорьтесь перед Хиёри-тян!!

— Аха-ха… п-прости. У меня семья немного… шумная.

— Да нет, это же так весело! Мне очень нравится, когда дома так оживлённо!

С палочками в руках братья нетерпеливо ждали, пока приготовится мясо, а мама ругала их за бесстыдство.

Как и прежде, моя семья была шумной до невозможности. Я извинился перед Хиёри-сан, но она лишь тепло рассмеялась.

— Эй, не только на мясо смотрите — соусы тоже приготовьте. И овощи ешьте, ладно?

— Да знаем мы! Мы не настолько глупые!

— Угу, но если вы сожрёте долю Нанасэ-сан, и Юсукэ, и мама на вас набросятся. Так что следи за собой, Масато.

— Серьёзно. Ты слишком легко увлекаешься и начинаешь есть без остановки…

— Это и тебя касается, мам. Не напивайся так, чтобы потом нести всякое странное, ладно? Если ты начнёшь донимать Нанасэ-сан, мы вообще не поймём, как на это реагировать.

— Да. Осознавать, что все вокруг хотя бы минимально соблюдают приличия, очень помогает мне расслабиться как старшему сыну.

Хотя в разговоре и всплыло имя Хиёри-сан, по сути всё было как обычно — обычная шумная семейная перепалка.

— Пф… аха-ха!!

Хиёри-сан рассмеялась, наблюдая за нами, явно наслаждаясь этим зрелищем. А я тем временем продолжал раскладывать готовое мясо и овощи по тарелкам.

— Первый заход всем поровну. А после этого начнётся битва насмерть.

— Как мама и сказала — не объедайтесь сразу, сегодня ведь у нас Хиёри-сан, помните?

Переговариваясь, мы легонько сложили ладони.

Если не считать того, что за столом был на одного человека больше, это был наш обычный ужин. Мы произнесли привычное приветствие перед едой и начали есть.

— Итадакимасу!!

Все разом прокричали это, а затем, смеясь, принялись за ужин.

Тайга тут же сунул в рот толстый кусок рёбрышка и довольно заулыбался. Масато тоже, похоже, наслаждался давно обещанным барбекю от души.

— Мм! Говядина всё-таки лучшая! А, Юсукэ, давай следующую партию!

— Да-да, понял.

Чтобы поспевать за темпом братьев, я выложил новую порцию на уже опустевший гриль.

Короткие рёбра, язык, харáми, овощи, морепродукты — я старался, чтобы всё было сбалансировано, и вскоре аппетитный запах снова наполнил комнату.

Я следил за мясом, вовремя переворачивал его и, когда нужно, посыпал солью.

Пока я занимался жаркой, братья вмиг прикончили первую партию и уже начали коситься на следующую, почти готовую.

— У-о-о!! Я не отдам говяжий язык!!

— Эй! Это я на него целился!

— Да хватит вам… мяса тут полно. Не деритесь. И оставьте хотя бы немного Хиёри-сан, ладно?

Как и раньше, я уже потянулся выкладывать новую порцию на гриль… но тут заметил, что Хиёри-сан смотрит на меня.

— А, да не обращай на этих идиотов внимания. Просто ешь сколько хочешь.

— Я не могу не обращать. Давай я пожарю — Юсукэ-кун, тебе тоже нужно поесть.

— Нет, ну как я позволю гостье этим заниматься? Серьёзно, не переживай. Ешь спокойно.

— Не-а, переживаю. Давай сюда щипцы и палочки!

С этими словами она ловко отобрала у меня приборы и начала сама выкладывать еду на гриль.

Опыт у неё был не такой, как у меня, но вид её, старательно готовящей для всех, подействовал даже на братьев — те, похоже, почувствовали себя неловко и притихли.

— Эй-эй! Чего вы только смотрите — ешьте то, что уже у вас на тарелках! Остывшее ведь невкусно, знаете?

Подгоняемый Хиёри-сан, я взялся за еду, которую она мне положила.

— Д-да. Спасибо…

Пока в гостиной шипело мясо, я, неловко жуя, ел свою первую порцию — меня впервые за долгое время буквально заставили просто сидеть и есть. И стоило мне закончить, как на пустую тарелку тут же легла новая порция.

— Ещё идёт~! Ты вон какой большой, так что ешь, ешь!

— Н-нет, правда, мне неудобно! Я уже поел, теперь я жарю. Твоя очередь, Хиёри-сан!

— Всё-всё, хватит. Доверьтесь взрослому человеку. Вы, дети, просто ешьте!

Не успел я вернуть щипцы, как мама вмешалась и добровольно взяла на себя роль главного по жарке.

Я переложил часть мяса, которое мне положила Хиёри-сан, на её опустевшую тарелку, и мы продолжили ужин.

— Спасибо, Хиёри-тян. За то, что присмотрела за Юсукэ.

— Пустяки. Мне вообще-то даже нравится такое делать!

— Может, и нравится, но ты всё-таки сегодня гостья — тебе стоило бы больше расслабиться и просто получать удовольствие…

— Но если человек всё время стоит у гриля и почти не успевает поесть, естественно, мне становится неловко!

— Я обычно ем вместе с мамой уже после того, как братья заканчивают. Так что правда — тебе не нужно беспокоиться.

— Юсукэ, не надо так. Хиёри-тян ведь специально проявила заботу — ты хотя бы поблагодари её как следует. Так будет правильно.

Я просто объяснил, как у нас тут обычно всё устроено, но мама меня тут же одёрнула, и я скривился, понимая, что она права.

Наверное, я заставил Хиёри-сан почувствовать себя неловко, хотя она лишь хотела помочь. К счастью, по-настоящему расстроенной она не выглядела.

— Хм, вот как. Значит, обычно всё так и бывает. Я, получается, только сделала вам всем неудобно?

— Н-нет! Вовсе нет! Ты очень выручила! Я правда был рад!

— Это мы виноваты, что вели себя как идиоты! Нанасэ-сан вообще ни в чём не виновата!

Я и Масато поспешили заверить её, пока она не начала винить себя за то, что не знала наших привычек.

Нам очень не хотелось, чтобы она чувствовала себя виноватой. И тут Тайга, тихо хмыкнув, с озорной улыбкой открыл рот:

— Пф! Это прямо как если бы молодой паре объясняли домашние правила, а?

— П-подожди, какая ещё «молодая пара»?!

— Хе-хе! А ведь и правда похоже! Простите, свекровь, я просто неопытная невестка, ничего ещё толком не понимаю. Прошу, будьте ко мне снисходительны!

— О, мне нравится! Хиёри-тян, если Юсукэ когда-нибудь тебя обидит, сразу говори мне! Я его и секунды не пожалею!

— Да прекратите вы подхватывать это! Серьёзно…!

Пылая от смущения, я вклинился в этот нелепый спектакль, начавшийся с небрежно брошенной фразы Тайги.

И хотя я и сам понимал, как слишком остро реагирую на одно только слово «пара», Масато, обычно самый легкомысленный из нас, вдруг заговорил непривычно спокойным голосом:

— …А что такого? Тебе бы стоило просто насладиться этим, Юсукэ.

— Масато, ты серьёзно—

— Ты же заслужил хотя бы это, разве нет? Ты бросил баскетбол, который так любил, ради нас. Взял на себя домашние дела, пошёл подрабатывать, чтобы помочь с деньгами. Всё время ставил других выше себя. Но ведь и тебе тоже полагается немного юности, верно? Так что расслабься и наслаждайся — например, такими вот свиданиями после школы, как на днях.

