Желание Кила (Часть 3)
Перевод подготовлен командой «Звёздный Раскол» 🌌
Приятного чтения!
— …Да, так будет лучше.
Кил склонил голову. Он прошептал это так тихо, что сидевший перед ним король Имбуэль не услышал ни звука. Юноша словно пытался убедить самого себя. Ведь после судьбоносной Оценки пятилетнего Кила отослали далеко от дома. Долгие годы он жил в нищете, недостойной аристократа, в окружении лишь горстки верных слуг. Но затем прибыл посланник короны, и мальчик отправился в Академию. Уже там, от Аллена и Сесиль, он узнал правду о деяниях отца и об истинных причинах своего зачисления.
Первой мыслью об отце, бывшем виконте Карнеле, было злорадное: «Так тебе и надо». Родной человек, обрёкший сына на страдания, гнил в тюрьме в чудовищных условиях. Граф Гранвель тогда объяснил, что тяжесть обвинения в организации мятежа гарантировала виконту пожизненное заключение. Мать Кила, бывшая виконтесса Карнель, избежала столь суровой кары. Её поместили в некое подобие домашней тюрьмы в глуши — в изолятор для провинившихся дворянок. Кил искренне считал, что родители получили по заслугам.
Сдружившись в Академии с Алленом и остальными, он начал зачищать с ними подземелья, и жизнь постепенно наладилась. У его младшей сестры Нины, верных старых слуг и спасенных им детей-помощников наконец-то появились достаток и спокойствие. Девочка снова начала улыбаться. И именно тогда, когда у самого Кила появилось время перевести дух, воспоминания об отце стали всё чаще всплывать в памяти. Чтобы забыть лица родителей, он посвятил себя добрым делам. В церкви при Академии он раз за разом применял магию исцеления к раненым, но образы прошлого не исчезали. Вступив в отряд Аллена, Кил с головой бросился в горнило жестоких битв.
В Розенхайме они спасли десятки тысяч эльфов. Они первыми в истории покорили подземелье S-ранга и вырвали Святое королевство Эльмар из лап лидера Злого культа. Многие благодарили его, а статус кандидата в понтифики казался чересчур высоким. Однако забыть родителей так и не вышло. Перед мысленным взором то и дело возникал образ отца — того доброго человека, каким он был до злополучной Оценки. Сесиль же иногда вспоминала о временах, когда Аллен работал у них слугой, рассказывая об этом как о героическом эпосе. Кил порой просто не знал, с каким лицом слушать эти истории.
И вот Доберг передал весть: королевство Латаш желает щедро отблагодарить героев. Во время сеанса связи через магическое устройство чиновники предложили вернуть Килу титул виконта и родовые земли Карнелей. Но тогда с губ юноши сорвалось непроизвольное: «Прошу, дайте мне немного времени». В голове вновь всплыли родители. Он не мог озвучить настоящую просьбу по открытому каналу связи. Требовалось сначала обсудить это с теми, кого это касалось напрямую. Поэтому чиновникам он лишь ответил, что подумает над наградой.
Присутствующие аристократы быстро сообразили, о какой именно награде пойдет речь. Со всех сторон на Кила устремились изумленные взгляды. Дворяне — привилегированный класс, и многие из них теряли чувство меры, злоупотребляя властью. Но чтобы сын своими подвигами вымолил прощение для отцовских грехов? Такое случалось крайне редко. На него взирали, словно на ожившую легенду из эпоса.
— Ты просишь отменить наказание предыдущего главы? — переспросил король Имбуэль, прерывая череду воспоминаний Кила.
— Да. Прошу вас, — ответил юноша.
На его лице всё ещё читалось сомнение. Он мысленно твердил себе, что не совершает ошибки. Король подпер щеку рукой и задумчиво уставился с трона.
«Я же слышал, что до Имбуэля эту информацию уже донесли. А сейчас он просто набивает себе цену, делая вид, что напряженно думает», — отметил про себя Аллен.
