Глава 157.0

Глава 157

По белоснежному меху чудовищного кролика струилась синяя кровь.

Стоило Джеральду, завидев это, ринуться на помощь, как вновь взвизгнули, хлестнув, острые, точно кнуты, плети.

Стиснув зубы, он рубанул по шипам. Отброшенные шипы с глухими ударами вонзались в землю.

Словно затаив на него личную злобу, цветы-монстры нападали яростно и неотступно.

Их цветоносы, толщиной с бочку и высотой в несколько метров, тянулись вокруг, образуя целый лабиринт.

Немного помедлив, Джеральд снова срезал летевшую к нему плеть и, нырнув меж цветов, устремился вперёд, петляя из стороны в сторону.

Плети, будто живые, гнались за ним по пятам, путались о цветонос и застывали.

Кролик-монстр тоже носился следом, сбивая плети, где бы они ни появлялись.

— Марин! — изо всех сил крикнул Джеральд.

— Лорд Джеральд! Я здесь!

Её голос глухо донёсся издалека.

Джеральд рванул в ту сторону. Рядом с ним вприпрыжку нёсся и кролик-монстр.

Из лабиринта цветков они вырвались на просторную, словно площадку, прогалину.

Там была Марин. Её руки и ноги были связаны, и она наполовину висела в воздухе.

— Марин!

Джеральд стремительно метнул меч и рассёк плеть, державшую её за ноги.

Меч завис в воздухе и, послушно двинувшись по его жесту, одну за другой перерубал плети.

Марин с тревогой взглянула на меч.

— Если резать так без разбора, я же упа… кья!

Джеральд успел подхватить её на руки в самый миг перед падением.

Её тело заметно дрожало от испуга.

Он, успокаивая, мягко провёл ладонью по её спине.

— Марин, всё в порядке.

Марин обхватила его за шею и тяжело выдохнула ртом.

— Я всё это время дышала только ртом.

— Молодец.

Джеральд, похлопав её по спине, обернулся, и в этот миг кролик-монстр вдруг широко распахнул глаза.

— Гр-р-р!

Со звериной гримасой он внезапно бросился на Джеральда.

Тот повелением поднял с земли меч, но кролик грудью оттолкнул его и встал на место, где только что был человек.

Пух.

Плеть, заострившаяся до копья, пронзила кролику плечо и вздёрнула его в воздух.

Лоб Джеральда прорезала складка.

«Чёрт».

Десятки плетей шуршали без передышки, так он прозевал, как они подступили вплотную.

— Гр-р-р…

— Банни-Банни!

Марин спрыгнула с его рук и бросилась к кролику, но Джеральд удержал её.

— Опасно.

— Он же умрёт!

Джеральд попытался разрубить плеть, но эта отличалась от остальных. Даже окружённый аурой меч брал её с трудом.

Банни-Банни, ослабевая, прикрыл и без того слипавшиеся глаза и повесил голову.

Когда опущенная в воздухе голова повисла ниже, под мехом обнажилось розовое пятнышко в форме сердечка.

— …Этого не может быть.

Вид этого пятнышка острой болью резанул по глазам.

То самое розовое сердечко, которое она так часто трогала из-за его необычной формы.

Банни-Банни был её домашним кроликом.

«Почему я не узнала его раньше? Глупая».

Она считала поведение Банни-Банни простой удачей, а он помнил её и помогал.

Хотя хозяйка забыла о нём.

Глаза Марин вмиг наполнились слезами.

— Крольчонок!

С криком, похожим на вопль она рванулась вперёд, но Джеральд стремительно остановил её.

— Марин, опасно.

— Это кролик, которого я растила. Мой домашний кролик. А я, даже не зная об этом, я его только боялась…

Видя её отчаянное лицо, Джеральд утолстил ауру на клинке и начал пилить плеть, как пилой.

Когда стебель был перерезан наполовину, другая плеть прошила Банни-Банни в живот.

Синяя кровь капля за каплей стекала по плети на землю.

— Нет!

Марин, роняя крупные слёзы, зажала рот ладонью.

Будто сделав своё дело, плеть безжалостно швырнула Банни-Банни на землю.

Глотая слёзы, Марин бросилась к нему.

— Крольчонок…

Банни-Банни, с закрытыми прежде глазами, тяжело приподнял веки.

В огромных серебристых глазах отражалось её заплаканное лицо.

— Прости меня, крольчонок. Сестра слишком поздно тебя узнала…

Банни-Банни моргнул медленно, как бы говоря, что всё в порядке.

Марин разрезала лезвием трёхсекционной дубинки свою рубашку и прижала ткань к ране на животе, откуда всё ещё сочилась кровь.

