Глава третья: Я лишь землянин, но смогу ли остановить космическую войну? (3)
— Дочь моя. — председатель снова переводит взгляд на Ирис. — Ты росла, не зная ни в чем нужды. Твои капризы почти всегда исполнялись. Всё это было доступно тебе лишь потому, что ты — дочь председателя. Неужели не считаешь, что настало время вернуть долг и исполнить свои обязанности, подобающие твоему статусу?
— ... — она стоит, низко опустив голову, я вижу, как она бледнеет.
«Наверняка и помыслить не могла, к каким последствиям приведет её побег. У меня же в голове пустота — не могу найти ни единого достойного аргумента против. Постепенно начинает казаться, что правда на стороне совета.»
В зале воцаряется тишина. Мы с Ирис стоим совершенно беспомощные. И вдруг свет в помещении гаснет...
— В чем дело?! — выкрикивает кто-то из присутствующих.
Тьма стоит кромешная. Слышится неразборчивый гул голосов. Лишь твердый голос председателя, приказывающий охране выяснить причину неполадки, звучит четко и ясно. Я не понимаю, что происходит, и ничем не могу помочь, но чувствую, как чья-то рука робко тянет меня за край куртки.
— Ирис? — по направлению догадываюсь, что это она. Чувствую, как её пальцы дрожат. — ...А-а... — собираюсь что-то сказать, как вдруг освещение возвращается. Но сие не свет ламп под потолком. Панорамная стеклянная стена превратилась в исполинский монитор, сияние которого заливает зал.
— «Гебу-гебу-гебу! Ирисочка-а-а-а-! Всё такая же милашка, как и помнил!» — под крайне неприятный, хлюпающий смех на экране появляется существо, напоминающее помесь человека, свиньи и жабы, с шевелящимися усиками на лысой макушке.
Его тучное тело имеет фиолетовый оттенок, а при каждом смешке складки необъятного живота ходят ходуном. Рядом с этим толстяком стоит его полная противоположность — тощий как щепка субъект, чья кожа также отливает фиолетовым.
— И кто это у нас? — как всегда отстраненно бормочет Эрл.
Председатель, взирая на экран, кривится так, словно проглотил нечто горькое.
— Великий король Сатамонии. Не помню, чтобы мы открывали прямую линию связи.
«Значит, этот боров и есть Великий король...»
— «Гебу-гебу, не будь таким занудой. — тот лишь снова заходится в смехе. — Услышав, что Ирисочка-а-а-а вернулась, просто не смог усидеть на месте. Верно говорю, начальник генштаба?»
— «Именно так, Ваше Величество. — тощий, судя по всему, и есть тот самый начальник. Его гаденькая ухмылка вызывает у меня лишь раздражение. — Получив донесение, вы со всех ног бросились в радиорубку. Вы так спешили, что ненароком раздавили одного из своих питомцев.»
— «О? Разве? Что-то не припомню.»
— «Ничего страшного, я распоряжусь купить нового.»
— «Хм-м, хотя нет, в следующий раз я бы хотел завести того бешеного гориллоида с планеты Джанбарила.»
«Они что, серьезно обсуждают покупку домашних животных?»
Король и его советник совершенно позабыли о цели своего звонка, увлеченно споря о зверушках. Члены совета Финелиты лишь ошеломленно наблюдают за этим цирком.
— ... Ваше Величество. Ближе к делу. У вас есть поручение?
— «Разумеется. Речь о моей свадьбе с Ирисочко-о-о-ой.»
При этих словах лицо девицы искажается от ужаса. Однако Великий король Сатамонии даже не замечает её реакции. Будь у него хоть капля сочувствия, он бы увидел, насколько ей противна сама мысль о данном браке. Но если она откажет, пострадает целая планета. Все присутствующие в зале смотрят на девчонку. Их взгляды безмолвно кричат: «Соглашайся!».
— ...
Чувствую, как меня охватывает тревога, но в конечном счете не нахожу слов, просто глядя на профиль Ирис.
