Хиори-сан, я и момент сделать шаг вперёд

— Хиори, можно тебя на минутку?

Я только вышла из ванны и отдыхала в гостиной, когда мама окликнула меня. Я повернулась к кухне.

В последнее время она всё чаще заводила разговор о Коуме — моём друге детства и бывшем парне.

Говорила, что он в последнее время выглядит совсем подавленным, или что, если мы поссорились, нам стоит уже помириться.

Наверное, когда она в прошлый раз увидела, каким мрачным он был, ей захотелось о нём позаботиться.

Я понимала. Всё-таки она знает его больше десяти лет, и он всегда был рядом с её дочерью. Разумеется, ради него ей хотелось немного вмешаться.

Но... я больше не собираюсь иметь с ним никаких дел.

Почти сразу после того, как мы начали встречаться, он стал крутить с двумя: принял признание Симуры и с тех пор продолжал изменять. Такого я никогда не смогу простить.

И всё же я до сих пор не рассказала маме, что на самом деле произошло между нами.

Для неё Коума — мальчик, который больше десяти лет рос рядом с её дочерью, почти как второй сын. Она всегда была о нём хорошего мнения.

Если она узнает, что он на самом деле встречался с её дочерью — и что он ей изменил, — это станет для неё огромным потрясением.

Я всегда понимала, что когда-нибудь мне придётся ей рассказать, но никак не могла выбрать подходящий момент.

Может, раз она снова начала говорить о нём, сейчас как раз шанс. Но в то же время мне страшно представить, как сильно её потрясёт правда.

Эта моя нерешительность... наверное, тоже часть проблемы.

Даже думая так, я всё равно не могла заставить себя сделать этот шаг. Когда я вошла на кухню, мама, державшая руку на давно барахлившей микроволновке, сказала:

— Похоже, микроволновка окончательно сломалась. Придётся покупать новую.

— А-а, ясно... Значит, она всё-таки отслужила своё.

Наша верная микроволновка, служившая нам много лет, наконец дошла до предела.

Обрадовавшись, что разговор оказался не о Коуме, я сложила ладони в благодарственном жесте и чуть поклонилась микроволновке. И тут мама снова заговорила:

— Так что я уже заказала новую. Хочу, чтобы ты съездила забрать её в эту субботу.

— ...А?

От её просьбы я нахмурилась.

Да, новая микроволновка нам нужна, но не настолько срочно. Сейчас начало лета, на улице уже жарко. Торопиться нет необходимости.

К тому же можно просто попросить магазин доставить её. Зачем самим ехать забирать?

Пока я обдумывала это, мама продолжила:

— Мы с папой не сможем поехать с тобой, так что попроси кого-нибудь из мальчиков помочь, ладно? Обед в благодарность мы оплатим.

А, вот оно что...

Всё было ясно. Мама хотела устроить так, чтобы мы с Коумой провели время вдвоём.

Если мы поссорились, это был бы удобный повод всё обсудить — по крайней мере, она, наверное, на это и надеется.

Я понимала, что всё в итоге вернётся к этому, но не стала говорить ничего лишнего, только тихо вздохнула и сказала:

— ...Ладно. Мне просто нужно найти парня, который поможет донести, да?

— Именно! Прости, что напрягаю, но я на тебя рассчитываю!

Услышав мой ответ, она просияла и весело направилась в ванную.

Вот уж в её духе. Теперь я правда вижу, в кого пошла.

Ещё раз вздохнув, я пробормотала себе под нос:

Прости, но я не говорила, что попрошу Коуму. Ты ведь сказала — попросить мальчика, да?

Мне немного неловко, но я ни за что не пойду куда-то с Коумой и уж тем более не впущу его в свой дом.

Мальчик, которого я попросила бы сейчас... честно говоря, выбор только один.

В каком-то смысле это почти свидание. И отличный повод пригласить Юсукэ-куна к себе домой.

Я уже столько раз была у него — самое время отплатить тем же.

И всё же... даже убеждая себя в этом, я не могла избавиться от тяжести на сердце.

Все разговоры о Коуме, которые я слышу в последнее время, то, что я до сих пор не рассказала маме правду, раздражение из-за собственной трусости — всё это оставляло во мне чувство вины за то, что я собираюсь позвать Юсукэ-куна.

Я всё время на кого-то опираюсь... ну правда...

Я ненавидела себя за то, насколько сильно полагалась на его доброту — и на доброту его семьи тоже, — почти ничего не отдавая взамен.

Последний вздох, который я выдохнула, был не из-за неверного друга детства... и даже не из-за мамы.

Он был из-за меня самой — из-за того, что я такая трусиха.

С этой мыслью ночь тихо прошла.

◇

──С нашего свидания в аквариуме с Хиори-сан прошла примерно неделя.

Сезон окончательно перешёл в лето. Все уже сменили форму на летнюю, вокруг происходило много разных перемен... но наши отношения оставались прежними.

У меня в голове было много всего, я постоянно переживал о разных вещах, но старался не показывать Хиори-сан ни одну из этих тревог.

Однако в последнее время у меня появилось ощущение, что с ней что-то не так.

Когда мы были вместе, она всё так же улыбалась, но иногда эта улыбка на короткий миг исчезала. Что-то казалось странным.

Может, она тоже через что-то проходит... Беспокоясь о ней, я проводил дни, погружённый в собственные переживания.

И вот в один летний день в наших отношениях началось маленькое изменение... А началось всё накануне вечером — с простого объявления моей семье.

— Мам, просто предупреждаю: завтра я пойду гулять с Хиори-сан.

— Хорошо, поняла. А ужин?

— Поем дома. Это просто короткое дело после обеда. Она попросила меня сходить с ней за покупкой, так что, думаю, надолго не затянется.

