Маковое поле

— Нет, не скажу. Мои напутствия должны оплачиваться. Сама знаешь. — Я закатила глаза. — Ты подумай, Мэгг: достаточно лишь заключить со мной сделку. Я свои обещания выполняю.

Интересно, самоуверенность — это общая черта всех, кто имеет дело с магией? Феи тоже считают, что их предсказания всегда сбываются.

Внезапная мысль заставила сбиться с шага, и танец остановился.

Я не умерла в шестнадцать лет. На этом предсказание Малефисенты уже не исполнилось. Но кто знает, не умру ли я, уколов палец, в любой момент после этого? Вот ведь загадка.

Вот ведь.

— Сейчас вернусь, — сказала лорду Соль, прежде чем выбежать из зала.

Гостиная уже опустела. Я окинула взглядом комнату и начала торопливо исследовать все ящички трюмо. Должно же оно где-то храниться? Вскоре поиски увенчались успехом, и в руке у меня блеснула иголка из швейной коробочки.

В спешке прошла обратно в зал, показывая колдуну свою добычу.

— Что тебе взбрело в голову?

Я опустилась на пол и стала снимать перчатки. Не проверю — не узнаю. Коснулась иголкой пальца...

Короткая боль. Капля крови выступила на коже. Вирлуве склонился надо мной, наблюдая.

И больше ничего произошло.

— Это ты сделал!

Не помня себя от радости, я вскочила и поцеловала его куда-то в подбородок.

Колдун молчал, ожидая разъяснений. Я отстранилась, сбрасывая чужие ладони со своей талии. Когда он только успел дать волю рукам?

— Для снятия колдовства Малефисенты нужно было выполнить условие с поцелуем. Ты поцеловал меня в доме Бланш. Получается, в тот момент снялось сразу два заклятья, и от яблока, и мое.

— Забавное у тебя... понимание магии, — произнес он.

Во мне бурлило столько чувств, от облегчения до злорадства. Притопнув, вернулась в нужную позу, и наш танец продолжился.

— Поверить не могу. Ты решил мою проблему. И даже никаких сделок заключать не пришлось.

Он скривился:

— Да я как будто в добрые волшебники подался. Больше ты такого не дождешься.

Далее нужно было встать плечом к плечу. Лорд Соль смотрел в одну сторону, а я — в другую. При этом, согласно танцу, настала очередь партнерам сцепить руки. До этого были лишь легкие касания пальцами.

— А как ты получил свое проклятье?

— Я кое-что украл.

— Поделом тебе.

Очевидно, Малефисента подстроила все с самого начала. Не удивлюсь, если она подговорила старика отправить мне письмо с заказом на истинное имя лорда Соль. Как только я выполнила этот заказ и произнесла имя вслух, колдун стал драконом... которого мне поручили убить следующим же заданием.

Из Вирлуве вышел ученик, достойный своей наставницы.

— Это правда, что ты убивал людей, когда был драконом?

— С чего бы это мне убивать людей, — он приподнял брови, — когда там есть овцы? — Не совсем тот ответ, что я ожидала. — Думаешь, мне следует упасть на колени и сокрушаться по каждому несчастному, которого я мог спалить или проглотить в беспамятстве?

— Теперь ясно, почему ты не пришел той ночью, когда я зажгла лучину.

— О, ты вызывала меня? — вдруг мурлыкнул он.

— Скучно стало.

— Так не скучай, — лорд Соль достал новую лучину и вложил мне карман платья. Нарушая композицию танца, наклонился ближе: — Закончила с вопросами, госпожа-дознавательница?

— Пока не знаю… — легонько впилась ногтями ему в шею.

Дыхание Вирлуве сбилось. Мое тоже. Невольно опустила взгляд на его губы.

Оглушающий грохот. Всего в паре шагов от колдуна рухнула люстра. К счастью, свечи и подвески были сняты с конструкции, поэтому обошлось без осколков. 

Люстра пробила пол.

— Проклятье, — выругался лорд Соль.

— Предсказание, — поправила я, как и учила фея Вивьен.

***

В покоях у меня был балдахин над кроватью, насыщенно-синий с остроконечными звездами, вышитыми шелковой нитью. Они таинственно мерцали, когда лунный свет дотрагивался до них, и задорно сверкали, как только утренняя заря пробиралась в комнату.

Звук легкого удара о стекло разбудил. Проснувшись, первым делом я увидела знакомые шелковые звезды.