— Масато…

Услышав от него настолько искренние слова, я был совершенно застигнут врасплох.

Похоже, он и сам понял, что это звучит совсем не в его обычном стиле, потому что тут же отвёл лицо. И тогда вступил Тайга.

— …Он прав. Мы тоже можем делать своё, знаешь? Не обязательно тебе одному тащить всё на себе. Хотя бы рядом с Нанасэ-сан ты можешь ненадолго перестать быть «старшим».

От этих слов внутри стало как-то щекотно, но я видел — они говорили это не из вредности, а потому что правда обо мне заботились.

На редкость искренняя атмосфера медленно накрыла всю гостиную, и тогда мама наконец повернулась к Хиёри-сан и сказала:

— Всё это немного странно прозвучало, но… Хиёри-тян, позаботься о Юсукэ, хорошо? Он у нас дубина — неуклюжий, медленный, но до невозможности добрый. Постарайся его понять.

— …Обязательно. Я и так уже знаю, какой Юсукэ-кун добрый, так что всё будет хорошо.

…Так, подождите. Что это вообще за атмосфера?

Почему такое чувство, будто один я не понимаю, что здесь происходит?

Почему все ведут себя так, будто официально передают меня на попечение Хиёри-сан?

В воздухе стояло какое-то странное тепло — мягкое, доброе, но до ужаса неловкое, — и я просто потерял дар речи. И именно в этот момент по дому раскатился громкий дребезг, и мы все разом повернули головы.

— Это окно? Его ветром тряхнуло…?

— Странно. В прогнозе же говорили, что дождь и ветер не будут такими сильными, да?

Пока все болтали и шутили, мы этого просто не замечали, но теперь окна тряслись от ветра уже всерьёз.

Дождь грохотал так, будто по стеклу лупили камнями, — всё оказалось куда хуже, чем мы ожидали. По новостям это казалось чем-то незначительным, а в реальности выглядело уже откровенно тревожно.

— А!? Юсукэ, это плохо! Объявили предупреждение о сильном дожде! Говорят, предупреждение о шторме тоже вот-вот могут выпустить!

— Что?! Серьёзно?!

— Говорят, циклон усилился сильнее, чем ожидалось! К утру он, наверное, пройдёт, но ночью дождь и ветер будут просто жуткими!

Как и сказал Тайга, снаружи становилось только хуже. Ветер и дождь усиливались буквально с каждой секундой.

Если так пойдёт дальше, через полчаса из дома уже будет не выбраться. Мы поспешно начали думать, что делать.

— И что нам теперь делать? В таком случае Нанасэ-сан уже не сможет вернуться домой.

— Но машины у нас нет. Отвезти её мы никак не сможем.

— Может, вызвать такси? Или, если родители смогут забрать её на машине…

— Хиёри-сан, а твои родители сегодня дома?

Я спросил это, но она в ответ покачала головой.

— …Нет. Кажется, они сегодня ночуют в офисе. Но я всё равно попробую позвонить.

Она достала телефон и начала набирать номер.

— А, мам? Я сейчас вообще-то у подруги дома, и…

Похоже, маме она сказала, что находится у подруги.

Ну да, это неудивительно. Вряд ли она могла просто признаться, что засиделась допоздна дома у парня.

Мы всё ещё надеялись, что родители смогут её забрать, но, когда разговор закончился, она посмотрела на нас и слегка покачала головой.

— Простите. Родители тоже не смогут приехать.

— Понятно… Ну да, это ожидаемо. Всё слишком внезапно, и в такую погоду им самим было бы опасно…

Последней надеждой оставалось такси, но при таких условиях и оно вряд ли могло помочь.

Пока мы всё ещё пытались что-то придумать, Хиёри-сан вдруг серьёзно заговорила:

— Эм… я понимаю, что это очень внезапно и что я доставляю вам неудобства, но… если можно…

Она робко подняла на нас взгляд и на мгновение запнулась.

А потом, помедлив, всё-таки произнесла:

— —Можно я останусь у вас на ночь?

(К-как всё вообще до этого дошло…?)

Прошло несколько часов с начала нашего домашнего барбекю, и за это время погода стала намного хуже, чем кто-либо из нас мог предположить.

На район уже выпустили предупреждение о сильном дожде и шторме. За окном не было видно ничего — ни людей, ни машин, — только бесконечный дождь и ветер.

И в итоге… Хиёри-сан осталась у нас ночевать.

Мы всё-таки попытались позвонить в таксомоторную компанию, но там сказали, что все машины уже заняты и когда освободятся — неизвестно. Так что выбора у нас не было.

К счастью, родители Хиёри-сан дали разрешение, и это уже было большим облегчением. И всё же внезапная ночёвка заставляла меня чувствовать себя не в своей тарелке… хотя я и принял это.

И теперь я стоял в раздевалке, держа в руках банное полотенце и кое-что из своей старой формы времён средней школы — футболку и шорты.

За тонкой дверью шумел душ. На матовом стекле двигалась смутная тень, и, напрягшись, я заговорил:

— Эм, Хиёри-сан! Я-я принёс полотенце и одежду…!

— А! Спасибо! Прости, что доставляю столько хлопот!

— Н-ничего, правда! В такой ситуации это неизбежно. Одежда просто из моей старой формы, так что может сидеть не очень, но…

— Мне совсем не важно! Всё лучше, чем спать в повседневной одежде. Я тебе правда очень благодарна!

Её голос донёсся из-за двери ванной — воды уже не было слышно.

Осознание того, что нас с совершенно обнажённой Хиёри-сан разделяет всего одна тонкая дверь и что мы ещё и вот так спокойно разговариваем, невыносимо меня смущало.

Как всё вообще дошло до такого? Всё происходило слишком стремительно, и мысли просто не поспевали.

Я уже собирался положить одежду куда-нибудь рядом, как вдруг заметил что-то на полу — и машинально отшатнулся.

— Ува!?

— Ой!? Что случилось, Юсукэ-кун!?

— А-а! Н-нет, я… прости! Мне очень жаль!!

Вздрогнув, я отступил к стене и наделал шума, так что Хиёри-сан тут же спросила, что произошло.

Я извинился, и в моём голосе звучало не только сожаление из-за внезапного звука.

Там, куда я хотел положить одежду, на полу, небрежно лежало кое-что неожиданное.

Это было бельё Хиёри-сан, которое она, должно быть, сняла буквально только что.

Светлое, с простым цветочным узором.

Я замер, уставившись на него.

Пусть и случайно, но внутри сразу поднялось чувство вины. И когда оно стало уже невыносимым, Хиёри-сан, видимо, почувствовав неладное по ту сторону двери, окликнула меня:

— Юсукэ-кун, что-то случилось? У тебя голос какой-то… странный.

— …Прости. Я хотел положить одежду и… случайно увидел твоё бельё.

Не в силах соврать под тяжестью вины, я честно признался в своём случайном проступке.

Я был уверен, что Хиёри-сан разозлится, — но к моему удивлению она вдруг весело рассмеялась и сказала:

— Аха-ха-ха! Ой, только-то? Да не переживай!

— Л-легко тебе говорить «не переживай»! И вообще, ты что-то слишком спокойно к этому относишься!

Её громкий смех не оставил мне ничего, кроме как возмутиться.

Конечно, это было в миллион раз лучше, чем если бы она разозлилась и возненавидела меня. Но в то же время то, как легко она меня отпустила, беспокоило уже по-другому… и как раз в этот момент её голос стал тише.