Был вечер пятницы. Я сообщал маме о планах на следующий день.

Услышав, что я снова пойду куда-то с Хиори-сан, мама весело улыбнулась и предложила:

— Тогда почему бы не пригласить Хиори-тян к нам? Давненько не виделись — поужинаем вместе!

— А-а, вряд ли получится. Я сказал «за покупкой», но скорее... нужно кое-что забрать.

— О? Что ты имеешь в виду?

— У Хиори-сан давно барахлила микроволновка, и, похоже, она внезапно сломалась. Новая, которую они заказали, завтра будет в магазине, но оба её родителя работают и не могут забрать...

— Ох, они работают в выходной? Тяжело. А доставку нельзя было заказать?

— Да, я тоже первым делом так подумал. Но я ведь не могу указывать, как им решать домашние дела, верно? В общем... меня завербовали помочь донести эту штуку.

Я объяснил маме, почему после этого не смогу привести Хиори-сан к нам.

— Понятно... Подожди-ка. То есть...

Как раз когда она начала складывать детали в голове, из-за моей спины вынырнули младшие братья.

— Стоп... значит, Юсукэ идёт в дом к будущей невестке... пока её родителей нет дома?

— Ага. Примерно так.

— Эй-эй-эй! Ты серьёзно!? Серьёзно!? Вот оно! Начинается шоу!!

— Значит, фестиваль здесь?! Нет, подожди, площадка — дом невестки!

Проорав какую-то бессмыслицу странно возбуждёнными голосами, они тут же пустились в один из своих обычных дурацких танцев. Я покосился на них и протяжно вздохнул.

Мама, тоже уловившая ситуацию, которую описал брат, вдруг немного занервничала и спросила:

— Ты уверен, что так можно? Её родители знают, что ты придёшь?

— Хм... Не уверен. Хиори-сан просто сказала, что ей велели найти кого-нибудь, кто поможет...

──Наверное, они имели в виду Коуму.

Родители Хиори-сан, скорее всего, понятия не имели ни о том, что она встречалась с Коумой, ни о том, что он ей изменил и разбил сердце.

Увидев тревогу на моём лице, мама прищурилась, словно пытаясь прочитать что-то глубже.

Потом тихо спросила:

— Юсукэ... тебя что-то беспокоит?

— ...Да. Немного.

— Тогда почему бы тебе не поговорить со мной? Не нужно заставлять себя, но если что-то давит на сердце, станет легче, если выпустишь это наружу.

После этих слов даже мои братья перестали танцевать и посмотрели на меня.

Чувствуя лёгкое смущение, но и благодарность за их заботу, я вдохнул и начал делиться тем, что держал в себе.

— На самом деле... я сомневаюсь в том, какое место занимаю рядом с Хиори-сан. То есть, нормально ли оставлять всё как есть?

— Что ты имеешь в виду?

— ...Так вы всё ещё не встречаетесь, да?

— Что!? Да ладно! Ты шутишь!?

Потрясённый голос Масато так сорвался, что разнёсся по комнате.

Тайга тут же стукнул его по голове со словами «слишком громко», и, быстро извинившись, Масато снова повернулся ко мне.

— Ну тогда решение простое, да? Признайся и начните встречаться! С тем, как она к тебе относится, да она ни за что тебя не отвергнет!

— ...Юсукэ и сам это знает. Раз он до сих пор этого не сделал, значит, есть причина, по которой он не может, верно?

— О-о-о... точно...!!

Масато, который только что выдал очевидное, был немедленно и справедливо осажен Тайгой. Выглядя немного виноватым, он закрыл рот.

Пока мне уже становилось немного жаль брата, мама, до этого молча наблюдавшая за разговором, снова заговорила:

— ...Судя по всему, дело не в том, что ты трусишь. Проблема у Хиори-тян. И это не то, чем можно просто так делиться с кем попало. Поняла. Этого достаточно.

— Ого... Вот это мама.

— Говорит «этого достаточно» и всё равно идеально схватывает ситуацию. Впечатляет, как всегда.

Даже мы, её сыновья, не могли не поразиться тому, насколько проницательной бывает мама. Она прокашлялась и посмотрела на меня, готовясь дать совет.

— Юсукэ, как твоя мать, я хорошо знаю твой характер. Да, иногда ты немного тугодум и робкий, но ты добрый и честный мальчик. Именно поэтому я понимаю, почему ты сейчас начал так чувствовать.

— ...

— Твои чувства не эгоистичны. Ты не игнорируешь ситуацию Хиори-тян — то, что ты несёшь, появилось потому, что ты думаешь о ней. Я могу тебе это обещать. Так что иди и скажи ей, что чувствуешь. Уверена, она поймёт.

— ...Да. Спасибо, мам.

Одних её слов хватило, чтобы во мне прибавилось немного смелости.

На моём лице появилась маленькая, но настоящая улыбка, и тут подключились братья.

— Я не особо понимаю, что к чему, но... вперёд! Как брат, я за тебя болею!

— Ага. Ты всегда был хорошим парнем, и если такой человек, как ты, после серьёзных раздумий пришёл к решению, невестка наверняка его примет.

— ...Спасибо.

Я легко махнул им рукой в ответ и выдохнул. Окружённый такой поддерживающей семьёй, я чувствовал, что мне невероятно повезло.

Очень надеюсь, что смогу передать ей это чувство... С этой мыслью я стал ждать наступления следующего дня.

— Прости, что заставила тебя в выходной тащиться так далеко и ещё носить вещи.

— Всё нормально. И спасибо за обед.

— Это просто деньги от мамы, так что не переживай! Ты мне помогаешь, значит, это справедливо!

