Давай обменяемся контактами, Хиёри-сан!

— А-а~! Хиёри-тян и правда такая славная девочка! Эх, вот бы и у нас в семье была хотя бы одна дочка~!

— Мам, сколько можно? Сколько раз мы ещё будем вести один и тот же разговор?

В тот вечер, вернувшись после ванны в гостиную, я увидел, как мама оживлённо щебечет, а Масато с измученным видом её слушает, и невольно криво усмехнулся.

Я уже собирался просто пропустить всё это мимо ушей и только сказать Тайге, который, как обычно, занимался своими упражнениями, что ванная свободна, но тут мама окликнула меня:

— Юсукэ! И когда Хиёри-тян придёт к нам в следующий раз?

— Не знаю. В прошлый раз всё как-то само собой получилось, разве нет? И потом, не может же она вот так запросто заявить, что хочет снова к нам зайти.

— Так пригласи её сам! Мы ведь скоро будем устраивать барбекю — спроси, не хочет ли она прийти!!

— —Барбекю?!

Мои младшие братья, которым дома редко перепадает жареное мясо из-за запаха, тут же среагировали на это неожиданное объявление с бешеным восторгом.

Глядя, как они уже пустились в пляс от одной мысли о мясе, я вздохнул и сказал маме:

— Ладно, завтра в школе спрошу.

— А?.. Почему завтра?

— Ну а когда ещё? Я же увижу её завтра в школе.

— Мог бы спросить и сейчас! У тебя что, телефона нет? LINE, всё такое — вариантов ведь хватает!?

— Не могу. У меня нет её контактов.

Едва я это произнёс, как Масато, который только что отплясывал от радости, застыл с серьёзнейшим лицом и вскрикнул:

— Ч-что?! Юсукэ, ты серьёзно!?

Я только и мог, что смотреть, как мой брат молниеносно метается от восторга к ужасу, а потом к полному недоумению, пока он подскочил ко мне и выпалил:

— Почему у тебя их до сих пор нет?! Сейчас же все обмениваются LINE!

— А что я мог поделать? Мы подружились всего несколько дней назад, а до этого почти не разговаривали.

— Стоп, что?! Вы так сблизились всего за несколько дней? Вот это, если честно, ещё удивительнее…

Если подумать, он был прав: то, что я уже на следующий день после того, как мы подружились, пригласил её к себе домой, а потом мы ещё и стали звать друг друга по имени, и правда выглядело так, будто всё развивается слишком быстро.

Семье я, конечно, не рассказывал, но мы даже обнимались… Так что неудивительно, что братья в шоке от того, что у меня до сих пор нет её контактов.

— Кстати, а это вообще ни разу не всплывало? Ну, там, попросить номер или что-то такое?

— …Нет, как-то нет. Мы об этом вообще не говорили.

Я немного подумал и ответил на вопрос Тайги.

Моя семья не знает, что мы с Хиёри-сан подружились только потому, что я случайно оказался рядом в тот момент, когда её парень изменял ей и ещё вдобавок наговорил ей гадостей.

Для дружбы это слишком необычное начало — в обычной жизни такого не бывает. Наверное, именно поэтому со стороны мои отношения с Хиёри-сан и кажутся им такими странными.

До этого мама молча слушала нас, а потом несколько раз задумчиво кивнула и сказала:

— Юсукэ… а может, Хиёри-тян просто ждёт, что ты сам попросишь у неё контакты?

— А?..

— Подумай сам: по имени тебя первой начала звать именно она, верно? И прийти к нам домой тоже первой захотела она. А ты у нас всегда пассивный. С её стороны это может выглядеть так, будто она до сих пор не понимает, хочешь ли ты вообще с ней дружить по-настоящему.

— Короче говоря, если Юсукэ она и правда нравится, то именно ему надо самому сделать шаг и попросить у неё контакты!

— Я… понятно…

Слушая мамины слова, я подумал, что, возможно, в этом действительно что-то есть.

Слово «проверяет» звучит не очень хорошо, но на самом деле нет ничего странного в том, чтобы хотеть увидеть инициативу с другой стороны.

Хиёри-сан изменила жизнь Кума — вернее, Кума изменил ей и глубоко предал её доверие. Причём это сделал человек, который был и её другом детства, и её парнем.

Если вспомнить, как именно они расстались, что она узнала потом и какими вообще были их отношения, становится ясно: Кума видел в ней лишь удобную для себя девушку.