— Всё правда в порядке. Потому что… оно там оказалось случайно, но теперь забавно, что именно ты его увидел.

— П-подожди… что?

От её слов сердце у меня болезненно дёрнулось.

Как это понимать?

Если она просто поддразнивает меня — то это уже перебор. А если нет, тогда… Но не успел я додумать эту мысль, как из притихшей ванной снова донёсся смех.

— Пф-ф! Аха-ха-ха! Да шучу я, шучу! Это просто была неудачная случайность! Мари-сан сказала мне сложить всё в сетчатый мешок отдельно от остальной одежды, а я совсем забыла и так и оставила! Серьёзно, Юсукэ-кун, тебя слишком легко дразнить!

— Ш-шутка… ну серьёзно…!!

Значит, меня всё-таки разыграли. Я обмяк прямо там, где стоял, и тяжело вздохнул.

И Хиёри-сан, похоже, ещё не собиралась меня отпускать.

— Прости, что заставила твоё сердце так подпрыгнуть из-за моей ошибки! Но всё-таки это ведь было немного… забавно, правда?

— Ни капли! Я чуть не умер от неловкости!

— Аха, как же это на тебя похоже, Юсукэ-кун! Ну правда, если бы большинство парней вдруг увидели на полу чужое бельё, разве они бы не растерялись?

Спорить с вопросом было трудно. Но, пережив это на собственной шкуре, я твёрдо знал — лично для меня ответом было решительное «нет».

Слишком стыдно. И чувство вины просто душит. Никак иначе.

— Я бы не стал. Не смог бы. Ты ведь знаешь, какой я…

— Да, знаю! И именно это мне в тебе нравится, Юсукэ-кун!

Её голос был ярким, смех лёгким — и от одной этой фразы сердце снова дрогнуло. На меня слишком уж сильно всё это действовало.

Так продолжаться больше не могло, иначе сюда ещё и мама заглянет и устроит мне выговор. Я поспешно положил одежду и заговорил:

— В общем, я просто оставлю здесь полотенце и одежду! Не спеши!

— Фуфу! Спасибо! Тогда я с удовольствием как следует погреюсь!

С её словами за спиной и лицом, пылающим как огонь, я поспешно выбрался из раздевалки.

— Юсукэ-кун! Посмотри! Это же просто нечто, да!?

— ~~~~!!

Вернувшись в свою комнату и пытаясь хоть как-то успокоиться, я поднял взгляд — и из меня вырвался какой-то задушенный звук.

Хиёри-сан стояла там, сияя улыбкой, в одной только огромной футболке, которую я ей дал.

Из-за разницы в росте ворот сидел чуть свободно, а сама белая ткань слегка натягивалась там, где фигура у неё была заметно округлой.

На её маленьком теле ростом всего сто сорок восемь сантиметров эта футболка едва доходила до середины бедра, и, хитро улыбнувшись, она сказала:

— Ну как? Что скажешь о девчонке, которая влезла в чужую футболку и теперь выглядит слишком уж подозрительно? По-моему, зрелище чересчур вызывающее, да?

Широко разведя руки, она победно выставила грудь вперёд, будто гордилась своим безрассудным нарядом.

Я стоял как вкопанный, не в силах произнести ни слова… пока взгляд не зацепился за знакомую вещь в её правой руке. Голос дрогнул, когда я спросил:

— Эм, Х-Хиёри-сан? А это у тебя в правой руке…?

— А, да! Шорты, которые ты мне дал!

С улыбкой она подняла старые спортивные шорты, которые лежали рядом с футболкой.

Если она держала их в руке, значит, сейчас они были не на ней… Мысли у меня в голове моментально застопорились, а лицо залило краской, и я выпалил:

— Почему ты их не надела!? И зачем вообще пришла сюда в таком виде!?

— Ну! Я увидела себя в зеркале в одной футболке и как-то… расчувствовалась! Просто обязана была показать тебе! Не переживай, братья и Мари-сан ничего не видели!

— А… ну это хорошо… то есть нет, не в этом дело!! Этот вид слишком опасен во всех смыслах!

— Знаю-у! Вот потому мне и захотелось проверить, насколько это вообще безрассудно выглядит! Интересно же, до какой степени можно довести ситуацию, прежде чем она станет совсем уж чересчур!

— Мне не интересно! Надень шорты уже наконец!!

— Эх~… Ладно-ладно. Раз уж ты так настаиваешь, надену, как послушная девочка.

— Только не при мне! И не поворачивайся так! Если ещё наклонишься, мне совсем деваться будет некуда!

— Ого~! То есть теперь, когда я наклоняюсь, это уже твоя очередь терять равновесие, Юсукэ-кун? Так это работает!?

— Можно уже без шуток!? Я тебя умоляю!

Я бы в ту же секунду сбежал из комнаты, но, к сожалению, дверь в коридор находилась прямо за Хиёри-сан.

Наконец, она, кажется, решила прекратить издеваться и правда надеть шорты. А я, запаниковав, зажмурился и отвернулся.

— Кстати, Юсукэ-кун, как лучше назвать такой силуэт — «занавес» или «палатка»?

— Да как угодно… Просто надень уже нормальную одежду, пожалуйста…

— Есть~!

Даже переодеваясь, она не забыла вставить ещё одну дурацкую шуточку.

Я изо всех сил старался не вслушиваться в шорох ткани, который тут же вызывал у меня в голове ненужные образы, и насильно гнал эти мысли прочь. После короткой возни Хиёри-сан снова заговорила — на этот раз совершенно невозмутимо:

— Хм… верх мешковатый, а вот шорты — нет. Видимо, дело не в талии, а в самой фигуре… Даже странно как-то.

— Ага… только не надо так собой любоваться. И перестань демонстрировать это с таким видом…

— Прости, Юсукэ-кун. Наверное, ты ожидал какой-нибудь нелепой сцены из аниме, где шорты оказались бы слишком большими и всё пошло бы не так, но, увы, ничего подобного. Наверное, разочарован?

— Я вообще такого не ожидал. Пожалуйста, не делай из меня в своём воображении какого-то извращенца.

Я как можно спокойнее отбил этот шквал шуток и почти что издевательств.

Теперь, когда её одежда хотя бы отдалённо стала напоминать что-то приличное, я наконец смог вздохнуть спокойнее. Пока я пытался вернуть самообладание, Хиёри-сан с весёлым любопытством осматривала мою комнату.

— О-о-о~! Так вот какая у Юсукэ-куна комната! Именно такой я её и представляла — предельно простая!

— Вещей у меня немного. Извини, скучновато получилось.

— Кровати нет, да? Тогда тайник с журналами для взрослых, наверное, в ящике стола. Пора начать расследование!

— У меня нет ничего такого!! И не надо расследовать то, чего не существует!

Как она и сказала, моя комната была очень пустой.

Я спал на футоне, а почти все вещи хранил в шкафу. Даже мне самому она казалась немного скучной.

И всё же в ней была одна вещь, которая сразу бросалась в глаза. Хиёри-сан подошла к ней и некоторое время смотрела, а потом спросила:

— Это баскетболист? Из НБА, да?

— Ага, всё верно. Он уже закончил карьеру, но это мой любимый игрок.

Высокий мужчина в чёрной форме. Номер на майке — двадцать первый.

Мы оба посмотрели на фотографию в рамке, и я пояснил:

— А каким он был игроком?

— Его называли Big Fundamental. Одним из величайших игроков в истории НБА.

— Биг… кем?