Кил рассказал команде о намерениях через несколько дней после совместных учений Армии Аллена и Армии Героя. «Мне нужно с вами поговорить», — заявил он тогда и признался, что хочет вымолить амнистию для родителей. Сесиль не стала кричать или злиться, но новость явно выбила её из колеи, и она не смогла ответить сразу. Будучи ребенком, она видела, сколько горя принес семье Гранвель бывший виконт, да и сама едва не погибла, оказавшись похищенной из-за его интриг.
Во время переворота старого Карнеля схватили и осудили за мятеж, однако смертной казни он избежал. Используя неисчерпаемые доходы с мифриловой шахты, предыдущий виконт десятилетиями творил произвол. Особенно распоясался он после начала вторжения Армии Повелителя Демонов — короне и остальным дворянам отчаянно не хватало золота. Королевская семья, более века кормившаяся с рук Карнелей, предпочла просто запереть смутьяна в казематах и забыть о его существовании. В эпоху бесконечных войн и смут королевский дом и семья Карнель были тесно связаны взаимной выгодой.
Выслушав Кила, Аллен наконец-то понял мотивы его недавних поступков. Он замечал терзания друга, но не был уверен, что дело именно в родителях. Творя добрые дела, кандидат в понтифики мучительно искал ответ на вопрос: как поступить с собственной семьей? Сесиль тоже осознала всю глубину его страданий, поэтому проглотила старую обиду и не проронила ни слова против. Кил был пленником прошлого больше десяти лет. Команда Аллена единогласно решила: нельзя позволить былым грехам уничтожить будущее их друга.
Они немедленно посоветовались с графом Гранвелем и заодно посвятили в планы графа Гамильтона, который также находился в замке. Гамильтон даже обрадовался, отметив, что подобный исход решит множество проблем. Переворот завершился тем, что лорд Гранвель надавил на корону и добился ареста соседа-самодура. В дворянском обществе, где превыше всего ценят историю и прошлое, подобная вражда могла аукаться потомкам обеих семей еще сотню лет. Поступок Кила шел на благо обоим родам. Убедившись, что Сесиль согласна простить старые обиды, граф Гранвель пообещал свою поддержку.
— Хорошо. Приведите их, — изрек король Имбуэль заранее заготовленный ответ.
Тяжелые двустворчатые двери зала приемов распахнулись. Присутствующие зашептались, оборачиваясь ко входу.
— Шагай!
— Д-да… Н-неужели меня правда отпустят?
— Решение еще не принято. Заткнись и иди!
— Д-да…
Рыцарь потащил за собой закованного в кандалы, одетого в рванье бывшего виконта Карнеля, словно на поводке, и втащил его в зал. Следом, низко опустив голову, семенила его жена. На ней не было оков, а одежда походила на наряд простолюдинки. Судя по всему, её доставили сюда специально к этому дню. Пленников подвели прямо к Килу и заставили опуститься на колени.
«Одни кости остались».
В иссохшем теле с трудом угадывался человек, на которого Аллен когда-то работал. Тучный аристократ сгнил в темнице, превратившись в обтянутый кожей скелет. У него не хватало сил даже приподнять скованные руки. Кил молча смотрел на изменившихся до неузнаваемости родителей. Казалось, он ищет подтверждение внутреннему решению.
Бывший виконт Карнель недоумевал, зачем его приволокли в столь роскошный зал, но внезапно поймал на себе пристальный взгляд. Юноша с золотыми волосами, сидевший рядом, показался ему смутно знакомым. Карнель уставился на него. Сквозь туман времени пробилось воспоминание из далекого прошлого.
— А? Кил? Это ты, Кил? Почему ты так одет? — прохрипел он, узнавая в чертах юноши того самого мальчика, от которого отказался много лет назад. Тот же разрез глаз, те же волосы.
— Ты правда Кил? — ахнула мать.
Аллен мысленно отметил, что друг явно пошел в неё.
— Здравствуй, отец. Здравствуй, матушка. Давно не виделись, — произнес Кил.
Семья, разлученная десять лет назад, наконец воссоединилась.
— Их привели. Что скажешь? — голос короля разнесся по залу. — Выбирай: титул и земли или свобода для семьи.
— Ч-что всё это значит? — пролепетал старый Карнель.
— Не сметь обращаться к Его Величеству! — рявкнул канцлер.