На следующий день — в субботу — я вместе с Хиори-сан забрал новую микроволновку, и теперь мы шли к её дому.

Держа довольно громоздкую коробку, я добрался до её входной двери. Она открыла и жестом пригласила меня внутрь.

— Заходи!

— ...Ты уверена? Если я просто помог донести, кажется, этого уже достаточно...

— Ты о чём? Ты в жаркий летний день помог перетащить тяжёлую бытовую технику — самое меньшее, что я могу сделать, это дать тебе что-нибудь попить в прохладной комнате с кондиционером! К тому же я ведь часто тусовалась у тебя дома, да? Так что мы квиты!

Разумеется, простым оставлением коробки у двери это не закончится.

Я вошёл за ней в дом и поднялся на второй этаж, позволяя ей вести меня по коридору.

Мы остановились перед комнатой с табличкой «Перед входом стучать!». Она открыла дверь, и я вошёл следом.

— Та-дам~! Добро пожаловать на дебют в моей комнате!

— А, эм... Спасибо, что пригласила...

Я впервые видел комнату Хиори-сан, и она была именно такой, какой представляешь комнату девушки.

Она усадила меня на круглый ковёр в середине комнаты, затем поставила передо мной складной мини-столик.

— Ладно, я пойду поставлю микроволновку в гостиную и принесу нам напитки! Есть пожелания?

— Н-нет, ничего особенного...

— Поняла~! Тогда жди и наслаждайся видом моей комнаты, пока меня нет!

С этими словами она вышла, и я услышал, как она спускается по лестнице.

Когда звук её шагов стих, воцарилась тишина. Оставшись один в этой тишине, я попытался отвлечься от волнения и осмотрел её комнату.

...Большая. И всё здесь выглядит дорогим.

Как я и думал, бело-розовая гамма прямо кричала: «комната девушки».

Но, присмотревшись внимательнее, я понял, что комната Хиори-сан легко вдвое больше моей.

Письменный стол был идеально чистым, сверху стоял тонкий ноутбук. Наверное, потому что она девушка, шкаф для одежды у неё тоже был огромный.

И ковёр, на котором я сидел, и мини-столик передо мной — всё в этой комнате излучало едва заметную роскошь.

Она, может, правда немного одзё-сама...

Эта мысль снова мелькнула у меня в голове, когда я посмотрел на самый заметный предмет в комнате — большую кровать.

На ней я увидел аккуратно посаженную розовую мягкую игрушку, и мои щёки потеплели.

Она и правда её бережёт...

Я тоже хранил ту, что она подарила мне, но от того, что её игрушка гордо стояла на кровати, мне стало как-то радостно.

Интересно, она спит с ней по ночам?..

Эта мысль привела к образу Хиори-сан в пижаме, мирно спящей в обнимку с плюшевым дельфином. В тот миг, когда я понял, куда уносит меня воображение, я поспешно тряхнул головой, прогоняя фантазию.

И как раз вовремя — потому что настоящая Хиори-сан вернулась с подносом напитков.

— Прости, что заставила ждать! Апельсиновый чай подойдёт?

— А, да. Спасибо... и спасибо, что так обо мне подумала.

В стеклянном кувшине был холодный чай, в котором плавали тонкие ломтики апельсина.

Даже по таким вещам... сразу видно, что она живёт на другом уровне... — подумал я, когда она налила напиток в изящный стакан и с довольной улыбкой села напротив.

— Ну? Как ощущения — впервые ступил в мою комнату?

— Ну... комната очень милая и прямо в твоём стиле. Но я ещё и нервничаю, так что... наверное, пятьдесят на пятьдесят?

— Ахаха! Это так на тебя похоже, Юсукэ-кун! Я же, считай, ворвалась в твою комнату вся такая воодушевлённая, а ты теперь весь скованный и неловкий — смешно, какие мы противоположности!

Пытаясь скрыть нервозность, я отпил из стакана и ответил честно.

Апельсиновый вкус был лёгким и освежающим. Пока чай смягчал горло, Хиори-сан со смехом продолжила:

— Знаешь~ я даже немного надеялась! Думала, будет уморительно, если вернусь, а ты тут роешься у меня в комнате или что-нибудь такое!

— Н-ни за что бы я так не сделал!! Копаться в комнате девушки без разрешения — ни за что!

— Знаю, знаю! Ах да, кстати: моё бельё лежит в верхнем ящике того комода. Так что если я ещё раз выйду, это твой шанс!

— Пффгх! Кх...!!

Я сильно поперхнулся напитком и, стуча себя по груди, попытался отдышаться.

Я вдруг вспомнил жёлтый комплект белья, который когда-то случайно увидел, и от этого воспоминания запаниковал.

Увидев мою реакцию, Хиори-сан виновато улыбнулась.

— Прости, прости! Я не думала, что ты так сильно всполошишься!

— Кхе, кхе...! Ты же раньше говорила, что научилась быть скромнее, — это была ложь?

— Нет, я серьёзно! Просто... иногда я не могу удержаться. Хочется увидеть твои милые реакции, Юсукэ-кун.

Она озорно улыбнулась и оперлась щекой на руку, поставив локоть на мини-столик.

Глядя на её улыбающееся лицо — и на то, как большая грудь, казалось, заставляет столик поскрипывать одним своим прикосновением, — я покраснел и отвёл глаза.

Тут я заметил поблизости плюшевого дельфина и сосредоточился на нём, когда заговорил.

— ...Ты правда хорошо заботишься о плюшевой игрушке.

— Эхехе... я ведь говорила, что буду, да?

С лёгкой улыбкой Хиори-сан встала, взяла плюшевого дельфина и снова села передо мной, крепко обнимая его и нежно поглаживая по голове.

