Семена кристалла
Перевод подготовлен командой «Звёздный Раскол» 🌌
Приятного чтения!
Аллен вместе с Перомусом направился в торговый район имперской столицы Патланты. Они искали вполне конкретную вещь.
— И здесь тоже не протолкнуться, — Перомус ловко уворачивался от встречных прохожих.
— Да, настоящая праздничная суматоха.
«Похоже, последствия мятежа оказались не такими уж масштабными».
В империи Простия близился к успешному завершению государственный переворот под предводительством Игномаса. Однако по слухам конфликт не вышел за пределы дворцовых стен и обошёлся без особых разрушений. Улицы столицы дышали такой жизнью, будто никакой гражданской войны и вовсе не было. Грядущий конкурс певиц явно считался одним из важнейших праздников для местных жителей: ради него со всей империи в Патланту стягивались огромные толпы рыболюдей.
«А пестик-то снова вырос».
В самом центре Кристального цветка, чьи лепестки раскинулись на добрую сотню километров, тянулся вверх гигантский стебель, напоминающий цветочный пестик. Говорили, что в высоту он достигал километра, а в толщину — целых нескольких. Именно на его вершине и должен был состояться конкурс. Судя по всему, выступать на такой немыслимой высоте требовалось исключительно ради удобства священной рыбы Макрис, чтобы ей было лучше видно.
— Слушай, а здесь столько красавиц, — Перомуса, в отличие от разглядывающего цветок Аллена, куда больше привлекала внешность проходящих мимо русалок.
— Думаешь, это участницы, прошедшие региональные отборочные?
— Хм-м...
За этой непринужденной болтовней они постепенно приближались к своей цели. Дворцовым чиновникам они сообщили, что идут на рынок изучать товары, способные принести хорошую прибыль. На деле же Аллена интересовала история конкурса певиц. Выяснилось, что это масштабное мероприятие проводилось в знак благодарности защитнику империи, священной рыбе Макрис.
Выбор именно такого формата имел под собой веские основания. Легенды гласили, что Диадора, возлюбленная Макриса, зарабатывала на жизнь пением. Священная рыба влюбилась в простую девушку, выступавшую для простолюдинов в обычной городской таверне. В память об этой судьбоносной встрече благодарность божеству выражали именно через песню. Разумеется, Аллен с Перомусом не собирались тратить время на осмотр достопримечательностей, но та самая таверна, сохранившаяся в неизменном виде спустя триста лет, ныне превратилась в музей.
Большую часть времени Макрис бороздил бескрайние океанские просторы и заплывал в Патланту лишь на один день в году. Причем этот день всегда совпадал с моментом, когда Кристальный цветок распускал свои семена. Именно поэтому график проведения региональных отборочных туров жестко привязывался к прибытию божества.
Правила участия в конкурсе оказались весьма прозрачными: допускались исключительно женщины, обладающие талантом певческой направленности и не имевшие побед в прошлом. Количество звезд таланта роли не играло — у самой Диадоры был всего лишь однозвездочный класс «Певица» (歌手). Женский пол был обязательным условием, данью уважения всё той же возлюбленной Макриса. Что касается соревновательного элемента: участницы, вошедшие в пятерку лучших, получали право выступить и на следующий год, однако победительница навсегда лишалась возможности участвовать вновь. Аллену это живо напомнило правила одного новогоднего комедийного телешоу из прошлой жизни.
— О! Вывеска магической лавки! Нашел, нашел! Ничего себе, и тут толпа. Как думаешь, у них есть семена кристалла? — Перомус радостно указал на здание.
— Посмотрим. Главное, следи за тем, чтобы хозяин не сболтнул ничего лишнего.
— Да, я помню.
Эта магическая лавка специализировалась на экипировке и украшениях. Здесь продавались кольца и амулеты, повышающие характеристики или дарующие защиту от ядов. Поскольку на конкурсе оценивались не только вокальные данные, но и внешний вид, участницы массово скупали красивые аксессуары. Как только друзья переступили порог, десятки женских взглядов — видимо, тех самых претенденток, выбирающих украшения, — мгновенно скрестились на вошедших. В их глазах читался немой вопрос: «Что здесь забыли двое парней в такую пору?».
— Чувствую себя так, словно зашел в женский вагон поезда, — пробормотал Аллен, поежившись под перекрестным обстрелом. Перед мысленным взором живо предстала до боли неловкая ситуация из прошлой жизни.
— Чего-чего? — не понял Перомус.
— Да так, забудь.