— Гх-х?! П-прошу прощ…
Не понимая ситуации, бывший виконт попытался заговорить с монархом, но канцлер прервал его. Рыцарь, удерживавший пленника, с силой вдавил его в пол. Раздался тошнотворный хруст — стражник применял ровно столько силы, чтобы ломать кости, но не убить. Изможденный старик не мог даже закричать от боли.
— Хватит! Олл Хил!
Приказ остановиться и заклинание сорвались с губ Кила абсолютно естественно. Золотые руны божественного света окутали распластанного Карнеля, а затем ослепительной вспышкой озарили весь тронный зал. Это было заклинание высшей магии исцеления, доступное Килу как Святому Королю.
— Х-хиии?! — рыцарь в ужасе отшатнулся и рухнул на пол, подавленный невыносимой аурой святости.
— Вы в порядке, отец?!
— Д-да… В порядке. С-спасибо…
Жизненная сила вернулась в иссохшее тело старика благодаря ультимативному заклинанию.
— Ха-ха. Вот оно что. Значит, это и есть правильный ответ. Нужно было просто спасти вас.
Напряжение наконец отпустило его. Убедившись, что отец жив, юноша окончательно поверил в правильность своего выбора. Последние тени сомнений исчезли с его лица.
«Вот и молодец».
Аллен переглянулся с Сесиль, безмолвно сообщая: «Всё прошло как надо».
Король Имбуэль тактично проигнорировал применение магии.
— Похоже, ты не ведаешь о заслугах собственного сына. Огласить достижения Кила фон Карнеля! Кратко.
— Слушаюсь!
Канцлер сухим казенным тоном перечислил подвиги отряда. Бывший виконт слушал, раскрыв рот от изумления.
— Благодаря этим деяниям Кил имеет право вернуть статус виконта и полностью восстановить земли Карнелей. Однако вместо этого он молит об амнистии для вас двоих, — подытожил монарх.
— Н-немыслимо… — старик уставился на свои скованные руки, наконец осознав масштаб происходящего.
— Поступки моей семьи — это бремя, которое я несу как нынешний глава дома Карнель. Поэтому прошу: даруйте им прощение, — твердо произнес Кил и низко поклонился. От прежней нерешительности не осталось и следа.
— Что ж. Твое решение неизменно. Есть ли в этом зале те, кто желает возразить? — громогласно вопросил король.
Граф Гранвель и Сесиль хранили молчание.
— В таком случае в награду за заслуги Кила фон Карнеля бывшему виконту и его супруге даруется амнистия!
Король бросил многозначительный взгляд на канцлера, передавая ему слово.
— Его Величество объявил о помиловании, — произнес чиновник. — Однако на ваше передвижение накладываются временные ограничения. Вам строжайше запрещено покидать территорию земель Карнелей. Завтра отбывает специальный магический корабль. Вы взойдете на борт и отправитесь в свои родовые владения.
«Значит, что-то вроде условного срока».
Полностью спускать всё с рук корона не собиралась. Если старики хоть на шаг покинут выделенные земли, отвечать придется Килу, поручившемуся за них. Канцлер уточнил, согласен ли юноша на такие условия.
— Да. Пусть будет так, — кивнул он.
— Снять кандалы. Церемония награждения объявляется закрытой!
Рыцари поспешно освободили бывшего виконта.
Словно нарушая затянувшуюся тишину, кардинал начал медленно аплодировать. Вскоре к нему присоединились остальные дворяне, и зал наполнился овациями. Аристократы, всегда ставившие статус и земли превыше всего, были искренне поражены благородством юноши, променявшего всё это на свободу родителей. Никто больше не сомневался, что этот человек достоин стать понтификом.
Под нарастающий шум королевская семья покинула зал приемов. К Килу подошел кардинал.
— Поразительно, господин Кил. Далеко не каждый способен на подобный шаг. Церковь проследит за благополучием ваших родителей, так что со спокойным сердцем ступайте по пути Святости.
— Благодарю. Вы, должно быть, замолвили за нас словечко?
— Пустяки. Считайте это скромной благодарностью за то, что спасли Великого Понтифика. До встречи.
Кардинал поклонился и удалился.