— Это вещь, которую мы купили вместе. Маленький памятный сувенир. Конечно, я буду его беречь.

— Ахаха, вижу.

В ответ на мои слова она тихо хихикнула и прижала игрушку ещё крепче.

А потом её выражение вдруг стало более приглушённым, и после небольшого вздоха она заговорила.

— Знаешь... я не знаю, как это объяснить, но...

Голос начал сходить на нет, взгляд опустился, и игривый тон исчез с её лица.

Наверное, это и был тот тревожный вид, который я замечал за ней в последнее время. Я на миг заколебался, но затем решил: сейчас самое время спросить.

— Хиори-сан... в последнее время ты выглядишь немного подавленной. Тебя что-то беспокоит?

— ...Прости. Я знаю, я вдруг стала вся мрачная. Странно, да?

— Не переживай об этом. Важнее — что случилось? Если у тебя что-то на душе, я выслушаю. Можешь рассказать мне что угодно.

— ...Спасибо. Ты как всегда добрый, Юсукэ-кун.

На мои слова она слабо улыбнулась.

От того, что на её лице снова появилось хоть немного тепла, мне стало легче, и затем она начала рассказывать о том, что её тревожило.

— На самом деле... в последнее время мама часто говорит о Коуме.

— Твоя мама? Почему она...?

— Она сказала, что однажды встретила его по дороге домой. Он выглядел совсем подавленным, и она, наверное, просто не смогла пройти мимо.

Имя Коумы Ёсихидэ застало меня врасплох.

Мои глаза расширились, а Хиори-сан, криво улыбнувшись самой себе, продолжила:

— Мама думает, что между нами какое-то недоразумение или ссора... и всё говорит мне поскорее помириться с ним. Думаю, эта сегодняшняя история с доставкой была попыткой создать нам возможность поговорить.

Я уже догадывался, что, когда её родители сказали попросить парня о помощи, они имели в виду Коуму.

Но услышать, что её мама на самом деле устроила всё это, оказалось совсем другим уровнем неожиданности.

Я на всякий случай спросил:

— Эм... твоя мама знает, что произошло между тобой и Коумой?

— ...Нет. Я ей не рассказывала. Я даже не говорила, что мы встречались...

Разумеется, если бы её мама знала, что Коума встречался с ней и одновременно бегал за другими девушками, она никогда не пыталась бы свести их снова.

Когда это подтвердилось, Хиори-сан выглядела по-настоящему виноватой.

— Прости... Мне правда нужно было рассказать ей, что произошло. Но из-за того, что я этого не сделала, я снова поставила тебя в неловкое положение, Юсукэ-кун...

— Это не так! Ты ничего плохого не сделала, Хиори-сан!!

Я говорил искренне. Во мне не было ни малейшей мысли, что она должна винить себя.

Уверен, её мама глубоко доверяет Коуме. Он больше десяти лет был другом детства её дочери — и, вероятно, всё это время производил хорошее впечатление.

Если она узнает, что он сделал на самом деле... это её сокрушит.

Именно потому, что Хиори-сан так хорошо понимает чувства мамы, она не может заставить себя рассказать правду.

Но это не потому, что ей не хватает смелости.

А потому, что она добрая.

— Я правда никуда не гожусь. Не только с той ночёвкой... сейчас тоже. Я просто... полностью полагаюсь на тебя, Юсукэ-кун.

Когда я увидел выражение лица Хиори-сан, пробормотавшей это, грудь пронзила резкая боль.

Одинокое, страдающее выражение. Я поклялся больше никогда не позволять ей носить такое лицо, и всё же... ничего не делал.

Разозлившись на себя, я отбросил сомнения, которые всё это время носил в себе, прямо посмотрел на Хиори-сан и открыл рот.

— ...Это не твоя вина, Хиори-сан. Причина, по которой тебе сейчас больно... во мне. Я сказал, что сделаю тебя счастливой, но в итоге слишком зациклился на собственных проблемах.

— Ю-Юсукэ-кун, тебе не нужно брать это на себя...!!

Смущённая моими словами, Хиори-сан попыталась остановить меня, но я мягко взял её за руку.

Я обхватил её маленькую ладонь обеими руками. Глядя на её удивлённое лицо, я тихо сказал:

— Хиори-сан, я хочу поговорить о кое-чём очень важном. Ты выслушаешь меня до конца?

— Д-да...!

Почувствовав вес моих слов, Хиори-сан положила вторую руку поверх моих.

Встречая её напряжённый от волнения взгляд, я начал говорить — с решимостью в сердце.

— На самом деле я уже давно об этом думаю. Не думаю, что наши нынешние отношения можно честно назвать просто дружбой.

— Да... Думаю, ты прав. Мы ходим на свидания, бываем друг у друга дома, даже ночуем... Продолжать говорить, что мы просто друзья, правда странно...

— Дело не в том, что я недоволен тем, как всё сейчас. Но если кто-нибудь узнает, что мы всё это делаем, даже если мы просто друзья, люди неправильно поймут. Они решат, что ты девушка, которая без стыда делает такие вещи даже без парня... и кто-то вроде Коумы может снова попытаться вмешаться.

— Понимаю... Такой риск тоже есть. А теперь, когда я даже привела тебя к себе домой, риск только вырос.

— И не только это. Если с тобой что-нибудь случится... статуса «просто друг» может оказаться недостаточно, чтобы защитить тебя. Вот чего я боялся. И теперь этот страх сбылся. Если бы я был твоим парнем, возможно, тебе не пришлось бы вот так застревать между Коумой и мамой.

Если бы я был твоим парнем, а не просто другом... я мог бы что-то сделать.