Перомус, будучи сыном старосты, с самого детства проявлял неподдельный интерес к Аллену, несмотря на его статус крепостного. В отличие от импульсивных Клены и Догоры, в глазах Аллена он всегда оставался ценным островком здравого смысла.
— Добро пожаловать! Прошу, осматривайтесь, не торопитесь, — поприветствовал их хозяин лавки с лицом рыбы-скорпены, поправляя очки на переносице.
Поскольку друзья были одеты в дорогую одежду, позволяющую беспрепятственно проходить во дворец, торговец сразу же проявил должное уважение. Лавка славилась высокими ценами, поэтому Аллен заранее позаботился о подобающем внешнем виде. Завоевать доверие солидным костюмом всегда было проще, чем одними лишь словами.
— Прошу прощения. У вас случайно нет в продаже семян кристалла? — поинтересовался Аллен. Эту тему они обсуждали пару дней назад на девичнике.
— Семена кристалла? Редко держим такое, — вежливо отозвался владелец, несмотря на суету в магазине.
Достав предмет, скрытый под стеклом витрины, он продемонстрировал нечто, напоминающее бейсбольный мяч. Предмет мягко светился голубоватым светом.
— Так вот они какие. Очень красивые.
— Сейчас в наличии всего два. Обойдутся в сто золотых монет за штуку. Брать будете?
Цена оказалась весьма кусачей. Как объяснил торговец, эти штуки были настоящими семенами Кристального цветка (水晶の種). Подхваченные подводным течением, они опускались на морское дно и давали жизнь новым гигантским бутонам. На деле же жители Патланты собирали их по всему городу, а империя затем выкупала по весьма выгодной цене.
— Беру оба, — Аллен тут же расплатился, намеренно добавив в голос многозначительную интонацию. — Выходит, в вашей лавке их больше не осталось?
— Премного благодарен. Да, всё верно. Простите за нескромный вопрос, уважаемый клиент, вы случайно не из дворцовых чиновников будете?
— Вроде того, — Аллен перешел к главной цели своего визита, краем глаза наблюдая, как Перомус внимательно следит за реакцией скорпены. — Мои люди часто закупаются у вас. Извините, что в последнее время мы почти не поставляем вам семена кристалла. Знаете ли, другие дельцы предложили очень выгодную цену.
— Другие дельцы? У нашей лавки тоже есть связи на рынке. Насколько мне известно, новый император не поставлял семена ни в один из магазинов, — очки торговца хищно блеснули. Он мгновенно раскусил ложь.
— Ох, значит, вы уже в курсе, — Аллен изобразил легкую досаду разоблаченного чиновника.
— Разумеется. Информационную сеть торговцев не стоит недооценивать. Так значит, вы всё-таки раздали их аристократам, чтобы задобрить?
— Ну, в общих чертах так и есть. В этом году цветок наверняка выпустит много семян. Надеюсь, вы предложите за них хорошую цену.
Игномас действительно раздавал сокровища из казны, чтобы заставить аристократов преклонить колени, и торговцы, судя по всему, были об этом прекрасно осведомлены.
— Безусловно. Буду рад дальнейшему сотрудничеству.
«Ого. Похоже, он не врет, но в книгах-то ничего нет».
Перед этим разговором Аллен намеренно повысил Интеллект, что позволяло ему с высокой вероятностью распознавать ложь. Однако навык не был абсолютным: матерые дельцы, державшие элитные магазины на центральных улицах столицы, умели контролировать эмоции. Всегда оставался десяти-двадцатипроцентный шанс, что опытный лжец сможет обмануть систему. Аллен бросил взгляд на Перомуса. Тот, тоже повысивший Интеллект экипировкой, едва заметно покачал головой. Судя по всему, скорпена был абсолютно искренен.
Получение семян кристалла было одной из главных причин прибытия Аллена в империю Простия. Но парадокс заключался в том, что ни на дворцовых складах, ни в сокровищнице их не оказалось. Принцесса Рапсониль уверяла, что в казне всегда хранился солидный запас на крайний случай — около трех тысяч штук. Изначально Аллен предполагал то же самое, что озвучил торговец: Игномас просто раздал ценный ресурс знати, покупая их верность. Однако при проверке обнаружилось, что среди подарков семян не было. В учетных книгах аккуратно задокументировали передачу картин, скульптур и прочих предметов искусства, но записи о семенах полностью отсутствовали.