— Big Fundamental. Это что-то вроде «великий фундамент». Он не был ярким или показным, зато идеально владел базой и в любой ситуации спокойно выбирал самое правильное решение. Не вёлся на провокации, всегда делал то, что нужно, и был настоящей опорой для своей команды. А ещё он был очень скромным и преданным семье. Я правда им восхищаюсь.

Пока я рассказывал о баскетболисте, которым восхищался с детства, Хиёри-сан молча смотрела на меня.

А потом мягко улыбнулась, подняла взгляд и сказала:

— Ты выглядишь таким счастливым. Ты всё ещё любишь баскетбол, да, Юсукэ-кун?

— Да… Я бросил его, но это не значит, что перестал любить.

Я уже говорил ей раньше — я люблю баскетбол.

Я не жалею, что ушёл, и не цепляюсь за прошлое. Но стоит мне заговорить о любимых игроках, как всё то чувство, которое я испытывал на площадке, сразу оживает.

— Хе-хе… Я снова узнала о тебе что-то новое, Юсукэ-кун. От таких вещей мне становится радостно.

— Ну… в тот день на свидании я тоже много нового узнал о тебе, так что… наверное, теперь мы в расчёте?

После моего рассказа о любимом игроке она сказала это.

Может быть, так же, как я радовался, узнавая то, что нравится ей, ей самой тоже было приятно узнавать меня чуть глубже.

Очень хотелось бы верить, что именно это она и имела в виду… Но дальше разговор неожиданно свернул совсем в другую сторону.

— Значит, этот твой «Big Fundamental»… умеет сохранять хладнокровие и делать то, что нужно, в любой ситуации, да? Идеально!

— Идеально? В каком смысле?

Я нахмурился, не понимая её загадочной фразы. А Хиёри-сан, наоборот, лучезарно улыбнулась и ответила:

— Ну, если у тебя нервы такие же стальные, как у твоего героя, то, думаю, всё, что я сейчас скажу дальше, ты тоже выдержишь!

— …У меня очень плохое предчувствие. Что ты собираешься сказать?

Хиёри-сан тихо рассмеялась всё с той же улыбкой. Но от одного взгляда на это выражение лица по спине у меня пробежал холодок.

Что бы она сейчас ни сказала, это точно будет что-то безумное — и, к несчастью, я оказался прав.

— Я сегодня сплю здесь! Так что рассчитываю на тебя, Юсукэ-кун!

(Как всё вообще до этого дошло…!?)

Второй раз за каких-то тридцать минут я подумал именно это. Прямо как спортивный комментатор, который повторяет одну и ту же фразу в финале сезона.

Повернув голову, я увидел два футона, плотно разложенных рядом друг с другом в моей не такой уж просторной комнате. Хиёри-сан с довольным видом каталась по одному из них.

— Так, всё готово! Я в любой момент могу ложиться спать!

Перекатываясь с одного футона на другой, она улыбалась, как беззаботный ребёнок.

Из-за этой невинной улыбки мне даже на миг показалось, что, возможно, я просто слишком всё усложняю, но нет — ситуация всё равно была чересчур.

Только мы вдвоём, одни в одной комнате. Да, футоны отдельные, но лежат-то рядом. Это уже само по себе было слишком.

Конечно, сначала я возражал. Но потом у двери моей комнаты таинственным образом появился гостевой футон, а пока я пытался отговорить Хиёри-сан, она упрашивала и уговаривала — и вот мы уже тут.

Я ещё и не понимал, почему мама не попыталась её остановить, но, видимо, она уже окончательно растаяла от Хиёри-сан… и, возможно, просто доверяла мне как ответственному старшему сыну.

(Всё нормально. Я справлюсь. Я ведь старший.)

Что бы ни случилось, я не должен поддаваться странным мыслям. Как Big Fundamental, я обязан оставаться спокойным и собранным.

Пока я пытался убедить себя в этом, Хиёри-сан перестала кататься по футону и слегка приподнялась на локте.

— Слушай, Юсукэ-кун. Иди сюда и ложись рядом.

— Угх…!?

Я только-только сумел хоть немного успокоиться, а она тут же снова подбросила мне бомбу прямо под сердце.

Глядя, как она хихикает, наблюдая за моей реакцией, я очень хотел выкрикнуть «Это всё из-за тебя!», но вместо этого упрямо рухнул на свой футон.

— Ладно. И что теперь?

— Эхе-хе… Теперь мы просто лежим и вместе смотрим в потолок, да?

— Ну да… наверное. И что?

Отчасти потому, что я так и не смог заставить себя посмотреть на неё, взгляд сам собой уткнулся в потолок.

Хиёри-сан тоже смотрела туда же, а голос у неё был лёгкий и радостный.

— Обычно из-за нашей разницы в росте потолок для меня как будто дальше, чем для тебя. А сейчас он выглядит так, будто мы видим его с одной и той же высоты. Как будто я наконец смотрю на мир твоими глазами.

И правда… когда лежишь и смотришь вверх, линия глаз у вас почти на одном уровне.

Вроде бы мелочь, но стоило ей это произнести, как я почему-то особенно остро это почувствовал. И тут она перекатилась ко мне.

— И ещё… наши лица могут быть так близко. Гораздо ближе, чем обычно.

— …!

Хиёри-сан тихо, почти шёпотом, произнесла это у самого моего уха, а затем ярко улыбнулась.

Когда я повернулся к ней, её лицо оказалось куда ближе, чем я ожидал, и я невольно задержал дыхание.

— Впервые с тех пор, как ты тогда крепко меня обнял, наши лица так близко, да?

В её глазах сверкала радость. На губах играла счастливая улыбка. Щёки чуть порозовели.

Обычно разница в росте больше тридцати сантиметров не позволяет нашим лицам оказаться рядом, но сейчас она была так близко, что я мог без труда разглядеть всё, что отражалось у неё на лице.

Когда она тогда обняла меня, я тоже чувствовал что-то похожее. Но сейчас, наверное, даже сильнее, чем тогда, ощущал, насколько она близко.

Может быть, потому что сейчас мы не на широкой крыше, а в маленькой комнате. А может, всё дело в том, что мы вдвоём одни в замкнутом пространстве.

Пока я думал об этом, Хиёри-сан протянула руку и коснулась моей щеки, мягко надавив пальцами. От неожиданности я посмотрел на неё и поспешно заговорил:

— М-может, нам… ну… уже спать? Уже поздно.

— Да… наверное, ты прав. Мы столько всего съели, да и от всех этих волнений меня уже клонит в сон.

Она мягко улыбнулась и кивнула.

Я поднялся, выключил свет и лёг на свой футон в темноте, глубоко вдыхая, чтобы успокоиться.

(Всё нормально, всё нормально. Спокойно, спокойно…!)

Я закрыл глаза и снова и снова повторял про себя эти слова, стараясь унять сердце.

От одной только ситуации ещё не значит, что я собираюсь делать что-то странное. Я должен провести эту ночь так, как и положено, — просто как друг.

…Во всяком случае, я так думал.

— …Слушай, Юсукэ-кун. Свет уже выключен, знаешь?

Вдруг из соседнего футона донёсся её голос.

Медленно открыв глаза, я повернулся в сторону — глаза уже привыкли к темноте — и встретился с её взглядом, направленным прямо на меня. И необычайно серьёзным голосом она сказала:

— Ты… правда ничего не сделаешь?

— Ч-что…!?

Её слова, сказанные в упор, потрясли меня до глубины души.

А потом она продолжила:

— В раздевалке ты так смутился из-за одной мелочи, да? А сейчас… между нами ведь совсем нет расстояния.

— …!

