Авантюристы

Если слушать спокойный лес, можно заметить, что живет он отнюдь не спокойной жизнью. Пока верхушки высоких елей медленно покачивались на ветру, под ними шла охота. 

Ястреб выжидал на одной из ветвей, наблюдая за маленьким дроздом из засады. Острый взор птицы преследовал добычу, не отпуская. Он спикировал в нужный момент, чтобы одним резким нападением закончить дело. К его неудаче, дрозд успел отлететь.

Началась погоня.

Ястреб следовал за ним, не отставая. Мелькали стволы деревьев. Куда податься? Вверх или вниз? 

Ели становились реже, открывая дорогу к кованым воротам Охотки. На открытом пространстве у дрозда не было шансов.

Вспышка.

Вдруг загорелись волшебные знаки на земле, и хищника впервые остановило что-то, невидимое его глазу. На месте падения ястреба, словно из ниоткуда, полыхала исполинских размеров стена. Стена адского, пурпурного пламени.

***

На Ровгород медленно и неотвратимо опускалась зима, пока без снега, но с ветрами. Изредка заглядывали и льдистые дожди. Дело привычное, однако Иву погода была не по душе. Заказов на горизонте не появлялось, и царевич постоянно искал себе какие-нибудь занятия, лишь бы не обрастать тоской в лавке. Однажды он расставил во дворе таверны мишени из досок, чтобы упражняться в стрельбе. 

За обедом Лиона сидела на пороге кухни и лицезрела очередную его тренировку. Из-за спины наемницы валил пар — там яростно трудился повар. Горячее облако вылетало на улицу, прорезая холодный и влажный воздух.

— Ты не попадаешь в самый центр. Всегда на втором круге.

— Потому что в центре уже есть стрела, — разозлился Ив.

— Да. Это я стреляла.

— Стоя вдвое ближе, чем я!

— Просто попади в центр.

Ив резко вскинул руку, натянув тетиву.

Свист.

Стрела вонзилась в центр, да так, что вошла в предыдущую, и древко у той раскололось надвое.

Царевич, должно быть, не видел, но в тот момент Лиона взглянула на него с гордостью. 

Я оставила роль наблюдателя, позвав Ива. 

— Мэгг, что с тренировками? — наемница переключилась на меня. — У кузнеца сердце разобьется, узнай он, что ты все забросила.

— Потом.

Мне не нравилось, что Лиона манипулировала мной с помощью Рурдока. Нашла развлечение.

Ив закинул на спину колчан с ремнем.

Чтобы доехать до рудников, нужны были деньги. Со дня на день должны начаться торги, медлить было нельзя.

Новенькое здание в целых три яруса возвышалось в стороне от Торговой улицы. Женщина в приемной на третьем этаже шустро двигала счеты. Их щелканье эхом разносилось по помещению. Раз, два три — в одну сторону. Раз, два — в другую. Раз, два. Раз, два. Раз, два, три.

— Вы пришли положить деньги на хранение? — дежурным тоном произнесла она.

— Мы пришли сделать вам предложение.

Короткая недоуменная пауза.

— И что вы можете предложить?

— Может быть, вам нужно помочь с доставкой писем или составлением бумаг? — спросила я.

— Что-нибудь попроще, — добавил Ив.

Женщина отставила счеты и сложила сухие руки домиком.

— Продолжайте.

Ив подобрался:

— Видите ли, мы оказываем любым слоям населения различные услуги...

— Ах, услуги? — повторила она.

После этих слов мы валялись на дороге. Нас попросту вышвырнули.

— Кафтан не порви! — успел выругаться Ив на здоровяка, лично выпроводившего его за шкирку. Я вытерла смесь грязи и полу растаявшего льда с лица. Попыталась очистить коленки, но безуспешно. — Почему ты так спокойна?!

Да ведь я часто слышала «нет», когда только начинала.

— Повернись.

Он развернулся ко мне спиной, и я, как могла, отряхнула полы его кафтана.

— Если б меня каждый раз швыряли, сразу плюнул бы на все.

— Просто сейчас у тебя есть выбор.

Ив несогласно мотнул головой.

Мимо промчалась карета. За ней одна, другая. Сидя на обочине, мы наблюдали за их ходом.

— Видел, какая роскошная?

