Глава пятая: Задача трёх тел в любви (7)

— Но, учитель, Миханэ заперлась в кабинете клуба, просто не могу к ней попасть...

— Что ж, ничего не поделаешь. Дарую тебе частичку «взрослой силы».

С таинственным видом учитель она что-то из кармана халата, словно чудесный гаджет из мультфильма. В его высоко поднятой руке блестит ключ.

— Вот, держи. Мастер-ключ для персонала. Можешь пойти и забрать свою принцессу, как заправский принц на белом коне.

— ... С-спасибо вам огромное!

Сжимаю ключ в кулаке и, едва успев поблагодарить учителя, со всех ног бросаюсь обратно по коридору. Дверь клуба по-прежнему заперта, отражая нынешнее состояние души девушки.

— Миханэ, это я. Прошу тебя, давай поговорим ещё раз.

Ответа нет.

— Прости. Я вхожу.

Вставляю ключ и силой открываю замок, после чего тихо переступаю порог. В комнате, где в целях экономии выключено отопление, заметно холоднее, чем в коридоре. На миг мне кажется, что её здесь нет, но затем замечаю силуэт в углу. Она сидит на полу, обхватив колени руками и уткнувшись в них лицом.

— Миханэ. — негромко окликаю её.

— Возвращайся на крышу. Тебе ведь нужно найти комету... — плечи девушки остаются неподвижными, а голос звучит глухо и надтреснуто.

— Я не могу оставить тебя одну.

— ...

Она не находит слов для возражения. Опустив взгляд, замечаю на полу перевёрнутый пластиковый контейнер. Повсюду рассыпано имбирное печенье в форме звёзд. Видимо, когда выставила меня, контейнер случайно упал... а может, сама его отбросила. Присаживаюсь на корточки, поднимаю печенье с отколовшимся краем и кладу его в рот.

— ... Сладкое какое.

По сравнению с прошлыми порциями, сахара здесь гораздо больше. Аромат имбиря стал мягче, а специфический привкус исчез. Чтобы убедиться, что мне не показалось, съедаю ещё одну штуку.

— Да, определённо сладкое... Неужели ты подстроилась под мой вкус? — одну за другой отправляю печеньки в рот. Во рту становится суховато, явно не хватает воды.

— Э-эй! Да прекрати ты есть то, что валялось на полу! — наконец Миханэ вскидывает голову. Её большие глаза покраснели от слёз.

— Я просто подсел на твоё печенье. Без него у меня комета из виду пропадёт.

— ... Ну и как оно в этот раз?

— Очень вкусно, как раз так, как люблю.

— ... Что ж, я рада.

— Но мне не хватает и того, прежнего печенья. В его странности и была вся прелесть. ...Поэтому хочу есть твоё печенье и дальше. И во время наблюдений, и на свиданиях... — смотрю прямо в её заплаканные глаза и открываю свои истинные чувства. — Поэтому не хочу расставаться.

Миханэ смотрит на меня в ответ. Вижу, как в глубине её взгляда сменяют друг друга самые разные эмоции.

— ... Но ты ведь любишь мою старшую сестру?

Этот вопрос звучит почти неслышно. Не собираюсь лгать себе и отвечаю честно:

— Люблю. — лицо Миханэ не выражает ничего. — Когда целовал Саюки-сан, делал это не потому, что поддался искушению — то было искренне. И мои чувства к ней не изменились. — ведь Саюки — это тоже ты. Конечно, понимаю, что Миханэ вряд ли поймёт, сие невозможно объяснить. — Мне дороги вы обе. Я не могу выбрать одну и оттолкнуть другую. Мои чувства к вам одинаково сильны. Знаю, что впереди куча проблем, но хочу со всем этим разобраться. — вучит как типичное оправдание изменщика. Но говорою со всей серьёзностью, на которую способен. — Прошу тебя, стань моей девушкой снова.

На сей раз признание исходит от меня.

— ...

В выражении лица Миханэ по-прежнему нет перемен. Только она знает, что сейчас чувствует, выслушивая мои постыдные речи.

— В обществе это называют двоежёнством,в курсе? И вправду веришь, что сможешь всё уладить?

Её слова больно колют меня в грудь.

— Р-разумеется. — Когда киваю...

— ...Это невозможно. — ... девушка лишь горько усмехается. — У тебя же вечно одни звёзды на уме, меня в упор не видишь.

«Против этой истины не попрёшь.»

— Отныне буду смотреть только на тебя!

— Даже когда появится новая комета? Даже если куда-нибудь исчезну? Даже если перед тобой будет стоять моя сестра?

Она пристально вглядывается в мои глаза, словно испытывая на прочность

— Всегда и везде. — в ответ смотрю в её и твёрдо заявляю. — Куда бы ты ни ушла, обязательно найду тебя.

«Кажется, говорил нечто подобное 'той девочке'. Стоит мне подумать об этом, как образ 'той девочки' снова накладывается на Миханэ. Очередное дежавю. Даже зная, что это была Саюки, всё равно вижу их обеих.»

Миханэ же с удивлением смотрит на меня.

— Что такое?

— ... Странно. Мне кажется, уже слышала эти слова раньше...

Мы долго смотрим друг на друга.

«Слышала? Не думаю, что часто разбрасываюсь столь пафосными фразами.»

— ...Где же это было? — девица хмурится, пытаясь пробудить память. — Давно... на летних каникулах... в лагере...