Стоило им только начать встречаться, как он тут же закрутил с другой, велел Хиёри-сан скрывать их отношения от всех, а потом сам же воспользовался этим и отбросил её прочь.

…Нет, даже не просто отбросил. Он поставил ей унизительное условие: если она хочет всё «исправить», то должна позволить ему распускать руки. И снова, и снова продолжал её предавать.

Для Кумы на первом месте была девушка, с которой он ей изменял. А Хиёри-сан? Всего лишь кто-то, кого можно держать рядом для удобства, пока это выгодно.

После такого было бы странно, если бы она не осторожничала с кем-то новым — например, со мной. Вполне естественно, что, прежде чем довериться, она хочет увидеть с моей стороны хоть какой-то шаг.

Я хочу стать Хиёри-сан ближе. Хочу чаще видеть её улыбку. И если это действительно так, то вечно отмалчиваться я не могу.

Да, вполне возможно, что я всё себе надумал, и она сочтёт это странным или неприятным. Но если я буду слишком бояться сделать шаг, то ничего никогда не изменится.

Мне не нужно сейчас забивать себе голову тем, что будет дальше и во что вообще могут вылиться наши отношения.

Сейчас мне нужно только одно — показать ей свои чувства делом.

— …Ладно. Завтра спрошу. И про барбекю, и про контакты.

Наверное, не ожидая услышать от меня такую решительность, оба брата одновременно ахнули:

— —Ого…?!

Мама мягко, с гордостью улыбнулась мне и тихо подбодрила:

— Давай, Юсукэ. Всё будет хорошо. Всё-таки ты мой сын.

— Доброе утро, Хиёри-сан. На минутку можно?

— Доброе утро, Юсукэ-кун. Что такое?

Я окликнул Хиёри-сан, когда она пришла в школу, и после приветствия сразу перешёл к делу.

Сжимая в кармане телефон так крепко, словно хотел спрятать дрожь в руках, я постарался говорить как можно спокойнее:

— Мама собирается устроить барбекю и велела пригласить тебя… Если ты не против, я бы очень хотел, чтобы ты пришла.

— Э?! Правда?! С удовольствием! Передай Мари-сан, что я уже жду с нетерпением!

— Ха-ха, отлично. Она будет рада это услышать… Ну и… вообще-то я позвал тебя ещё и по другой причине—

— А?

Это приглашение было лишь вступлением. Если говорить баскетбольным языком — я только что принял передачу.

Подбодрив себя мысленной поддержкой семьи, я достал телефон, который всё это время сжимал в руке, открыл LINE и протянул его Хиёри-сан.

Она растерянно переводила взгляд с моего лица на экран и обратно, а я наконец произнёс то, что должен был:

— —Не дашь мне свои контакты? Если, конечно, ты не против.

— Э…?!

Хиёри-сан и без того выглядела удивлённой, но теперь её изумление стало ещё сильнее.

Глаза её широко распахнулись, она шумно вдохнула, и всё её лицо будто говорило: «Вот уж чего я точно не ожидала». Я затаил дыхание, ожидая её реакции, а она вдруг резко вдохнула и почти с воодушевлением выпалила:

— Д-да ничего в этом странного нет! Наоборот… ой, а ведь правда! Мы до сих пор не обменялись контактами, да!? Я вообще об этом не подумала!

— А-ха-ха. Да, у меня то же самое. Я только вчера сообразил.

Она торопливо вытащила телефон из сумки, и по тому, как суетливо она двигалась, было ясно, что она и правда заметно растеряна.

Если честно, внутри меня самого паника была ничуть не меньше… но я изо всех сил старался этого не показывать, пока сканировал QR-код, который она вывела на экран.

— Так нормально? Я сейчас быстро отправлю сообщение.

— Д-да! …А, пришло!

Я добавил Хиёри-сан в друзья и тут же отправил ей сообщение.

Почти сразу появилось «Прочитано», а в ответ прилетел милый стикер.

С облегчением поняв, что мы всё-таки обменялись контактами, я улыбнулся — и именно в этот момент Хиёри-сан вдруг окликнула компания девочек из нашего класса.

— Доброе утро, Хиёри~. А вы тут что делаете?

— А, д-доброе утро! Мы просто… обменялись контактами с Юсукэ-куном…

— Чего?! Обменялись контактами!? И кто первый предложил?! Кто из вас?!