— Со шторками, — присвистнул Ив.

— А та еще богаче.

— Ух! Давай, кто увидит самую шикарную карету, тот и выиграл.

— На что играем?

— У меня и так ничего нет. Разве выиграть — само по-себе не приятно?

— Ну, давай.

В итоге выиграл Ив. По-крайней мере, на тот момент. Вскоре пришлось уходить, потому что руки и ноги стали замерзать. У меня хотя бы перчатки были надеты.

— Эта женщина была последним вариантом? Надо же, она от такого предложения отказалась!

Помимо ростовщиков необходимую на рудники гору денег нам никто выдавать не торопился, поэтому да — вариант был последним.

— В ее оправдание скажу, что на вид мы этому предложению не соответствуем.

— Знаешь, я однажды заметил, что все кругом принимают меня за дурачка.

— О, так ты знал?

— Мэгг! Ты понимаешь, о чем я.

Меня тоже недооценивают по ряду причин. Как правило, дело во внешности — рост, лицо, волосы... Некоторых возмущает, что я женщина. Особо осведомленные видели во мне лишь бестолковую аристократку.

— Титулы и наряды — не наш стиль, — поняла я.

— Нас с тобой всегда будут недооценивать. Убеждать их в обратном — попусту тратить силы.

Значит, обернем это в свою пользу.

Так нам и пришла идея отправить в один монастырь поддельное письмо. От имени короля...

— Есть шансы, что поверят? — Ив изгалялся над восковой печатью.

— Либо нам поверят, либо нас казнят. А тогда уже неважно.

Каково же было наше удивление, когда на следующий день в почтовом ящике уже лежало ответное послание, в котором говорилось о готовности к досрочному освобождению особы, пребывавшей в монастыре инкогнито. Настоятельница лично приложила письмо с заверениями в успешности проведенного над особой воспитательного процесса.

Мы не заставили себя долго ждать.

На пороге монастыря нас встретила девушка в одеянии из простой грубой ткани, потертом плаще на плечах и несколькими увесистыми сундуками. Она сама начала передавать их извозчику. Ив помог поднять сундук, а я поприветствовала ее и спросила:

— Вы готовы, ваше высочество? Путь неблизкий.

— Пребывание на новом месте научило меня с достоинством выдерживать любые испытания, посланные мне свыше, — ответила Чариша.

Почти из каждого окна высунулось по паре монахинь. Целый монастырь собрался проводить Чаришу. Сложно определить, трогательное это было зрелище или попросту жуткое.

— Вас здесь успели полюбить, — присвистнул Ив.

— Узнаю этот взгляд. Неужели и тебе разбили сердце?

— Вам почудилось, — произнес он.

Как только принцесса Тричетвертого села в экипаж, округу огласили радостные возгласы. 

— Слышали? Кто-то крикнул «слава всевышнему»?

— Тебе почудилось. Они так молятся перед обедом, — невозмутимо сказала Чариша.

***

Пыльно-голубое полотно небес объяло черную пустошь. Бурая земля впереди набирала бугры и переходила в горы с белыми шапками. Ив, как и прежде, с величайшим страданием вылез из кареты, и наклонился к заледеневшим колесам. Постучал по дверце, которая еле открылась, ведь к ней тоже примерзла вода.

— Это что у вас, уважаемый?

— То же, что и у вас под носом, уважаемый, — невозмутимо ответил извозчик, — лед.

— Не понимаю, как так похолодало? — Ив шмыгнул, вероятно, как и я, ощутив в носу неприятные льдинки. — Мы же двигались на юг.

— Карта. Была бы хорошая карта, — многозначительно ответила я.

Привратник в монокле подскочил к нам, преградив путь.

— Ваши имена? — достал он список.

— Они прибыли со мной.

Перед человеком встала Чариша в своем темном одеянии. Привратник закивал.

На наши руки надели стальные браслеты. Принцессе они тоже были предложены. Жест вежливости — надеть необходимо в любом случае. С недавних пор рудники таким образом пытались обезопасить торги от вмешательства волшебников и фей, которым колдовать не давала сталь. 

Чариша одарила нас кивком и проследовала к гостевому зданию.

— Чего стоите? — нахмурился привратник.

— Ее высочество отказалась от слуг.