Подхватывая обрывки её слов и сам вспоминаю, как было когда-то. Душная летняя жара, запах травы, оглушительный стрекот цикад, луна, съедаемая тенью... Образ той встречи становится невероятно чётким. Чтобы разгадать сию загадку, в точности повторяю те слова: «... Я обязательно найду тебя. И новую комету, и тебя тоже!». Миханэ внезапно вскидывает голову.

— Да, именно так!

«Откуда она знает? Ведь я говорил это 'ей', Саюки...»

— Когда-то в детстве, когда мы были в лагере, один мальчик сказал мне то же самое. — продолжает Миханэ, глядя куда-то вдаль. — Ночью сестра куда-то пропала, и пошла её искать, как вдруг кто-то окликнул... Наверное, тот мальчик просто перепутал меня с сестрой. Мы тогда были очень похожи... Но откуда ты об этом знаешь, Рюити-кун?

«Значит, в тот день в лагере была не только старшая... но и младшая тоже. Если они приехали семьёй, это логично. Помнится, сами говорили в детстве были похожи как две капли воды. Неудивительно, что их перепутал. Выходит, в щёку поцеловала Саюки, но обещание дал... Миханэ. Их было двое. Подобно Сириусу, состоящему из двух сияющих светил.»

— ... Это был я. Я тоже был в том лагере. — чувствую, как мой голос дрожит.

— Ч-что?! — Миханэ несколько раз хлопает глазами, а затем вскрикивает.

— Я всё время искал ту девочку, которой дал обещание... И этой девочкой была ты.

«Даже узнав, что «Миханэ-2» и есть 'та самая', чувствовал какой-то подвох. Словно в пазле не хватало важного фрагмента. Теперь же всё встало на свои места. Моё предчувствие, что в девушке моей есть черты 'той девочки', не было ошибкой. Я всё-таки нашёл её.»

— П-погоди, погоди! Даже если так, ты ведь искал сестру? Ты же с самого начала перепутал нас! — она замахала руками, явно растерявшись.

— Но то, что искал тебя, тоже правда. Ведь обещание дал именно тебе.

— Н-но...

— Вот оно как. Оказывается, искал вас обеих. Саюки-сан, которая учила меня смотреть на звёзды, и тебя, Миханэ, которой поклялся. — она смущённо отводит взгляд, а сам продолжаю. — Тогда хочу исполнить то обещание. Я хочу, чтобы мы втроём — ты, я и Саюки-сан — когда-нибудь нашли комету. Пусть наши отношения не вписываются в нормы, и не знаю, как всё решить, но позволь мне быть рядом с вами обеими.

— ...

Тишина длится целую вечность, будто свет от далёкой звезды только сейчас достиг Земли.

— Я всегда была в тени сестры, поэтому, когда сказал, что найдёшь меня... честно говоря, мне стало немного радостно. — наконец она тяжело вздыхает. Затем переводит взгляд с воспоминаний на меня. — ... Наверное, я тоже всё это время искала тебя, Рюити-кун. — затем следует долгий вздох. — Ладно. Давай думать о нашем будущем вместе. Мы двое... и старшая сестра, втроём.

— ... Это значит...

— Ну же, давай мириться. — приподнимает подбородок и закрывает глаза.

Я не настолько глуп, чтобы не понять, чего она ждёт. Наклоняюсь и прижимаюсь своими губами к её милым, припухлым губкам: они влажные и упругие на ощупь.

«Это наш первый настоящий поцелуй.»

Когда отстраняюсь, Миханэ тут же открывает глаза и недовольно раздувает щёки.

— И это всё?

— А?

«Не ожидал от неё такой реакции.»

— Этого катастрофически мало. С сестрой у тебя всё было гораздо жарче, это нечестно!

Не дав мне опомниться, сама переходит в наступление — впивается в мои губы, и её маленький язычок неистово врывается в мой рот. Этот поцелуй лишён изящества, он грубый и неумелый — поцелуй ребёнка, который отчаянно хочет казаться взрослым. Но на этом не останавливается. Едва наши губы размыкаются, целует в правую щёку. Затем в кончик носа, в веко, в левую щёку. На моё лицо обрушивается настоящий ливень из поцелуев.

— ... Первый поцелуй в губы забрала сестра, так что всё остальное «первое» будет моим. — Миханэ шепчет сие, оставляя влажные следы на моей коже, и переходит к шее. Фронт поцелуев опускается всё ниже, достигая ключиц. — Мешает. — недовольно ворчит и принимается расстёгивать пуговицы моей рубашки. Потянув за край майки, обнажает мою грудь и вновь прижимается губами.

— М-Миханэ, стой. Погоди. Это уже слишком... — её поцелуи спускаются к животу. Она забирается головой под мою майку, отчего мне становится невыносимо щекотно в районе пупка. Пока что ещё могу сдерживаться, но если пойдёт ниже... Мои опасения подтверждаются — Миханэ выныривает из-под майки и тянется к ремню моих брюк. — Стой-стой-стой! Ты что творишь?

— Я же сказала. Всё «первое», кроме губ, принадлежит мне. — взгляд девицы прикован к моей пояснице.

— Это уже перебор! Нужно знать время и место!

— А когда целовался с сестрой, ты думал о месте?

Мне нечего ответить на этот упрёк. Руки Миханэ ложатся на мой ремень. Кажется, вот-вот расстегнёт его. Но вдруг резко отстраняется и бросается к двери клуба. Одним рывком распахивает её. В комнату, едва не упав, вваливается не кто иная, как...

— Так и знала, что ты подсматриваешь, сестрёнка. — Миханэ с ехидной улыбкой смотрит на Саюки, которая упирается руками в пол, пытаясь сохранить равновесие.