— Да подождите, Юсукэ-кун? С каких это пор вы уже на таком уровне!? Вы что, уже встречаетесь, что ли?!

— А, нет, не то чтобы… Ну, в общем…

Застигнутая врасплох, Хиёри-сан начала отвечать как-то совсем неловко.

Видя, как она смущается, пока её подруги всё больше распаляются в своих догадках, я с кривой улыбкой вмешался, чтобы ей помочь.

— Мы с Хиёри-сан не встречаемся и ничего такого. В конце концов, если бы встречались, вряд ли бы обменивались контактами только сейчас, разве нет?

— Э-э-э~? Тогда почему ты зовёшь её Хиёри?

— Как-то недавно я случайно встретил Хиёри-сан, когда был с семьёй. Мы тогда довольно долго проговорили, и она была очень добра ко всем — даже моих младших братьев по именам запомнила. Ну и как-то само собой вышло, что с тех пор и меня она стала звать по имени.

— Серьёзно? Всё равно подозрительно…! И вообще, ты ведь тоже зовёшь её по имени! Это же суперподозрительно!!

— Может, и так. Но если человек зовёт тебя по имени, а ты продолжаешь держаться за фамилию, не получится ли, будто ты нарочно держишь дистанцию? Мы с Хиёри-сан просто друзья, но… я хочу стать ей ближе. Поэтому и зову её по имени. И поэтому захотел обменяться с ней контактами. Вот и всё.

В такие моменты главное — сохранять спокойствие, что бы тебе ни говорили. Один из моих любимых игроков НБА всегда держался хладнокровно: не реагировал на провокации, а просто делал своё дело.

Признаёшь то, что правда, отрицаешь то, чего нет. А там, где дело касается гордости Хиёри-сан, говоришь осторожно и без лишних подробностей, оставаясь честным хотя бы в том, что касается собственных чувств. Похоже, такой подход сработал — девчонки разом протянули восхищённое:

— О-о-о~!

— Ю-Юсукэ-кун, а ты, оказывается, смелый и напористый, да…? Это неожиданно…!

— Хиёри, тебе лучше быть начеку! Потеряешь бдительность — и он тебя в два счёта очарует!

— Ю-Юсукэ-кун ни за что не станет делать ничего такого! Серьёзно, перестаньте уже дразнить!

— Всё, всё, пропала девушка. Поздравляю, Юсукэ-кун. Хиёри теперь твоя. Только смотри, руки не распускай.

— А если выяснится, что тебя интересует только её фигура — сам понимаешь, что с тобой будет, да?

— Ха-ха-ха! Не беспокойтесь, ничего такого не будет. Хиёри-сан, у тебя и правда очень заботливые подруги.

— Мууу…! Вот именно то, как ты это сказал, мне и не нравится! Ты сейчас прямо как чья-то мама!

Когда Хиёри-сан надула щёки, делая вид, что сердится, я с улыбкой легко перед ней извинился.

Для такой простой вещи, как обмен контактами, всё вышло куда шумнее, чем я ожидал, но в итоге я всё равно был по-настоящему счастлив, что всё получилось.

— Ах… это уже плохо. Я не могу перестать улыбаться… Я слишком счастлива…!

Погрузившись в горячую ванну, я смотрела в потолок и никак не могла согнать с лица улыбку.

Тепло окутывало меня и снаружи, и изнутри, а я вновь и вновь прокручивала в голове всё, что произошло сегодня.

— Он хочет стать мне ближе, да?.. Эхе-хе-хе…

Повторив про себя слова Юсукэ-куна, сказанные утром, я снова почувствовала, как по сердцу разливается мягкое тепло, и тихо рассмеялась.

Конечно, я была счастлива уже оттого, что он сам предложил обменяться контактами. Но ещё сильнее меня обрадовали те слова, которые он сказал потом.

Когда подруги начали засыпать меня вопросами, он очень ловко обошёл всё, что касалось измены Ёсихидэ и той боли, через которую мне пришлось пройти.

И даже больше того — прямо при них он сказал, что хочет стать мне ближе. Уже от одних только этих слов сердце готово было выскочить из груди.

«Просто подруга детства, не больше и не меньше». Именно так Ёсихидэ всегда обо мне говорил.

Когда-то это и правда было так… Но примерно год назад и до самого недавнего времени мы действительно встречались. Мы уже давно не были «просто друзьями детства».