«Если она откажет — начнется война. Война... да что могу против целой войны? Это не то же самое, что победить Владыку демонов. Здесь не могу просто рискнуть своей жизнью и решить проблему. Одно неверное движение — и погибнут тысячи, десятки тысяч невинных. В этом и заключается ужас войны. Сия ноша слишком тяжела для меня одного. И нет решения. Неужели председатель прав, и её долг — принести себя в жертву? Пожалуй, так будет лучше для всех... — подобные малодушные оправдания начинают всплывать в моем сознании. И вот, подавленная атмосферой безысходности, Ирис медленно начинает кивать. Она до крови закусила губу, не поднимая глаз. — Она готова убить свои чувства ради общего блага. И в этот миг по её щеке скатывается единственная слезинка — крохотный осколок эмоции, который она не сумела сдержать.»
— А НУ ЖОПЫ ПО МЕСТА-А-А-А-АМ! — мой голос внезапно взрывает тишину зала.
Все взоры мгновенно обращаются ко мне.
— ... Рёкка? — Ирис поднимает на меня свои заплаканные глаза.
— «Мм? Ты еще что за букашка?»
— Свино-жаборылым слово не давали!
— «Гебу-у?!»
Заставив замолкнуть наглого короля на экране, глубоко вдыхаю, чтобы унять дрожь и собраться с мыслями.
«Поддавшись общему настроению, едва не позабыл о самом главном. Прямо сейчас «История Ирис» на всех парах несется к самому скверному финалу. И всё же я, видя её слезы, до последнего убеждал себя, что 'ничего не поделаешь' и 'выхода нет', просто наблюдая со стороны за развитием этой драмы... Ну не дурак ли я? Если бы всё решалось само собой, мне бы не пришлось пройти через столько испытаний. Лишь мои действия могут дать этой истории шанс на счастливый финал. Пусть не могу с уверенностью сказать, что на сто процентов прав, но должен сделать шаг вперед! Чтобы остановить сию трагедию!»
— Неужели вы и впрямь считаете, что это правильный выход?! — на мой выкрик советники отвечают лишь недоуменными взглядами. Но мне плевать на их мнение. Вновь обращаюсь к председателю, чей взгляд сейчас особенно холоден.
— Отвечай мне, председатель! Ты действительно хочешь, чтобы Ирис вышла за этого борова?
— Юноша, помолчи — это дело касается только нашей планеты.
— Срал я на политоту и прочее: отвчей прямо, правильно ли это?!
— ... Здесь нет места понятиям «правильно» или «нет». Моя правда в том, чтобы защитить народ и мир.
— Харе пургу гнать, отвечай на вопрос! Спрашиваю тебя как отца: ты действительно веришь, что выдать дочь замуж против её воли — и есть тот самый счастливый финал, к которому стремился?!
Лицо отца Ирис болезненно искажается. Он впивается в меня яростным взглядом, а его губа, которую закусил, начинает кровоточить. Капля крови, стекающая по подбородку, говорит о его истинных чувствах красноречивее любых слов.
— ... А что, по-твоему, мне остается делать?!
— Если бы ты с самого начала показал мне это лицо, этого было бы достаточно. Верно, Ирис?
— Папа...
Глаза её покраснели от слез, но напряжение, сковывавшее, наконец исчезло. Нет ничего страшнее и больнее, чем чувствовать, что родной отец стал твоим врагом. Теперь же, поняв, что вовсе не желает ей такой судьбы, заметно приободрилась.
«Здесь мы, пожалуй, разобрались. Осталось последнее.»
— «Эй, ты! О чем ты там лопочешь всё это время? Неужели вздумал мешать моей свадьбе с Ирисочко-о-о-ой? Гебу-у?!» — оставленный без внимания король в ярости брызжет слюной по ту сторону экрана.
— И что теперь, господин Рёкка? — Эрл, наблюдавшая за сценой, лишь устало вздыхает. — Если мы ошибемся, это обернется полномасштабной войной.
«Она права. Если до этого дойдет, все наши усилия пойдут прахом. Следовательно, у меня нет иного пути.»
Я бросаю ответный вызов Великому королю Сатамонии.
— Конечно буду мешать! Ведь это я собираюсь жениться на Ирис!
— «Ч-ч-что?! Щенок, да как ты смеешь такое нести?!»
— Заткнись! Это любовь с первого взгляда, ясно тебе?! Чтобы жениться на ней, проделал весь этот путь с самой Земли, увязался за ней силой — и вот здесь, твержу тебе отстать от неё, сальная морда! — изрядно искажаю действительность, но пускай пока все выглядит именно так. — Уж я-то смогу сделать Ирис куда счастливее! С чего бы мне отдавать её такому пучеглазому борову, как ты!