Когда твоя мама заговорила о Коуме, ты могла бы защититься, упомянув меня — своего парня. Могла бы мягко остановить этот разговор.

Но я слишком зациклился на себе. Колебался, не решаясь продвинуть наши отношения дальше... и из-за этого тебе стало больно.

Но ещё не поздно. Я всё ещё могу кое-что сделать.

Даже если это значит нарушить обещание, которое мы дали, если я делаю это ради Хиори-сан... я знаю, она поймёт.

Поверив в силу, которую видел в её глазах, я продолжил:

— Ты помнишь обещание, которое мы дали, когда ты впервые ночевала у меня?

— Ты сказал... что подождёшь, пока я не забуду Коуму... да?

— Да. Я сказал, что, когда ты сможешь двигаться дальше от него, я признаюсь как следует, и мы станем парой. Но в последнее время я думаю: может, это обещание, наоборот, причиняло тебе боль.

Я вдохнул, вспоминая слова мамы, и тщательно подобрал следующие слова.

Чувствуя, как крепко Хиори-сан теперь держит мои руки, я продолжил:

— Если подумать, ты провела с Коумой больше десяти лет. И один из этих лет вы действительно встречались. Конечно, нелегко просто забыть человека, с которым ты провела столько времени. Но я сказал это так, будто тебе нужно поскорее забыть его, и думаю, это только усилило давление.

— Это не так! Я была счастлива, когда ты сказал мне это, Юсукэ-кун! У меня стало тепло на сердце... и каждый раз, когда я вспоминаю, мне становится радостно. Поэтому я тоже хотела суметь как следует ответить на твои чувства, и потому...!!

Пока она качала головой из стороны в сторону, настаивая на своём, я улыбнулся.

— ...Спасибо. Мне правда очень радостно это слышать. И именно поэтому я хочу сказать тебе это как следует.

— А?..

Её слова придали мне смелости. Я медленно выдохнул и сказал ей, что чувствую на самом деле.

— ...Я хотел сделать тебя счастливой, потому что хотел видеть твою улыбку. А если так, то нет причины настолько цепляться за мысль, что встречаться можно только после того, как ты окончательно отпустишь Коуму.

Когда я сказал, что подожду, пока твоё сердце освободится от него, я говорил искренне. Но это обещание — не то, что может держать только друг.

Потому что Хиори-сан серьёзно думала о наших отношениях, потому что она готова двигаться вперёд, — я теперь могу предложить это.

Благодарный за смелость, которую она мне дала, я прямо посмотрел ей в глаза и сказал:

— Я хочу и дальше делать тебя счастливой, Хиори-сан. И хочу и дальше защищать тебя, чтобы тебе больше не приходилось чувствовать боль. Поэтому... я хочу быть тем, кто остаётся ближе всех к тебе.

— ...!

Если я действительно собираюсь встать на один уровень с Коумой, мне нужно будет провести рядом с ней столько же времени, сколько провёл он.

Но как парень — Коума провёл с ней всего один год.

Может, то, что я не могу отпустить это, просто делает меня мелочным парнем. Большой телом, маленький сердцем — полная противоположность Хиори-сан.

И всё же... в этом я не уступлю. Я решил. Я докажу, что именно я могу сделать её счастливее всех... что именно я могу вызвать у неё больше всего улыбок.

С этой решимостью в сердце я посмотрел на Хиори-сан и сказал:

— Я сделаю тебя счастливее, чем когда-либо, и подарю тебе больше улыбок, чем когда-либо. Поэтому... станешь моей девушкой?

— А-ах...

Её лицо покраснело, она открывала и закрывала рот, не находя слов.

Она опустила взгляд и выдохнула, потом снова посмотрела на меня глазами, в которых блестели слёзы, и заговорила:

— ...Сначала я чуть не выпалила извинение — за то, что заставила тебя всё это сказать, за то, что ты так обо мне переживал. Но... я поняла, что так нельзя. Если бы я сказала «прости», это могло бы прозвучать так, будто я тебя отвергаю.

— Тогда... значит...!!

С мягко порозовевшими щеками Хиори-сан расплылась в той самой радостной, сияющей улыбке, которую я так люблю. А затем твёрдо, широко кивнула и дала мне ответ.

— Да...! Если ты согласен на такую, как я, пожалуйста, позволь мне быть твоей девушкой!

— ...Хаа-а~ Слава богу...

Услышав её согласие, я глубоко выдохнул с облегчением и буквально рухнул, когда напряжение покинуло тело.

Все силы ушли, и я плюхнулся прямо на пол. Увидев это, Хиори-сан хихикнула и сказала:

— Ты так нервничал? Правда так боялся, что я тебя отвергну?

— Н-ну, мы ведь дали обещание, и я думал, что ты можешь сказать, будто ещё не готова... То есть всё было довольно внезапно, и шанс такого ответа вполне был, так что я правда очень обрадовался, когда ты сказала «да»...

— Ахаха, понятно...! Да, логично. Прости, что заставила тебя так переживать.

— Н-нет! Совсем нет! Если уж на то пошло, это я, кажется, усложнял всё для тебя!

Облегчение, смущение... мои чувства метались из стороны в сторону. Даже я сам удивился, насколько бурно они менялись.

Но после этой маленькой бури эмоций наши взгляды снова встретились, мы оба тихо фыркнули — и рассмеялись.

— Пф... Хаха...! Значит, мы правда теперь пара, да? Но почему-то не кажется, что что-то так уж сильно изменилось.

— Ну, мы и раньше делали вещи, которые делают пары... так что логично, что ощущения не слишком другие, да?

— Да, наверное! Фуфу... Но всё равно мы пара! О нет, я не могу перестать улыбаться...!!