Но Ёсихидэ не хотел, чтобы над ним подшучивали, поэтому и слышать не желал о том, чтобы сделать наши отношения явными. Он всё время продолжал обращаться со мной как с обычной одноклассницей.

Он говорил, что встречаться со мной невозможно. Что мы никогда не станем чем-то большим, чем друзья. Что я никогда не стану его настоящей девушкой. Он раз за разом отрицал то, что было между нами, а я всё это принимала — потому что думала: раз он так хочет, значит, так и надо.

И всё же я верила… что когда-нибудь, когда придёт время, он сам всё всем расскажет, и тогда мы наконец сможем быть настоящей парой. Мне казалось: если я просто немного потерплю, всё будет хорошо. Что я смогу поддерживать его до тех пор, пока он не будет готов.

И как раз тогда, когда мы поступили в старшую школу и всё вроде бы должно было начаться по-настоящему… я узнала, что он мне изменяет.

Ёсихидэ предавал меня с самого начала. Его интересовали только моя внешность и моё тело. Сердце его уже давно было у Симуры — той, которая легко принимала всё, чего я не могла. А мне он и вовсе сказал, что если я не хочу, чтобы он меня бросил, то должна позволить ему распускать руки.

И тогда я наконец поняла правду. Для него я была всего лишь удобной девчонкой, которой можно пользоваться. Он никогда меня не любил.

Те слова — «просто подруга детства» — вовсе не были ложью. Наоборот, это и были его настоящие чувства.

Для него я была всего лишь девчонкой, с которой он начал встречаться только потому, что это я призналась первой, а дальше он просто хотел получить от этих отношений то, что ему было выгодно. Вот и всё.

Когда я это поняла… мне стало так больно, что было трудно дышать. Я злилась. Хотела плакать—

—И если бы тогда Юсукэ-кун не побежал за мной, я правда не знаю, чем бы всё закончилось.

Может, я сделала бы что-нибудь сгоряча. А может, просто заперлась бы у себя в комнате и провалилась в серое, беспросветное отчаяние. Такое вполне могло случиться.

— Юсукэ-кун…

Он был добр ко мне. Утешал меня. Поддерживал.

Он заставил меня снова смеяться. Его семья оказалась такой тёплой и душевной. И хотя с тех пор, как Ёсихидэ меня предал, прошло ещё меньше недели, я уже почти вернулась к обычной жизни — и всё это только благодаря ему.

И он сказал это вслух. Что хочет стать мне ближе. Что хочет обменяться со мной контактами.

Когда он произнёс это чётко и прямо, при всех моих подругах… сердце у меня застучало так сильно, что, казалось, вот-вот разорвётся.

В отличие от Ёсихидэ, который всегда пытался скрыть наши отношения, Юсукэ-кун открыто сказал, что хочет быть рядом со мной — даже если пока это просто дружба.

И не только сказал. Он и правда сделал шаг. Попросил мои контакты. Снова пригласил меня к себе.

Может, я слишком много себе надумываю. Может, просто верю в то, во что мне самой хочется верить.

Но… уже одна возможность вот так получить чьи-то чувства и увидеть, что их не прячут и не стыдятся, наполняла меня такой радостью, что я едва могла её выдержать.

Даже если Юсукэ-кун сделал всё это просто потому, что беспокоился обо мне…

Я всё равно счастлива. Потому что это значит: он увидел, что мне нужно, и сделал это ради меня.

А если он сделал это не из жалости и не из-за беспокойства, а просто от чистого сердца…

Тогда я счастлива ещё сильнее.

Потому что это значило бы, что он и правда, по-настоящему хочет стать мне ближе.

— А-а-а…! Всё, я пропала. Я уже совсем, безнадёжно в него влюбилась…!!

Подруги были правы. Я уже по уши влюбилась в Юсукэ-куна.

Но я только что рассталась с Ёсихидэ, и если признаться Юсукэ-куну прямо сейчас, это будет слишком эгоистично, поэтому я сдержалась.

…Не потому, что у меня ещё остались чувства к Ёсихидэ.

А потому, что я понимаю: если признаюсь сейчас, то лишь поставлю Юсукэ-куна в неловкое положение.

Он не сможет понять, правда ли я люблю его — или просто пытаюсь заменить им Ёсихидэ.