Говоря это, она чуть приподняла край одеяла.

Пальцами она легко коснулась места рядом с собой, словно приглашая меня ближе, и, чуть сощурив глаза, заговорила дальше — тихо, низким голосом:

— Всё в порядке. Если тебе хочется быть ко мне ближе… я не против. Если ты этого хочешь, Юсукэ-кун… иди сюда.

Даже в темноте было видно, что её лицо вспыхнуло.

Дыхание у неё сбилось, грудь заметно поднималась и опускалась. Хотя сама она почти не двигалась, в глазах ясно читалось ожидание, и, пока мы молча смотрели друг на друга, я наконец заговорил:

— Я не могу. Потому что… мы друзья. И наши отношения сейчас не такие.

— …Да. Ты прав. Но тогда—

Мы обнимались, делили еду, даже невольно становились друг другу ближе. Но это… это было уже совсем другое. Тут была черта, за которую просто нельзя было шагнуть.

Мы друзья. То, о чём она сейчас говорила, уже выходило далеко за эту грань, и я не мог это принять. Но в ответ она тихим, твёрдым голосом спросила:

— —А если бы мы уже не были просто друзьями… у тебя осталась бы причина сказать «нет»?

— …!

Сладкое и горькое искушение.

Если слово «друзья» исчезнет, исчезнет ли и моё колебание?

Смогу ли я тогда без внутренних сомнений ответить на её чувства?

Ответ пришёл сразу — мне даже думать не пришлось.

Я глубоко вдохнул. Затем медленно выдохнул.

Стараясь унять бешено колотящееся сердце, я встретил её взгляд и дал ответ.

— …Даже тогда я бы всё равно не стал.

— …Неужели я настолько непривлекательна? Или просто девушка вроде меня совсем не в твоём вкусе?

— Нет, дело совсем не в этом. Честно говоря, сердце у меня уже и так шатается, и, если я хоть немного потеряю контроль, я правда могу сделать то, о чём потом пожалею. Но… именно поэтому я и не могу.

Я был уверен: чтобы сказать всё это, Хиёри-сан понадобилось невероятно много смелости. И за то, что я отвергал её порыв, мне и правда было тяжело.

Но даже так я чувствовал, что есть нечто куда важнее.

— Я хочу обращаться с тобой бережно, Хиёри-сан. Мы знакомы меньше месяца. Даже если бы мы уже начали встречаться, для такого шага сейчас всё равно было бы слишком рано.

— …Даже если бы я сама сказала, что не против, ты всё равно не смог бы?

— Да. Потому что если бы я сейчас ответил на твои чувства и всё пошло бы слишком быстро… ты потом могла бы сама не понять, сделал ли я это потому, что правда люблю тебя, или просто поддался моменту.

— …!!

От моего ответа её глаза расширились от удивления.

С чувством вины, но и с твёрдой решимостью, я посмотрел на неё и продолжил:

— Я знаю, что умею колебаться. И если мы будем проводить время вместе и дальше, я, возможно, ещё сильнее тебя запутаю. А я не хочу, чтобы ты когда-нибудь подумала: «Может, он вообще не любил меня по-настоящему?» И ещё… наверное, это глупая гордость, но… я не хочу быть таким, как Кума. Не хочу, чтобы ты подумала, будто я очередной парень, которого интересует только твоя внешность.

— …Понятно. Да, это и правда в твоём духе, Юсукэ-кун…

Лицо у неё было одновременно счастливым и грустным. Но в голосе уже слышалось тихое принятие.

И всё же мне было ужасно больно оттого, что я оттолкнул её после того, как она собралась с такой смелостью, и я пробормотал:

— Прости… Я такой трус.

— Нет. Ты ни в чём не виноват, Юсукэ-кун. Помнишь, что ты сказал мне после того, как Ёсихидэ меня предал? Что отношения, построенные только на телесной близости, — это не настоящая любовь… Я и сама это понимала. Говорила себе, что хочу сближаться с тобой постепенно, так же, как и ты. Но когда всё вышло вот так… я вдруг подумала, что, может, это какой-то знак судьбы…

Она вспомнила слова, которые я когда-то сказал ей сам.

Тихо шевельнувшись, она перевернулась на спину и, глядя в потолок, заговорила дальше уже с оттенком горькой самоиронии:

— Наверное, это прозвучит просто как оправдание, но… мне кажется, то, что наговорил мне Ёсихидэ, всё-таки где-то внутри меня сломало.

— …Ты про то, что он говорил: если ты не позволишь ему зайти слишком далеко, он тебя бросит?

— Да… Из-за таких слов во мне засело чувство, будто если я не соглашусь, меня обязательно оставят. И вот в этой слишком уж подходящей ситуации я вдруг решила, что если покажу, что готова принять всё… то, может быть, смогу удержать тебя рядом. У меня даже мелькнула отвратительная мысль, что если я этого не сделаю, то и ты тоже когда-нибудь уйдёшь…

— Всё хорошо. Тебе не нужно больше этого бояться.

— …Спасибо.

Мне казалось, что мы становимся ближе. Что мы понемногу начинаем понимать друг друга.

Но, возможно, я всё-таки до конца не смотрел на те стороны Хиёри-сан, которые были по-настоящему важны.

Она оказалась ранена Кумой куда глубже, чем я представлял, — настолько, что у неё остались настоящие внутренние шрамы.

Глядя, как она так уязвимо признаётся, что именно эти раны и подтолкнули её к такому поступку, я понял—

То, что я должен сделать, это…

— …Я сделаю тебя счастливой.

— А…?

Она повернулась ко мне, поражённая этими неожиданными словами.

Подумав, что этот момент странно напоминает тот, что был совсем недавно, я мягко улыбнулся и, встретив её взгляд, продолжил:

— Мне кажется, у тебя, Хиёри-сан, наверняка ещё есть раны, которых ты сама в себе до конца не замечаешь. Тебя предал человек, которому ты доверяла и как другу детства, и как парню. Конечно, после такого остаются шрамы. Я помогу тебе их залечить. И сделаю так, чтобы однажды ты сама смогла оглянуться назад и сказать, что всё это осталось в прошлом. Вот так я и сделаю тебя счастливой.

— Юсукэ-кун…!

— …Не знаю, сколько времени на это уйдёт, но когда ты окончательно отпустишь Куму и сможешь смеяться, вспоминая всё это… когда этот день настанет, я скажу тебе, что сам чувствую. Так что я хочу, чтобы ты ещё немного меня подождала.

— …Хорошо. Спасибо, Юсукэ-кун.

Может быть, мне показалось, но в глазах Хиёри-сан будто бы блеснули слёзы.

И всё же, если я могу видеть её такую улыбку — тёплую, счастливую, — мне кажется, я способен выдержать что угодно.

— Эм… можно, я возьму тебя за руку? А! Только не в странном смысле! Просто… под одеялом. Мне немного страшно, и я хочу просто подержаться за твою руку, вот и всё.

Когда разговор уже почти подошёл к концу, она попросила ещё об одном.

Поспешно начав объяснять, что именно имеет в виду, Хиёри-сан выглядела такой трогательной, что я улыбнулся и ответил:

— Конечно. Вот, давай.

— Эхе-хе… спасибо.

Я вытянул руку туда, где край наших футонов почти соприкасался, — так, чтобы ей было удобно дотянуться.

Слегка краснея, она положила ладонь поверх моей и крепко сжала.

— Хе-хе… Юсукэ-кун, у тебя такая большая ладонь. Сразу становится спокойно…

Её пальцы скользнули между моими, и она переплела их с моими крепко-крепко.