— Говорит, слуги — блажь для гордецов, — добавил Ив. — Так что нам велено помогать с организацией.

Он подозрительно оглядел нас с ног до головы.

— Кхм. Обратитесь к распорядителю.

Привратник отвлекся на новых посетителей. На площадку аукциона подъехала большая сверкающая стеклянными подвесками карета. Она была запряжена шестеркой гордых северных оленей. Юноша вышел первым, подав руку спутнице. Оба шествовали в лиловых мантиях, щедро отороченных белым мехом в черную крапинку, а у девушки под мантией имелась еще и белоснежная шуба. Молодожены, принц и принцесса Семидесятого. Наследники рудников.

— Герда, не заставляй нас ждать, — окликнула принцесса, поправляя под меховой шапочкой и без того покладистые золотистые пряди.

Из кареты показалась девочка с вихрастыми каштановыми волосами. Они забавно топорщились, не желая быть одним целым с благородным зимним нарядом, в который ее обрядили, словно куклу.

— Ах, твои руки совсем ледяные! Возьми, — принцесса отдала ей свою муфту. — Какая она смешная, милый, — обратилась к принцу.

Тот осматривал площадку, будто бы не слыша слов суженной.

— Помост так и не починили, — заметил с легким недовольством в голосе и направился к постройкам для гостей, ведя за собой слуг с вещами в дорожных сундуках.

— Я разберусь, — сказала принцесса, незаметно от него закатив глаза.

На площадке появились новые люди. Целая процессия несла на плечах закрытый хрустальный гроб. К немалому удивлению, я узнала ряд шахтеров, за ребенком которых мы приглядывали в лесной хижине. Самый неуклюжий из них запнулся, и крышка гроба задрожала. После короткой заминки процессия продолжила свой ход.

В тот момент из-под крышки вылетело что-то мелкое... я подобрала. Это был сверкающий золотой, однако в моей ладони он тут же превратился сгнивший кусок фрукта.

Знакомый почерк.

— Лорд Соль здесь, — брезгливо бросила гниль в снег.

— Уверена?

— Да.

Гроб, полный монет. Зачем колдуну давать их шахтерам? Сомневаюсь, что достаточно подкупить работников поддельным золотом, чтобы украсть из шахт пару-тройку пурпурных камней.

— Если колдун здесь, значит, мы на верном пути.

— И он знает про камень, — похолодела я. — Или не знает?

Мы с Ивом переглянулись.

— Найди его и выясни.

— Почему я?

— Магия, камушки — у вас теперь много общего.

В голове заметались мысли. Что рассказывала мне извозчица после Полларда? Она везла парня, а потом что-то случилось, и топливо просто прекратило работать. Может, все это было подстроено? Если драконий огонь станет ненадежным в глазах людей, то и на камни может упасть спрос. Значит, цены на торгах снизятся, и колдун выкупит камень задешево.

Нет-нет, абсурд. И причем здесь шахтеры?

Что Соль задумал на этот раз?

— Весьма кстати, нам не хватает людей. Будете помогать с банкетом, — из раздумий меня вырвал голос распорядителя. Тот указал на стеклянные столы с белой скатертью, расставленные на открытом воздухе. — Там вас введут в курс дела, а после торгов выдадут оплату.

Неплохо. Появится, на что жить в ближайшее время.

— Куда они унесли мои вещи? — насупился Ив.

Еще на входе у нас забрали кинжалы, меч и лук со стрелами.

Распорядитель ответил:

— Оружие запрещено так же, как и любое волшебство.

Исполинские хребты вдалеке сияли белым снегом. Там, в вышине, зародилось странное движение. Словно кто-то невидимый двигался с вершины горы вниз по извилистой скалистой линии, повелевая снегом. Снежное облако расширялось и вспыхивало белыми клубами на фоне темной горы. С такого расстояния его движение казалось обманчиво плавным. Но любое существо, находившееся на той горе, и опомниться не успело бы, как со скоростью света его настигла гибель.

— Лавина, — скорбно пояснил распорядитель. — Здесь часто накрывает, порой даже из-за самих шахтеров. Если кто-то поранится и коснется руды — она может взорваться. На днях чуть шахту целиком не обвалило.

Предчувствуя новую вспышку снега, из-за хребта взметнулась стая черных птиц.