А зная, какой он добрый, он наверняка начнёт мучить себя лишними мыслями… и ещё решит, что воспользовался девушкой в тот момент, когда ей было хуже всего.

Так что пока этого достаточно. Ещё немного я просто побуду ему подругой.

Я и правда хочу стать Юсукэ-куну ближе. Хочу, чтобы мы лучше узнавали друг друга — понемногу, шаг за шагом. А потом, когда пройдёт достаточно времени и мы уже почти забудем, с чего всё началось… вот тогда я и расскажу ему о своих чувствах.

Поэтому сейчас я просто жду его сообщения. Первого шага к тому, чтобы стать ближе.

Он сказал, что напишет сегодня вечером. И с тех пор, как я вернулась домой, я всё это время только и делаю, что нервничаю и смотрю на телефон — я даже взяла его с собой в ванну, лишь бы не пропустить.

Я думала написать первой, но на этот раз инициативу проявил именно Юсукэ-кун. И мне хотелось, чтобы он довёл это до конца сам.

И вот, пока я всё так же нежилась в горячей ванне, экран телефона наконец вспыхнул долгожданным уведомлением, и я расплылась в широкой улыбке.

【Добрый вечер】【Сообщение дошло?】

Увидев его чуть-чуть чересчур вежливое первое сообщение, я невольно подумала: да, это в его духе.

Наверняка он всё слишком долго обдумывал, вот и получилось в итоге что-то совсем простое… Я словно видела ход мыслей Юсукэ-куна насквозь и, посмеиваясь, быстро набрала ответ.

【Дошло~! Всё в порядке!】

【Слава богу】【Ты сейчас свободна?】

По этим коротким, обрывистым сообщениям сразу чувствовалось, как он ещё не привык писать девушкам.

Наверное, он и правда нервничает. Развеселившись, я решила чуть-чуть его подразнить.

【Свободна~!】【Правда, я сейчас в ванне!!】

【Тогда я напишу позже. Извини】

【Эй, подожди! Всё нормально!】【Я бы даже поговорить по телефону не возражала!】

【Это было бы крайне неприлично с моей стороны…】

Едва его до смешного серьёзный ответ моментально прилетел обратно, я не выдержала и расхохоталась.

Его и правда было так легко дразнить — и реагировал он ровно так, как я ожидала. Переписываться с Юсукэ-куном оказалось куда веселее, чем я думала, и сама не заметила, как начала получать от этого огромное удовольствие.

【Насчёт барбекю — мне подходит любой день!】【У моих родителей обычно работа, так что будни даже удобнее. Передай это своей семье, ладно?】

【Понял】【Мама сказала, что как только определится день, она всё подстроит и всё подготовит】

【Скажи Мари-сан, чтобы она только не переусердствовала!】

【Она говорит: «Спасибо!»】

【Так вы все сейчас рядом с тобой? Чем занимаетесь?】

【Мои братья танцуют】【Говорят, это праздничный танец в честь того, что их старший брат переписывается с девушкой】

【Как мило! Тебя очень любят, да!】

【Скорее просто издеваются надо мной…】

Даже по переписке я легко могла представить, что творится у Юсукэ-куна дома.

Мне живо представилась вся его семья, которая с тёплой улыбкой наблюдает за ним и без конца поддразнивает, и от одной этой картины — такой шумной, домашней, уютной — я снова тихо хихикнула. Я уже начала набирать ответ, как вдруг—

【Слушай! Совсем внезапно, но не хочешь завтра после школы куда-нибудь сходить?】【Мама уходит, так что я подумал поужинать не дома】

— …А?

Увидев это неожиданное и совершенно выбивающееся из общей переписки сообщение, я нахмурилась.

Я проверила отправителя — стиль был до странности знакомым. На экране высветилось имя: Кума Ёсихидэ.

Ах да. Точно. Я же его так и не заблокировала…

С нашего расставания прошла примерно неделя. С тех пор он заговорил со мной всего один раз — наутро после того, как вскрылась его измена, когда как ни в чём не бывало бодро поздоровался со мной.

После этого он больше не выходил на связь, и я уже решила, что он окончательно переключился на свою «главную девушку», Симуру, и теперь наслаждается с ней своими сладкими отношениями. И вот пожалуйста — сообщение ни с того ни с сего.