Вскочила с кровати и подбежала к окну, отдернув бархатную штору.

Теплый сумрак застенчиво показал фигуру, в которой я узнала Идена.

— Доброе утро, ваше высочество! — сказал он вполголоса.

— Доброе утро, Иден!

Я стала тихонько собираться, подпрыгивая от нетерпения. Наконец этот день настал — свободный день, счастливый день. Тот самый день, когда мы пойдем на маковое поле.

Каким оно будет?

Идену рассказали, где оно, и теперь мы вдвоем отправимся туда. Хорошо бы успеть до полуденной жары.

Юркнула на кухню, ведущую в хозяйственный двор, чтобы взять хлеб с сыром. Хм-м, где-то здесь должен лежать и виноград.

К сожалению, виноград найти не удалось.

— Я позаботился о завтраке, ваше высочество, — сказал Иден, хлопнув по сумке.

— Тогда и это понеси, будь так любезен, — смеясь, отдала я ему продукты.

Иден опустил взгляд на мой пояс и с наигранной обидой произнес:

— Вы боитесь, что моей защиты будет недостаточно?

Я поправила ножны с мечом. В самом деле, а зачем мне в загородном поместье меч?

— Я должна учиться постоять за себя.

Мама так часто произносила эту фразу, что я выучила ее наизусть.

Узкая дорожка в нашем саду была выложена отшлифованным гранитом. Здесь Иден шел впереди, а я за ним следом.

— Но не мечом ведь. У вас есть свое оружие.

— Какое? — я опередила его, преградив путь, и шутливо махнула подолом платья. — Прошу, скажи, что ты про мое обаяние.

Иден порозовел.

Мы прошли вдоль цветущей изгороди. Прохлада утра задумчиво пересчитывала листву. Воробей звонко чирикнул и выпорхнул из ее глубин.

— Пришли.

Впереди вилась тропа, уводя в спящий лес.

— Разве поле здесь?

— Его здесь нет, — ответил Иден и улыбнулся мне. — И меня тоже нет, Магда.

После этих слов я проснулась. Теперь уже по-настоящему.

***

— Куда на этот раз идем? — зевнув, спросил Ив после раннего завтрака.

— Там увидим.

Родители спали, а лорда Соль я не нашла, так что отправились вдвоем. Мы шли вдоль полей, перемежающихся лесом.

— Ты знал, что меня сватали за твоего старшего брата?

Ив сорвал колосок и принялся его жевать.

— Ну дела. Я еще с ранних лет слышал, что у него отбоя от невест не было. Но чтобы настолько?

— Уговор был отменен.

Дорога то поднималась, то опускалась, а то и вовсе петляла. Видели мельницу, но останавливаться не стали. Земли Охотки здесь не заканчивались. Со слов отца, живущие на ней люди временами делятся с родителями плодами своего труда.

— Да тебе вообще повезло! Мой брат не подарок и совсем не так хорош, как я. Я всегда от своей семейки отличался.

— Только «отбоя от невест» у него не было.

— Это потому, что он царевич, — нашелся Ив и задумался. — Честно говоря, у меня мурашки от осознания, что на его месте мог бы быть я, и мы бы с тобой...

— Вот это было лишнее.

Но заткнуть Ива не так-то просто:

— Мне и жить-то с тобой тяжело, а уж в браке... Брр.

Согласна, странная получилась бы история: словно за родственника выйти заставили.

— Я бы каждый день ненавидела тебя за разбрасывание сапог.

— Я бы каждый день разбрасывал сапоги.

— Даже отравить тебя не смогла бы, — бормотала я, — чтобы унаследовать королевство. Ведь и так почти все твоим братьям достанется. И что это за королевство такое — в болоте на краю света?

— Вот это было лишнее!

В поле, не так далеко от дороги, по которой мы шли, стоял пень высотой мне по пояс. Ив сел на него, чтобы передохнуть. Он с наслаждением блуждал взглядом по чистому, низкому горизонту.

«Если бы я подождала еще немного».

Зачем я обманываю себя? Я бы не подождала. Иначе это была бы не я.

Может, и хорошо, что я узнала об этом только сейчас. Мои родители были по-своему правы.

— Какое большое было дерево, — взглянув на поверхность пня, поразилась я.

Даже вчетвером его вряд ли смогли бы обхватить.