— Всё хорошо. Всё будет хорошо.

Подбадривая Банни-Банни, она закусила губу.

Как вообще лечить монстров?

Голова опустела, и тут рядом грохнуло.

Бах. Бах.

Марин обернулась на звук. Джеральд отражал безостановочные атаки плетей.

С дрожью в глазах она смотрела на его бой и ещё сильнее сжала губы.

«Что же мне делать?»

— Марин! Нужно уходить отсюда немедленно.

— Но кролик…

— Прости, Марин. Иного выхода нет.

Подбежав, Джеральд поднял её на ноги.

Марин посмотрела на Банни-Банни.

— Кр-р-р.

Он моргнул, будто торопя её: уходи.

И тут…

Цветы-монстры разом повернули головки в одну сторону. Ливень плетей иссяк.

Марин и Джеральд, напряжённые, уставились на место, что становилось всё светлее.

К ним, скользя, приближался великолепный цветок с переливающимися лепестками разных цветов, излучая ореол света.

Джеральд так стиснул челюсть, что на скуле вздулись мышцы. Его ледяной взгляд упёрся в разноцветный цветок.

— Марин.

— Да.

— Этот цветок — здесь предводитель. Пока не увидел его, всё сомневался.

— О чём вы?

— Похоже, он затащил тебя сюда ради мести мне.

— Что?

Она взглянула так, словно не верила ни единому слову.

Джеральд скосил глаза на кролика-монстра рядом с ней.

Он не знал, как кролик Марин стал монстром, но тот определённо помнил её и помогал.

В мыслях укоренилось предположение, о котором он бы даже не подумал, если бы не увидел эту сцену.

Ради мести цветка-монстра, ослепившего его некогда, другой цветок устроил здесь ловушку.

— Марин.

— Да.

— По моему сигналу закрой глаза.

— Зачем?

Марин тревожно посмотрела на него.

С таким добрым сердцем она будет безмерно горевать, если им придётся уйти, бросив кролика. А тот ещё и спас её.

Выбраться отсюда с Марин и раненым кроликом разом было невозможно.

Значит, ему оставалось сделать то, что он умел лучше всего.

Если убить главного, остальные цветы-монстры, как и в прошлый раз, погибнут.

— Марин, активируй браслет и оставайся рядом с кроликом.

— Вы будете в порядке?

Марин с тревогой вскинула на него глаза.

Ради её защиты он был готов на всё.

Джеральд поклялся, глядя на неё теплым взглядом.

— Не бойся. Я же Вайнс.

Эти слова внушали больше доверия, чем что угодно.

— Марин, закрой глаза, когда я попрошу.

— Поняла. Будьте осторожны.

Чтобы успокоить её, Джеральд улыбнулся и развернулся.

Его лицо стало холодным. Он шагнул к роскошному цветку-монстру.

Тот, будто дожидаясь, стоял неподвижно.

Джеральд собрал всю силу, что мог, и окутал меч мощнейшей аурой.

Предводитель был крупнее и пышнее прежнего.

Когда его пёстрые лепестки распахнулись, в центре тесно показались прозрачные, словно семена, зёрнышки, а зелёные тычинки высунулись, шевелясь, как змеи.

Чтобы не потерять зрение вновь, Джеральд встал перед цветком с плотно закрытыми глазами.

Цветок метнул в него лепесток.

Резкая, стремительная сила ударила, и он попытался отбить, но не выдержал мощи лепестка и попятился.

Свист. Свист. Следом полетели, как клинки, шипы.

Стоило предводителю начать атаку, как прочие цветы-монстры тоже разом обрушили удары.

Марин, тем временем, достала трёхсекционный посох, подняла защитный купол и встала, прикрывая Банни-Банни.

Плеть, нацелившаяся на них, метнулась с бешеной скоростью.

Дун. Ударившись о купол, плеть отскочила в сторону.

Марин расширила глаза. Прозрачный барьер блокировал даже такие, на вид, мощные плети.

Она готова была поклониться в ноги Зеромиана прямо тут же, будь он здесь.

Оглянувшись на Банни-Банни, увидела, как он тяжело дышит с полуприкрытыми глазами, но держится. К счастью, ещё не сдаётся.

Марин, глядя на сражающегося вдалеке Джеральда, ломала голову, чем может помочь.

— Кр-р-р…

Сзади Банни-Банни застонал от боли.

Лучше бы он уснул, ему было бы не так мучительно.

И тут она вспомнила про свой блокнот.

Марин сомневалась, но если в прошлый раз она действительно усыпила Банни-Банни, то не сработает ли эффект снотворного и на других монстров?