【Подумал, можно было бы спокойно поговорить о том дне — перекусим и поболтаем!】【Выбирай место сама. Я угощаю!!】

— …Извините, а это что за тон? Он вообще кем себя возомнил?

Прямо как и в тот раз, я снова не могла понять, как Ёсихидэ удаётся говорить со мной вот так — будто ничего не произошло и ему совершенно не в чем каяться.

Я и раньше знала, что у него такой характер, и во время ссор не раз уступала просто ради того, чтобы всё поскорее уладилось. Так что удивляться было уже поздно. Но всё равно…

Мы были парой, а он изменял мне с другой. Почти год меня обманывал. И после всего этого, даже не извинившись как следует, пишет мне вот так? Это уже за гранью.

Он определённо — нет, безо всяких сомнений — смотрит на меня свысока. Наверное, думает, что стоит ему только дать мне немного времени, а потом снова поманить сладкими словами — и я, как всегда, всё прощу.

Но на этот раз ничего подобного не будет. Это не какая-нибудь мелкая ссора между друзьями детства. Тут всё куда серьёзнее. Такое нельзя просто замять.

Ещё раз перечитав сообщение Ёсихидэ, я очень ясно почувствовала, до какой степени он никогда по-настоящему меня не ценил.

Я не была для него важна. Поэтому он и может вести себя вот так.

Для него я — не человек, к которому нужно относиться серьёзно, а кто-то, с кем можно разбираться кое-как, вполсилы.

【Как тебе наша обычная раменная? Ты же любишь там тонкоцу, да?】【Хотя сразу после школы, наверное, ещё рановато для ужина, лол. Может, сначала просто погуляем?】【А может, в караоке? Попоём часик — как раз проголодаемся!】

Не строй планы без меня.

Не изображай заботу, когда сам выбираешь место, даже не спросив моего мнения.

И не говори, что хочешь серьёзно поговорить, а потом тащи в дешёвую раменную — и так понятно, что ты просто жадничаешь.

И после всего случившегося с чего ты вообще взял, что я захочу остаться с тобой наедине в караоке?

Ты говорил, что если я не хочу, чтобы ты меня бросил, то должна позволить тебе распускать руки, — и теперь всерьёз думаешь, что после этого мне будет комфортно находиться с тобой в закрытом помещении?

— А-а-а!! Да ты издеваешься, что ли?!

Эти бесконечные, бестактные, самодовольные сообщения окончательно довели меня до предела. Не выдержав, я с громким возгласом вскочила в ванне, подняв вокруг себя волну воды.

С плеском вода ударилась о край, а я потянулась к телефону.

Больше писать ему я не собиралась. Ни малейшей причины на это не было. И если я его сейчас заблокирую, то не пожалею ни на секунду.

Но в тот самый миг, когда я уже открыла его профиль, чтобы заблокировать, с кончика моего пальца на экран упала капля воды — и я случайно отправила стикер, который вовсе не собиралась посылать.

— Угх…!? Ну вот, блин…

Я застонала и скривилась от досады. Хотела просто молча его заблокировать, ничего не объясняя, а в итоге отправила стикер.

К счастью… или, может, к несчастью, это оказался стикер с кроликом, который отвернулся и демонстративно надулся от злости. То есть он как раз очень точно передавал моё настроение в тот момент.

— …Да какая разница. Всё равно заблокирую.

Если бы это был какой-нибудь милый или дружелюбный стикер, возможно, пришлось бы что-то объяснять. Но сейчас такой необходимости не было.

Объяснять, что я просто ткнула не туда, мне было лень, а если он ещё и вообразит себе что-нибудь лишнее — будет только хуже… Да и вообще, больше всего мне хотелось, чтобы он немедленно перестал лезть в мою переписку с Юсукэ-куном.

Так что, решив не реагировать больше ни на что, я вытерла руки полотенцем и начала его блокировать.

【Всё ещё дуешься, да? Ладно! Я тогда угощу тебя раменом экстра-большого размера, так что давай уже хватит сердиться!】

— …Невероятно. Господи, какой же он идиот.

Даже последнее сообщение, которое он успел мне отправить, было сплошным красным флагом.

Мы больше не друзья детства.

Это закончилось в тот момент, когда я призналась ему и мы сделали шаг к чему-то большему.

И мы больше не пара.

В тот момент, когда вскрылась измена Ёсихидэ… нет, в тот момент, когда он вообще начал встречаться с Симурой за моей спиной, эти отношения уже были разрушены.