— Наверное, это был дуб, — Ив покрутился и спрыгнул. — Дуб в поле — настоящая красота.

Бесчетные линии кругов образовывали узор пня. Каждое из сотен, а может, и десятков сотен колец, по времени равнялось одному году.

Ив шепотом отсчитал несколько линий, зажав их пальцем:

— Вот столько мне лет.

Потрясенно окинула взглядом оставшуюся часть колец. Она была так велика, что отсчитанные Ивом линии терялись, как муравьишки в лесу.

Спустя час дороги на нашем пути показалась гряда деревьев. За ней открылся вид на зеленые холмы. А перед холмами, на сколько хватало глаз, цвели алые маки.

— Мы пришли, да? Мэгг, тут чудо, как хорошо!

«Иден говорил правду», — подумала я. Маковое поле существовало, оно все это время было здесь.

***

Над летним домом собирались тучи. Ливень в последний момент обрушился на Охотку. Серые каменные фонтанчики, уже не действующие и местами покрывшиеся тонким мхом, вновь напоило водой.

Мы с Ивом все-таки промочили ноги. Ворвались в гостиную… Слышалось одно только тиканье напольных часов.

Мама с папой играли в шахматы. Удивительное зрелище — в детстве я редко заставала их за совместным проведением досуга. Не так-то просто это устроить, когда оба пропадают на церемониях и в разных концах дворца.

— Плащи вы сняли, а с обувью что? — мама хорошенько отчитала нас за мокрые следы.

— А где Соль?

— Лорд Соль ушел.

— Я дал ему мясной рулет в дорогу, — сказал папа, с ликующим «А!» скидывая мамину фигуру с доски.

— Зачем? — расстроилась я. — Лучше бы нам.

— Вам тоже дам. Сам мариновал.

— С каких пор ты это умеешь?

— Я все умею. Скоро Элла научит меня ухаживать за гортензиями, — похвастался он.

— Сначала научись играть в шахматы, — парировала мама.

И выставила шах. Положение, при котором фигура короля оказывается под угрозой.

***

Дождь вскоре перестал. Нагруженные вещами, мы дошли до каменных столбиков и сбросили их в мокрую траву. Оставалось сделать то, ради чего я сюда и приехала.

Идея расчертить землю Охотки одним большим символом-оберегом представлялась сомнительной. Мы с Ивом сошлись на том, что стоит попробовать круг из мелких символов вдоль всей территории.

— Ты хочешь стать колдуньей.

— Я хочу бороться с врагом, а не примкнуть к нему, — возразила я.

— Ты выбрала ползать между елями на карачках и рыться в земле вместо того, чтобы пить чай с родителями. Хватит врать себе, Мэгг! — Ив серьезно повторил: — Ты станешь колдуньей.

— Я всего-навсего хочу их защитить.

В Ровгороде хотя бы есть стража. Кто позаботится о пожилых супругах, беспечно живущих в доме посреди леса? Да, как-то же они справлялись все это время… Но времена меняются, и лучше быть готовыми к этим переменам.

— Кто сказал, что твой способ вообще подействует? Признайся, тебе просто интересны все эти штучки. Мне интересны лошади и стрельба из лука. Я себя не стесняюсь.

— Да-да, ты прав, — отмахнулась я, держа прутик, которым вычерчивала знак.

— Я прав всегда.

Первый рисунок был готов. Я сняла перчатку, порезала палец и повторила им весь контур. Кровь ушла в землю. Я не надавливала на плоть, и кровь текла слабо, поэтому проводить полноценные линии как следует не удавалось.

— Учти, я свою руку не дам, — бубнил Ив.

Знай мы, как изготавливать нити из драконьего огня, можно было бы выложить символы с их помощью. Но для этого потребовалась бы руда или топливо, причем в большом количестве. Денег недоставало на топливо у извозчиков, что уж говорить о самородках.

— Насколько сильную магию можно сотворить с камнем фейри? — вслух размышляла я, согнувшись у дерева. — Если бы только он был у меня...

— Но у тебя нет этого камня.

— У меня есть рисунок камня, — ответила заговорщицки.

— «Рисунок камня», — повторил Ив.

Кажется, он решил, что у меня не все дома.

Король фейри показывал нам схему огранки камня, но лишь на краткий миг. Надеюсь, этого будет достаточно.

Я выпрямилась. Спина заныла. Предстояло нанести еще несколько символов, и в дорогу.