Глава шестая: До роли героя мне далеко (2)

— Довольно, мальчик.

Чародей, доселе лишь целившийся в меня, обращает ладонь к небу.

В тот же миг воронка видимого невооруженным глазом тока начинает закручиваться подобно торнадо. Молнии пожирают друг друга, становясь всё толще, мощнее и постепенно принимая форму сферы. Это же то самое заклинание, что собирался применить на заводе!..

Только вот размер сияющей сферы теперь в несколько раз больше. «Солнце грома» — не знаю, насколько верно такое описание, но кожей чувствую: стоит коснуться этого шара, и тебя испепелят миллиарды вольт, не оставив и следа. Никакие громоотводы здесь не помогут.

«Сие и есть истинная мощь сильнейшего мага.»

— Ты неплохо постарался для того, кто столь немощен. — демонстрируя подавляющее превосходство, Мессия смотрит на меня взглядом, полным презрения. — Можешь на том свете хвастаться тем, как отважно выступил против меня.

— ... Немощен, значит.

«Мне и без твоих слов это известно. В конце концов, лишь подделка, бесконечно далекая от роли настоящего героя. Не являюсь кем-то особенным — соит плану хоть немного пойти наперекосяк, и в сухом остатке выходит, что я лишь бессильный мальчишка. И всё же не разжимаю кулаков — те кулаки моего блефа. До сегодняшнего дня толком и не дрался никогда, ибо стремился прожить самую обычную, неприметную жизнь, так что в этом нет ничего удивительного. Но мои руки устроены так, чтобы в любой момент сжаться в кулак. Когда нужно защитить то, что тебе дорого, человек всегда находит в себе силы сжать ладонь. Кулак, в который зажато само желание защитить — с ним можно сражаться против мага, метеорита или владыки демонов из иного мира. Даже если не являюсь 'особенным' главным героем... буду сражаться с чем угодно.»

— !.. — отбросив невидимый лазерный пистолет, с голыми руками бросаюсь вперед на пределе сил.

Только не в сторону Месии.

— Ха-ха! Теперь уже поздно бежать!

Не обращая внимания на издевательский хохот мага, мчусь к намеченной цели, едва не спотыкаясь.

«Раз космический линкор и впрямь находится вблизи Земли, угроза Великого царя Сатамонии вряд ли была простым блефом. Тогда почему метеорит не упал? Вероятно, его запустили не так, чтобы 'достиг цели ровно в полночь', а именно 'в полночь произвели выстрел'. Значит, если переживу атаку Месии, у меня всё ещё будет шанс!»

— Рёкка-а-а!

— Не вмешивайся! — рявкаю я Сацуки, которая порывается броситься на помощь, а заодно и невидимой Хариссе.

«Контракт дуэли вступит в силу лишь в том случае, если одолею врага один на один. План, подготовленный заранее — это одно, но если в ход поединка вмешается третья сторона, всё пойдет прахом.»

— Благодарю, что не стал втягивать в это Дитя Синры. Если бы она исчезла, мне было бы крайне досадно. Мальчик, ты был отважен. Глуп до крайности, но отважен. — Мессия, продолжая улыбаться, медленно опускает руку. — Ты был отменным шутом. А теперь — умри.

— Ну-а-а-а-а! — в затяжном прыжке скрываюсь за тенью вишневого дерева.

— Ха-ха! Это тебе не природная молния, чтобы прятаться под деревом! Мой «Божественный суд» не остановить подобным образом!

И громовой молот обрушивается вниз. Словно небесная кара, ниспосланная грешнику.

Ослепительный свет поглощает всё вокруг. Кошмарный грозовой удар испепеляет округу. Похоже, сакуру вырвало с корнем вместе с куском луга — воздух наполняется запахом гари и густым дымом. Моё тело перестает слушаться, и уже не понимаю, жив или мертв. Странное ощущение невесомости туманит разум, замедляя мысли.

«Неужели я... всё-таки потерпел неудачу?»

— Что ж, теперь никто не помешает нашему союзу. Подойди же ко мне со всей покорностью. И да перейдет знание о сущем в мои руки! — голос Мессии. Он всё так же вещает выспренно, будто зачитывает реплики из пьесы.

Именно этот тон заставляет мое угасающее сознание содрогнуться.

— ...

Сацуки ничего не отвечает на затянувшийся призыв Месии.

«Правильно. Тебе и не нужно отвечать... Потерпи, я сейчас... — ердце колотится от нетерпения, но тело отказывается подчиняться воле. — Да в чем дело? Проклятье... неужели действительно погиб? Кажется, будто в моих руках ничего не осталось.»

— Против контракта никто не в силах устоять. Если не подчинишься, твое тело будет разорвано изнутри. Ты действительно этого хочешь? — лишь сознание продолжает неотступно внимать словам Месии. — Смирись уже, Дитя Синра.

«Её зовут не 'Дитя Синры', а Сацуки.»

— Тебе суждено стать моей невестой.

«Не неси чепухи. Сацуки — моя подруга детства.»

— А если тебе претит идти ко мне, могу магией стереть твою личность, превратив в живую куклу. Мне достаточно стать твоим партнером по контракту и заполучить Великую магию.

«... Если ты сейчас же не заткнешься, я тебе врежу! Свадьба — это когда двое людей стремятся стать счастливыми вместе. Это нормально. А ты видишь в Сацуки лишь инструмент. Такое никогда не прощу, даже если отбросить тот факт, что я её друг детства!»