И теперь мы даже не друзья. Я больше не собираюсь иметь с ним ничего общего.

Не сказав ни слова, я закончила нужные настройки на телефоне.

И в тот же миг сообщения Ёсихидэ перестали до меня доходить. Постоянный поток его шумных уведомлений оборвался полностью.

На душе сразу стало легче. Будто я наконец провела чёткую черту и навсегда отрезала прошлое.

●

(Чёрт. Что у неё за проблема? Хиёри всё ещё злится…?)

После нашей ссоры и всей этой истории с расставанием прошла уже примерно неделя. Я решил, что этого вполне достаточно, чтобы она остыла, и вчера вечером написал ей. Но реакция оказалась… какой-то вялой.

Я настрочил ей кучу сообщений, а в ответ получил только один мрачный стикер с недовольным кроликом.

А потом она просто перестала отвечать. Даже не то чтобы «прочитала и проигнорировала» — нет, она вообще больше ничего не открывала.

(Ей бы уже повзрослеть. Ну да, я облажался, но не перебор ли она устроила?)

Да, между нами были проблемы, но неужели нельзя было хотя бы сделать вид, что она чуть-чуть меня простила? В конце концов, мы же всё равно в итоге должны вернуться к прежнему, разве нет?

Раз отправила мне такой стикер, чтобы показать, что всё ещё сердится, — значит, просто пытается привлечь моё внимание, да? Честное слово, кроме фигуры, она так и не повзрослела.

(Ну и ладно. Я-то буду выше этого и сам всё улажу!)

Отправить такой стикер, а потом исчезнуть… да ясно же, что она до сих пор обо мне думает.

Наверняка ей уже начинает надоедать вся эта фальшивая «близость» с Огами. Но после всего случившегося она просто не может заставить себя сделать первый шаг — вот и всё.

Так что первым шагну я и дам ей возможность нормально поговорить.

Стоит нам всё обсудить — и всё вернётся на круги своя. Как всегда.

(Блин, ну Хиёри и правда как ребёнок…! Ей бы поучиться у Нины.)

Нина прямо сказала, что ей даже роль второй девушки была бы не в тягость, и до сих пор её не смущает, что я могу общаться и с другими. По сравнению с ней Хиёри и правда совсем мелкая — и не только ростом.

Ну серьёзно. Если встречаешься с таким классным парнем, как я, разве нельзя спокойно отнестись к тому, что он чуть-чуть развлекается на стороне?

В манге ведь тоже: даже если главного героя облепляют девушки, героини от него не уходят. Наоборот — все только сильнее начинают бороться за него.

Я ожидал чего-то такого и в жизни, а Хиёри вместо этого устроила сцену и облила меня соком. Чисто детское поведение.

Но ладно, в конце концов я, наверное, вообще единственный, кто готов встречаться с такой, как она, так что уж придётся взять на себя ответственность и всё исправить.

С такими мыслями я с утра поджидал Хиёри после тренировки.

Мы живём рядом, к тому же мы друзья детства, так что её распорядок я более-менее знаю. Я подгадал время и встал на нашем обычном месте. Она пришла чуть позже, чем я рассчитывал, и я окликнул её:

— Эй, Хиёри! Насчёт вчерашнего сообщения—

Она посмотрела на меня.

Я начал говорить про ужин, но она меня просто проигнорировала и попыталась пройти мимо.

— Эй! Да ладно тебе, хотя бы не делай вид, что меня не существует! Это уже перебор, разве нет?!

— …Отпусти. Я спешу.

— Да куда тебе спешить? Пойдём, я куплю тебе в магазине дынную булочку! Давай хоть минутку поговорим!

Обычно это срабатывало, когда она злилась. Стоило помахать перед ней её любимой дынной булочкой — и настроение у неё становилось лучше.

Я сказал это, как и всегда, в знак примирения… но на этот раз Хиёри сделала немыслимое: просто взяла и отказалась.

— Не хочу. Отпусти.

— Что, уже и булочки мало? Ладно, куплю ещё и напиток!

— Да не в этом дело. Просто перестань.

— А-а, какие сложные переговоры! Ладно-ладно! Тогда угощу тебя твоей любимой чашей рамена с чарсю! И потом ещё блинчиками в караоке! Так что хватит уже сердиться!

— Ты ещё и говоришь мне «хватит сердиться»!? Ты вообще—!!