Она прижала ладони к щекам, пытаясь сдержать глуповатую улыбку. Она выглядела такой счастливой, что и я стал счастлив.

Я уже признавался ей в своих чувствах, и она знала, что я к ней чувствую, но теперь, когда мы официально начали встречаться, радость снова переполнила меня.

— ...Я буду стараться. Как твоя девушка, я постараюсь сделать тебя счастливым, Юсукэ-кун.

— ...И я тоже. Как твой парень, я сделаю всё, что смогу, чтобы дарить тебе ещё больше улыбок, Хиори-сан.

От друзей к возлюбленным — ярлык изменился, но то, что мне нужно делать, не изменилось.

Мне просто нужно сделать её счастливее, чем когда-либо. Вот и всё.

Когда я сказал это девушке, которая заявила, что хочет сделать счастливым меня, Хиори-сан начала ёрзать и нервно водить взглядом.

— Эм... Прости, что спрашиваю так внезапно, но... можно кое о чём попросить?

— Хех... Конечно. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

После моих слов Хиори-сан глубоко вдохнула, успокаиваясь, и шагнула ближе ко мне.

С этим движением она прислонилась ко мне, всё ещё сидевшему на полу. Положив маленькую голову мне на плечо, она обвила руками мою спину и прошептала:

— Можешь просто... вот так крепко меня обнять?

— ...Да. Конечно.

Это была первая просьба от девушки, которую я люблю, теперь уже официально моей девушки.

Не колеблясь, я обнял её маленькое тело, притянул ближе и выдохнул, держа её в руках.

А в ответ Хиори-сан тоже крепче обняла меня... и мы держали друг друга, ища утешение и близость.

— ...Так можно?

— Да... спасибо, Юсукэ-кун...

Голос Хиори-сан в ответ на мои слова был полон тепла и счастья.

Обнимая её и слыша её облегчённый шёпот, я сказал:

— Ты правда маленькая, Хиори-сан. Но... на ощупь такая большая.

— Хм-м~? Ты сейчас о моей груди? Или о попе?

— Ни о том, ни о другом! Я не это имел в виду.

Она озорно ухмыльнулась, а я ответил привычной репликой, но внутри эта мысль действительно осела во мне.

Её рост всего сто сорок восемь сантиметров. Она такая маленькая, что, если бы я захотел, наверное, смог бы полностью закрыть её в своих объятиях.

И всё же тепло и присутствие, которые я сейчас ощущал, держа её... были огромными.

Я хочу дорожить ею. Хочу защищать её. Хочу видеть её улыбку. Хочу сделать её счастливой.

Одного того, что мы вот так вместе, хватало, чтобы во мне поднималось бесчисленное множество чувств, — и я не мог их остановить.

С этого момента я буду не просто её другом... Я буду её парнем.

С этой мыслью я улыбался прочному теплу и радости, лежащим у меня в руках, но тут снизу раздался голос:

— Я дома~! Хиори, ты здесь~?

— «!?!?!?»

Внезапный голос напугал нас обоих, и мы быстро отпрянули друг от друга, создавая между собой расстояние.

Через миг, собравшись и обменявшись кривыми улыбками, я спросил Хиори-сан:

— Эй, Хиори-сан... этот голос...

— Да... Думаю, это мама.

Как я и предполагал. Я тихо глубоко вдохнул.

Она вернулась гораздо раньше, чем я ожидал... но, честно говоря, возможно, уже слишком поздно.

С этой противоречивой мыслью я приготовился — как её парень — сделать то, что должен, и мы вместе спустились вниз.

— Спасибо, что сходила за микроволновкой. Работы оказалось меньше, чем я думала, так что я закончила пораньше и вернулась... а?

Мы с Хиори-сан вошли в гостиную на первом этаже. Перед нами, на небольшом расстоянии, стояла женщина.

Она была невысокой, и в чертах лица ясно угадывалось сходство с Хиори-сан. Я впервые встречался с матерью Хиори-сан, и внутри поднялась волна напряжения.

— Эм... Хиори? Этот мальчик...?

Она ожидала, что помогать Хиори нести вещи будет Коума, и потому, конечно, удивилась, увидев в доме незнакомого парня.

Но перед ней Хиори-сан заговорила — явно собравшись с духом.

— Мам, позволь представить. Это Огами Юсукэ-кун. Он мой одноклассник... и мой парень.

— Что? П-парень, то есть...?

— То есть мы встречаемся. Прости, что так внезапно на тебя это обрушила.

Глаза её мамы расширились от потрясения, и Хиори-сан добавила объяснение.

Когда её мать перевела взгляд на меня, я низко поклонился и сказал:

— Приятно познакомиться. Меня зовут Огами Юсукэ. Как только что сказала Хиори-сан... сейчас я встречаюсь с вашей дочерью. Сегодня она попросила меня помочь донести вещи, поэтому я пришёл помочь.

— А-а, я... понятно...

Честно говоря, я понятия не имел, правильно ли так представляться.

Но я вложил в это всё, что мог, надеясь, что моя искренность дойдёт до родителя девушки, которую я люблю.

Мать Хиори-сан продолжала смотреть на нас широко раскрытыми от шока глазами... но затем вдруг ахнула, побледнела и сказала Хиори-сан:

— Т-так вот что происходило...! Прости, Хиори. Я сказала совершенно неуместную вещь...!!

— Не переживай. Это моя вина, что я ничего тебе не рассказывала.

— Э-эм... ах, точно. Огами-кун, верно? Прости, я мать Хиори, Мицуми. Спасибо, что заботишься о моей дочери...

— Нет, это она всегда помогает мне. Простите, что всё так внезапно.