— «К-к-кто это здесь пучеглазый боров?!»
— Что, задело? В таком случае... — выставляю кулак прямо перед физиономией Великого Короля и бросаю ему вызов всей моей жизни. — ... Давай сразимся, а ставкой будет Ирис!
— «Ч-чего-о-о... Какой-то малец с этой вашей Земли — планеты, о которой и слыхом не слыхивал — совсем страх потерял!»
— Если мужчина, дерись на кулаках! Или ты только и умеешь, что целые миры армиями захватывать, а выйти один на один против обычного землянина кишка тонка? Ну и трус же ты, погляжу!
— «Ге-бу-бу-бу-бу-бу-бу-бу!» — лицо королька наливается багрово-пурпурным цветом; кажется, его ярость достигает своего апогея.
— Ну так что, пучеглазый боров, каков будет твой ответ? — продолжая сыпать провокациями, сжимаю кулаки, которые мелко дрожат, пока по спине катится холодный пот.
«В конце концов, моя особенность — лишь крошечный шанс на спасение этой «Истории». И в сём шансе, разумеется, заложена и вероятность полного провала. Однако... спровоцировать Великого Короля и вытащить его на дуэль — иного способа я просто не вижу. Глядя на мощь этих лазерных пушек производства Сатамонии, понимаешь, что слава милитаристской державы отнюдь не пустой звук. Даже если получится сойтись один на один, есть риск, что меня мгновенно испепелят... Но, по крайней мере, при таком раскладе не начнется война. В худшем случае всё ограничится лишь моей жертвой. О том, как победить, я подумаю позже. Сейчас главное — добиться честной схватки.»
— «Великий Король. Позволите ли вы мне слово?» — в этот момент вперед выступает начальник штаба, который до сих пор хранил молчание.
— «Чего тебе?!» — разъяренный Король оборачивается, брызжа слюной во все стороны, но подчиенный даже бровью не ведет и лишь ехидно ухмыляется.
— «Позволю себе дерзость предложить одну идею. Прошу вашего внимания.» — тот начинает шептать ему на ухо, и лицо Короля постепенно меняет цвет с багрового на обычный фиолетовый.
В итоге расплывается в довольной улыбке и утробно хохочет: «Гебу-гебу».
— «Ладно, малец. Я принимаю твой вызов.»
— О... Ого!..
«План сработал, но откуда же это скверное предчувствие?!»
— «Только вот это ты вклинился между мной и свадьбой с малюткой Ирис. А значит, условия состязания определю сам.»
— ...Черт! Ладно, согласен.
«Да что это у него за самодовольная мина? Изначально расклад был не в мою пользу, но с вмешательством слуги ситуация, кажется, становится в разы хуже!»
— «Сегодня в полночь обрушу на Землю метеорит.» — и тут Великий Король Сатамонии широко разевает свою огромную пасть. Так он оглашает суть нашего поединка.
— ... Чего?
На мгновение я всерьез задаюсь вопросом: «Что этот тип несет?». Дело не в том, что я не расслышал слов, просто мне до последнего не хочется признавать их смысл.
«Потому что... Метеорит? Ты это серьезно?!»
— «Остановишь метеорит — и победа за тобой. Не сумеешь — проиграл.»
— Э-эй, постой! Если провалюсь, метеорит же на Землю грохнется!
— «Гебу-гебу, не изволь беспокоиться. Подберу такую массу, чтобы твоя планетка была уничтожена тютелька в тютельку.»
— От этого мне еще тревожнее, кретин! — кричу в ответ, но это лишь сильнее раззадоривает противника.
— «Гебу-гебу-гебу-гебу! — король разваливается в кресле, буквально заходясь от смеха. — Пользуйся любыми средствами, мне всё равно. Уж постарайся, чтобы Земля не обратилась в прах... Тебе еще предстоит пожалеть о том, что посмел меня прогневать.»
— Стой! Погоди!
Пип — связь обрывается.
«Сегодня в полночь? Метеорит? Если проиграю, Земле конец?.. Неужели только что натворил что-то совершенно непоправимое?»