Глаза Хиёри расширились — похоже, она и правда была ошеломлена.

Может, её поразило, что я готов зайти так далеко.

Ну, мама дала мне деньги на ужин, так что ничего страшного… А если это поможет всё вернуть с Хиёри, то цена вообще пустяковая.

Я уже собрался продолжить, уверенный, что теперь всё точно сработает, но в этот момент кто-то постучал меня по плечу.

Я машинально обернулся — и увидел перед собой того, кого терпеть не мог больше всех на свете: Юсукэ Огами. Он стоял и без всякого выражения смотрел на меня.

— …Что ты творишь?

Он был выше меня и смотрел сверху вниз своим бесстрастным взглядом, так что я невольно дёрнулся.

Пока я отвлёкся, Хиёри вырвала руку. Но отступать перед Огами я не собирался, поэтому злобно уставился на него и рявкнул:

— Н-не лезь не в своё дело! Тебя это вообще не касается!

Это было дело между друзьями детства. Огами тут совершенно ни при чём.

Но он даже глазом не моргнул. Наоборот, спокойно сказал:

— Нет, касается. Если я вижу, что к моему другу пристают, я, естественно, вмешаюсь.

— Пристают!? Я не—

— Она сказала тебе отпустить её, а ты не отпустил. Ты пытался силой утащить её с собой. Это и есть приставание.

— Гх… у…?!

Он так спокойно и железно всё разложил, что мне просто нечего было ответить.

Холодный, ровный взгляд Огами буквально придавил меня. Он методично загонял меня в угол — но у меня был козырь.

То, чего Огами никогда не поймёт. Моё главное оружие.

— Да ты вообще ничего не понимаешь! Мы с Хиёри друзья детства! Поэтому я знаю, что она на самом деле чувствует! Она вообще-то не по-настоящему злится!

Вот он. Секретное оружие, доступное только мне — годы нашей общей истории. Козырь «друзей детства».

Между нами есть связь, которую Огами, начавший крутиться рядом с Хиёри только неделю назад, просто не способен понять.

Стоит мне выложить это — и Огами придётся заткнуться. Откуда ему вообще знать, насколько между нами всё глубоко?

…Я так думал. Но Огами никак не отреагировал. Даже не глядя в мою сторону, он перевёл взгляд на Хиёри и сказал нечто такое, от чего я просто остолбенел:

— …Кума вот так говорит. А ты сама что скажешь, Хиёри-сан? Тебе правда это было не неприятно?

— …А?

…Стоп. Что он сейчас сказал?

Хиёри-сан?..

С каких это пор он зовёт её по имени?

Это же слишком уж близко, нет? И вообще, с каких пор Огами умеет разговаривать в таком тоне?

Почему этот тип, который начал с ней общаться совсем недавно, ведёт себя так, будто они уже настолько сблизились…? Я ещё не успел осмыслить это, как тут же получил следующий удар — ещё сильнее прежнего.

— …Юсукэ-кун прав. Мне и правда было неприятно. И вообще, это раздражало.

— А? А? Что?!

Почему она ничего ему на это не говорит!? Он только что так запросто назвал её по имени!

И почему она встаёт на его сторону? Я ведь специально пошёл на уступки и попытался всё уладить, а она просто отмахивается от этого?

Подождите… она сейчас сказала «Юсукэ-кун»? Это она про Огами?

С каких это пор они зовут друг друга по именам? Когда они вообще успели так сблизиться? И кто они теперь друг другу вообще такие?

Я был слишком ошарашен и захлёбывался паникой, так что уже не понял ни единого слова из того, что они сказали после этого.

А когда наконец сообразил, что происходит, и Хиёри, и Огами уже ушли… а я так и остался стоять там один, не в силах прийти в себя и только бессмысленно пробормотал:

— …Что, чёрт возьми, вообще происходит?

Я думал, что смогу всё уладить с Хиёри и вернуться к тем весёлым дням, которые у нас были раньше.

А вместо этого получил удар откуда не ждал, и теперь у меня голова шла кругом.

И всё же я упрямо твердил себе: всё будет нормально… Не может же так быть, чтобы годы, которые я провёл рядом с Хиёри, проиграли каким-то жалким нескольким дням рядом с Огами.

Стиснув подрагивающие колени и заставляя себя стоять прямо, я развернулся… и пошёл обратно в класс.