Мы держались за руки так, как обычно держатся пары, хотя формально оставались просто друзьями, — но сегодня я решил не заострять на этом внимание.

Вместо этого я мягко обхватил её руку, маленькую и тёплую, и чуть сильнее сжал в ответ.

И от этого она улыбнулась мне с таким счастьем.

— Ладно, теперь надо и правда спать. Хотя… я всё ещё немного не могу успокоиться, но…

— Аха-ха! Я тоже! Но… мне бы хотелось ещё чуть-чуть побыть так.

Я чувствовал ровно то же самое. И чуть сильнее сжал её руку, давая это понять.

Она снова улыбнулась и сжала мою в ответ. Мы посмотрели друг на друга, улыбнулись — и одновременно сказали:

— Спокойной ночи, Хиёри-сан.

— Ага. Спокойной ночи, Юсукэ-кун.

После этого между нами воцарилась тишина.

За окнами по-прежнему гремели ветер и дождь, но… пока в моей ладони лежала её маленькая рука, мне казалось, что сегодня мне приснятся только хорошие сны.

— Мм… нгх…

Медленно выныривая из дремоты, я открыл глаза.

Окно, которое всю ночь ходило ходуном, теперь было совершенно неподвижно. Ветер и дождь ушли.

— А-а… фьяа… нн~…?

Соседний футон тихо подал голос сонным звуком.

Через мгновение Хиёри-сан приподнялась, а я улыбнулся и поздоровался:

— Доброе утро, Хиёри-сан.

— Нн? Мню… доброе утро, Юсукэ-кун…

Всё ещё сонная, она потёрла глаза.

А потом опустила взгляд на правую руку и, кажется, только тогда заметила — наши ладони всё ещё были переплетены.

— Хе-хе… Значит, мы и правда всю ночь так держались за руки, да?

— Похоже на то. Немного неловко, правда?

Вспомнив вчерашний разговор, мы оба неловко рассмеялись и разжали руки.

Стало чуть-чуть пусто, но мы ведь не могли оставаться так вечно… хотя я невольно подумал, что если бы у одного из нас хватило смелости, мы могли бы и снова взяться за руки.

— Уф… Наверное, ещё более неловко то, что ты видишь меня такой сразу после сна. Волосы торчат во все стороны, выгляжу ужасно.

— Неправда. Ты всегда милая, Хиёри-сан.

— Эхе-хе~! Ну надо же, Юсукэ-кун уже и комплименты раздаёт!

Улыбаясь, она почесала голову.

Сначала поднялась она, а потом и я вслед за ней. Мы вместе пошли в ванную, по очереди умылись и почистили зубы.

— Даже зубную щётку… Ты правда не обязан был так заморачиваться. Мне даже как-то неловко…

— Да не переживай. Она запасная, ничего особенного. Хочешь, потом возьми ещё щётку и фен?

— Ага, потом одолжу. Хотя… хм, волосы у меня и правда уже длинноваты, да? Чёлка всё время лезет…

Глядя, как она возится со своими волосами, я подумал, что это правда — с тех пор, как мы встретились, они уже успели отрасти.

Наверное, часть этого впечатления создавал просто беспорядок после сна, но её короткое каре и правда стало чуть длиннее. Даже в целом волосы будто стали гуще.

— Раз уж ты сама сказала, то да. Ты думаешь скоро подстричься?

— Хм… хочется, но если я подстригусь сейчас, Кума может подумать, будто я сделала это из-за расставания… и меня это раздражает.

— Тогда, может, наоборот, дать им отрасти?

— Но тогда будет выглядеть так, будто я пытаюсь стать похожей на Симуру, а это меня тоже раздражает… А! Ты сейчас подумал, что я ужасно занудная, да!?

— Нет. Я просто подумал, что для девушек, наверное, волосы — это очень важная вещь.

Я покачал головой с кривой улыбкой.

Время, обстоятельства, настроение — всё должно совпасть. Казалось, это действительно сложная тема. И да… Кума до сих пор всё ещё цеплял её сердце.

Пока я вновь об этом размышлял, в комнату заглянула мама.

— Доброе утро, Хиёри-тян. И тебе доброе утро, Юсукэ.

— Доброе утро, Мари-сан!

— Утро. Ничего себе, мама. Собственного сына ты уже ставишь на второе место? Такое воспитание вызывает вопросы.

— Вся твоя одежда уже постирана, Хиёри-тян. И высохла тоже, так что можешь переодеваться в любой момент.

— Большое спасибо. Тогда я хотя бы сперва переоденусь как следует…

Полностью проигнорировав моё ворчание, мама спокойно поговорила с Хиёри-сан, кивнула и снова вышла.

Хиёри-сан последовала за ней, а спустя немного времени вернулась в мою комнату уже со своей одеждой.

Провожая её взглядом, мама сказала мне:

— Похоже, вы хорошо провели ночь. И раз уж ты не устроил ничего глупого, я наконец могу расслабиться.

— Если ты так переживала, могла бы с самого начала просто отказать.

— Я переживала совсем не об этом. Ты мой сын, и я доверяю тебе настолько, чтобы не сомневаться: ты не станешь плохо обращаться с девушкой. Я скорее переживала за саму Хиёри-тян. Вчера она выглядела немного беспокойной, а сегодня утром уже кажется совсем другой. Вот это меня и успокаивает.

Конечно, мама заметила, что с Хиёри-сан вчера было что-то не так. На неё это было очень похоже.

И всё же, заметив это, она всё равно оставила всё на меня — наверное, так она и показывала своё доверие.

Благодаря этому мы с Хиёри-сан смогли многое обсудить и наконец прояснить то, что нужно было прояснить. За это я был маме правда благодарен.

— Позаботься о ней. Как друг… или как-то ещё.

— Не обязательно мне это говорить.

Мама удовлетворённо улыбнулась, услышав мой ответ.

А потом, бросив напоследок: «Бери в холодильнике что хочешь», — ушла обратно к себе досыпать.

Когда я отправился на кухню готовить завтрак, я снова почувствовал благодарность — и за её ненавязчивую поддержку, и за то, что она дала нам время побыть вдвоём.

— Ч-что!? Юсукэ-кун, ты ещё и завтрак сделал!?

— Ага. Не знаю, понравится ли тебе, но… поедим вместе?

— Спасибо! Ого~! Выглядит так вкусно!

Я поставил на стол тарелки с толстыми тостами, беконом и яичницей, а ещё кружку молока.

И как раз вовремя вернулась Хиёри-сан — уже полностью переодевшись. При виде завтрака её глаза тут же засияли.

Это был самый обычный завтрак, но стоило увидеть её такую радость, и мне уже казалось, что всё было не зря. Я сел напротив неё, и мы начали есть вместе.

— Ладно, начнём! Хаам! Мм~! Да, очень вкусно!!

— Рад слышать. Хочешь что-нибудь на тост? Есть джем, маргарин, шоколадный соус…

— Эм… тогда клубничный джем, пожалуйста!

— Хорошо. Значит, клубнику любишь, да?

— Мы тогда и в том буфете с тортами наелись до отвала, да? А ты что обычно любишь на тосты, Юсукэ-кун?

— Наверное, зависит от настроения. Сегодня его нет, но мне нравится мармелад.

— Да? Тогда, может, я теперь буду держать его у себя дома — на случай, если ты придёшь в гости!

Я так и не понял, серьёзно она это сказала или просто в шутку, но мы оба рассмеялись.