Версия с продажей торговцам ради пополнения бюджета тоже отпала. Игномас действительно сбывал купцам ценные вещи, которые не представляли интереса для аристократов. Все сделки, суммы и направления товаров были строго зафиксированы в документах. Но движение семян кристалла в отчетах замерло еще несколько месяцев назад, сразу после начала мятежа. Запас испарился без следа.
«Почему их нет? Неужели была причина, по которой он не мог вписать получателя в книгу?»
Очевидно, существовал какой-то скрытый фактор, который они еще не учли. Аллен многозначительно посмотрел на Перомуса, подавая знак, что нужно копать глубже. Тот ответил понимающим взглядом. Пока они безмолвно переговаривались, хозяин лавки вновь напомнил о себе, живо интересуясь будущими поставками. Раз в год гигантский Кристальный цветок выбрасывал почти десять тысяч семян, и перспектива закупить свежую партию привела торговца в восторг.
Целей в Простии у Аллена хватало. Во-первых, нужно было добыть экипировку, подтверждающую статус Шии, чтобы возвести её на трон Альбахара. Во-вторых, собрать как можно больше Священных жемчужин. Еще одной задачей был поиск в команду рыболюда с классом поддержки. Такие таланты часто встречались среди местных, но, поскольку конкретных наводок у Аллена не было, оставалось рассчитывать лишь на удачу. Ну и, наконец, улучшение экипировки.
Мастер Хабарак лично умолял привезти ему эти семена. Они являлись ключевым материалом для применения навыка «Особая ковка» (造込). На Острове Хардкорщиков под началом Хабарака трудилась целая артель. Таланты ремесленников жестко делились по количеству звезд: одна звезда означала лучшего кузнеца деревни, две — лучшего кузнеца города, три — лучшего в стране, четыре — лучшего в мире, а пять звезд знаменовали рождение легендарного мастера.
Хабарак обладал четырехзвездочным талантом, а остальные девять мастеров на острове — трехзвездочными. Наличие такого таланта открывало доступ к навыку «Обработка» (加工). Без него кузнец не мог работать с металлами сложнее обычного железа, а для мифрила талант был обязателен. Чем выше количество звезд, тем более прочные сплавы поддавались мастеру: мифрил, хихирокане, адамантит. Четырех звезд Хабарака хватало даже на работу с орихалком.
Кроме того, истинный талант давал доступ к еще одному уникальному навыку ремесленника — той самой «Особой ковке». Он позволял навсегда наделить готовое оружие или броню дополнительными свойствами. Среди возможных улучшений числились повышение характеристик, увеличение шанса критического попадания, рост базового урона, снижение времени отката навыков, а также добавление стихийного атрибута. В отличие от магии поддержки, чье действие рано или поздно заканчивалось, эффекты от ковки оставались навсегда.
Как и в случае с металлами, уровень звезд определял потолок материалов для ковки. Правда, даже мастерства Хабарака пока хватало лишь на адамантит — зачаровать орихалк он не мог. Но поскольку экипировка команды постепенно заменялась на орихалковую, Аллен планировал использовать мощнейшие материалы для ковки, чтобы максимально усилить армию.
Семена кристалла считались невероятно сильным катализатором. Аналогов в мире было немного. В Розенхайме, например, для этих целей использовали ветви Мирового Древа, но за попытку их вырубки полагалось тюремное заключение — собирать разрешалось только упавшие на землю фрагменты. Услышав об этом правиле, Аллен в свое время решил проявить смекалку. Он до предела баффнул характеристики с помощью саммонов и от души потряс ствол Мирового Древа, решив, что это не считается вырубкой. Эльфийская королева тогда побледнела как полотно и рухнула на колени с обреченным шепотом: «Что же вы наделали...», но это уже совсем другая история.
Еще одним известным катализатором был «Камень драконьего глаза» (竜目岩). По словам Хабарака, его можно было добыть на континенте Гарлесия, в Деревне драконидов — могущественной расы, чья сила соперничала даже с демонами.
— А еще мы ищем ту серьгу, верно? — прервал размышления Перомус.
— Верно. Тебе бы тоже не помешало тогда взглянуть на Баска, — кивнул Аллен. Для оценки редких артефактов талант друга был незаменим.
— Издеваешься? Да я бы от одного вида Бога-Демона на месте помер, — нервно сглотнул Перомус.
В их недавнем сражении Баск носил серьгу, которая обеспечивала полный иммунитет к дебаффам. Наполненная магией Меруса, она полностью блокировала наложение враждебных стихийных атрибутов. При воспоминании об этом артефакте Аллен невольно погрузился в раздумья.
Над главой работали:
— malstach (перевод и вычитка)
— QaZer_ (редактура)