— А, д-да. Эм, ну...

Даже со стороны было очевидно: Мицуми-сан в полной панике.

Её разум, наверное, просто не успевал за происходящим. Пока я смотрел, как она пытается всё осмыслить, я вдруг почувствовал, как Хиори-сан мягко сжала мою руку.

— ...!

Я посмотрел на неё и увидел решимость на её лице. И понял, что она собирается сделать.

Когда её взгляд на миг встретился с моим, я ободряюще сжал её руку в ответ. Она кивнула, затем снова повернулась к Мицуми-сан и заговорила:

— ...Прости, мам. Есть кое-что, о чём я тебе не рассказывала.

— ...Что?

Мицуми-сан посмотрела на дочь широко раскрытыми от растерянности глазами.

Глубоко вдохнув, Хиори-сан наконец призналась в том, что всё это время скрывала.

— Раньше я встречалась с Ёсихидэ... и не так давно мы расстались.

— Э-э-э? В-вы встречались!? С каких пор? И почему вы расстались?..

— Мы начали прошлым летом и закончили этой весной. А причина, по которой мы расстались...

Она начала отвечать на удивлённые вопросы матери, но по мере приближения к главному я чувствовал, как её рука дрожит в моей.

Наверное, она не хотела вспоминать это — особенно эту часть. И она знала, что правда ранит и её маму. Поэтому ей понадобилась настоящая смелость, чтобы заговорить.

Я мог бы вмешаться и сказать всё за неё, но это было бы неправильно. Это лишило бы смысла её решимость.

Сейчас мне нужно было поддержать её, пока она делает этот смелый шаг вперёд.

Чтобы показать, что я рядом, я ещё раз крепко сжал её руку.

— ...!

Хиори-сан, смотревшая вниз, подняла на меня глаза.

Не говоря ни слова, я посмотрел ей в глаза и передал: всё хорошо, я здесь.

Она слегка улыбнулась и кивнула, прежде чем снова повернуться к матери.

— Причина, по которой я рассталась с ним... в том, что он мне изменил. Ёсихидэ встречался с другими девушками у меня за спиной.

— ...Что?

Мицуми-сан остолбенела, едва способная осмыслить эти слова.

Но Хиори-сан не отводила взгляда от матери и говорила ясно и твёрдо.

— Мне правда жаль, что я скрывала это от тебя. Но теперь я хочу рассказать всё... Пожалуйста, выслушай меня, мам.

— Понятно... Значит, вот что случилось...!

— Прости, что внезапно всё это на тебя вывалила. Я, наверное, ужасно тебя запутала.

— Честно говоря, да... но ты всё равно набралась смелости поговорить со мной об этом, Хиори. Значит, и мне нужно как следует встретить это лицом к лицу...!

Каким-то образом прошло время — одновременно долгое и короткое, — и к концу Хиори-сан рассказала матери всё.

Она рассказала, как узнала об измене Коумы, как встретила меня, как её бывший — совершенно не раскаявшийся — пытался снова пролезть в её жизнь, и как она отвергла его, выбрав двигаться дальше.

Мицуми-сан была явно потрясена правдой, но изо всех сил старалась принять её.

Она понимала, что Хиори набралась смелости поделиться с ней, и хотела ответить так, как должна мать.

Видя, как она пытается справиться с этой ответственностью, я почувствовал глубокое облегчение.

Но едва я начал расслабляться, Мицуми-сан повернулась ко мне и спросила:

— Огами Юсукэ-кун, верно? Хиори... случайно... оставалась у тебя дома на ночь?

— ...Да. Несколько раз.

Понимая, что этот вопрос неизбежен, я ответил честно.

Лицо Мицуми-сан заметно усложнилось, пока она осмысляла, что её дочь ночевала в доме парня, — пусть даже тогда мы ещё не были официальной парой.

Прежде чем она успела сказать что-то ещё, Хиори-сан поспешила объяснить:

— К-клянусь, ничего странного не было! То есть Юсукэ-кун вообще чаще всего сам всё останавливал! Он буквально ходячее воплощение честности и уважительности — будто у слова «искренность» выросли руки и ноги, это был бы он!! Даже мои подруги так говорят! Вот недавно одна из них попросила его помочь с подработкой на Золотой неделе, и он без колебаний помог. В благодарность она даже дала ему билеты в аквариум! Он правда просто... хороший и ответственный парень!!

— Да, я уверена, всё это правда, но всё же... с точки зрения матери это немного...

— Простите. Не знаю, поверите ли вы мне, но позвольте хотя бы сказать: я ни разу не сделал ничего, что ранило бы Хиори-сан или заставило её грустить.

Благодарный за отчаянную попытку Хиори-сан поддержать меня, я всё равно считал правильным извиниться перед Мицуми-сан. В конце концов, её тревога как матери была совершенно справедливой.

Похоже, моя серьёзная и уважительная реакция немного успокоила её. Она тихо выдохнула и заговорила:

— ...Мне тоже жаль, Хиори. Я понятия не имела, что между тобой и Ёсихидэ-куном всё зашло так далеко. Я думала, это просто маленькая ссора или что-то такое, и пыталась заставить вас помириться... В итоге я только сделала тебе больнее, да?

— ...Это не твоя вина, мам. Это потому, что я не могла заставить себя рассказать тебе правду.

Даже не зная ничего, Мицуми-сан всё равно чувствовала вину за боль, которую могла причинить дочери.

Извинившись перед Хиори-сан, она затем снова повернулась ко мне.

— И Огами-кун... спасибо тебе, правда, за то, что был рядом с ней.

— Нет, я сделал только то, что сделал бы любой. И не думаю, что правда «поддерживал» её или что-то такое. Я просто оставался рядом с человеком, который мне дорог.