Казалось бы, мелочь — какие нам нравятся тосты. Но от того, что я узнавал о ней всё больше, а она — понемногу обо мне, этот утренний завтрак казался вкуснее обычного.

Потом мы неспешно допивали молоко, глядя утренние новости, и как раз узнали, что ночной циклон-бомба, накрывший район, уже прошёл.

Снаружи небо было ясным — будто вчерашнего шторма вообще не существовало. Ведущая по телевизору даже сказала, что сегодня идеальная погода для прогулок.

— Раз уж на улице такой прекрасный день, почему бы не сходить в кино? А теперь — рейтинг самых кассовых фильмов недели!

С таким бодрым вступлением началась субботняя утренняя рубрика про кино, и мы смотрели её, продолжая болтать.

Пока по телевизору представляли новинки — и японские, и зарубежные, и анимационные, — Хиёри-сан указала на фильм, оказавшийся на третьем месте.

— О…! А мне он вроде как был любопытен.

— Да…?

Это был детективный фильм, который в последнее время часто мелькал в разговорах. Я смутно помнил, что видел роман-оригинал на полке в книжном магазине, где подрабатывал на короткий срок.

Тогда он просто показался мне умеренно интересным. Но сейчас момент вдруг показался идеальным.

Я посмотрел на Хиёри-сан и сказал:

— Может, сегодня сходим?

— А? Правда!?

— Они же сами сказали, что сегодня отличный день, чтобы куда-то выбраться. По-моему, хороший повод. Ты сегодня свободна, Хиёри-сан?

— Конечно свободна! Хе-хе~! Значит, после ночёвки у вас… мы ещё и на выходных идём на свидание, да…!

Я и сам удивился себе — я пригласил её на свидание так естественно, что даже не успел это осознать.

Наверное, потому что у меня внутри уже многое улеглось и стало яснее. Осознав это, я не мог не удивиться тому, насколько смелее стал. А Хиёри-сан тем временем с улыбкой сказала:

— …Знаешь, Тайга-кун вчера тоже об этом говорил, но… вот это всё — завтрак вместе, а потом так просто взять и решить, куда пойти… правда ведь похоже на жизнь семейной пары, да?

— …Да. Похоже.

Забавно, но я ведь только что сам об этом подумал.

Мне было слишком стыдно произнести это вслух, но Хиёри-сан всегда так естественно говорила то, что у неё на душе. И от того, что она озвучила ту же мысль, мне стало так радостно — будто мы и правда смотрим на всё одинаково.

— Раз уж это свидание, надо как следует нарядиться! Я тогда быстро забегу домой переодеться!

— Хорошо. Тогда встретимся снова после обеда.

— Угу!

Я достал телефон и проверил расписание сеансов в ближайшем кинотеатре. Когда я предложил план, Хиёри-сан тут же бодро согласилась.

После завтрака мы вместе помыли посуду. Она вернула мне футболку и шорты, которые я ей одалживал, переоделась в своё, и я проводил её до входной двери.

И когда она уже собиралась выйти, то обернулась и сказала:

— Спасибо тебе за всё сегодня! И Мари-сан с твоими младшими братьями тоже передай спасибо от меня!

— Мне тоже было весело. Увидимся позже.

— Ага! До скорого! Я уже очень жду нашего свидания!

Она ярко улыбнулась и помахала рукой, а потом открыла дверь и вышла.

Я махал ей в ответ, пока дверь не закрылась. И, чувствуя, как от предвкушения предстоящего свидания сердце начинает биться быстрее, развернулся будить братьев.

●

— Ладно! Настраиваемся как следует! Кума, ты тоже давай веселись!

— Само собой! Всё-таки наш сэмпай специально организовал эту сходку с девчонками из Западной старшей!

С сердцем, колотившимся от предвкушения, я бодро откликнулся.

Это была моя первая в жизни такая встреча — знакомство с девушками из другой школы. Я был настолько взбудоражен, что едва себя сдерживал.

Подпрыгивая от возбуждения, я повернулся к старшекурснику, который меня позвал, и с жаром поблагодарил его:

— Спасибо, что пригласили меня сегодня, сэмпай! Я реально в полном восторге!

— Ха-ха! Ну ты у нас прямо весь на ладони написан. Я переживал, ты ведь в последнее время ходил мрачнее тучи, но, похоже, уже ожил.

— Это всё благодаря вам! Одной мысли о том, что я буду тусоваться со старшими девчонками, хватило, чтобы меня как рукой сняло!

Я ответил с улыбкой.

Сэмпай не ошибался — в последнее время я правда был в ужасном состоянии. И причина, разумеется, была в истории с Хиёри.

В тот вечер я увидел, как она стоит у своего дома и смеётся с Огами. Я пытался выйти с ней на связь, чтобы выяснить, что это было, но она полностью проигнорировала и звонки, и сообщения. Я вообще не понимал, что происходит.

Из-за всего этого я не мог сосредоточиться ни на баскетболе, ни вообще ни на чём. Всё летело под откос, а психика была в полном раздрае.

И с учётом того, что скоро товарищеская игра, я такими темпами мог вообще не попасть даже на скамейку.

Я ведь уже успел важничать перед классом, изображая крутого парня, а если меня даже не поставят в состав, репутация рухнет к чёрту.

Я понимал, что нужно что-то делать. Но чем сильнее паниковал, тем хуже всё становилось. Я сам себя загонял.

Но сегодня всё изменится! Я найду себе новую девушку!

(Всё это только благодаря сэмпаю, который присматривает за мной как за будущим асом команды, меня вообще позвали на эту встречу. Я ему правда до смерти благодарен!)

Мне и правда везёт. И с талантом, и с людьми вокруг.

Даже Нина сказала, чтобы я пошёл и развеялся, если это поможет мне прийти в себя, а циклон за ночь ушёл, так что встреча состоялась как и планировалось.

У меня и способности есть, и удача на моей стороне. Всё снова пойдёт так, как надо.

Даже с Хиёри… я уверен, мы рано или поздно всё равно сойдёмся обратно.

Самодовольно усмехнувшись, я услышал, как сэмпай окликнул меня:

— Смотри, все тут старше тебя — и девчонки тоже. Так что веди себя вежливо, понял? Ты тут единственный младший, так что твоя работа — поддерживать настроение!

— Понял! Но вы только потом не сердитесь, если в итоге самым популярным окажусь именно я, ладно?

— Ты вообще когда-нибудь умеешь остановиться? Самодовольства в тебе хоть отбавляй.

По словам сэмпая, все девушки, которые должны были прийти сегодня, были на год старше меня.

То есть… старшие девушки. От одной этой мысли ожидания взлетали до небес. Наверняка они совсем не такие, как моя бывшая.

(Хе-хе-хе…! Спорим, они ещё эффектнее, чем Хиёри…!)

К этому моменту все сомнения и тревоги уже почти исчезли.

Да, меня всё ещё мучило, что там между Хиёри и Огами, но я ведь явно просто накручивал себя.

Не может быть, чтобы за одну неделю они так сблизились. У Хиёри всё ещё есть чувства ко мне — она просто не может так быстро переключиться. Я знаю её лучше всех, в конце концов мы друзья детства.

Сначала нужно как следует встряхнуться самому. А потом уже можно будет снова двигаться вперёд.

Так что сегодня я просто собираюсь по полной насладиться встречей с девчонками из Западной старшей.

А там, кто знает? Если с кем-то из них у меня всё пойдёт как надо, может, после Хиёри и Нины у меня появится и третья девушка.