— Сможете встать, отец? — мягко спросил Кил.
— Д-да…
Они направились в зал ожидания. Аллен с командой шли следом. Шия с тяжелым выражением лица смотрела, как юноша поддерживает отца за плечо.
— Думаешь, он поступил правильно? — спросила принцесса зверолюдей.
— Кто знает. Но это определенно один из верных вариантов, — ответил Аллен.
«Наверное, вспомнила о своём брате».
Теперь Аллену стала понятна причина её мрачности. Наблюдая за Килом, Шия явно пыталась принять решение касательно собственной семьи. По её словам, Бек был не просто принцем, а живой легендой — героем, однажды спасшим всё королевство Альбахар. Видя, как Кил жертвует всем ради родных, она примеряла эту ситуацию на себя.
Они гурьбой ввалились в комнату ожидания.
— О-отец!
Стоило дверям открыться, как Нина, младшая сестра Кила, с плачем бросилась на шею старому Карнелю.
— Ох… Нина. Как же ты выросла, — пробормотал он.
За четыре года разлуки девочка действительно сильно изменилась. Нина уткнулась лицом в зловонное рубище отца и разрыдалась в голос. Карнель спиной почувствовал теплый взгляд сына.
— К-Кил… Я… Я… — старик крепко обнял дочь. До него только сейчас начал доходить смысл произошедшего.
Сомнения исчезли без следа. Давая понять, что никаких извинений не требуется, Кил проронил единственную слезу:
— Ничего не говорите. У меня есть свой долг. А дом Карнелей и Нину я пока доверяю вам.
«Так кто кого спас в итоге? Похоже, Кил повзрослел еще на один шаг».
Он вызволил родителей, но выбрал собственный путь.
— Да, конечно… Стой, ты куда-то уходишь? — не понял бывший виконт, всё еще думая, что они вместе вернутся в родовое поместье. Лишь сейчас он вспомнил слова кардинала о каком-то «пути Святости».
— Да. Твой сын, Кил фон Карнель, должен завершить начатое вместе со своими товарищами.
— Вот как… Значит, я во всем ошибался, — прошептал старик.
То, что сын даже не потребовал извинений, резануло его больнее любых обвинений. Карнель ощутил жгучее раскаяние перед ребенком, которого выбросил из жизни десять лет назад и который теперь протянул ему руку помощи.
— Нам разрешили занимать эту комнату до завтрашнего утра, — вмешался Аллен. — Кил, оставайся сегодня с семьей. Но для начала неплохо бы отправить отца в купальни.
«Что ж, вот всё и разрешилось. Имбуэль, конечно, сидит с таким беспечным видом... Впрочем, теперь-то уж что говорить. Надо брать пример с Кила».
Аллен посмотрел на короля, который вышел сухим из воды, несмотря на то, что замял историю с похищением Сесиль. Впрочем, всё это дела давно минувших дней. Своим поступком Кил показал такое великодушие, на фоне которого меркли даже короли.
Аллен окинул взглядом собравшихся. Раз уж выпал шанс, нужно было провести время вместе. Догора, сгорая от смущения, докладывал своим родителям о том, что стал бароном. В комнате поднялся радостный гул, а вскоре слуги принесли заказанную еду. Ужасно пахнущего бывшего виконта первым делом попросили отправиться в купальни и переодеться. Аллен решил, что сегодня они устроят настоящий семейный ужин.
Шия, однако, всё это время не сводила глаз с Кила.
— Что такое? Вспомнила о брате? — спросил Аллен.
«Брат и сестра, значит».
Наблюдая за тем, как Кил, истинный глава дома Карнель, заботится о семье и восстанавливает её честь, Шия мысленно примеряла его поступки на себя, ища ответ.
— Я, как принцесса зверолюдей, должна исполнить свой долг, — прошептала она. — Я обязана повергнуть Бека.
Её слова потонули в радостном шуме, заполнившем комнату ожидания. Принцесса мысленно готовилась к моменту, когда ей предстоит столкнуться с братом-предателем лицом к лицу.
Над главой работали:
— malstach (перевод и вычитка)
— QaZer_ (редактура)
P.S. Благодарю всех за поддержку — это очень мотивирует!