Я хочу видеть её улыбку. Хочу сделать её счастливой.

Но прежде всего я просто хочу быть рядом с ней. Именно это я сказал её матери.

Услышав это, Мицуми-сан мягко рассмеялась и ответила:

— Фуфуфу... Ты правда искренний юноша. Похоже, Хиори говорила о тебе правду.

— Я вовсе не такой впечатляющий, честно... но спасибо.

Чувствуя, что, возможно, сказал немного лишнего, я всё равно склонил голову в благодарность за её добрые слова.

И тогда заметил, что Хиори-сан гордо смотрит на меня, выпятив грудь от гордости.

— Юсукэ-кун... правда, спасибо. Не только за сегодня — за всё, что было до сих пор.

Когда разговор с Мицуми-сан закончился и я вышел из дома Нанасэ, Хиори-сан провожала меня и сказала это смущённым, застенчивым тоном.

Она посмотрела на меня снизу вверх и продолжила — голос немного дрожал, но был полон искренности.

— Ты держал меня за руку, когда я собиралась поговорить с мамой, да? Мне казалось, будто ты без слов подбадриваешь меня... и я была так счастлива. Я смогла всё рассказать только потому, что ты был рядом.

— Я почти ничего не сделал. Но если это придало тебе сил, я рад.

Это шло прямо от сердца.

Как я и сказал её матери, я просто был рядом с человеком, которого люблю. Если само моё присутствие дало ей смелость сделать шаг вперёд, ничего не могло бы сделать меня счастливее.

Когда я сказал это, её лицо исказилось смесью смущения и радости.

— У-у-у...! Сколько бы раз я ни благодарила, мне всё равно кажется, что этого мало! Что мне делать-о-о?

— Не переживай об этом. Я просто делал то, что хотел.

Сделать Хиори-сан счастливой. Увидеть её улыбку. Именно этого я хотел больше всего.

Когда я объяснил, что просто действовал из этих чувств, она улыбнулась и сказала:

— Фуфуфу... Ты правда добрый, Юсукэ-кун. Это одна из причин, почему я так сильно тебя люблю.

— Спасибо. Я тоже люблю тебя, Хиори-сан.

Если мы сможем и дальше так дорожить друг другом — уверен, мы оба будем счастливы.

Я верил в это, улыбаясь ей, и сказал:

— Эй, тогда... завтра пойдёшь со мной кое-куда? Я хочу кое-что купить.

— Да, конечно! Эхехе... Это будет наше первое свидание как пары! Я оденусь очень мило, так что жди с нетерпением!

Услышав её радостный голос и увидев эту сияющую улыбку, я по-настоящему почувствовал, как далеко продвинулись наши отношения.

Переполненный радостью, я беззвучно выдохнул от счастья.

Завтра — я снова смогу пойти куда-то с ней. Снова смогу её увидеть. И, честно, я уже не мог дождаться.

Одна только эта мысль наполняла грудь теплом и счастьем.

— Хех... Хехехе... Ну же, Хиори... позвони уже...

Сжимая телефон в своей комнате, я ждал, когда Хиори свяжется со мной.

Немного раньше, когда я говорил с Мицуми-обасан, она умело направила разговор и сказала, что заставит Хиори связаться со мной на выходных.

Мы пойдём куда-нибудь вместе, и у меня наконец появится шанс поговорить с ней. Это обнадёживающее обещание впервые за долгое время заставило моё сердце биться от радостного ожидания. Теперь я нетерпеливо ждал, когда план придёт в движение.

Но, снова проверив время, я решил, что Хиори, наверное, сейчас ещё ужинает.

Так что я решил немного отстраниться и лёг на кровать.

В тот же миг в чёрном экране телефона на меня уставилось моё собственное ухмыляющееся отражение.

— Вот увидишь, Огами... Я не позволю тебе и дальше делать всё, что вздумается...

Пробормотав это себе под нос, я открыл галерею фотографий.

Там, сохранённые на телефоне, были несколько снимков, которые я сделал после Золотой недели, — фотографии, где Огами подозрительно близок с другими девушками.

Перелистывая их, я чувствовал, как грудь гудит от предвкушения, и уверенно, удовлетворённо кивнул.

— Если я покажу ей это, когда завтра увижусь с Хиори, даже она поймёт, что Огами на самом деле за тип. А когда это случится...!

Огами, который строит из себя чистого и серьёзного, на самом деле оказался полным подонком, пристающим к одной девушке за другой.

Фотографии, которые я сделал, не показывали ничего прямо неопровержимого, но их было более чем достаточно, чтобы вызвать подозрения.

Когда она увидит их, Хиори обязательно возненавидит Огами. А когда это произойдёт, она будет благодарна мне — тому, кто раскрыл о нём правду.

Если тогда я правильно разыграю карты... может, мы сможем снова быть вместе. Может, те счастливые дни вернутся.

Раздуваясь от надежды, что наконец смогу попрощаться с этой жалкой жизнью на самом дне, я поднялся с кровати и снова стал ждать звонка Хиори.

Всё будет хорошо. Обасан всё устроит — я уверен. Даже если она не позвонит сегодня вечером, завтра утром я обязательно от неё услышу.

В таком случае, наверное, лучше лечь пораньше. Пропустить её звонок из-за того, что я проспал, было бы жалкой шуткой — и я не могу такого допустить.

(*Ладно, просто быстренько схожу в ванну и поем. Подожду ещё немного, а если от Хиори так ничего и не будет, пойду спать.*)

Приняв это решение, я взял телефон и направился в ванную.

Убеждённый, что завтра будет идеальный день, я провёл остаток субботнего вечера в приподнятом настроении.