Если очень повезёт, вечер и вовсе может зайти дальше, чем обычно… И как раз когда в голове у меня ещё крутились подобные фантазии, я увидел нечто невероятное.

— А? Подождите… это что, неужели—!?

Там, впереди, по направлению к станции шла маленькая фигура — точно так же, как и мы.

Эта спина, этот силуэт… я видел их больше десяти лет. Ошибки быть не могло — это была Хиёри.

— Сэмпай, извините, я на минуту!

— Эй, стой, Кума!?

Коротко бросив это сэмпаю, я тут же поспешил туда, где шла Хиёри.

Встретить её вот так — да мне реально везёт.

С ухмылкой на лице я окликнул её:

— Эй, Хиёри!

— Э…?

Услышав внезапный голос, Хиёри обернулась — и в ту же секунду, как увидела моё лицо, её выражение стало откровенно недовольным.

Даже это её детское поведение… я решил, что пока могу закрыть на него глаза, и заговорил:

— Ну и совпадение! Ты тоже куда-то идёшь?

— …Да. Разве не видно?

Хиёри ответила с явным раздражением, и всё в её тоне говорило о том, как мало ей хочется со мной разговаривать.

Решив, что это просто обычное упрямство из-за злости, я окинул взглядом её одежду.

Белая туника с кружевом и цветочным узором, коричневые шорты. На плече маленькая сумочка. Вид у неё был лёгкий, удобный — судя по всему, собралась просто погулять или походить по магазинам.

Весь образ был милым, но особенно в глаза бросалась лента, завязанная чуть ниже груди. Из-за неё ткань лучше подчёркивала фигуру, и от этого её миниатюрность казалась ещё заметнее.

Ну да… с таким впечатлением тягаться трудно. Подумав об этом, я заговорил:

— Дай угадаю. Собиралась пройтись по магазинам, а потом опять объесться в каком-нибудь буфете, да? Если так, может, лучше пойдёшь со мной?

— Чего? С чего бы мне—

— Да не вдвоём только, ладно? Я не один, со мной сэмпай! И мы ещё встречаемся с девчонками из другой школы! Ну же, этого ведь тебе хватит, да?

В прошлый раз всё испортил Огами. Из-за него атмосфера пошла вкривь и вкось, и мы в итоге остались вдвоём — вот она и отказалась.

Но сейчас всё было бы иначе. Огами здесь не было, а рядом были сэмпай и девчонки из Западной старшей, так что неловкости быть не должно.

Если бы мне только удалось уговорить её пойти с нами, возможно, с их помощью я смог бы всё исправить. Мы бы помирились, всё вернулось бы как раньше…

Может, она бы ещё и согласилась стать менеджером нашей баскетбольной команды, и тогда меня бы ждала та самая розовая жизнь парня с двумя девушками.

С ухмылкой, разрастающейся от этих мыслей, я посмотрел на неё, но Хиёри только вздохнула и сказала:

— Ни за что. Абсолютно исключено. И вообще, я встречаюсь с человеком. У меня нет времени на тебя.

— Да брось! Не обязательно же врать только из упрямства!

— Я не упрямлюсь и не вру. Просто перестань навешивать на меня свои удобные фантазии.

— Ладно! Наверняка это просто какая-нибудь подруга, да? Пусть и она идёт с нами!

— Я сказала нет! Я никуда с тобой не пойду! Ещё немного, и я начну кричать!

Я схватил её за плечо, чтобы не дать уйти, и развернул к себе. И в этот момент почувствовал, что что-то не так.

(А? Что-то… изменилось?)

Пока она раздражённо отчитывала меня, я почти не слушал — пытался понять, что именно показалось мне странным.

И всё же я решил, что могу просто увести её обратно к сэмпаю, и уже собрался развернуться, как руку, лежавшую на её плече, вдруг резко отдёрнули.

— Гх!?

Чья-то большая ладонь — уж точно не Хиёри — схватила меня за запястье, и я невольно застонал.

Я повернулся, чтобы посмотреть, кто втиснулся между нами, — и увидел того, кого сейчас видеть хотел меньше всего на свете.

— О-Огами!? Ты опять!?

— Это мои слова. Я ведь предупреждал тебя недавно, не так ли?

Ну конечно — вот он снова. С Хиёри я и так уже столкнулся, но почему вместе с ней ещё и он должен появляться? Чёрт бы побрал того бога, который подкинул мне именно такой расклад.

Я мельком увидел, как Хиёри прячется за спиной Огами, и меня тут же накрыла злость.

Почему она прижимается к нему вот так? Почему собирается уходить именно с ним?

Стиснув зубы, я огрызнулся:

— Отвали, Огами. Мы с Хиёри сегодня договорились провести время вместе. Не лезь.

Ну и что с того, что он выше?

Он ведь вообще не из спортивного клуба — значит, я всё равно должен быть сильнее… С этой мыслью я попытался надавить на него взглядом. Но Огами даже не дрогнул. Он только холодно посмотрел на меня сверху вниз и сказал:

— …Не ври. Ты ведь ничего с Хиёри-сан не планировал, так?

— Чего!? Да кто ты вообще такой, чтобы это решать!?

— Потому что это я сегодня договорился провести время с Хиёри-сан.

— ……Что?

Он моментально раскусил мою ложь, а потом, пока я ещё пытался делать вид, будто всё под контролем, просто оглушил меня этой фразой — и у меня в голове всё остановилось.

Я метнулся взглядом к Хиёри, надеясь, что она это опровергнет, но она не стала. Только посмотрела на меня с усталым, раздражённым видом.

И именно тогда я понял — тот человек, с которым она сегодня встречалась, это он.

— А? Подожди. То есть вы… просто как одноклассники куда-то идёте, да…?

— Я не обязан тебе ничего объяснять. Тебе разве не пора к своей компании?

Огами кивком указал в сторону моего сэмпая, который стоял вдали.

Они, наверное, не слышали, о чём мы говорим, но я знал, что саму сцену они точно видели. Меня тут же скрутило от паники.

И в этот момент из-за спины Огами заговорила Хиёри:

— Хватит уже, Юсукэ-кун. Скоро начнётся фильм. Давай просто проигнорируем этого человека и пойдём.

— П-подожди! Мне ещё нужно сказать—!?

Я потянулся и схватил Огами за плечо, чтобы остановить его, — и именно в тот миг наконец понял, что показалось мне странным, когда я только что коснулся Хиёри.

Запах.

От её волос шёл не тот запах, что раньше. Как будто она пользовалась другим шампунем.

И тот же самый запах… исходил от Огами.

…Что это вообще значит?

Почему у них одинаково пахнут волосы? Почему…?

В голове мелькнула отвратительная мысль. Такая, которую мне совершенно не хотелось принимать.

Но руки уже начали дрожать.

(О-они что…? Не может быть. Почему…!?)

Парень и девушка из старшей школы, которые вдруг стали подозрительно близки, и вдобавок от них обоих исходит один и тот же запах.

Почти невозможно было не прийти к худшему выводу: они провели прошлую ночь вместе.

И если это действительно так… то всё становится ещё хуже.

Я не хотел в это верить. Но судя по тому, что видел собственными глазами… Хиёри вчера ночевала вместе с Огами.

— Н-нет… Не может быть…!

— Извини, но мы уже уходим. Наслаждайся своим выходным.

С этими словами Огами холодно посмотрел на меня через плечо.

И, глядя, как они уходят, держась за руки…

Я понял одну горькую истину.

Мне казалось, будто человек, которого я ненавидел больше всего на свете, отнял у меня Хиёри — и я рухнул в самую глубину отчаяния.