Гнев, достигший точки кипения, пробуждает моё сознание. Крепко сжав кулаки, поднимаюсь из клубов дыма.

— И это твои слова для предложения? Чувство вкуса у тебя на нуле, дядя.

— Что?! — под изумленный возглас Мессии отряхиваю грязь с одежды. Изрядно перепачкался в саже, но само тело осталось практически невредимым. Похоже, лишь сознание на мгновение затуманилось. — К-как?! Почему?! — впервые за этот день Мессия окончательно теряет самообладание, являя неприкрытые эмоции. — У тебя нет времени на удивление.

Не отвечая на его вопрос, вновь указываю в ночное небо. В тот миг мир, доселе залитый лунным светом, погружается во тьму... но лишь на мгновение, чтобы вновь вспыхнуть ярким сиянием. Однако сия яркость исходит не от нежного света луны или звезд. Это яростное пламя, готовое сжечь весь небосвод — багровое зарево метеорита погибели, пронзающего атмосферу на пути к Земле.

— А вот теперь — моя величайшая и сильнейшая магия.

— ?!..

«Ну же, выручай нас, величайший маг. Раз уж ты носишь сие прославленное имя, будь добр — спаси планету.»

— Проклятье! Да что это за магия такая?! — несмотря на ругательства, реакция противника была мгновенной. Он разом создает десятки грозовых снарядов «Божественного суда». — Не смей недооценивать Мессию Кэндистрэпса!

Пылающий метеорит и десятки грозовых сфер сталкиваются в лобовой атаке. Потоки разрушительного света и сгорающая в атмосфере громада сталкиваются, озаряя черное небо нестерпимым блеском. Громовые удары мага один за другим отсекают куски от сокрушительного оружия пришельцев, обладающего колоссальной массой. Сия величественная картина напоминает сцену из манги или ранобэ.

Всё длится от силы пару минут.

— В сфере магии не допущу своего поражения-я-я-я! — наконец, он разносит метеорит в пыль, до последнего осколка. — Ха... ха... ха... Гх!.. — тяжело вздыхает, его ноги подкашиваются. Он не упал на колени, но от его вечно самоуверенного вида не осталось и следа.

«Большинство обломков метеорита, которые раздробил, должны сгореть в атмосфере. А если что-то и уцелеет, то с мелким мусором справится Ирис, используя оборудование своего корабля на орбите. План по перехвату метеорита удался. Теперь осталось лишь повергнуть сильнейшего мага современности.»

— Уо-о-о-о! — с боевым кличем вылетаю из дымовой завесы.

— Что?! — Мессия, не успевший заметить моего приближения, оборачивается с выражением крайнего потрясения.

Он потратил огромное количество маны и концентрации на уничтожение метеорита, и сий миг мимолетного расслабления после успеха стал моей единственной возможностью подобраться к нему. У него больше нет ни времени, ни дистанции, чтобы встретить меня магией. Моя атака гарантированно достигнет цели первой.

В обычных обстоятельствах исход поединка был бы предрешен. Однако Мессия... тонко, едва заметно улыбается. У этого чародея всё ещё остается постоянно действующий, абсолютный защитный барьер. Сацуки говорила, что даже сотня заурядных магов не сможет его пробить. В этом и кроется причина его статуса сильнейшего. Оттого и сия уверенная улыбка.

А я тем временем...

... взмахиваю невидимым «Мечом героя» наотмашь, разрубая защитный барьер наглого выскочки.

— К-как?!

— !..

Слыша его растерянный голос, мгновенно выворачиваю кисть. Если раскрыть карты, то просто с самого начала вонзил в корни сакуры «Меч героя», который Харисса сделала невидимым. Данный клинок, способный рассекать любые чары, в битве против мага становится козырем в буквальном смысле. Но если бы начал размахивать им с самого начала, уничтожая заклинания, враг бы насторожился. Поэтому дождался момента, когда смогу нанести единственный, решающий удар, поставив на кон собственную жизнь.

Это был мой последний козырь. И стратегия принесла плоды: сокрушил и «Божественный суд» (сильнейшее копье), и защитный барьер (несокрушимый щит)!

— Вот теперь — всё! Конец! — вновь заношу «Меч героя».

— Ува-а-а-а-а! — крик Месии оглашает окрестности и тут же обрывается.

Внезапно в степи, где только что бушевал шторм, воцаряется тишина. Никто не звонит в колокол, возвещая о финале битвы. Вероятно, именно поэтому не могу сбросить напряжение, и мои пальцы всё так же мертвой хваткой сжимают рукоять.

— ...

«Пусть уже кто угодно, всё равно кто, скажет, что это конец...»

Словно в ответ на сию отчаянную просьбу...

— ... Почему? — пробормотал Мессия, к горлу которого был приставлен невидимый клинок. Из небольшого пореза на его шее выступила кровь. — Не знаю, как тебе это удалось... но чувствую, что мой барьер разрушен. Почему же не нанес завершающий удар?

— Мои правила... Хотя если не признаешь поражения, могу и передумать.

«Кто в здравом уме захочет становиться убийцей?» — собрав последние остатки показной смелости, я сверлю Мессию взглядом.

— ...Я понял. Признаю поражение.

«Благодаря контракту, заключенному перед дуэлью, тот больше никогда не посягнет на Сацуки. Её родители вернутся, и всё закончится благополучно. — наконец, разжимаю пальцы. — От облегчения у меня едва не подкашиваются ноги, но расслабляться было рано. Оставался последний штрих.»